Скажи, что тебе жаль

      Лёжа в постели Малфой не заметил, как заснул, а когда проснулся на улице уже стемнело. Он пошёл в ванную, умылся и спустился на первый этаж.        Гермиона сидела на диване и читала книгу. Увидев его, она тут же встала и отправилась на кухню. Он заметил, каким ледяным взглядом она его одарила, но ничего не сказала.        Ужин проходил в ужасно напряжённой атмосфере, Драко поймал себя на мысли, как ему тошно от этого, он привык, что во время еды они беззаботно болтают на разные темы, а сейчас они погрузились в тягостное молчание, которое съедало его. Несколько раз Малфой уже открывал рот и хотел заговорить, но именно в этот момент Грейнджер встречалась с ним взглядом, и глазами давала понять, что ему лучше продолжать молчать. Из-за этого поели они быстро. — Я помою посуду, — предложил слизеринец, не выдержав этой гнетущей обстановки. — Не нужно, я сама, — грозно произнесла Гермиона, посмотрев на него. — Я сделаю всё без магии, мне ещё надо немного прибраться на кухне.        Малфой пару минут смотрел, как она убирает со стола, но больше не встретился с ней взглядом, он только видел её недовольное лицо и поджатые губы. Решив лишний раз не злить Грейнджер, он развернулся и не спеша побрёл в свою комнату.        Закрыв дверь, Драко сел на кровать и почувствовал как паршиво у него на душе. А ведь этот день так хорошо начался: он вспомнил, как Гермиона обняла его и поцеловала в щёку, когда у неё получилось заклинание левитации без палочки. В этот момент она вся светилась от счастья, и он тоже, когда она оказалась в его объятьях. Ему хотелось, чтобы это ощущение не покидало его как можно дольше. И можно считать, ему это удалось, ведь потом они ещё долго сидели рядом и тренировались. А затем он всё испортил своим ужасным поведением.        Малфой снова проанализировал ситуацию и убедился, что Грейнджер всё правильно ему объяснила, и даже показала свой Патронус, это он не смог понять, какое воспоминание самое счастливое в его жизни. Нравится ему или нет, но ему придётся перед ней извиниться. Он уже поднялся на ноги, чтобы сделать это, но тут перед его глазами встало её обиженное лицо. Он понял, что ещё рано, сейчас вряд ли она простит его, лучше ему сделать это завтра, иначе они могут поссориться ещё сильнее.        Драко ощутил, что ему срочно надо отвлечься, он взял с тумбочки несколько книг, выбрал ту, которая его заинтересовала, и погрузился в чтение. Через пятнадцать минут слизеринец услышал, как гриффиндорка прошла в свою комнату, оставшееся время до сна он не слышал, чтобы она выходила оттуда.

* * *

       Утром Гермиона проснулась рано, но ещё полчаса лежала в постели, а когда поняла, что больше не заснёт, то сходила в ванную, а потом спустилась на первый этаж. Она посмотрела на травы, которые настаиваются на окне, вода в банках уже полностью поменяла цвет, теперь он стал белый, словно молоко. Она читала в книге, где написан рецепт зелья, как избавиться от татуировки, что так и должно быть. Грейнджер улыбнулась, день вроде начался неплохо. Но тут она вспомнила поведение Драко накануне, и снова насупилась. Она спустилась в подвал и занялась уборкой.        Она тщательно протирала пыль тряпкой, стараясь отвлечься, но все мысли Гермионы всё равно крутилась вокруг Малфоя. Она призналась себе, что перестала понимать его поведение. Это была борьба волшебника с волком? Или борьба уже молодого мужчины с мальчиком аристократом, которым он был раньше в школе? Ей определённо не нравится тот мальчик, с которым она училась: он был избалованным, жестоким, грубым, считал, что всегда прав, и ещё, что он лучше других, потому что чистокровный маг. А молодой мужчина, с которым она столкнулась почти три недели назад, произвёл на неё иное впечатление: он повзрослел и уже по-другому смотрел на свою жизнь и на мир в целом.        «Боже, ну почему он не может быть нормальным всегда? — задумалась Грейнджер. — А несколько раз Драко даже был мил со мной. Он показал, что переживает, после того, как был груб и резок, и ещё я увидела, что он может быть благодарным. Так откуда в нём появилась вчера такая злость? Он смотрел на меня так, словно я снова стала его врагом. Разве будь я на самом деле врагом, я бы стала так помогать ему? Я бы пошла за книгами и ингредиентами для зелья в Косой переулок, рискуя жизнью? Нет, я бы этого не сделала, если бы между нами ничего не изменилось.        Я не понимаю, почему Малфой так сильно разозлился? Я ведь объяснила ему, какое это трудное заклинание. Многие волшебники, у которых нет на руке чёрной метки, не могут воспользоваться им, что уж говорить про самого Драко. Может и у него этого никогда не получится? Я не слышала, чтобы Пожиратели смерти могли вызвать Патронус.        А его эти замечания про Гарри и Рона, они совершенно неуместны. Неужели он позавидовал им? — эта мысль просто не укладывалась в голове у Гермионы, слишком абсурдной она ей показалась. — У Рона большая и любящая семья, его родители чудесные люди, понятно у него много счастливых воспоминаний о своей жизни. Гарри, конечно, сильно не повезло с родственниками матери, но при этом он прекрасный человек. А в школе у него появились преданные друзья, его окружают люди, которые его по-настоящему любят, и он это знает. А как он сблизился с Сириусом, он просто обожал его. Сириус одновременно был для Гарри как отец и в тоже время, как старший брат. Это очень не справедливо, что они так мало времени смогли провести вместе.        Драко всего этого не понять, у него была совсем другая жизнь, но может быть именно поэтому, он и не можем вызвать Патронус?»        Так и не найдя ответы на свои вопросы, гриффиндорка закончила уборку и поднялась на кухню. Она готовила завтрак и думала о зельях, которые им предстоит сварить, поэтому не услышала шаги позади себя, но почувствовала присутствие гостя, когда он остановился в метре от неё. Она посмотрела на Малфоя, он выглядел уставшим, под его глазами залегли тёмные круги, словно он почти не спал ночью, а его взгляд был разочарованным и болезненным, и одновременно она прочитала в нём борьбу. — Завтрак будет готов через пять минут, — Грейнджер нарушила тягостную тишину и повернулась к плите, она не знала, что ещё сказать. — Извини, — выдохнул слизеринец таким тоном, словно у него во рту камни. Она вздрогнула и снова посмотрела на него. — Извини, Гермиона, — повторил он, — мне очень жаль, я не должен был так вести себя вчера. — Да, не должен был, — согласилась гриффиндорка, глядя на него с подозрением. — Честное слово, я пытался вспомнить что-то хорошее, но… — Драко замолчал, и его лицо стало очень печальным. Он посмотрел ей в глаза, она явно ожидала продолжения, он сглотнул, когда понял, что обязан быть откровенным с ней. — Хороших воспоминаний в моей жизни оказалось не так уж и много, — признался Малфой, — и чем больше я напрягал память, пытаясь вспомнить радостные моменты, тем сильнее наоборот всплывали только плохие… про Люциуса. Ты точно в этом не виновата, лишь я… мне очень жаль, что я был груб с тобой. — Ты должен был мне сразу это рассказать, — тон Грейнджер смягчился и она подошла к столу, не разрывая зрительного контакта со слизеринцем. — Именно поэтому я так долго объясняла тебе, чем так сложно заклинание Патронус, — она тяжело вздохнула, — далеко не каждый волшебник может это, а тут ещё… твоя метка.        Малфой дотронулся рукой до левого рукава рубашки, под которой скрывалась чёрная метка. — Ты считаешь, всё дело в этом? — упадническим голос спросил он. — Думаешь, пока я не избавлюсь от чёрной метки, я не смогу вызывать Патронус? — Я не знаю, — пожала плечами Гермиона, и почувствовала себя беспомощной. — Давай сейчас спокойно позавтракаем, а потом попытаемся найти что-нибудь об этом в книгах, хорошо? — Да, — кивнул Драко, он сел за стол и выразительно посмотрел на неё. — Что? — спустя пару минут Грейнджер не выдержала силы его взгляда и подняла голову. — Ты так и не ответила: ты простила меня или нет? — спросил Драко. — Конечно простила, — улыбнулась гриффиндорка. — В том, что ты не смог вызвать Патронус, есть и моя вина, я не подумала о твоей метке. — До вчерашнего дня тебе не доводилось учить Пожирателей смерти вызывать Патронус, — горько усмехнулся слизеринец, она кивнула. — Ты не могла этого знать. — Я должна была попытаться выяснить что-нибудь об этом, — раздосадованным тоном произнесла Гермиона. — У меня было более чем достаточно времени после того, как ты попросил меня научить тебя заклинанию Патронус. Но я повторила только основы, я не изучала этот вопрос глубже, — в её тоне слышалось осуждение к самой себе. Она продолжила завтракать, в её голове крутились тысячи мыслей. — Знаешь, я всё равно верю, что ты сможешь это сделать, — неожиданно для Малфоя заявила Грейнджер, он застыл с бутербродом в руке, так и не донеся его до рта. — Ты правда так думаешь, или просто хочешь подбодрить меня? — спросил слизеринец. — Я действительно так считаю, — в тоне гриффиндорки не слышалось и толики сомнения. — Пусть сейчас ты ещё как бы Пожиратель смерти, потому что на твоей руке есть метка, но ты не плохой человек. Ты не смог убить Дамблдора, Гарри рассказал нам, что случилось на астрономической башне, — добавила она, увидев вопросительно-изумлённый взгляд Драко. — И ещё ты не убил магла из палаты Лордов, и одно это уже показало, кто ты на самом деле. Да, тебе придётся больше стараться, чтобы вызвать Патронус, но в итоге рано или поздно ты сделаешь это. — Надеюсь, — медленно произнёс Малфой. Он почувствовал, как ему приятно слышать уверенный тон своей спасительницы, похоже, она верит в него даже больше, чем он сам. — Может ещё это зависит от того, что я оборотень? — предположил он, сделав глоток кофе. — Нет, это точно не имеет значения: профессор Люпин настоящий оборотень, Билл как и ты отчасти, и они оба умеют вызывать Патронус, — поведала Гермиона. — А… ну да, — кивнул Драко, разозлившись на себя, что забыл об этих друзьях девушки.        К концу завтрака обстановка в доме стала такой, какой была до их размолвки. Слизеринец снова почувствовал себя спокойней, к нему вернулась прежняя уверенность, что Грейнджер не выкинет его из дома. Он подумал об этом ещё вчера вечером, но тут же прогнал эту мысль, она сильно пугала его. Малфой смирился, что вызывать Патронус за один день он не научится, это оказалось труднее, чем он предполагал. Но вера Гермионы в него, придала ему сил не падать духом.        Выйдя из кухни, Грейнджер поспешила в свою комнату, она взяла бисерную сумочку и стала искать другие книги, в которых можно найти упоминание о заклинание Патронус. Пока она просматривала оглавление, всё думала о поведение Драко, она обрадовалась, что он извинился перед ней, ей было это приятно. В тоже время она расстроилась, что он сразу не сказал ей, что не может вспомнить нормальное счастливое воспоминание. Она даже представлять не хотела, что пронеслось в голове у Малфоя, когда он думал о своём отце.        Через двадцать минут она спустилась в гостиную с пятью книгами. Как обычно они с Драко сели на диван и стали искать нужную им информацию. Гриффиндорка была удивлена, когда в одной главе прочитала, что даже человек, который убил другого, может вызвать Патронус. Тут она сообразила, что авроры, по крайней мере такие как Тонкс и Грюм, которые по-настоящему сражались со злом, и им наверняка не раз приходилось быть жёсткими во время задержаний, но при этом они всё равно остались хорошими людьми и умеют вызывать Патронус. Они ловили плохих магов — это их работа, скорее даже призвание. Грейнджер зачитала этот абзац Малфою, она заметила, что он обрадовался, узнав об этом. — Ты был прав, — признала она, посмотрев на блондина. — А… в чём? — не понял слизеринец, глядя на неё с недоумением. — Я плохой учитель, — Гермиона тяжело вздохнула, её лицо стало виноватым. — Я совсем не подумала об аврорах, взять того же Грюма, он ведь точно убивал, но спокойно мог вызывать Патронус, — она поджала нижнюю губу. — Я должна была прочитать все эти книги раньше, а не делать это лишь сейчас. Но я почему-то была уверена, что могу научить тебя так же, как это делал Гарри, когда мы создали ОД. — Это была классная идея, — похвалил её Драко, глядя в глаза шатенки. — Мне жаль, что тогда я был на стороне этой жабы, — он опустил голову и уставился на свои руки. — Сейчас я в полной мере осознал, сколько ужасных поступков совершил в школе. — Теперь ты это понял, а это самое главное, — уверенно заявила Грейнджер. — А у вас в ОД все могли вызвать Патронус? — поинтересовался Малфой. — Да, — ответила гриффиндорка. — Кто-то научился быстрее — это были я, Рон, Джинни, Невилл, Полумна, Джордж и Фред, а у других ушло больше времени, но в итоге это смогли сделать все, — подчеркнула она. — Тогда не удивительно, что ты решила учить меня, так же как Поттер тебя и ваших друзей, ведь этот способ сработал, — рассудил слизеринец. — Как мы теперь видим, что в вашем ОД собрались студенты, у которых жизнь оказалась гораздо более счастливей, чем у меня, — с горечью признал он. — Так что не вини себя, ты все сделала правильно. — У тебя всё равно получится вызвать Патронус, — в который раз повторила Гермиона. — Я буду очень стараться, чтобы сделать это, клянусь, — произнеся это Драко вдруг ощутил, что это одна из самых главных клятв, которые он когда-либо давал в своей жизни.        Они ещё час читали книги, а потом стали тренировать заклинание без волшебных палочек. В час дня Грейнджер пошла на кухню готовить обед, Малфой предложил помочь ей, и то, как он посмотрел на неё, ясно дало понять, что отказа он не примет.

* * *

       Вторая половина дня прошла в спокойной расслабленной обстановке, они много тренировались и просто разговаривали. Гермиона рассказала Драко о своём детстве, как она ходила в школу маглов, а он поведал, как дома его учила Нарцисса.

* * *

       На следующий день сразу после завтрака они отправились за покупками. На рынке слизеринец снова ощутил, как все смотрят на Грейнджер, он взял её за руку и отпускал её, только когда она расплачивалась за продукты. Всё вроде шло неплохо, но тут продавец овощей разозлил его, он не стесняясь Малфоя начал флиртовать с гриффиндоркой, и даже отпускал неуместные шутки о её спутнике. В этот раз Драко не стал сильно прятать своё лицо, на улице накрапывал мелкий дождь, в такую погоду он решил, что с бородой ему будет крайне некомфортно. Поэтому его шрамы на лице можно было спокойно разглядеть, этим и воспользовался молодой мужчина, который торговал овощами.       Гермиона чувствовала, как накалилась обстановка, когда продавец стал отпускать грубые комментарии в отношении блондина, она не хотела никаких конфликтов, к тому же именно у этого мужчины она всё время покупала товар, ей очень нравилась его капуста, картошка и морковка. Она постаралась сгладить острые углы, поэтому быстро расплатилась, схватила слизеринца за руку и поспешно ушла от этой лавки. Малфой ожидал, что она что-то скажет ему, но Грейнджер промолчала и они пошли за мясом.        В мясной лавке Драко уже научился контролировать себя, теперь он не смотрел на прилавки как голодный волк, а просто стоял рядом и наслаждался приятными для его носа запахами. Каждый раз, когда он оказывался здесь, ему всё лучше удавалось разбираться в мясе, сегодня он не удержался и дал пару советов Грейнджер, что лучше купить. Она к его удивлению прислушалась к его мнению и приобрела те куски мяса и курицу, которые предложил Малфой.        В хорошем настроении они вышли на улицу, когда направились домой, им пришлось идти мимо продавца овощей. Он увидел Гермиону и сделал ей комплимент, чем сильно взбесил Драко. Он так крепко сжал руку гриффиндорки, что она вскрикнула от боли. — Извини, — тут же сказал слизеринец, он ослабил хватку, но её ладонь не отпустил.       Вся эта ситуация нервировала Грейнджер, она сдерживала себя, чтобы не спорить с Малфоем на улице при маглах, но решила что когда они вернутся домой, она серьёзно поговорит с ним. Пока они шли обратно её гнев постепенно утих, ей не хотелось ругаться со своим соседом.        Когда они вошли в дом, она сняла пальто, и хотела взять пакеты, чтобы отнести их на кухню, но Драко опередил её, и сам поставил их на стол. — Ещё раз извини, — повторил он. — Надеюсь, я не очень сильно сжал твою руку? — забеспокоился блондин. — Нет, всё в порядке, — гриффиндорка бросила на него один короткий взгляд и стала убирать продукты в холодильник.       Больше минуты слизеринец наблюдал за ней, пытаясь понять тот взгляд, которым она его одарила: что же он значит? — Ты что испугалась, что я могу наброситься на того парня? — предположил Малфой. — Ну… да… немного, — решила не врать Грейнджер. — Ты так посмотрел на него, если бы ты мог убить взглядом, как василиск, то от него осталась бы горстка пепла. Я видела, как продавец смотрел на твои шрамы, и это было очень некрасиво, а его замечания… это просто хамство, — она нахмурилась. — Я не понимаю, откуда такая агрессия к тебе… — Этот мужчина положил на тебя глаз, — перебил её Драко, он встал рядом со столом, чуть наклонившись над ним. — Он так похотливо смотрел на тебя, буквально раздевал глазами. Он захотел тебя, и подчёркивал моё изуродованное лицо, — он провёл пальцами по шрамам, — чтобы на этом фоне выглядеть более привлекательным. — Нет, ты ошибаешься, — уверенно заявила Гермиона. — Этому мужчине просто стало любопытно, где ты получил свои шрамы, — как ей казалось, она доносит до него простую истину. — Мерлин, Грейнджер, да почти все продавцы мужского пола, у которых ты сегодня покупала продукты, смотрели на тебя с вожделением, — прорычал Малфой. — Только в отличие от продавца овощей, они ничего не говорили, потому что думали, что мы пара. — Вроде полнолуние уже закончилось, оттуда у тебя такие странные мысли? — не могла понять Гермиона, подойдя к нему. — Может ты головой ударился, и забыл сообщить мне об этом? — Грейнджер, ты что не видишь себя со стороны даже в зеркале? — Драко разрывали эмоции: с одной стороны был гнев, а с другой удивление. — Если Поттер и Уизли не видят в тебе красивой девушки, это не значит, что другие так же слепые. Да, ты скажешь, что выходишь на улицу с внешностью Рейчел, но можешь не сомневаться: ты настоящая не уступаешь ей. И поверь мне, мужчины ещё и на фигуру женщины смотрят, а её ты не меняешь и она у тебя очень соблазнительная. Так что этот молодой магл из лавки овощей, видимо, не выдержал, и решил попытать счастья тем, чтобы указать на мои шрамы, и показать тебе, как он хорошо выглядит на моём фоне. — Даже если предположить, что ты прав, на счёт мужчины из лавки овощей, то он просто глупый человек. Попытка привлечь моё внимание, оскорбляя моего спутника, ужасный способ вызвать ответную симпатию, — гриффиндорка взяла те самые овощи и стала разбирать их, чтобы убрать в холодильник. — Ну да, так поступить мог только дурак, — усмехнулся слизеринец, полностью успокоившись. — Не думай больше о нём, — Гермиона убрала последние продукты на полку и закрыла холодильник. — Знаешь, это мило, что ты… стремишься защитить меня, — она быстро развернулась и поспешила в свою комнату, чтобы переодеться.        Когда она вошла в ванную, чтобы умыться, то посмотрела в зеркало и увидела, как порозовели её щёки. Грейнджер ополоснула лицо холодной водой и полминуты смотрела в своё отражение.        «Всё это глупо, — сказала она себе. — Меня приревновал не Драко, а его волк, он посчитал, что я его собственность. Я не должна обольщаться на этот счёт, это ничего не значит».        Она кивнула своим мыслям, затем вытерла руки полотенцем и вернулась в спальню.