Скажи, что тебе жаль

      Малфой почувствовал как затекла его спина от неудобного положения, он повернулся в кресле и вытянул ноги. Он не открыл глаза, но слышал, как мадам Помфри объясняет кому-то из родственников пострадавших после битвы за Хогвартс, какое проклятье попало в девушку с седьмого курса. Она заверила её родителей, что с ней всё будет в порядке. Драко тихо скрипнул от досады зубами, уже наступил вечер и всем пострадавшим была оказана помощь, даже составили список самых тяжёлых больных, кого нужно будет перевести в Мунго, когда появится такая возможность. Со всеми всё было ясно, кроме его жены.        Перед глазами Малфоя снова встала картина: как Гермиона стоит рядом с Джинни и Молли Уизли и борется с Беллатрисой Лестрейндж. Он находился недалеко от них, всего-то в каких-то двадцати, ну может двадцати пяти метрах, и видел, что три отважные женщины загнали его тётку в угол, казалось, ещё немного, и они её победят. Но тут ей на помощь пришёл муж Рудольфус и ещё один Пожиратель, которого Драко не знал. И вдруг он заметил, что Беллатриса смотрит только на его жену, её взгляд стал злорадным, он сразу сообразил, что она готовит какую-то гадость. Он побежал изо всех сил на помощь Гермионе, но не успел, чёрная струя пронзила тело Грейнджер, она вскрикнула и упала на пол.        Дальше началась суета, потому что вдруг оказалось, что Поттер жив, значит, не зря они уничтожали крестражи. Тут же выяснилось, что Реддл не хозяин бузиной палочки, она вылетела из его рук и сама его убила, полетев к Поттеру, в нём она признала своего настоящего владельца. Так всё и закончилось. А затем оставшиеся Пожиратели, включая его тётку с дядей, кинулись бежать. Малфою хотелось броситься за ними, но он не мог, ему нужно было помочь Гермионе.        Он сам взял её на руки и понёс в больничное крыло, которое, к счастью, почти не пострадало во время битвы. Драко надеялся, что она быстро придёт в себя. Но после обследование мадам Помфри стало ясно, что даже ей не известны такие проклятья. Она лишь констатировала, что мисс Грейнджер жива, её внутренние органы не повреждены, и им остаётся лишь ждать, когда она очнётся, тогда можно будет попытаться понять, что с ней случилось.        После этого вердикта Малфой отходил от постели жены всего два раза, только чтобы сходить в туалет. Школьный эльф принёс ему завтрак и обед, и ел он прямо около постели Гермионы. К нему подходили Поттер вместе с Рональдом и Джинни, а так же Билл и Флёр, последняя посидела с ним полчаса, и сообщила, что его родителей схватили и сейчас допрашивают. Она ещё что-то говорила, но Драко не слушал француженку. Флёр нравилась ему, за эти месяцы они стали хорошо ладить, но сейчас он просто не мог сосредоточиться на её словах, все его мысли были заняты лишь женой.        Так Малфой задремал сидя в кресле, и вот проснулся десять минут назад, но вставать ему не хотелось, он лишь открыл глаза и посмотрел на Грейнджер. Она всё так же лежала, он слышал её ровное дыхание, если не знать, что в неё попало неизвестное проклятье, можно подумать, что она просто спит. Драко про себя просил у всех известных ему богов, чтобы Миона скорее проснулась и с ней всё было хорошо. Потому что эта неизвестность просто убивала его, и уже начала сводить с ума. Он чувствовал себя совершенно опустошенным и раздавленным, даже его волк молчал, а ведь во время битвы не замолкал ни на минуту: всё время повторяя, что он должен быть рядом с женой и защищать её. Малфой чувствовал себя виноватым, он не успел прикрыть Гермиону. С ним-то всё в порядке, а вот что с ней — никто не знает.        Вдруг он уловил знакомый запах, он даже не сразу поверил своему носу, и призвал на помощь глаза, он повернул голову и увидел, что в больничное крыло вошла его матушка. Нарцисса не сразу нашла сына, но как только увидела его в углу, сидящем рядом с постелью жены, быстрыми шагами поспешила к нему. Драко заметил, что его мать переоделась, она надела тёмно-синее платье с длинными рукавами и привела причёску в порядок, когда она видел её в коридоре Хогвартса, её волосы выбились из пучка, а сейчас снова были аккуратно убраны. Нарцисса подошла к нему и Малфой встал, он успел лишь разглядеть, что морщин на лице женщины прибавилось, когда она порывисто обняла его. — Сынок, я так рада, что с тобой всё в порядке, — Нарцисса так крепко обняла Драко, что он даже не ожидал от неё такого. Он тоже заключил её в объятия и немного расслабился. — Я знаю, что физически ты не пострадал, — она отстранилась от него и перевела взгляд на Гермиону, — но я понимаю, как ты переживаешь за мисс Грейнджер. Мистер Поттер и мистеры Уизли: Билл и Рональд рассказали мне, что случилось с тобой. — Ты знаешь, что мы с Гермионой пара? Что мы женаты? — поразился Малфой. — Да, твои друзья рассказали мне об этом, — спокойно ответила Нарцисса. — Ну да, мои друзья, — повторил Драко. Он ещё не привык, что теперь друзья Гермионы приняли его. Билл сразу это сделал, затем и Поттер, а вот Рональда можно назвать другом с натяжкой. Ну да, вроде после того, что случилось в поместье, он стал ему хоть немного доверять, но всё-таки настоящими друзьями они не стали, в то же время они точно больше не враги и даже не соперники. — Сынок, ты правильно сделал, что велел Рики передать мне записку от тебя только через несколько дней после того, как вы побывали в поместье, — похвалила его леди Малфой. — Я так хотела сохранить её, но знала, что нельзя, её могли найти, поэтому я сожгла записку. — Ты правильно сделала, — кивнул Драко. Он знал, что должен рассказать матери все подробности того, что случилось с ним, но сейчас просто не мог говорить. Все его мысли и чувства были сосредоточены лишь на Гермионе и её здоровье. Но был один вопрос, который он должен задать прямо сейчас. — Мама, — он посмотрел ей в глаза, — ты примешь Гермиону, как мою жену? — Конечно, сынок, — Нарцисса провела рукой по шраму на его подбородке и на её лице быстро менялись эмоции: сначала печаль и боль, а затем облегчение. — Драко, я всегда неплохо относилась к волшебникам из семей маглов, просто из-за родителей, Беллы, а потом и твоего отца, я не могла этого показывать. Я так жалею, что не говорила с тобой об этом, но Люциус всё время повторял мне, что твоим воспитанием занимается он. Я так старалась не дать ему сделать тебя похожим на него, но… — Нет, мама, ты смогла, — перебил её Малфой. — Сейчас я понял, почему ты заставляла меня читать мировую классику маглов и играть на рояле. А после того, как я встретил в лесу Гермиону и она забрала меня в свой дом и стала лечить… — он сглотнул и сразу вспомнил первые дни, как ужасно вёл себя с ней, как грубил, но потом она всё же достучалась до него. — После этого, она показала мне то, на что ты намекала. Она так часто повторяла мне, что я хороший человек, и больше мне не нужно притворяться, чтобы угодить отцу, и я поверил в это и правда стал таким. — Мисс Грейнджер очень умная, добрая и великодушная девушка, — Нарцисса посмотрела на неё с благодарностью. — Гермиона самая лучшая, — просто сказал Драко. — Я уверена, она поправится и у вас всё будет хорошо, — леди Малфой выразительно посмотрела на сына. Он прочёл в её взгляде, что она на самом деле так думает, а главное он почувствовала это. — Мама, я понимаю, тебе хочется узнать от меня, что со мной случилось после того, как я сбежал из поместья, но я сейчас не в том состоянии, чтобы рассказывать всё это, — извиняющим тоном произнёс Драко. — Я всё понимаю, милый, — кивнула Нарцисса. — Сейчас, помимо здоровья твоей жены, меня волнует Северус. Мистер Поттер объяснил мне, что все эти годы он был шпионом Дамблдора, и чуть не погиб, — а вот этой новости она точно не ожидала узнать. — Да, его спасла Гермиона, — подтвердил Малфой. — Она остановила его кровотечение и дала зелье, которое восстанавливает кровь, именно благодаря этому он не умер сразу, но мадам Помфри до сих пор не уверена, что он выживет. — Зато я в этом уверена, я знаю Северуса, он сильный человек, — Нарцисса обвела палату взглядом, ища своего друга. — Он в соседней комнате, — объяснил Драко. — Пока общественность не знает, что сделал крёстный, так что его положили в кабинете мадам Помфри. — Я могу навестить его? — миссис Малфой стала искать глазами медсестру. — Думаю, да, — Драко не видел причин, почему его матери могут запретить взглянуть на своего друга. — Ты иди, я буду здесь.        Нарцисса ещё раз обняла сына и поспешила найти мадам Помфри. Малфой увидел, как она вошла в соседнее помещение, там тоже лежали больные. Когда она не вышла оттуда через пару минут, то Драко решил, что его матушку пустили к крёстному.        Малфой почувствовал, как сильно ему хочется поговорить с Северусом, узнать подробности его жизни. Когда Поттер с Уизли ещё утром, перед тем как покинуть Хогвартс, пришли к Гермионе, они в двух словах объяснили, что на самом деле его крёстный был шпионом, так же они сообщили, что среди погибших Люпин и Нимфадора. Драко расстроился, он по-настоящему почувствовал утрату, но волнение за жену настолько сильное, что сейчас он просто не мог думать ни о чём другом. Его жизнь потеряет смысл, если его любимая не откроет глаза.        У Драко вдруг перехватило дыхание, грудь словно сковали стальными тисками и резко заболел живот. Боль была настолько сильной, что перед глазами всё поплыло, а затем ещё и голова заболела, по ней будто стали стучать молотком. Малфой ощутил огромную усталость, словно он не спал несколько дней, и за всё это время он ни разу не присел, но ведь это не так, он даже успел подремать и поесть. — Салазар, это не моя усталость, это чувствует Гермиона, — догадался он, и даже не заметил, как прошептал это вслух. — Да, это твоя тётка сделала это с твоей женой, — подтвердил волк. — Я могу как-то помочь ей? — спросил у зверя Малфой. — Я не знаю, — упадническим тоном ответил волк.        Этот тон совсем не понравился Драко, ещё никогда за всё время, что он общается с волком, он не слышал, чтобы зверь был так расстроен и напуган. — Малфой, как Гермиона? — неожиданно над его ухом раздался голос Поттера.        Драко так сильно погрузился в свои мысли и общение с волком, что не услышал, как рядом с ним встал лучший друг его жены. Он поднял голову и прочитал во взгляде брюнета жуткую усталость и волнение. — Так же, она пока не пришла в себя, — сглотнув ответил Малфой. — Сюда через час придут целители из Мунго, они осмотрят Гермиону и других пострадавших, — Гарри обвёл взглядом соседние постели. — Я не могу остаться, мне надо в Министерство. — Я понимаю, — кивнул Драко. — Там ты полезней, а здесь ты ничего не сможешь сделать, — он посмотрел ему прямо в глаза. — Я тоже ничем не могу помочь Мионе, и это меня бесит, — он уже хотел рассказать Поттеру о болях, которые испытывает его жена, но резко передумал. — Я отправил сюда Нарциссу, — Гарри снова обвёл больничное крыло взглядом, ища её. — Она пошла к крёстному, — объяснил её отсутствие рядом с собой блондин. — Мама очень переживает за Северуса. — Через пару часов я дам интервью и расскажу, что сделал мистер Снейп, — поведал Поттер. — Мне придётся сообщить некоторые подробности его жизни, — он нахмурился. — Мне не очень хочется, но я вынужден буду рассказать, что он любил мою маму. — Думаю, крёстный не обидится на это, он поймёт, что ты так поступил, чтобы обелить его имя, — Малфой тоже хотел, чтобы все знали, что Северус смелый человек и всегда был за «Орден Феникса». И он убил директора Дамблдора по его же собственной просьбе. — Я и о тебе расскажу, — добавил Гарри. — Хотя многие и так уже это поняли и… про тебя с Гермионой тоже, — немного неловко добавил он. — Я не собираюсь скрывать свои отношения с женой, — ощетинился Драко. — Никто от тебя этого и не ждёт. Твоего отца ещё допрашивают в поместье, я не стал слушать его до конца, — что-то в тоне Поттера не понравилось Малфою, но он не стал ничего спрашивать. — Рон тоже скоро зайдёт, а потом отправится в Министерство. — Пускай приходит, — кивнул блондин. Он уже привык к Уизли, видел, что рыжий смирился с их с Гермионой отношениями.        Гарри пару минут смотрел на Малфоя, он понял, что его сейчас ничего не волнует, кроме Гермионы. Попрощавшись, он поспешил в Министерство.        Через десять минут из кабинета мадам Помфри вышла Нарцисса. — Северусу каждый час дают зелья, чтобы восстановить его кровь, — поведала леди Малфой. — Мадам Помфри сказала, что если завтра к полудню он не умрёт, то наверняка поправится, но в тоже время она ничего не гарантирует. — Будем надеяться на лучшее, — решил Драко. — Сынок, я очень хочу остаться с тобой, но… — Малфой повернул голову и посмотрел на мать, он прочитал в её взгляд скорбь. — Я хочу сходить к сестре, — Нарцисса тяжело вздохнула и словно постарела. — Я обязана поговорить с Андромедой, у неё погибли дочь и зять, я должна выразить ей свои соболезнования и… — Мама, я всё понимаю, иди конечно, — велел ей Драко. — Милый, — леди Малфой в который раз крепко обняла сына. Драко опешил, он не привык видеть такое проявление эмоций со стороны матери, но через пару секунд тоже обнял её. — Я просто не представляю, чтобы я делала, если бы ты погиб, — она посмотрела на сына и погладила его по щеке. — Я словами не могу передать, как я рада, что всё закончилось. Ты жив, тебе больше ничего не угрожает. Осталось только, чтобы мисс Грейнджер поправилась, и тогда у всех у нас всё будет хорошо. — Да, когда Гермиона поправится, у нас всё будет хорошо, — повторил Малфой.        Нарцисса пообещала сыну, что как только поговорит с сестрой, сразу вернётся в Хогвартс.        Драко был уверен, что быстро этого не случится, наверняка сёстрам Блэк будет о чем поговорить. Малфой чувствовал себя ужасно, он ведь тоже расстроился из-за кузины и Люпина, они нравились ему, потому что приняли его и не судили за прошлое поведение.        Неожиданно его тело снова пронзила острая боль, сначала грудь, потом живот. Драко согнулся пополам от этих ощущений, он посмотрел на жену и увидел, как она дёрнулась. Малфой взял её за руку, надеясь, что может быть это облегчит её страдания, он не сомневался, что даже в таком состоянии она испытывает жуткие муки. — Мерлин, Гермиона, что мне сделать, чтобы помочь тебе? — тихо спросил у неё Малфой. Он знал, что сейчас все пострадавшие спят, впрочем, ему было всё равно, даже если его кто-то услышит. — Миона, я так сильно хочу помочь тебе, но я не знаю как? Проклятье, — Драко никогда в жизни не чувствовал себя таким беспомощным. — Только не умирай, ты не можешь оставить меня, — он присел на постель и наклонился над её лицом. — Я не смогу без тебя, правда не смогу, да ты и сама это знаешь. Ты весь мой мир, вся моя жизнь. Гермиона, только не уходи. У нас ведь было с тобой столько планов.        Помнишь, как мы говорили, что когда закончится война, мы полетим в Австралию, найдём твоих родителей и ты вернёшь им память. Ты обещала, что мы полетим на самолёте маглов, и объяснишь, как это работает, — он нервно усмехнулся. — Честно, я боюсь этого, но я знаю, раз ты будешь рядом, то я справлюсь со своим страхом. Ты не сомневалась, что твои родители примут меня, особенно после того, как ты объяснишь им, какая особая магия связывает нас. Я очень хочу посмотреть на мистера и миссис Грейнджер и поговорить с ними, пусть они увидят, как сильно я люблю тебя. Ты решила, что не будешь уговаривать родителей вернуться обратно в Британию, если им понравилось жить в Австралии. Я поддержал это твоё решение, хотя мне кажется, что они вернутся, чтобы быть поближе к тебе.        А потом мы хотели работать в Министерстве, ты повторяла, что я должен помогать оборотням и вообще бороться за права всех магических существ. На счёт всех я не знаю, но с оборотнями я точно найду общий язык. А ты должна стать целительницей, ты умеешь сопереживать людям, у тебя настоящий дар. Как ты спасла меня, когда я не хотел жить, только ты могла это сделать. Гермиона, — Малфой погладил её по волосам, — этого ничего не случится, если ты не откроешь глаза. Я снова хочу посмотреть в твои красивые глаза и увидеть, как ты улыбаешься мне. Пожалуйста, я тебя очень прошу, вернись ко мне. Мы ведь были счастливы, а теперь, когда Реддла нет, будет ещё лучше. Моя мама, она так хочет поговорить с тобой, я сразу это понял. Она очень рада, что у меня появилась любимая девушка, вернее жена. Она приняла это. Гермиона, любимая, ты ведь вернёшься ко мне.        Я помню, ты не хотела устраивать пышную свадьбу, но всё-таки небольшой праздник мы могли бы организовать. Я мечтаю увидеть тебя в красивом белом платье, и как судья поженит нас. А потом у нас бы родились дети, и мы воспитывали бы их с любовью, а не как мой отец, — одна мысль о нём вызвала жжение в горле у Драко. — Мы всё сделаем правильно, потому что мы другие.        Малфой почувствовал, как слёзы текут из его глаз, он вытер их, и снова посмотрел не жену. Он очень надеялся, что она услышала что-то из его слов, и скоро откроет глаза.        Спустя пару минут до его уха долетел шум знакомых шагов — он сразу узнал их, это был Уизли. Он открыл дверь больничного крыла и тихо пошёл к нему, он ступал медленно, чтобы никого не разбудить. Когда он встал рядом с кроватью Грейнджер, Малфой повернул голову и они кивнули друг другу. Несмотря на слабое освещение, Драко был поражён, как плохо выглядит рыжий друг его жены, он словно постарел лет на десять, под его глазами залегли чёрные круги, и взгляд был уставший, словно из него выкачали все жизненны силы. — Мне очень жаль Фреда, — заговорил Малфой, и он на самом деле не врал. — Я знаю, — кивнул Рон. — Мама дома вместе с Джорджем, Анжелиной, Джинни и Флёр. Они занимаются похоронами, — в его тоне слышалась невыносимая боль и печаль. — А я… просто не смог там остаться, мы с Гарри и Биллом решили, что нам нужно чем-то занять себя. Папа взял нас собой в твоё поместье, и там мы провели обыск, вернее он ещё идёт, — Уизли насупился. — Мы внимательно осмотрели комнаты, которые занимал Реддл. — Нашли что-нибудь интересное? — спросил Драко. — Да, он делал записи, что-то типа дневника, но мы смогли прочесть лишь первую страницу, — вздохнул Рональд. — И то, потому что рядом был отец, а он знает руны, он перевёл запись, что это его планы на будущее. — Ого, даже боюсь представить, что у него были за планы, — Малфой передёрнул плечами. — А потом мы допрашивали твою маму, но с ней всё прошло довольно-таки быстро, она нас тоже много спрашивала о тебе, — лицо Уизли чуть посветлело. — Мы ничего не скрывали, и коротко рассказали ей обо всём, а потом Гарри отправил её сюда. Мы не сомневались, что она не сбежит, чтобы помочь беглым Пожирателям. — Сейчас она ушла к сестре, — поведал Драко. Стоило ему это сказать, как на лице Рональда, снова усилилась печаль и страдание. — Мне очень жаль Нимфадору и Люпина. — Всем жаль, что они погибли, — Уизли перевёл взгляд на Грейнджер и пару минут молчал. — Мы допрашивали твоего отца и он… — Рон остановился на полуслове, его лицо резко изменилось, там читалось недоумение и злость. — Что? — устав ждать, спросил Малфой. — Я, конечно, знал, что твой отец плохой человек, но не настолько же, — глаза Рональда потемнели и в них появилось ещё больше сочувствия к блондину. — Что такого сказал мой… Люциус? — напрягся Драко. — Что лучше бы ты умер, — очень тихо ответил Уизли, но Малфой всё равно его услышал.