Скажи, что тебе жаль

      В Аврорате никаких новостей о беглых Пожирателей не появилось, они, словно все затаились, даже магией видимо почти не пользовались или делали это очень аккуратно и только разрешенными заклинаниями, которые невозможно засечь, так как их применяют все волшебники. Не став больше терять времени, Рон и Драко отправились в Уэльс.        Бывший аврор Мейсон Бентли жил в одной из старейших деревень Уэльса, которая называется Беддгелерт. Она располагается в северо-западном графстве Гвинед. Малфой так же как и Уизли никогда не слышали об этом месте, поэтому они появились на окраине деревни, как оказалось, здесь расположена какая-то церковь, вернее судя по тому, что они увидели скорее её развалины. Драко подошёл ближе и прочитал, что это остатки августинского монастыря тринадцатого века. Маглов в это время здесь не было, что позволило ему и Уизли быстро сориентироваться. Поняв, где точно они оказались, они пошли вдоль леса, пока не увидели небольшой домик выкрашенный в коричневый цвет, из трубы шёл дым, это сразу показало, что в данный момент там кто-то есть. — В Аврорате нам сказали, что когда Дамблдор первый раз создал «Орден Феникса» Бентли входил туда, — сообщил Рональд. — Когда Реддл вернулся, Дамблдор общался с Бентли, но тот уже был слишком стар, чтобы выполнять какие-то задания, и даже чтобы посещать площадь Гриммо. Я так понял, что его держали в курсе дел, но он не мог уже никак помочь, кроме разве советов. — Надеюсь, когда этот Бентли увидит меня, он не подумает ничего плохого? — забеспокоился Малфой и поревёл взгляд на домик бывшего аврора. — Я уверен, газеты он читает и знает, что ты давно перешёл на нашу сторону, — то, с каким убеждением заявил это Уизли, немного успокоило блондина.        Они подошли к домику и сразу почувствовали, что он окружён магическим барьером, да таким сильным, что они не смогли даже дотронуться до калитки в заборе. Не успели друзья переглянуться, как дверь дома открылась, и на пороге опираясь на палку, появился высокий худой старик. Несмотря на свой возраст, на его голове было много седых волос, всё лицо хоть и в морщинах, но взгляд прямой и даже сейчас он смотрел на непрошенных гостей, как настоящий аврор — оценивающе. Драко, общаясь с аврорами, уже успел привыкнуть, как они смотрят на всех волшебников, они сразу оценивают их, определяя, кто спокойный, а кто агрессивный. И если от мага авроры чувствуют опасность, они всегда держат руку на волшебной палочке и готовы в любой момент защитить себя, а если придётся, то и окружающих. Вот и сейчас поняв, что к нему пожаловали незваные гости, Бентли опираясь на свою палку, вторую руку держал в кармане, в которой точно лежала его палочка. Но увидев Уизли и Малфоя, на его лице сначала появилось удивление, а потом оно смягчилось. — Какие гости пожаловали ко мне, — сказал он и усмехнулся. — Ладно, заходите, — он достал палочку и взмахнул ей. Рон и Драко сразу почувствовали, что магический барьер исчез, они тут же открыли калитку и вошли на территорию участка. Стоило им закрыть калитку, как хозяин дома снова наложил защитные чары. — Доброе утро, — поприветствовал его Уизли. — Извините за вторжение, просто нам очень нужно поговорить с вами. Я Рональд… — Да знаю я, кто ты такой, сынок. Ты — Рон Уизли, сын Артура, — перебил его Мейсон, а потом перевёл взгляд на блондина. — А ты — Драко Малфой, сын Люциуса. У тебя судьба очень удивительная, ты стал отчасти оборотнем, выбрал себе в пару Гермиону Грейнджер, и помог «Ордену Феникса» победить Реддла. А твой отец оказался в тюрьме. — А… уже нет, он умер вчера в Мунго, — Драко решил сразу быть откровенным, надеясь этим расположить к себе старого аврора. — Люциус Малфой умер?! — изумился Бентли. — Вот так новость. Ну что же, заходите в дом и расскажите мне всё. Моя внучка работает медсестрой в Мунго, она навещает меня, но сейчас у неё столько дел на работе, что она почти ничего мне не рассказывает, — в тоне старика промелькнула обида. — Паола только проверяет, чтобы я пил все зелья, а затем тут же убегает. — Ваша внучка вряд ли знает, что мой отец вообще был в Мунго, — сказал Драко и вошёл в домик.       Внутри жилище выглядело весьма неплохо. В большой комнате вся мебель хотя и не была очень новой, но и не старой, видно её поменяли лет пять-семь назад. На полу лежал тёмный ковёр, стояли четыре кресла, одно около стола, а вот стульев в гостиной не было. Зато на тумбочке примостился современный телевизор. Напротив него стоял большой зелёный диван. Вдоль стен расположились одни стеллажи, все заставленные книгами, для некоторых даже не хватило место, и их пришлось класть сверху на другие книги, а пару стопок поставили на полу.        Мейсон уселся в самое большое тёмное кресло, и указал гостям, чтобы они тоже садились, где хотят. Уизли и Малфой переглянулись и устроились на диване. — Ну, чего уставились на меня и замолчали? — в тоне хозяина дома послышались нетерпеливые нотки. — Расскажите мне, что случилось с Люциусом Малфоем? — он впился взглядом в Драко. — Я несколько раз перечитал интервью Гарри Поттера, где он рассказал, как вы нашли и уничтожили крестражи Тома Реддла, — он произнёс его имя уничижительным тоном. — Я заметил, как Поттер хвалил тебя, Малфой, что ты после того, как стал отчасти оборотнем, перешёл на сторону «Ордена Феникса». Ещё бы ты этого не сделал, ведь Гермиона Грейнджер твоя пара, — вдруг старик улыбнулся, а потом весело рассмеялся. — Твой волк спать бы тебе спокойно не давал, если б ты решил не находиться рядом со своей парой, и тут не важно, пометил ты её или нет.        Драко и Рон тут же переглянулись, и поняли, что точно пришли к тому аврору, который им нужен. — Откуда вы знаете, что делал бы мой волк? — спросил Малфой. — Сынок, я считай, всю свою карьеру охотился на оборотней, а это без малого почти семьдесят лет, как ты думаешь, я много про них знаю или нет? — в тоне Бентли теперь слышалась обида. — Семьдесят лет вы охотились за оборотнями — это круто, — восхитился им Уизли. — Приятно, что ты это оценил, — Мейсон посмотрел на него с одобрением. — Слушайте, я понял, так же из интервью Поттера, что сейчас вы помогаете ловить сбежавших Пожирателей смерти. Можете не беспокоиться, всё, что вы мне расскажите, и умрёт со мной.       Моя жена скончалась ещё десять лет назад, сын ещё раньше, я и общаюсь только с внучкой и правнуками, но они сейчас готовятся сдавать экзамены в Хогвартсе, так что не заходят ко мне. Да и не стал бы я пугать их страшными историями. Паола говорила мне, что они и так весь год тряслись из-за брата и сестры Кэроу, которые командовали в школе.        Вы ко мне пришли потому, что вам, я так понимаю, нужна моя помощь, — хозяин дома произнёс это не без удовольствия. — Я готов помочь. Дамблдор ко мне тоже иногда заходил, я и ему кое-что рассказывал. Если я теперь медленно хожу, и слышу не так хорошо, как раньше, это не значит, что я плохо соображаю или память стала меня подводить. Но прежде, чем вы начнёте задавать мне вопросы, я просто хочу узнать последние новости со всеми подробностями.        Друзья переглянулись, стараясь одними взглядами обменяться будто мыслями. Драко почти сразу кивнул, показывая, что готов рассказать о Люциусе. Рон несколько секунд медлил, а потом тоже согласился. — Думаю, это будет справедливо, — сказал он, глядя на Бентли, а затем перевёл взгляд на блондина. — Это твой отец, тебе о нём и говорить. — Хорошо, — Малфой тяжело вдохнул, а потом рассказал, что случилось с Люциусом. И ещё упомянул, не вдаваясь в детали, что Реддл пытался восстановить разные древние утерянные заклинания. И одно из них то, которое лишает волшебника магической силы — это проклятье, которое может даже отнять жизнь. Такие чары послала Беллатриса Лестрейндж в его жену. Он так же добавил, что они с Гермионой официально поженились и провели «Обряд свидетелей». Когда он об этом говорил, то заметил, каким задумчивым стало лицо Мейсона. — Вы что-то знаете об этом проклятье? — он напрягся и быстро переглянулся с Уизли. — Да, — ответил хозяин дома и улыбнулся. — Можешь не волноваться, Малфой, к жене твоей вернётся магическая сила. — Вы в этом уверены? — спросил Драко, чуть наклонившись вперёд. — Отец тоже так говорил, но у него из-за проклятья в голове всё перемешалось… — он замолчал, а потом добавил, что Лестрейндж дважды пыталась проклятье Гермиону. — Что же ты сразу это не сказал? — разозлился Бентли, и посмотрел на них как строгий учитель. — Итак, молодые люди, если вы хотите моей помощи, то ничего, — он выделил это, — ничего не скрывайте от меня. А теперь подумайте, что я ещё должен знать? — А… ну наверное, что Реддл и сам подумывал стать отчасти оборотнем, — ответил Уизли. — И вчера незадолго до смерти, отец вспомнил, как подслушал часть разговора, — он пересказал слова Люциуса о волке. — Вот кажется и всё. — Знаете, вот сейчас мне стало если не всё ясно, то многое, — хозяин дома снова расслабился и его взгляд с колючего изменился на спокойный. — Итак, Малфой, ещё раз повторяю: к твоей жене сила точно вернётся, — он встал с кресла и подошёл к стеллажу, который стоял около окна справа, он быстро достал две книги и затем снова сел в любимое кресло. — Начну немного издалека.        Когда я пришёл работать в Аврорат, то сначала, как любой новичок, занимался мелкими преступлениями. Тогда после первой мировой войны у маглов, многие волшебники стали больше переезжать в другие страны. К нам тоже ехали и часто даже по незнанию нарушали закон. Вообще-то тогда, в начале двадцатых годов, к маглам чаще применялась магия, сами волшебники стирали им память, не дожидаясь никого из Министерства, частенько даже не докладывали о таком и это было в порядке вещей. Министерства многих стран и внимание на это не обращали, простаков подчиняли Империусом, и это тоже тогда было как бы нормой, вот Круцио уже каралось законом, но за первое применение, могли даже в тюрьму не посадить, а просто выписать большой штраф. Тут всё зависело от обстоятельств, случалось и такое, что на волшебников нападали простаки, они ведь не знали, что могут получить страшный для себя отпор.        И как вы можете догадаться, оборотни тоже тогда спокойно жили, многие не скрывались и к ним нормально относились. А уж на волшебников, кого поцарапал оборотень не в полнолуние, даже если им сильно досталось и они слышали в голове голос волка, всё равно никто не обращал внимания. К ним относились точно так же, а некоторые даже завидовали, так как маги, кто стал отчасти оборотнем, становились сильными физические и почти не болели.        Вы сказали, что Том Реддл хотел стать отчасти оборотнем, и даже, видимо узнал, что можно убить голос волка в своей голове. Меня это не удивляет, и да, волка убить можно, такое заклинание существует много веков. — Вот, я же говорил тебе, что это правда, — тут же в голове Драко раздался голос зверя. — Слушай, ты можешь хоть на время заткнуться и дать мне послушать мистера Бентли, — рявкнул на него Малфой. — Вижу, твой волк что-то сказал тебе, — уверенно заявил Мейсон. — Я всегда замечаю, когда оборотни или наполовину оборотни беседуют со своими волками. — Мой волк ещё вчера говорил, что существует заклинание, которое может его убить, но мы не были до конца в этом уверены, — признался Драко. — А раз сейчас вы сказали, что это можно сделать, то значит так и есть. — Да, — хозяин дома пролистал книгу и открыл на какой-то главе, а потом протянул её блондину.        Он взял её и увидел незнакомый язык, но его больше всего привлекла картинка на странице: там был нарисован волк с отрезанной головой. Малфой почувствовал, как испугался его волк, никогда в жизни он не чувствовал в нём такого сильно страха. Он показал картинку Рону. — Ничего себе, — ахнул он и поднял взгляд на старика. — Здесь написано, как можно убить волка? — Это норвежская книга об оборотнях, — стал объяснять Мейсон. — Заклинания как именно убить волка внутри своей головы здесь нет. Но тут просто рассказывается, как всё это происходит и почему. — Вы знаете норвежский язык? — спросил Драко, скрыв сомнение в голосе. — Да, пришлось выучить, чтобы лучше разбираться в оборотнях, — неожиданно Бентли улыбнулся. — Моей жене Ребекке очень нравилось учить разные языки, она знала французский и итальянский, а потом мы вместе выучили норвежский и русский, — он потряс в руке второй книгой. — Норвежские маги, но особенно русские, очень тщательно охраняют все секреты оборотней и заклинания против них. Я разговаривал и с норвежцами и русскими, некоторые думали, что после распада Советского союза они станут более сговорчивыми, но нет, они наоборот ещё больше закрылись и даже перестали продавать в другие страны некоторые ингредиенты для зелий. Но даже та скудная информация, которую я получил от них ещё тридцать лет назад, помогла мне лучше понять оборотней, наполовину оборотней и то, как живётся их парам. На самом деле, что в России, что в скандинавских странах, в основном, конечно, в Норвегии оборотням живётся куда спокойнее, чем у нас. Их не считают изгоями общества, они спокойно устраиваются на любую работу, некоторые их просто побаиваются и всё. По сути, опасаться оборотней стоит мужчинам, которые оказывают непозволительные знаки внимания их парам. — Вы считаете, что Реддл правда хотел убить голос волка в своей голове, чтобы не попасть в стаю Сивого? — спросил Малфой. — Фенрир Сивый это отдельный разговор, — хозяин дома нахмурился. — Реддл, я думаю, всё про него знал, но об этом чуть позже. Так вот, возвращаясь к Тому: ему голос волка в голове точно сильно мешал бы, ведь его душа была поделена. Если бы он убил кого-то уже став отчасти оборотнем, то тут проблем бы не возникло, а вот то, что он делал до этого… тут всё очень плохо могло на нём отразиться, — он недолго помолчал. — Я честно и сам не до конца уверен в том, что сейчас скажу, но в то же время часто мои предположения подтверждались. Так вот я думаю, что Реддл мог слышать голоса нескольких волков в своей голове. — Несколько волков сразу? — Драко машинально схватился за голову. — Меня один волк раздражает, я далеко не сразу нашёл на него управу, а тут несколько… нет, я даже представить этого не могу, — он поджал губу. — Это ужасно. — А почему вы так подумали? — спросил Уизли. — Потому что, как раз в этих самых книгах, — Мейсон посмотрел на ту, что держал в своей руке, а потом перевёл взгляд на книгу, что по-прежнему сжимал блондин. — Так вот тут сказано, что если некий маг хочет стать оборотнем или отчасти оборотнем специально, чтобы продлить себе жизнь или вылечится, то у него могут возникнуть трудности. Поскольку магия оборотней очень древняя, она как бы высвечивает после укуса или царапины всю вашу жизнь: и если вы были не плохим человеком, пусть и совершали ошибки, вы сможете, например, вылечится. Ну а если вы совершили какой-то ужасный и даже непростительный поступок, то вам придётся заплатить за него. И тогда несколько голосов волка будут всё время преследовать вас. Так всё это описывается в одной из книг, по-моему, именно у русских, — он пролистал её. — Давно я не перечитывал эти книги. Суть в том, что магия оборотня, она как бы наказывает вас за плохие поступки в прошлом. — Реддла бы тогда точно наказали, — уверенно заявил Рональд и переглянулся с другом. Малфой был в таком шоке, что просто кивнул. — Он сам убил много человек, и ведь ещё по его приказам Пожиратели смерти пытали и убивали других магов и маглов. — Вот-вот, у Тома руки по локоть в крови. И я думаю, многие голоса волков просто свели бы его с ума и кто знает, может привели бы его к самому страшному — самоубийству, впрочем, в этом я не уверен, — Бентли поджал губы. — По крайне мере, в книге прямо написано, что некоторые волшебники так и заканчивали жизнь, потому что не могли побороть голоса. Как вы наверняка знаете, голос зверя — это голос совести, вот некоторые и не могли этого выдержать. Реддл похоже тоже прочитал об этом, иначе он бы не разыскали записи или мага, который сообщил ему об этом заклинание. — Точно, — оживился Драко. — Мы всё думали, что Том сам восстанавливает все потерянные древние заклинания. А что, если пока он путешествовал по Европе, то нашёл несколько человек, которые сообщили ему их. Раз этими чарами до сих пор пользуются в некоторых странах, то Реддл мог легко запугать мага и принудить его поделиться информацией. — А может он даже заплатил ему или им, — предположил Уизли. За что получил скептический взгляд от друга. — Я всё равно считаю, что такое может быть. Ведь судя по показаниям некоторых Пожирателей, их Повелитель собирался потом завоевать другие страны в Европе, а это значит, он должен был с кем-то иметь там хорошие отношения, чтобы у него там были союзники. — Ты выстроил логичную цепочку событий, Рональд, — похвалил его хозяин дома. — Ты, Малфой, я понял, какое-то время жил с Томом под одной крышей и привык бояться его. Но ведь не для всех Реддл был таким страшным тираном, он прислушивался к мнению своих самым верных Пожирателей, и говорят в некоторых странах у него остались знакомые, особенно в Албании, с которыми, можно считать, он поддерживал дружеские отношения. — Да, похоже вы оба правы, — согласился с ними Драко. — Надо будет рассказать об этом Гермионе, Поттеру и твоему отцу, — он посмотрел на друга. — Вы пока не торопитесь уходить, вы ещё о Сивом ничего не знаете, — Бентли достал палочку, взмахнул ей и к нему прилетела кружка с чаем.        Он предложил чаю и гостям, они попросили только воды. Залпом выпив полкружки, Малфой почувствовал, что очень сильно хотел пить. — Так что там с Сивым? — поинтересовался Уизли и сделал небольшой глоток воды. — Вы так говорите о нём, будто с ним что-то не так? Он что, какой-то необычный оборотень? — На самом деле так и есть, — ответил Мейсон. — Есть очень небольшой процент волшебников, у кого предрасположенность быть оборотнями. — И что это значит? — не понял Драко. — А то, что многие заклинания для поимки оборотней на них не действуют, — раздосадованным тоном ответил хозяин дома. — Да и просто обычные заклинания тоже. Например, я не раз вот так же находился рядом с Сивым и был уверен, что вот сейчас поймаю его. Я пытался и связать его и обездвижить, в общем чего я только не перепробовал, но мои чары держались хорошо если пару секунд, а потом Фенрир будто сбрасывал их, как те же магические верёвки и убегал. И я многие годы просто не мог понять, почему я и мои коллеги не можем с ним ничего сделать? Я за тридцать лет столько волшебных палочек сменил и ругал их, говорил, что они быстро перестают работать как надо, — он горько усмехнулся. — И только потом вот из книг и от одного норвежского мага по имени Оле я узнал, что есть такие оборотни, которые были рождены, чтобы ими стать. Они очень сильные физически, так же медленно они стареют. До сих пор никто не может понять, сколько лет Сивому. Как по мне, он за мои семьдесят лет постарел хорошо, если на десять-пятнадцать. У него потрясающий слух, нюх и все другие чувства обострены до предела. — Да это прямо супермен какой-то, — проворчал Малфой. — Кто? — удивился Бентли. — Это такой герой фильмов маглов, — Рон тоже смотрел кино по телевизору и объяснил всё хозяину дома. Тот его внимательно выслушал. — Да, это удачное сравнение, — согласился Мейсон. — Но не всё так просто, есть в этой силе Фенрира один существенный минус. Ему очень трудно найти себе пару. Поэтому он и не всегда проводит время в Британии, он часто путешествует по Европе, думаю и по другим материкам тоже, всё ищет для себя идеальную женщину. — Я быстро понял, что Гермиона моя пара, — сказал Драко. — Это ещё случилось потому, что ты её давно знал, хотя вы и не были друзьями, — объяснил Бентли. — Это не случайно, что именно Грейнджер, вернее уже миссис Малфой, нашла и спасла тебя. Оборотни и их пары всегда имеют очень сильную связь. Раньше такая же связь была у волшебников, кто во время свадьбы произносили заклинание «Вечности». До сих пор историки спорят, что появилось раньше: связь оборотня с его парой или чары «Вечности». Всем ясно, что они во многом схожи, то есть значит, что кто-то придумывая заклинание позаимствовал какие-то фрагменты у другого. Но вот кто был первым, так и не ясно. — Так может Сивый после поражения Реддла просто взял и сбежал на материк? — предположил Уизли. — Раз он и раньше так делал, то может у него там даже есть место, где он прячется. — Всё может быть, вот тут я не знаю, — пожал плечами хозяин дома. — Но одно мне ясно: если вы не нашли тело Фенрира, то значит, он точно жив. — Теперь это очевидно, — Малфой в этом не сомневался. — Получается, убить его можно только Авадой? — Да. Сивого надо убить, или если вы будете ловить его, вас должно быть как минимум трое, а лучше пятеро, — стал объяснять Мейсон. — Какой бы там сильный не был оборотень Фенрир, но с мощными чарами сразу тремя и более волшебников он не сможет справиться. — А вы не знаете, где у Сивого логово в Британии? — спросил Рональд. — Мы собственно за этим к вам и пришли. Мы подумали, что раз вы так долго охотились за оборотнями, то должны знать, где может прятаться Фенрир. — Вы правильно подумали, — хитро улыбнулся хозяин дома. — У меня ушло где-то пару десятков лет, чтобы узнать, где может скрывать Сивый. Сначала я думал о лесах Шотландии, и провёл там огромное количество часов, вернее дней и месяцев, выискивая логово оборотня, но ничего не обнаружил, даже отдалённого похожего на него. И сильно расстроился.        Тогда моя жена посоветовала мне почитать газеты маглов после полнолуния, она предположила, что кто-то мог слышать некий вой где-то в лесу или около города и подумать, что это волки. Я так и сделал, и не просто один раз, я стал отслеживать все упоминания о волках, которых слышали простаки в полнолуние. И так я понял, что такие странные звуки слышат маглы, которые проживают в Уэльсе. Некоторые даже утверждали, что видели какое-то чудовище на четырёх лапах. Я подумал и понял, что не каждый месяц, иногда с интервалом в три-четыре месяца, а порой и полгода, появляются подобные статьи. И тут я сообразил, что Сивый путешествует на материк из портов Уэльса, их тут много, есть крупные, есть поменьше, главное, что регулярно корабли уплывают отсюда в разные страны, вот на них и передвигается Сивый. А потом он всегда возвращается домой.        Было время, как раз я думаю, после исчезновения Реддла, когда Фенрир редко покидал пределы Уэльса, он всё же боялся, что его могут поймать, а может и убить. Смею предположить, раз в несколько лет, он путешествовал по стране, а затем возвращался в своё логово в Уэльсе, проводил здесь какое время, а потом снова покидал страну. Потом он приезжал обратно и так по кругу, пока не вернулся Реддл. — Тогда сейчас он, скорее всего или здесь в Уэльсе или уже успел покинуть Британию, — Малфой посмотрел в окно, словно мог там увидеть Сивого. — А вы не знаете, в каком графстве он обосновался? — спросил Уизли. — Нет. Я пытался это вычислить, но не смог, — в тоне Бентли слышалась досада. — Как я вам уже сказал: Фенрир не обычный оборотень, так что в полнолуние он не теряет голову, он ясно мыслит и без зелья. — То есть он может спокойно гулять по лесу и не рваться в город, чтобы напасть на человека? — Драко думал, что сюрпризы уже закончились, но оказалось, нет. — Ох, ну ничего себе, — поразился Рон. Для него это тоже стал день открытий. — То, что Фенриру не нужно привязывать себя цепями, как это раньше до появления нового зелья делали другие оборотни, я узнал об этом больше тридцать лет назад от своего норвежского друга Оле, — поведал Мейсон. — Причём Оле был уверен, что эта особенность прирождённых оборотней мне знакома, поэтому не упоминал об этом при наших первых встречах. Уже после я сообразил, что в таком состоянии Сивый спокойно пробегает много миль за ночь, из-за этого и не поймёшь, где он прячется. — Теперь ясно, почему за все эти годы даже вы не смогли поймать Фенрира, — вздохнул Уизли. — Я не раз был близок к его поимке, но мне не везло, — в тоне хозяина дома слышалась сильная досада. — Да, честно говоря, и напарников хороших у меня не было.        Оборотней у нас в стране появилось много после второй мировой войны у маглов, но потом за двадцать лет, тех кто совершал преступления, поймали, а те, кто желал просто спокойно жить, их никто и не трогал, о некоторых, я уверен, никто и не знал, кроме родственников. Так что можно считать, я один все эти годы выслеживал Сивого. Он всегда был самым опасным, потому что хотел кусать других, особенно детей в полнолуние.        Я понял из интервью Гарри Поттера, что вы и ещё миссис Малфой несмотря ни на что упорно шли к своей цели и добились её. Мне бы в молодости таких напарников, я бы с ними точно поймал Фенрира, но, увы, я был одинок в своём стремлении.        Драко вдруг почувствовал сильную жалость и одновременно симпатию к бывшему аврору Бентли. Очень обидно, что сейчас он так стар, если бы он мог хотя бы нормально ходить, им бы точно не помешала его помощь. — А у вас не появилось никаких идей, зачем Реддл решил проверить эти чары проклятья на парах оборотней? — спросил Малфой. — Нет, — качнул головой хозяин дома. — Я и раньше читал, что так поступали с парами оборотней, и что магия всегда возвращалась к женщинам. Но вот зачем так делали, об этом в книгах не сказано.        Знаете, я напишу Оле, может он что-то слышал об этом. Прямо сейчас этим займусь.        Было видно, что этот вопрос сильно заинтриговал Бентли. Он хромая дошёл до стола, что стоял рядом с окном, сел в другое кресло и написал письмо своему норвежскому другу. Он заверил Драко и Рона, что как только получит ответ, сразу позовёт их. Уизли сказал, что им можно даже не писать записку, а послать Патронус, они так же могут ответить ему. В первый миг казалось, что Мейсон удивился, что Малфой тоже может вызывать своего защитника, но уже через пять секунд на его лице появилось одобрение. — Спасибо вам за помощь, — поблагодарил его Рон, когда они вышли на улицу. — Вы нам, правда, очень помогли, — сказал Драко. — Надеюсь, после ответа Оле я смогу поделиться с вами ещё более нужной информацией, — хозяин дома задержал взгляд на блондине.        Малфой и Уизли попрощались с Бентли и вышли за пределы защитных чар. — Мне понравился старый аврор, — признался Рон. — Мне тоже, — кивнул Драко, идя к руинам монастыря. — Он сразу пустил нас в дом, ну да, сначала он потребовал от нас поделиться последними новостями, но я считаю это нормально. И когда Мейсон узнал, зачем мы пришли, было видно, что он реально захотел помочь нам. — Он много лет работал, а теперь сидит дома один, хотя у него и много книг и даже телевизор есть, но всё равно, я думаю, он иногда скучает по Аврорату, по активным действиям, — Уизли оглянулся, но дома старика уже не увидел. — Надо рассказать Поттеру, что мы узнали о Сивом, — сразу решил Малфой. — Но сначала вернёмся в поместье, надеюсь Гермиона с мамой ещё не ушли в банк. Отойдя за деревья, и убедившись, что рядом нет маглов, они исчезли с хлопком.