Скажи, что тебе жаль

      Драко издал нервный смешок, чем сильно удивил Уизли. — Другого я от папаши и не ожидал, — Малфой произнёс это совершенно спокойным тоном. — Раз я больше не чистокровный волшебник, то теперь я грязь под его ногами. Но поскольку я всё-таки его сын, так что для него было бы лучше, если бы я просто умер. Если бы Реддл победил, он бы потом и маму убил, если бы она не смогла родить ему другого наследника. Люциусу надо было остаться вдовцом, а потом он мог бы снова жениться. — Ты так спокойно об этом говоришь? — поразился Рональд. — Я привык к такому отношению от Люциуса, у нас дома всегда была строгая дисциплина и никаких проявлений чувств, — объяснил Драко. — Теперь мне ещё больше ясно, почему тебя так потянуло к Гермионе и ты влюбился в неё, — Уизли посмотрел прямо ему в глаза. — Я думаю, ты понял, что после того, как мы спасли пленных из поместья, я убедился, что ты на нашей стороне, и я принял ваши с Гермионой отношения. Просто я не говорил об этом вслух. — Ну да, я видел, что ты смирился, — кивнул Малфой. — Я сам виноват, что у нас ничего не получилось, и с моей стороны было глупо винить в этом тебя, — признался Рон. — Ты за несколько недель тесного общения с Гермионой увидел то, что я не замечал несколько лет. — На самом деле я давно заметил, что Миона очень привлекательная девушка, — губы Драко тронула улыбка. — Просто я никогда не думал, что могу подойти к ней, потому что она из семьи маглов, ну а я чистокровный аристократ. Если бы меня не укусил Сивый, я бы так и считал, что выше её по положению в обществе, так что я тоже был глупцом, но по-другому, чем ты. — Ну да, — согласился Уизли. — Я так и не извинился за то, что унижал тебя из-за того, что твоя семья была бедней моей, мне жаль, что я во всём слушал отца, а не думал сам, — Малфой решил, что сейчас он может быть откровенен и говорить прямо. — Всё это тоже было очень-очень глупо. Я почувствовал себя полным идиотом, особенно после того, как я познакомился с Биллом. Он так поддержал меня, за это я всегда буду ему благодарен. — Я тоже. Это Билл вправил мне мозги, объяснив, как вы с Гермионой подходите друг другу, — признался Рон. — Гордость мешала мне сказать об этом раньше. Поэтому сейчас я хочу, чтобы ты знал: я вижу, как ты заботишься о Гермионе и любишь её, я уверен, она поправится и у вас всё будет хорошо. — Я очень надеюсь на это, — Малфой первым протянул руку, Уизли не медля пожал её. — Мир? — Мир, — подтвердил Уизли. Они опустили руки и обменялись понимающими взглядами, у обоих словно гора с плеч упала. — В общем, после допроса твоего отца, его отправили в Азкабан, думаю, его ждет поцелуй Дементора, — решил сразу сказать он. — Мне не жаль Люциуса, — честно ответил Драко и прочёл во взгляде Рональда понимание. — Мне нужно в Аврорат, — Рон посмотрел на часы. — Мы создадим специальные группы и будем ловить сбежавших Пожирателей смерти. — Когда Гермиона поправится, я тоже вступлю в такую группу, — захотел Малфой. — Я должен поймать Беллатрису. — Я так и подумал, — кивнул Уизли. — Я пошёл, а ты пришли Патронус, когда Гермиона очнётся или просто будут какие-то изменения в её состояние. — Конечно, — пообещал Драко.        Он проводил Рональда долгим взглядом и затем сел на стул. Усталость последних суток навалилась на него, и он сам не заметил, как стал проваливаться в сон. Последняя мысль посетившая его перед тем, как он ушёл в страну Морфея, была о Уизли. Теперь и его Малфой мог смело назвать другом, он знал, когда Гермиона проснётся, она обрадуется этой новости.        Поспал Драко не долго, его волк услышал незнакомые голоса и разбудил Малфоя. Он прислушался и понял, что в больничное крыло пришли целители. Один из них видимо давно знал мадам Пофмри и жаловался ей, что всех колдунов-медиков и медсестёр из Мунго проверяли на поддержку Реддла «сывороткой правды». — Но ведь нашли же тех, кто его поддерживал, — спокойно сказала школьная медсестра. — Да, но… — мужчина явно замялся, не зная, что на это ответить. — Я немного подслушала допрос целителя Санака, — подала голос какая-то женщина. — Он признался, что две недели назад не оказал помощь двум полукровкам, которых схватили, когда они слушали Поттеровский дозор. Их пытали и привезли в Мунго, когда им совсем стало плохо, а Санак не помог им. Я потом отошла от двери и не знаю, чем всё закончилось для тех несчастных, но думаю, что та пара или сошла с ума или даже они скончались. Так что правильно сделали, что нас всех проверили, — уверенно заявила она.        Драко согласился с этой целительницей, он не хотел, чтобы его жену осматривал колдун-медик, который ненавидит волшебников из семей маглов, и вместо помощи он мог навредить ей. Пока Малфой думал об этом, он понял, что все целители занялись осмотром больных, а затем кто-то стал приближаться и к нему вместе с мадам Помфри. В помещение стало светлее, чтобы работникам Мунго было всё лучше видно. — Вот мисс Грейнджер, — мадам Помфри объяснила колдуну-медику лет пятидесяти, что случилось с женой Драко. Малфой заметил удивлённый взгляд мужчины, когда он узнал, что бывший Пожиратель смерти давно перешёл на сторону «Ордена Феникса», стал наполовину оборотнем и даже успел жениться на лучшей подруге Гарри Поттера. — Боюсь, я ничем не могу помочь, — расстроился целитель, с недоумением глядя на Грейнджер. — Вот и я не знаю, что это за проклятье такое, — развела руками школьная медсестра. — Я позову Брендана, я имею в виду целителя Скотта, если кто что-то и может знать, то только он, — мужчина быстро направился в другую часть больничного крыла.        Драко почувствовал разочарование, если сейчас и целитель Скотт не поможет его жене, то он уже не знал, что ещё можно сделать. Разве что ждать, когда в себя придёт Северус, он очень умный и много знает, вот только, по словам матери, если он и поправится, то случится это не скоро. А у Гермионы может не быть столько времени. — Да-да, сейчас я посмотрю, — раздался рядом приятный мужской голос.        Малфой повернул голову и увидел мужчину лет с шестидесяти, с седыми волосами и очень добрым лицом в очках, он был высокий и хорошо подтянутый. Когда он встретился взглядом с Драко, то прочитал в нём не удивление, а сочувствие. — Здравствуйте, мистер Малфой, я целитель Брендан Скотт, — представился он. — Здравствуйте, — Драко пожал его крепкую ладонь. — Вы ясно, не знаете проклятье, которое попало в вашу жену, но вы видели, как это случилось? — спросил Скотт, Малфой кивнул. — Хорошо, расскажите мне всё, что вы увидели, и может даже услышали, — велел он. — Это сделала моя тётя, — Драко сосредоточился и рассказал все подробности, которые помнил. Он сразу заметил, что лицо целителя изменилось, там появился испуг.        Колдун-медик встал рядом с Грейнджер и несколько раз взмахнул волшебной палочкой, и с каждым взмахом его лицо становилось всё более печальным. — Нет, ох, как жаль, — через пару минут произнёс Брендан, и посмотрел на Малфоя таким сочувствующим взглядом, даже Гермиона так никогда не взирала на него.        У Драко внутри всё оборвалось, дышать стало трудно, одновременно заболело всё тело. Он почувствовал огромную дыру в груди размером с вселенную, он представил, что сейчас скажет Скотт: его жена никогда не проснётся и скоро умрёт. Малфой знал, что не вынесет такую потерю, он просто сойдёт с ума от горя. — Что с Гермионой? — не узнал свой голос Драко, настолько сильно он охрип. — В вашу жену попало очень древнее заклинание, я только читал о нём, я даже не знаю, как оно произносится, — лицо целителя стало извиняющимся. — Но ваша тётя точно это знает, раз применила его и оно сработало, — он сглотнул. — Мисс Грейнджер лишилась магической силы, — объяснил он. — Мне так жаль, я слышал, что она потрясающая талантливая и сильная волшебница, вернее уже была ей…        Человек в светлом халате ещё что-то говорил, но Малфой уже не слышал его. Он просто не мог поверить, что такое возможно. Чтобы его Гермиона, которая знает все заклинания, и вдруг больше не будет ими пользоваться? Это не укладывалось у него в голове. — Но ведь Гермиона не умрёт? — спросил Драко. — Нет, мисс Грейнджер, просто стала маглой, — ответил Скотт. — Где-то через сутки после того, как в неё попало проклятье, плюс-минус два-три часа, ваша жена должна прийти в себя. Внутренних повреждений это заклинание не вызывает, это я точно помню, просто волшебник больше не может колдовать. — Я чувствовал её боль, и она была сильной, — поведал Малфой. — Вы ощущали, благодаря вашей связи, как магия покидала тело вашей супруги, — лицо целителя снова стало очень грустным. — Вы не представляете, как мне жаль, что это случилось именно с мисс Грейнджер. Откуда только ваша тётя узнала это заклинание? — недоумевал он. — Наверняка ей рассказал о нём Реддл, — выплюнул Драко. Страх потерять Гермиону уступил место гневу, теперь он понял, почему у Беллатрисы был такой злорадный взгляд, она точно знала, как работает это заклинание. — Да уж… Тот-кого-нельзя-называть, мог такое узнать, — согласился Скотт. — Зовите его Реддл, — рявкнул на колдуна-медика Малфой. — У него простое имя — он был Томом Реддлом и никаким не Лордом. Он был полукровкой. Его мать была чистокровная волшебница, а отец маглом.        Колдун-медик испуганно посмотрел на блондина, и даже сделал шаг назад. — Я… — Извините, — тут же сказал Драко, понизив голос. — Просто Реддла больше нет. Разве нам нужно бояться его даже после смерти. Вы не согласны со мной? — Да, вы совершенно правы, — кивнул Брендан и переступил с ноги на ногу. — Просто мне требуется время, чтобы привыкнуть к этому, — признался он. — Скажите, я правильно понял, что наша связь с Гермионой не исчезнет? — спросил Малфой, возвращаясь к главной для себя проблеме. — Я не уверен, но думаю, что нет, — помедлив, всё же так ответил целитель. — Вы пометили мисс Грейнджер, — он снова подошёл к её постели, присел и отвернул ворот свитера. — Метка на месте, — сказал он, — магия, которая связывает вас, — это древний брачный обряд. Мне нужны книги, чтобы почитать об этом, и всё же я считаю, что ваша связь никуда не денется. Думаю, вы сами выясните это быстрее, чем я найду в книгах: как только ваша жена очнётся, вы сразу можете это проверить. — Если не считать того, что Гермиона потеряла силу, а так с ней всё в порядке? — уточнил Драко. — Да, — кивнул Скотт. — Как я вижу, — он обвёл взглядом помещение, — здесь я особо не нужен, мои коллеги заберут тяжело пострадавших в Мунго, и помогут им. А я прямо сейчас найду свои древние фолианты и буду читать их, чтобы узнать, что ждёт мисс Грейнджер. — Думаю, в нашей школьной библиотеке тоже можно найти такие книги, — подала голос мадам Помфри. — Да, надо будет поискать их, — кивнул Малфой и впился взглядом в женщину. — О том, что случилось с Гермионой, никому не говорите. — Я сообщу об этом только МакГонагалл, — сказала медсестра. — Ей можно, — согласился Драко.        Целитель Скотт ещё раз повторил, что отправится домой искать фолианты, и сразу ушёл. А другие колдуны-медики занялись перемещением самых тяжёло пострадавших в Мунго.        Малфой сел на постель рядом с женой и взял её за руку, он чувствовал огромное облегчение, что Гермиона не умрёт, самое страшное для него не случится, он её не потеряет. Но он даже боялся представить, что будет с его женой, когда она узнает, что больше не может колдовать. — Теперь ты должен защищать Гермиону ещё сильнее, чем раньше, — велел ему волк. — Конечно, я буду это делать. Ты ещё сомневаешься во мне? — разозлился на него Драко. — Я боюсь за Миону, как она на это прореагирует, — блондин поморщился. — Она сильно расстроится и будет переживать. — Ты и её друзья должны поддержать её, и тогда ей будет легче, — уверенно заявил зверь. — Я должен послать Патронус Поттеру с Уизли и ещё маме, — подумал о них Малфой.        Он не стал говорить в послание, что Грейнджер лишилась магической силы, наверняка рядом с ними находятся другие люди, им этого знать не нужно. Пусть Поттер и Уизли просто вернуться в Хогвартс.        Через пять минут Гарри и Рон уже влетели в больничное крыло, они выглядели весьма встревоженными. А когда увидели, как целители забирают пострадавших в Мунго с помощью специальных порталов, на их лицах появился страх. — Гермиона не умрёт, — сразу успокоил их Драко. — Слава Мерлину, — выдохнул Уизли. — Но, похоже, без последствий не обошлось, — догадался Поттер. Он достал палочку и наложил чары, чтобы их никто не смог подслушать. — Говори, что будет с Гермионой? — Она больше не волшебница, — сдавленным тоном ответил Малфой.        Гарри и Рон открыли рты, переглянулись, а затем с изумлением посмотрели на Гермиону. — Нет, не может быть, — прошептал Поттер. — Мерлин, бедная Гермиона, — Уизли подошёл к постели и без сил опустился около ног подруги. Через пять секунд он поднял убийственный взгляд на блондина. — Твоя тётя… я убью её. — Нет, это я убью её, — заявил Драко таким тоном, что ясно дал понять, спорить с ним бесполезно. — Случилось то, чего я боялся с момента, как узнал, что вы вместе, — Гарри тяжело вздохнул, он выглядел крайне расстроенным. — Нимфадору убили, Лестрейндж, наверняка, уже об этом знает, значит осталось только Гермиона… и ещё Тедди, не удивлюсь, если она захочет убить и маленького мальчика. — Моя мама пошла в доме к сестре, — напомнил Малфой. — Знаю, — кивнул Гарри и попросил пересказать всё, что сказал целитель.        Драко постарался передать слова Скотта как можно точнее. — Значит, ваша связь с Гермионой останется? — оживился Рон. — Целитель так думает, но он не уверен, поэтому и поспешил домой, чтобы найти нужные книги, — Малфой сел в кресло. — Я не представляю, как скажу об этом Мионе, — он надолго замолчал. — Это всё моя вина, из-за моей тётки она лишилась магии, она возненавидит меня. — Нет, этого не случится, — уверенно заявил Поттер. — Гермиона поймёт, что ты не виноват, — добавил Уизли и помолчал. — Может быть, существует способ, как можно обратить заклинание, может нужно какое-то зелье? Если Снейп поправится, то он может приготовить что угодно. Смог же он придумать зелье, которое избавило тебе от метки. — Точно, может крёстный нам поможет, — Драко разозлился на себя, что сам не подумал об этом. — Когда Гермиона придёт в себя? — спросил Гарри. — Скотт сказал, что должна через сутки после попадания проклятье, но может и чуть больше, — ответил Малфой. — Сейчас половина пятого утра, — посмотрел на часы Поттер. — Пока мы никому, кроме твоей семьи, — он перевёл взгляд на Рона, — ничего говорить не будем. Кингсли и так отпустил нас на пару дней, чтобы мы выспались и похоронили Фреда, — при этих слова Уизли дёрнулся. — Мы сейчас сходим в Нору, а через час вернёмся сюда. Когда Гермиона очнётся, она должна увидеть и нас тоже, мы все поддержим её. Так же я скажу мистеру Уизли, чтобы он обеспечил охрану миссис Тонкс. — Я буду здесь, — Драко не мог никуда уйти, да он и не хотел.        Поттер и Уизли оба похлопали его по плечу и быстро покинули больничное крыло.        Малфой прикрыл глаза и всё так же сидел в кресле, он чувствовал себя выжатым как лимон, от него будто осталась лишь сухая корка. Он знал, что только Гермиона снова может наполнить его живительными соками, тогда он ощутит, что кровь опять бежит по его венам.        Прошло минут двадцать, и пришла Нарцисса. Драко наложил чары, которые использовал Поттер, и рассказал матери, что сделала её сестра. Услышав об этом вся кровь отхлынула от лица леди Малфой, она стала похожа на призрака. Драко испугался, что его матушка может упасть в обморок, он наколдовал стул и усадил на него женщину. — Мерлин, вот что имела ввиду Беллатриса, когда чуть больше месяца назад сказала мне, что Тёмный… что Реддл восстановил потерянное заклинание, — медленно произнесла Нарцисса. — Лестрейндж поделилась этим с тобой? — поразился Драко, не сводя взгляд с матери. — Примерно шесть недель назад она стала регулярно уходить в ту часть поместья, где жил Реддл, — немного успокоившись заговорила леди Малфой. — Белла проводила там почти весь день вместе с мужем, а потом они выходили оттуда очень довольные. Но это продлилось недолго, всего дней пять-шесть, а затем её настроение резко изменилось, и она стала недовольная. Три дня она ходила словно злой дракон, так и пылала огнём. Я видела, что Белле хочется поговорить со мной, поделиться тем, что мучает её, но она не могла рассказать мне всё. Вот эти дни она видимо прикидывала, что мне можно сказать, а что нельзя. — И тогда она сообщила тебе, что Реддл восстановил потерянное заклинание, — повторил слова матери блондин. — Да. Белла ещё таким недовольным тоном сказала, что она-то думала это заклинание надо применить ко всем… грязнокровкам, — едва слышно произнесла это слово леди Малфой. — А Реддл ей строго настрого запретил использовать его против всех, он сказал, что… грязнокровки им ещё пригодятся. А вот к их врагам это заклинание надо применить, но он сам будет говорить к кому именно, — она помолчала. — Больше о заклинании Белла ничего не говорила, она лишь много раз повторила, что считает, что Повелитель слишком добр к грязнокровкам. Она не понимала, зачем они ему нужны? Да, — повысила голос Нарцисса, — она добавила, что уже сама решила, к кому применит эти чары. — Думаешь, она уже тогда имела в виду Гермиону? — спросил Драко. — Да. Белла уже давно сказала мне, что раз ты не умер после укуса Сивого, то значит стал отчасти оборотнем, — ответила леди Малфой и опустила глаза. — Белла, как и Люциус, часто повторяли, что лучше бы ты всё же умер, чем жить так. Полагаю, Белла хотела применить эти чары ещё и к Нимфадоре, чтобы и её так же унизить. Ох, бедная моя сестра, — покачала головой женщина. — Вы нормально поговорили с миссис Тонкс? — спросил Драко. — Да, Андромеда приняла мои извинения, к тому же она знала о тебе и мисс Грейнджер, так что, по-моему, это и смягчило её отношение ко мне, — Нарцисса с теплотой посмотрела на сына. — Нам ещё многое предстоит обсудить, но я верю, со временем мы снова станем сёстрами. Ведь я с Андромедой всегда дружила, вот с Беллой она никогда не ладила, они обе были своевольными, только одна осталась хорошим человеком, а другая стала ужасной убийцей.        Малфой увидел боковым зрением, что к ним идет мадам Помфри, он тут же снял чары. Медсестра доложила, что целителя хотят забрать Снейпа в Мунго, там за ним будет лучший уход. Нарцисса попросила разрешение проводить друга до больницы, ей позволили.        Не успела леди Малфой уйти, как вернулись Поттер и двое Уизли, на этот раз пришла и Джинни. Она выглядела уставшей, её кожа была серой, а под глазами залегли такие тёмные круги, что они походили на синяки. — Я хотела выпить зелье и лечь спать, но как только Гарри и Рон рассказали мне, что случилось с Гермионой, я поняла, что должна быть здесь, когда она очнётся, — заявила Уизли. — Хорошо, — кивнул Драко, он не знал, что ещё можно сказать.        Наколдовав стулья, они вчетвером сели около постели Грейнджер. В основном они молчали, Поттер только в двух слова упомянул о своём интервью, он рассказал там и о помощи Малфоя и Снейпа, так что их имена теперь чисты. Драко другого и не ожидал, он видел, что в Ордене его приняли, а вот за крёстного он был рад, теперь ему оставалось только поправиться.       

* * *

       Гермионе казалось, что она долго плавала под водой, и вот наконец смогла вынырнуть на поверхность. Она ещё не открыла глаза, пока на это у неё не было сил, она постаралась прислушаться к своим ощущениям: она быстро поняла, что лежит на чем-то мягком, скорее всего это кровать, но точно не в их домике в пригороде Суонси.        Грейнджер медленно вспоминала события последних дней: перед глазами появилась картина, как они оказались в банке, смогли забрать чашу из сейфа Лестрейндж, а потом сбежали на драконе. А после началось просто сумасшествие, картинки перед её глазами менялись с космической скоростью. Она попыталась сосредоточиться на последнем воспоминание и обрадовалась, когда увидела, что Гарри жив, но вот что случилось потом — она не знала. Гермионе это совсем не понравилось. Она призвала на помощь логику, и подумала, что раз лежит на чём-то мягком, наверное, это койка в больничном крыле, видимо она получила травму и попала сюда. Грейнджер ощущала только небольшую головную боль и сухость во рту, а так она посчитала, что чувствует себя нормально. — Гермиона пошевелилась, — она услышала голос Джинни и обрадовалась, что с подругой, видимо, всё хорошо и она точно жива. — Миона, ты меня слышишь? — рядом с её лицом раздался тихий голос Драко. Она почувствовала, что он взял её за руку. — Ты в Хогвартсе в больничном крыле. Здесь я, Поттер, Уизли и Джинни. — Да, — выдавила из себя Грейнджер, и ощутила, как сильно хочет пить. Она приоткрыла глаза и сразу увидела встревоженное лицо мужа. Но уже через пару секунд он расслабился и улыбнулся ей. — Во… ды, — прохрипела шатенка. — Сейчас, — Джинни села рядом с ней с другой стороны койки. Малфой поднял её голову и Уизли стала поить её небольшими глотками. — Как приятно, — пару глотков воды, показались Гермионе просто живительной влагой. — Я позову медсестру, — она услышала голос Рона и по звуку шагов поняла, что он ушёл.        Уизли вернулся уже через пару минут с мадам Помфри. Она дождалась, пока Грейнджер закончит пить, а затем велела всем отойти от койки, она наколдовала ширму, чтобы спокойно проверить состояние пациентки. — Как вы себя чувствуете? — спросила медсестра Гермиону, пристально глядя на неё. — Сейчас уже лучше, чем пять минут назад, — ответила Грейнджер. — Только голова немного тяжёлая, а так вроде всё нормально.        В это время за ширмой четверо друзей Гермионы не говорили друг с другом, а только нервно переглядывались. Драко сжимал в руке волшебную палочку Грейнджер, которую он подобрал, когда побежал к жене и взял её на руки, с тех пор она была у него.        Мадам Помфри позвала их, они все вместе зашли за ширму. — Я в порядке, — заверила друзей и мужа Гермиона. Она сидела на постели и выглядела неплохо, уже даже не такая бледная. — Мисс Грейнджер, мы сразу должны кое-что проверить, — не стала ничего ждать медсестра и перевела взгляд на Малфоя. — Сейчас ваш муж даст вам вашу волшебную палочку и вы попробуете воспользоваться ей. — Попробую воспользоваться? — в тоне Гермионы слушалось недоумение. — Просто сделайте это, — попросила мадам Помфри.        Драко передал Грейнджер её палочку, он ничего не сказал ей, просто не находил слов.        Гермиона взяла палочку, сжала её в руку и про себя произнесла заклинание левитации, но ничего не произошло, она попробовала ещё два раза, но подушка так и не поднялась в воздух. — Что-то не так с моей палочкой? — спросила она и обвела взглядом всех присутствующих.        Она прочитала на лице мадам Помфри задумчивость, а вот её друзья и муж были очень сильно расстроены, казалось, они могут даже расплакаться. — Мисс Грейнджер, мне очень жаль, что приходиться вам это сообщать, но я думаю, что лучше сказать сразу, учитывая, что физически вы здоровы, — начала медсестра. — Тогда что со мной? — напряглась Гермиона. — Вас попало проклятье, которое лишило вас магической силы, — извиняющимся тоном произнесла мадам Помфри. — Вы больше не можете колдовать.