Скажи, что тебе жаль

      Рон и Драко решили, что и сегодня им можно трансгрессировать к лесу, недалеко от развалин монастыря. Увидев древнее строение, Гермиона быстро обошла его, ей стало жаль, что у неё нет времени подробно изучить всё, она надеялась, что в будущем она ещё здесь побывает, а сейчас надо идти к дому бывшего аврора.        Как и вчера, стоило гостям подойти к забору, как через минуту дверь открылась, и на пороге показался мистер Бентли. Судя по его лицу, он не сильно удивился, что теперь к нему пришли ещё Поттер и Грейнджер, он достал из кармана палочку, и четверо друзей смогли зайти в калитку.        Уизли и Малфой первыми поздоровались с Мейсоном, как только вошли за ним в дом и представили своих друзей. — Гарри Поттер, рад познакомиться с тобой лично, — Бентли протянул ему руку и Поттер пожал её. А затем хозяин дома перевёл взгляд на шатенку. — Молодая миссис Малфой, вижу, ты не утерпела и решила сразу узнать от меня новую информацию. Не поверила, что к тебе точно вернётся магическая сила просто так? — Да, — Гермиона почувствовала себя неловко, словно старый аврор прочитал её мысли. — Не то, чтобы я считаю будто вы соврали, просто хотелось бы больше узнать об этом, — поспешила объяснить она. — А уж мне-то как интересная стала эта тема, раньше я как-то не задумывался об этом, — Мейсон развернулся и пошёл к своему любимому креслу и указал гостям, чтобы они тоже устраивались.       На этот раз на диване уселись Драко с женой, а Рон и Гарри расположились в креслах. Бентли взмахнул палочкой и со стола к нему прилетели бумаги. Одни сразу видно, что это его собственные записи, которые он перевёл, а вот другие были написано по-норвежски. — Вы успели всё перевести? — спросил Уизли. — В общем да, — ответил хозяин дома, его лицо стало довольным. — Как оказалось, я быстро вспомнил все тонкости норвежского языка, надо было только начать читать. — Значит, вы знаете, почему пар оборотней проклинали? — спросил Гарри и посмотрел на подругу. — Да, теперь я знаю все подробности, — ответил Мейсон. — Вы, я так понимаю, — он посмотрел на Поттера и Грейнджер, — в курсе того, что я рассказал вашим друзьям вчера? — Да, — ответила Гермиона. — Рон и Драко нам всё в подробностях пересказали. — Хорошо, — кивнул Бентли и стал быстро перебирать листы, чтобы найти первый. — Вы хотите, чтобы я объяснил вам всё своими словами или чтобы я зачитал отрывки из дневника. Честно, я читать ничего не хочу, могу дать вам, почерк у меня разборчивый.        Трое молодых людей тут же посмотрели на шатенку. — Я могу зачитать то, что вы считаете самым важным, — Грейнджер улыбнулась друзьям и мужу. — А остальное вы можете рассказать своими словами. — Отличная идея, — похвалил её Мейсон и отложил два листа. — Начало тут такое долгое, а вот уже потом ты кое-что прочитаешь. Суть на первых листах в том, что в Норвегии появились оборотни и никто поначалу не мог понять, как и откуда они взялись? Некоторые сразу подумали, что эти странные существа пришли с востока и севера, то есть из России. Через какое-то время норвежцы и русские встретились, поговорили о странных, страшных и очень сильных существах и поняли, что похоже они всё же появились откуда-то с востока. Тут есть много разных легенд, так же упоминаются Гули — это так арабы называли своих страшных существа. Но дело в том, что там они не превращаются только в полнолуние, они прибывают в этом жутком состоянии каждый день двадцать четыре часа в сутки.        В Европе начали бороться с ними, и со временем уже здесь изменили заклинания и появились оборотни в том виде, каком мы сейчас их знаем. По крайней мере, так принято считать, а уж как всё было на самом деле, вряд ли мы когда-нибудь выясним. И примерно в то же время и проявилась особенность оборотней искать себе пару по запаху. Поначалу, как это часто бывает, женщин, которые подходили оборотням, их сразу стали считать такими же изгоями и семьи отворачивались от них. Некоторые волшебницы даже кончали с собой, выпивали яд, чтобы не становиться женой оборотня. Таких было мало, в основном женщины принимали заботу оборотня, так как быстро осознавали, с каким трепетом мужчины относятся к своим парам, они готовы ради любимой на всё. И через какое-то время женщины привыкали к ним и в целом неплохо жили. Но вот общество их всё равно отторгало. И в дневнике предков Оле написано, что именно родственники женщин проклинали своих дочерей. — Боже, какой кошмар, — Гермиона была поражена в самое сердце.       На лицах Поттера и Уизли был написан чистый шок и ужас, они с сочувствием посмотрели на подругу. А Малфой тут же взял жену за руку. — Это звучит ужасно, но меня это не сильно удивляет, — признался он и перевёл взгляд на старого аврора. — Но ведь проклятья не действовали на женщин или хотя бы не на всех? — Вот это главное: проклятья действовали не на всех жён оборотней, — ответил хозяин дома и пробежал глазами по своим записям. — Все быстро поняли, что проклятья, которые посылали в женщин, были разными, тут похоже всё зависело от семей. В этих записях это не указано, но мы-то с вами знаем историю магии, и что заклинание лишение силы появилось очень давно и поначалу его применяли к волшебникам из семей маглов. — Я ещё читала, что в Древнем Риме, Китае, Египте и вроде даже Греции применялись эти чары к преступникам волшебникам, — не удержалась от комментария Грейнджер. — Про другие страны, особенно восточные, мало что известно, а вот про Древний Рим сказано: что вроде лишить жизни мага за преступления против маглов, в основном судили за убийство, было как-то слишком жестоко, поэтому придумали просто забирать его силу. Но потом, как выяснилось, она возвращалась, вот это же случилось и с Роном, — она перевела взгляд на друга. — Это как раз зависело от заклинаний, которые были разными. Были и такие чары, которые полностью лишали волшебника силы, а потом и жизни, и в этом случае мага не спасало даже то, что он из чистокровной семьи. Но считается, что это заклинание потерялось ещё в средневековье. — Да, совершенно верно, — Бентли с одобрением посмотрел на гостью. — Но вернёмся к записям из дневников предков Оле. Некоторые отцы и матери хотели просто убить своих дочерей, и у них это получалось, были и такие, кто пытались лишить девушек силы, считая, раз дочь стала парой оборотня, она больше не имеет права быть волшебницей. Применялись древние семейные чары, отсюда и появление руны на спине проклятой девушки. Вот только неожиданно выяснилось, что руна появлялась, а затем в течение дня или двух исчезала, хотя да, женщина лишалась магии, но потом проходило несколько месяцев и сила возвращалась к ней. Некоторые родители не узнавали об этом сразу, и эта информация доходила до них только через несколько лет, а многие так и умирали, не узнав, что их дочь полностью излечилась и спокойно живёт как раньше.       Можно считать, что был такой всплеск проклятий, но когда родственники увидели, что они не эффективны, то перестали посылать их и оставили женщин в покое.        А затем где-то в веке девятом-десятом маги стали замечать, что жёны оборотней очень сильные волшебницы, так же они физические крепкие и живут куда дольше, чем женщины, кто вышли замуж за обычных магов. И детей тогда рожали по много, восемь-десять — это было в порядке вещей и тут самое главное, — хозяин дома посмотрел на мистера и миссис Малфой, — младенцы не умирали, как и это нередко происходило в семьях волшебников. Уже и тогда целители помогали женщинам зельями, старались облегчить их роды, и надо сказать, что если грозила опасность, то спасали всегда роженицу, потому что все понимали: ещё не ясно выживет ли младенец? А вот женщина поправится и потом сможет опять забеременеть. Часто такой подход встречался в некоторых, конечно не во всех, но в чистокровных семьях, где отцы и матери особенно сильно переживали за своих дочерей.       Тут ещё выяснилось, что не все дети у кого отец оборотень наследуют от него это проклятье, девочкам оно вообще не передавалось, а сыновьям только в половине случаев. А позже эта цифра стала ещё меньше.       Спустя ещё пару веков, когда особенно остро свирепствовали разные болезни, в семьях волшебников наоборот стали хотеть, чтобы одна из дочерей, как правило, младшая, была выбрана оборотнем. — Тогда женщина будет сильной и здоровой и сможет спокойно рожать детей, — быстро суммировала информацию Гермиона. — Магия мужа будет помогать ей. — Да, всё так, — кивнул Мейсон. — И вот тогда в некоторых семьях, уж в Норвегии точно, где сохранялись традиции, стали сами проклинать женщин, которые входили в их семьи. Они знали, что те не умрут, но считалось, что магия быстро к ним вернётся, если девушка любит своего мужа. А вот если новоиспеченная жена вышла замуж за оборотня, потому что ей так велели родители, они говорили, что благодаря магии супруга она будет здоровой и ещё более сильной, то магические способности будут возвращаться к ней медленно. Мужчины всё равно любили своих жён, они ведь выбрали их по запаху и голос волка тоже помог им в этом, но, что называется, осадок оставался. И вроде как именно поэтому считается, что оборотни могли в редких случаях изменять своим жёнам.       И такая практика проклятий существует и по сей день. Оле даже в письме отдельно написал об этом: так что в Норвегии, России и некоторых других странах есть древние и могущественные семьи, которые таким образом проверяют своих родственниц. Заклинания эти считаются семейными, и у всех они разные, но смысл их один: надо выяснить любят девушка мужа или нет? Оле написал, что этими чарами пользуются не сразу после свадьбы, а через несколько лет. — Как ни странно, но, пожалуй, это логичный поступок, — неожиданно для друзей заявила Гермиона. — Если брак по любви — это прекрасно, а если по расчёту, то печально, — она посмотрела на мужа. — И в семьях правильно делают, что проверяют невесток не сразу, а спустя какое-то время. Вначале девушка ещё может не любить мужа, он ей просто нравится, и она принимает его заботу, но уже через несколько лет должны появиться сильные чувства. — Ну да… ты права, — согласился с женой Малфой. — Я тогда правильно понимаю, что к Гермионе магия вернётся быстро, раз она любит Малфоя? — спросил Гарри. — Да, — ответил хозяин дома и задержал взгляд на шатенке. — Если ты вышла замуж по любви? — Конечно, — ответила Грейнджер, прямо глядя на старого аврора. — А через сколько месяцев магия может вернуться, ваш друг написал? — спросил Рон. — Где-то от трёх до шести месяцев — это считается быстро, — Бентли снова посмотрел на листы в своих руках, а затем перевёл взгляд на гостью. — Может даже ещё быстрее, если например, ты попадёшь в какую-то ситуацию, когда тебе будет грозить смертельная опасность и тогда у тебя как бы случится выброс магии. — Как это бывает у детей, — задумчивым тоном произнесла Гермиона. Впервые с того дня, как она очнулась в больничном крыле Хогвартс и узнала, что больше не сможет колдовать, она почувствовала, что скоро всё будет как прежде. — Тогда получается, что если бы Рон не принял на себя чары Лестрейндж и они снова попали бы в Гермиону, то она всё равно бы не умерла? — спросил Поттер. — Нет, не умерла. Вот об этом мне Оле тоже отдельно написал, — Мейсон протянул листок шатенке.        Она взяла его и сразу оценила, какой аккуратный, даже красивый почерк у мистера Бентли. — Мейсон, ты, честно говоря, удивил меня историей о бедной девушке, которую могли проклясть дважды, — начала читать вслух Грейнджер. — Это прямо напомнило мне истории из старых норвежских сказок, а ещё из записей сделанных моими предками, которые дружили с семьями оборотней, и до сих пор из поколения в поколение мы поддерживаем эти тесные отношения.        Были такие отцы у некоторых девушек, которые проклинали их несколько раз, даже узнавали заклинания в семьях друзей, надеясь, что уж эти чары смогут убить непутёвую дочь, которая связалась с оборотнем. Но магия оборотня удивительным образом так сильна, что такие проклятья не берут их жён, особенно когда те, искренне любят своих мужей.       Один мой предок в десятом веке подслушал разговор двух таких злых отцов, они надеялись, что если лишат дочерей магической силы, то те станут не нужны своим мужьям оборотням, и те сами их убьют. И после похорон быстро найдут себе новых жён, хорошо бы из семей маглов. Когда мой предок это услышал, он с трудом сдержался, чтобы не рассмеяться в полный голос. Эти папаши ничего не понимали в магии, которая связывала оборотня и его пару, они именно, что созданы друг для друга. Когда мужчина так сильно любит свою жену, он никогда её не обидит. Но таким отцам этого просто не понять, они эгоисты и никого не любят кроме себя и ещё своей гордости.       Мейсон, можешь смело передать этой девушке, что уже через несколько месяцев, а может и раньше, она спокойно снова будет колдовать.        А вот мне бы хотелось узнать, какое именно проклятье знает эта Лестрейндж. В одном я уверен: этот ваш покойный Реддл не сам восстановил древние чары, ему кто-то сообщил это заклинание. И судя по всему, оно ещё не самое опасное, какие бывают. Самые страшные проклятья, которые точно лишают силы, знают семьи у нас в Норвегии и в России, но их тщательно охраняют, они известны только главе рода, а остальным родственникам нет, так что вряд ли Реддл добрался до них. Но есть такие две страны, как Албания и Болгария, вот там можно найти разных магов, которые много чем поделятся, особенно за хорошую плату.        На этом лист с записями заканчивался, но по смыслу ясно, что это ещё не конец. Гермиона подняла глаза и посмотрела на друзей и мистера Бентли. У всех у них был задумчивый вид. — Реддл был в Албании это точно, он отправился туда за диадемой, чтобы сделать её крестражем, — напомнил всем Гарри. — Дамблдор считал, что он много путешествовал, прежде чем вернулся в Британию, так что и в Болгарии он мог побывать. — Том мёртв и он уже не применит ни к кому эти чары, но он рассказал о них Лестрейндж, а может и ещё кому их Пожирателей, и это плохо, — напрягся Рон. — А ещё он записал их, а мы до сих пор не нашли эти документы, — в который раз Гермиона ощутила сильное разочарование, что в поместье не оказалось, столь нужных им бумаг. А вот где они, на этот счёт идей у них нет. — Может крёстный что-то знает об этом, — Драко надеялся, что это так. — Когда Северус очнётся, мы спросим у него про документы Реддла. — Скорее бы уже это случилось, — Уизли взмахнул руками. — Миссис Малфой… Гермиона, вот можешь прочитать ещё это, — хозяин дома протянул ей ещё один листок. — Думаю тебе, это будет особенно интересно, — он мягко улыбнулся. — Хорошо, — Грейнджер взяла в руки листок и начала читать вслух. — Я знакома с Белиндой с самого детства, но подругами мы тогда не были. Я знала, что у Белинды слабое здоровье, она всё время пила какие-то зелья, чтобы не заболеть ещё сильнее. Сколько раз я видела, как она сильно чихала или кашляла и говорила охрипшим тоном. У меня перед глазами так и стоит эта картина из детства: вот Белинда лет десяти-двенадцати пьёт очередное зелье.       Какого же было моё удивление, когда мы с мужем вернулись из нашего долгого путешествия и узнали, что именно Белинда вышла замуж за Эмиля из семьи оборотней. Оказалось, что она его пара, семья Белинды очень обрадовалась этому и с радостью выдала дочь замуж за Эмиля.        Когда в тот день мы пришли к ним в гости, наш визит получился уж больно официальным, долго мы не пробыли, разговор как-то не клеился. Но Эмиля я тоже знала с детства, и наши семьи дружат на протяжении веков, так что я не сомневалась, со временем я смогу поладить и с Белиндой.        Так и получилось, спустя несколько месяцев мы стали подругами, а когда у каждой из нас появились дети, мы сблизились ещё больше. Я заметила, как в лучшую сторону изменилась Белинда, у неё и кожа перестала быть такой бледной, и прекратился бесконечный насморк. Она даже полюбила долгие конные прогулки. Белинда часто говорит, как она счастлива с Эмилем, это и так видно, они смотрят друг на друга с таким обожанием, я такого больше ни у кого не видела. Мой папа часто повторяет, что так только оборотни смотрят на своих женщин. Я раньше этого не замечала, пока не начала часто бывать в обществе Белинды и Эмиля.       Спустя несколько лет я обратила внимание, что Белинда хорошо ладит со всеми родственниками Эмиля, кроме его самого старшего брата Кросби. Я долго не могла понять в чём дело? Пока однажды не выдержала и не спросила прямо. Белинда не стала от меня ничего скрывать, она только взяла с меня слово, что это останется между нами, хотя в семье Эмиля всем известно, что случилось, но это тема под запретом. Я сразу оживилась, услышав о такой тайне. Похоже, не зря я где-то прочитала, что секрет сохранить нельзя, даже если вы об этом никому не скажете, то значит напишите на бумаге. Вот это я сейчас и делаю, получается, что я как все. — Эмиль не родился оборотнем, — неожиданно призналась мне в тот день Белинда. — Он как и я самый младший ребёнок в семье, и он был совершенно обычным волшебником, его сёстры тоже, и братья все кроме Кросби и Села. Ты сама знаешь, какой Сел добрый. — Да, Сел очень хороший человек, — согласилась я, вспоминая вторая ребёнка в семье Эмиля. — А вот Кросби всегда был злой, и в полнолуние всё это только усиливается в разы, — продолжила рассказ подруга. — Поэтому он всегда приковывает себя цепями в подвале, чтобы никому не навредить.        А десять лет назад не в полнолуние Кросби и его друзья оборотни решили выпить с маглами, и это так подействовало на них, что они все стали просто дикими, как настоящие волки. Они напали на тех простаков и убили их. Эмиль и Сел были недалеко, они услышали, что в деревни маглов что-то происходит и помчались на помощь, — впервые за долго время, я снова увидела, как лицо подруги стало белым, как снег. — Кросби так сильно в порыве ярости поцарапал Эмиля, что он чуть не умер от потери крови. Если бы не Сел, то Эмиль бы скончался на месте. Ты ведь знаешь, что простым заклинанием кровь от когтей оборотня не остановить. — Да, тут нужные особые чары и ещё хорошо бы использовать специальную мазь… Постой, я правильно поняла: так Эмиль не настоящий оборотень? — я была в шоке. — Нет, он наполовину оборотень, — подтвердила Белинда. — У него на груди остался длинный уродливый шрам, но в полнолуние он не превращается в чудовище. Эмиль вообще в последние годы очень спокоен в эти дни, он говорит: «Я рядом и ему больше ничего не нужно».        Многие родственники часто повторяют мне, что я должна быть благодарна Кросби, если бы он не поцарапал Эмиля, то он не стал бы отчасти оборотнем и не понял, что я его пара. И если бы древняя магия не связала нас, то я вряд ли бы смогла иметь уже шестерых детей и быть такой здоровой и сильной. Да, я знаю, они правы, но я не могу смириться с тем, что Кросби за убийство маглов не понёс никакого наказания. Семья у них очень могущественная и влиятельная, и они всё утрясли. Я считаю, что это просто не справедливо. Да и Эмиль мог не выжить, и всё из-за того, что его брат напился. — Милая, мне так жаль, — только и смогла сказать я. — Ванда — женя Кросби — всё время мне напоминает, что я должна спасибо говорить её мужу за мою счастливую жизнь, — зло произнесла Белинда. Такого ядовитого тона я от неё никогда не слышала. Я и не подозревала, что она способна на кого-то так злиться. — Я бы может и сказала бы ему спасибо, но Кросби ведёт себя так, словно вообще ничего не было, — всё таким же злым и разочарованным голосом продолжила говорить подруга. — Они с друзьями убили четырех маглов, и он даже не раскаивается в этом. Честно, я боюсь Кросби, — вдруг призналась она. — Я тебе понимаю, — у меня у самой мурашки по коже побежали после правды о Кросби. — Старайся как можно меньше с ним общаться. — Я делаю для этого всё, что в моих силах, — кивнула Белинда.        Она снова напомнила мне, чтобы я никому об этом не говорила. И слово я сдержала, я только спустя месяц решилась написать об этом в дневнике. Я даже мужу ничего не рассказала.        Моя семья всегда общалась с семьями оборотней в стране, так что пусть мои потомки знают эту историю. Я ведь правда понимаю Белинду, я и раньше замечала, что Кросби не самый сдержанный человек, он бывает часто груб и резок, а теперь я ещё узнала, что он убийца.        С Белиндой и Эмилем мы с мужем всё так же дружим, но теперь и я на больших праздниках стараюсь держаться как можно дальше от Кросби и даже его жены Ванды.        Через год Белинда поделилась со мной ещё одной удивительной историей, оказалось, что спустя три года после свадьбы её прокляли семейными чарами, чтобы убедиться, что она точно любит Эмиля. Я когда услышала об этом, была уверена, что у меня волосы на голове дыбом встали, а Белинда так спокойно об этом рассказывала, будто это ерунда. А ведь её лишили силы и она жила как магла. Она сказала, что уже через три с половиной месяца вновь почувствовала, как магия возвращается к ней, а спустя пару недель она снова спокойно колдовала. Белинда и Эмиль не сомневались, что так и будет. Это обычная проверка, так уж заведено в его семье, и она просто соблюла эти традиции.        Белинда рассказала, что в семье Эмиля к одной девушке магия вернулась меньше чем через месяц, это случается редко, но всё же бывает.        Меня уже много лет мучает вопрос: а согласилась бы я на такую проверку? Иногда думаю, что да, я уверена в моих чувствах к мужу. Но порой мне кажется, а вдруг что-то пошло бы не так, и я могла навсегда остаться без своих способностей. Наверное, я бы всё-таки отказалась. А может и нет? Так я и не нахожу ответа на этот вопрос.        Гермиона дочитала страницу из дневника и в гостиной повисла гробовая тишина. Её муж и лучшие друзья сидели с очень задумчивыми лицами, а вот мистер Бентли смотрел на неё так, словно говорил: вот видишь, не ты одна переживаешь такое, и до тебя были девушки, кого тоже проверяли, и всё у них в итоге сложилось хорошо. — Поразительная история, — нарушил тишину Рон. — Кажется, измени имена и немного детали, и будет, словно про вас, — он посмотрел на подругу, а потом на Малфоя. — Да уж, это точно, — согласился с ним Гарри. — Оле уверен, потому и прислал мне копию именно этой истории из дневника своих предков, он знал, что я передам её вам или даже дам прочесть, — объяснил Мейсон. — Вот видишь, Гермиона, как одно время плохо относилась к девушкам, кого помечали оборотни своей женой. А потом наоборот родители стали стараться знакомить своих дочерей с оборотнями, чтобы те выбрали их и приняли в семью. — У меня в голове не укладывается, как можно проклинать собственных дочерей, — Уизли был шокирован этим. — Рон, твои родители очень хорошие люди, просто замечательные, вот тебе и трудно это понять, — Поттер похлопал друга по плечу. — Готов поспорить на что угодно: в семье Малфоев поступили бы так же, — уверенно заявил Драко. — А если бы были такие традиции, чтобы проклясть уже жену сына через несколько лет, то и это бы делали. Такие вещи вбиваются в головы из поколения в поколение с самого детства, и когда ребёнок вырастает, он уже просто не мыслит по-другому. — Мистер Бентли, а можно Драко сделает копию об истории Белинды и Эмиля? — попросила Грейнджер. — Я бы хотела потом ещё раз прочесть об этом. — Конечно, — разрешил старый аврор.        Малфой понимал свою жену, он знал, что и ему тоже через несколько дней захочется ещё раз уже спокойно без лишних эмоцией прочесть эту историю. Сделав копию, Драко передал листок обратно хозяину дома. — Жаль, что о Сивом и таких оборотнях как он ваш друг больше ничего не сообщил, — расстроился Гарри, и посмотрел на друзей, они дружно кивнули. — Я так понял, что и рассказывать нового просто уже нечего, — ответил Мейсон. — Всё, что возможно узнать о прирождённых оборотнях, я вам уже сообщил вчера. — Сегодня ночью и завтра мы попытаемся найти Фенрира на территории Уэльса, — сказал Рон. — Возьми с собой третьего мага, — настоятельно посоветовал Бентли. — С нами пойдёт Джинни, — решил Поттер. — Удачи вам, — пожелал им старый аврор.       Малфой был готов поклясться, что во взгляде хозяина дома промелькнуло желание составить им компанию, но оно быстро исчезло, Мейсон прекрасно понимал, что уже слишком стар для таких вещей.       Четверо друзей поблагодарили мистера Бентли за помощь, он вышел проводить их и попросил держать его в курсе дел, особенно, что касается Сивого. Рон пообещал, что будет ему писать. Попрощавшись с Мейсоном они не спеша пошли по дорожке дальше вглубь леса. Гермиона шла рядом с мужем и не могла перестать улыбаться, впервые за долгое время она почувствовала в себе такую уверенность, какой не было уже давно. Она не сомневалась, что скоро магия точно вернётся к ней. Уж она-то мужа любит, так что у них точно всё будет хорошо. — Гермиона, ты больше не сомневаешься? — спросил Гарри, когда они остановились, чтобы убедиться, что рядом нет маглов. — Нет, — просияла Грейнджер. — Мне нужно было всё это услышать от мистера Бентли, а то, что я ещё и прочитала о Белинде и Эмиле это показало мне, что я далеко не первая, с кем случилась такая история. — И прокляла тебя моя родственница, — фыркнул Малфой. — Всё точно так, как было раньше. — Можем трансгрессировать, — решил Уизли. — Пора рассказать об этом остальным.        С хлопком четверо волшебников исчезли.