Heading out to the Highway

В воскресенье Нил берет его с собой в какой-то ужасный хозяйственный магазин, чтобы купить газонокосилку по низкой цене, вероятно, связанной с рождественской акцией. Билли не представляет, зачем Нилу понадобилась его компания: он не так уж хорошо разбирается в технике и Нилу не нужна помощь, если газонокосилка окажется слишком тяжелой — с этим он прекрасно справится сам. Билли и не лучшая компания, чтобы скрасить время. И не то чтобы они умели или хотя бы хотели разговаривать друг с другом. Это то, в чем они всегда находили взаимопонимание. Билли сохраняет свое самое нейтральное выражение лица и пытается не накручиваться по этому поводу. Это просто поездка. Он все еще успеет к Стиву. На часах только час дня. Нил ходит по магазину вечность. Ищет какие-то детали, которые нужны ему для чего-то другого, не для газонокосилки. Может быть, для котла или какой-то системы полива, или труб, или чего угодно еще. Может быть, нет. Билли все равно. Он разглядывает ряд газонокосилок, оставаясь в том же месте, в котором Нил оставил его несколько достаточно долгих минут назад. Газонокосилки стоят круглую сумму. Примерно половину месячной зарплаты Нила. Со скидкой получается не так плохо. Билли думает об этом, а потом не думает. Время спешит вперед, он все еще здесь. Нил загружает коробку с газонокосилкой в багажник пикапа. Билли помогает тем, что держит остальные вещи, которые были там раньше, пока Нил подбирает удобное место для коробки — она тяжелая и несуразно большая, но он действительно справляется сам. Находит ей место у стенки в глубине и проверяет, насколько надежно она там стоит. Билли наблюдает за тем, как он возится с коробкой, и не сразу замечает, как Макс в сопровождении всей своей шайки друзей выходит из магазина радиотехники, что находится по другую сторону улицы от места, где Нил припарковал машину. С ними нет Джейн, которая живет в лесу и, видимо, не всегда может выбраться в город, но все остальные на месте и держат какие-то странные предметы в руках. Может быть, рации. Одну такую Билли уже однажды видел у Макс. Он все еще не знает, чем они занимаются, связано это с их научным клубом или нет, но это далеко не главное сейчас. Макс ушла, как она сказала, в гости к подруге. Билли не пришлось подвозить ее, потому что Сьюзан собиралась в центр к парикмахеру и они ушли вместе. Билли не думал, что Макс на самом деле поедет к Джейн, но никак не предполагал, что Сьюзан знает о Синклере и держит это в тайне от Нила. Нил хлопает руками, чтобы стряхнуть пыль, и тянется за остальными вещами к Билли — Билли все еще держит их у своей груди. Он отмирает, чтобы передать их, но его глаза прикованы к сцене на другой стороне улицы. Нил следует за его взглядом. Билли облажался. Он всегда это делает. Он смотрит, как лицо Нила принимает неприятное выражение, как его рот стягивается, а морщины на лбу собираются друг над другом. Нил отводит взгляд от друзей Макс, чтобы упереться им в Билли. — Иди, позови свою сестру, — говорит он тоном, не оставляющим места для возражений. — Она поедет домой с нами. Билли кивает. Переходит улицу, оглядываясь по сторонам, будто опасается попасть под колеса какого-нибудь бедолаги, проезжающего мимо. Никого нет. С тем же успехом он мог пройти весь путь с закрытыми глазами. Билли бы хотел. Не увидеть, как Макс останавливается, когда замечает его. Как все ее друзья замирают следом и настороженно смотрят на него. В руках у них действительно рации. Куда они спешили с ними, знать Билли все еще нисколько не любопытно. — Билли? — спрашивает Макс, встревоженная, но такая же хмурая, как всегда. — Что ты?.. Билли кивает в сторону пикапа, пробует сморгнуть страх из глаз и говорит по большей части механически: — Нил зовет тебя к машине, мы собираемся ехать домой. Сейчас. Макс напрягается, но кивает и передает свою рацию какому-то черноволосому мальчику, которого Билли даже не уверен, что видел раньше. Она прощается, обещая, что свяжется с ними позже, и идет к машине. Когда они подходят, Нил все еще разглядывает ее друзей. Билли забирается вперед, а Макс назад. Весь путь до Черри-Лэйн они проезжают молча. Нил зовет Сьюзан, как только переходит порог дома. Она выходит из спальни, где занималась бог чем, может быть, разглядывала новую укладку. — Ты знала, с кем общается твоя дочь? Он говорит «твоя» тоном, хорошо знакомым Билли. Нил не использовал его раньше в отношении Макс. Это впервые. Сьюзан хмурится, сбитая с толку: — Ты имеешь в виду ее подругу? — Подругу? Сьюзан поправляет волосы. Ее губы ползут вниз, но она держится за то, чтобы не показывать чувство вины или какой-то намек на страх, и кивает: — Да, Джейн. Она говорила о ней, разве ты не помнишь? Нил усмехается. — Если не ошибаюсь, «Джейн» — женское имя, но твоя дочь бегает по городу в компании мальчиков, — он выделяет последнее слово, придавая ему неприятный смысл, от которого лицо Сьюзан делается хуже, а Макс покрывается красными пятнами. — Знаешь, как это выглядит со стороны? — Она ребенок, Нил, они просто дружат, — пробует Сьюзан не очень удачно. Нил коротко смеется и говорит, не замечая, что Макс и без того уже горит от смущения: — Она становится девушкой, Сьюзан. Тебе следует объяснить ей, как это выглядит. И хочешь знать, с кем именно она водится? Нил не ждет, что Сьюзан ответит на это, а просто говорит дальше: — С ребенком Синклеров. Билли замечает, как Макс смещается, вероятно, желая выразить свое мнение на этот счет, но он удерживает ее за плечо, останавливая от этого. Глупо, рискованно и абсолютно бессмысленно говорить что-то сейчас. Никакие слова не смогут изменить Нила. Он даже не подумает их слушать. Макс складывает руки на груди, но бросает попытку вмешаться, сердитая и такая же красная, как минуту назад. — Я поговорю с ней, — обещает Сьюзан и посылает какой-то намекающий взгляд в сторону Макс, ошибочно полагая, что Нилу есть дело до задетых чувств ее дочери. — Незачем делать это сейчас. Нил качает головой и проходит мимо нее до спальни. Он оборачивается у двери. — Это не должно повториться. И я не потерплю ложь в своем доме, — говорит он перед тем, как закрыть дверь. Билли выдыхает, возможно, впервые с момента, как увидел Макс у магазина радиотехники, а Макс протискивается, минуя их со Сьюзан, вытирает глаза и хлопает дверью, скрываясь в своей комнате. Сьюзан поджимает губы и посылает неуверенный взгляд Билли: — Прости, Билли, — извиняется она и уходит на кухню. Билли проходит коридор, толкает дверь, берет ключи от камаро с комода, бросает взгляд на зеркало, на свой дурацкий плакат, на стол, где оставил раскрытой книгу, ту самую — «Гроздья гнева», которую они проходят на литературе, возвращается обратно и выходит из дома, полагая, что не имеет значения сделает он это сейчас или позже. Скажет он об этом или нет. Одной причиной больше, одной меньше. Нил уже злится, а ему нужно увидеть Харрингтона. Это все, о чем у него получается думать. Билли не помнит, договаривались ли они о каком-то конкретном времени, но, когда он приезжает, на часах три. Билли не думает, что это слишком рано, потому что родители Харрингтона в городе, а «вечер» — слишком неоднозначное понятие. Он ставит машину у гаража, слишком взвинченный, чтобы искать место в конце улицы и идти пешком. И не успевает постучать — дверь открывается в нескольких сантиметрах от его носа, вынуждая отступить назад. По какому-то глупому совпадению Стив выходит вынести мусор. Билли смотрит на пакет в его руках. Оттуда проглядывают коробки из-под пиццы, несколько штук. — Я ничего не думаю, Харрингтон, — говорит он, прежде чем Стив успевает сказать, как Билли полагает: «это не то, что ты думаешь». Билли помнит, что Стив не умеет готовить, но его родители в городе. Он полагал, что умеет хоть кто-то из них. — Дастин оккупировал мой дом вчера, и его даже не смутило наличие моих родителей, — объясняет Стив. — Помнишь, я говорил, что должен был посидеть с ним? Это была ловушка, — Харрингтон улыбается, расслабленно и безмятежно. Билли кивает, но Стив приглядывается к нему и хмурится, замечая остатки напряжения, от которого Билли так и не сумел избавиться. — Что-то случилось? — спрашивает он и отпускает пакет на крыльцо. Билли не понимает зачем, пока не чувствует, как руки Харрингтона находят его плечи, сжимая их по бокам. — Билли, что произошло? Билли давно не делал таких вещей — не позволял кому-то обнимать себя. Не после того, как его мать ушла. Не чувствовал, что нуждается в этом. Понимает с опозданием в одну жизнь, что это то, что ему было нужно. Все это время. Кто-то, кто сможет собрать его, когда он почувствует себя так, будто вот-вот развалится на части. Билли закрывает глаза и позволяет своим мыслям остановиться. Его дыхание выравнивается. Требуется время, но он чувствует, что теперь в порядке. — Спасибо, Стив, — говорит он достаточно тихо, чтобы это осталось между ними. Харрингтон кивает и отстраняется, чтобы взглянуть на него: — Расскажешь, что случилось? Билли сглатывает и говорит как единственную вещь, которую может озвучить: — Просто домашнее дерьмо, Нил. — Так и думал, — Харрингтон кивает и оглядывает улицу. Они все еще стоят на крыльце. Стив предлагает, возможно, понимая, что им нужно было сделать это раньше: — Давай зайдем в дом? Билли проходит внутрь, снимает ботинки, вешает куртку на крючок и следует за Харрингтоном на кухню. Останавливается в проеме и смотрит на то, как Стив тянется, чтобы достать какие-то высокие, хрупкие на вид бокалы с полки. Не виски, значит, вино. Билли предпочел бы всему этому обычное пиво. Он проходит до стола и занимает то же самое место, что и в прошлый раз. — Хочешь обсудить это или?.. — Стив ставит перед ним бокал и садится напротив. Билли думает о том, чтобы сделать это, но потом качает головой. Незачем говорить о сложных вещах, которые происходят в его доме, потому что разговоры их не изменят, и не стоит портить день Стива, заставляя думать о них. — Нет, красавчик, лучше ты мне расскажи что-нибудь, — он цепляется за бокал и улыбается. — Например, почему пьешь вино, как какой-то сноб из частной школы? Харрингтон фыркает: — Пока отец дома, я не могу трогать его бар, и… в общем, есть только вино. Я думал съездить в магазин, но не успел. Билли кивает, оглядывая кухню. — Значит, пасты тоже пока нет? — спрашивает он, возвращая взгляд к Стиву. — Насколько рано я приехал? — Нет, но я приготовлю ее. И начну прямо сейчас. Билли ловит веселый блеск в его глазах и догадывается: — Ты ждешь, что я предложу сделать это, верно? Стив смеется так, будто Билли попал в точку, и говорит: — Нет, но мне может понадобиться помощь. Как смотришь на то, чтобы стать помощником повара? У меня где-то здесь даже есть фартук. Он улыбается и встает со стула, смущая Билли тем, что на самом деле роется в ящике и через какое-то время достает совершенно новый на вид фартук. Билли не удивлен, но немного растерян. — Я не надену это, Харрингтон, даже не мечтай. Стив усмехается и бросает фартук на спинку стула. — Я и не рассчитывал, но насчет помощи я серьезно. Один из нас может заняться соусом, а другой пастой. Тогда будет меньше шансов, что получится катастрофа. Билли не уверен, что это так, но кивает: — Как скажете, шеф. Паста получатся неплохой. Один из них переборщил с солью, но Билли ел в своей жизни блюда и хуже, так что он считает, что им удалось справиться с этим кулинарном испытанием. Они сидят на полу в гостиной у журнального столика. Стив предложил посмотреть фильм, но они так и не смогли выбрать из его коллекции, состоящей преимущественно из фильмов с Клинт Иствудом, так что в итоге остановились на том, чтобы просто включить музыку. Стив поставил альбом Fleetwood Mac. Билли решил, что это лучше, чем слушать Спрингстина во второй раз, поэтому промолчал. Харрингтон не рискнул открыть еще одну бутылку вина из-за опасения, что это не окажется незамеченным его матерью, так что они ограничились одной. — Знаешь, я чувствую, что не подготовился достаточно, — признается он, переводя взгляд со стереосистемы к Билли. — Обычно я лучше планирую свидания. Харрингтон продолжает намеренно смущать его. Билли усмехается и закрывает глаза. Секунда, может быть, две, чтобы привыкнуть к тому, как это ощущается. Он открывает их и смотрит на Стива. — Ничего, Харрингтон. Я могу с этим справиться. Стив кивает, совсем не удивленный его ответом. — Хорошо, Харгроув. Хочешь узнать, что следующее в моем плане? — Стив делает акцент на его фамилии, напоминая о своем возражении по поводу того, что он продолжает называть его так. Билли думает о словах Бакли и наклоняет голову в бок. Может она быть права? Он чувствует, как сережка цепляется и путается в волосах. Он не обращает внимание и подыгрывает Стиву: — Что же это, Стив? Харрингтон улыбается. — Мы поднимемся наверх, — говорит он как заманчивое предложение, но спешит добавить, будто сомневается, что Билли думает так же. — На этот раз там убрано. Билли кивает. Он бы не отказался, даже если бы это было не так. Хотя Стив сказал, что в его комнате прибрано, это не совсем правда: окно приоткрыто, на подоконнике валяется пачка сигарет и зажигалка, а на столе — несколько скомканных бумажек, будто Стив потерпел творческое кораблекрушение, пока писал эссе. Там же рядом лежит книга, раскрытая где-то на первых страницах, а на кровати — красивый темно-зеленый свитер, который он уже однажды видел на Стиве. Билли сдерживает улыбку, а Харрингтон спешит закрыть окно и убрать свитер, отправив его прямиком в шкаф. — Чисто, как я и сказал, — он усмехается, оборачиваясь к нему. Билли проходит до стола, чтобы взглянуть на работу, которую он пишет. Литература. Ага, значит, в следующем году они будут мучиться с Фолкнером. Судя по всему, Стив только и сделал, что заставил себя открыть книгу. Билли оборачивается, чтобы встретиться с тем, как он смущенно потирает шею. — Да, не думаю, что там есть на что смотреть, — он убирает руку от шеи и пожимает плечами. Билли кивает и оставляет страницы на столе. Цепляет фотографию, чтобы посмотреть, как выглядели Стив, Томми и Кэрол в младшей школе. Стив и в детстве был милым, Томми — пухлым, а волосы Кэрол гораздо рыжее. Все трое улыбаются. Кажется, они в каком-то парке аттракционов. — Мы ездили с родителями Кэрол в Индианаполис, — говорит Стив, останавливаясь рядом с ним. — Это были хорошие выходные. Билли возвращает фотографию на место и разворачивается так, что они со Стивом оказываются в шаге друг от друга. Может, меньше, чем в шаге. Стив сдерживает улыбку, но Билли видит, как его глаза блестят. Он собирается сказать что-то, вероятно, глупое. Билли сокращает расстояние, чтобы вместо этого завлечь его в поцелуй. Стив не против — он цепляется за его спину одной рукой, а другой тянется к волосам, как Билли понимает, спустя секунды, чтобы выпутать сережку из них. — Давно хотел сделать это, — признается он, и Билли хмыкает в его рот. Конечно. Харрингтон отступает назад, Билли следует за ним, пока они не оказываются на кровати. Билли чувствует улыбку Харрингтона и переключается с его рта на шею. Он оставляет несколько следов, но в достаточно безопасном месте, чтобы Харрингтон смог скрыть их за одеждой, а потом переходит к ключице, ловит вздох Харрингтона и отстраняется, чтобы помочь ему снять футболку. От Харрингтона пахнет чем-то миндальным. Вероятно, он не так давно принимал душ. Билли спускается к груди и дальше к животу, отчего Харрингтон цепляется за его волосы. Билли отрывает голову, чтобы посмотреть на него, и удивляется — прическа Харрингтона в полном беспорядке (возможно, это причина, почему он так стремится сравнять счеты), а губы припухли. Он приподнимает брови, как бы приглашая Билли продолжить, какие бы намерения у него не были. Билли усмехается и цепляется за талию его джинс, но Стив приподнимается на локтях, намекающе кивая на его рубашку. Билли удерживается от того, чтобы закатить глаза, снимает ее и отбрасывает в сторону. Стив улыбается, довольный этим, и расстегивает джинсы, советуя Билли сделать то же самое. Он действительно не любит терять время. Билли уже успел это понять, так что не удивляется. Когда они расправляются с одеждой, Харрингтон скользит по нему чуть рассеянным взглядом. Билли не знает, о чем это, пока он не озвучивает часть мыслей вслух: — Ты очень красивый, Билли. — Ты тоже, Стив, — Билли посылает ему улыбку. — Постоянно это говорю. — Ага, да, — он кивает и проводит пальцем по его подбородку в каком-то мягком, нежном жесте. Билли невольно замирает, Стив замечает это и хмурится: — Что-то не так? Билли закрывает глаза на секунду, открывает их, чтобы ответить Стиву: — Нет, все в порядке. Стив кивает, продолжая наблюдать за ним, тогда Билли подтягивается, находит его губы и радуется тому, что Стив не против оставить его заминку в стороне. Он не привык к таким вещам, но это не было плохо. Стив цепляет его сережку, когда отстраняется назад, чтобы перевести дыхание. Билли пользуется этим, чтобы озвучить вопрос, который волнует его последние пару минут: — Во сколько вернутся твои родители? Стив усмехается, убирает прядь с его лица, находя ей место за ухом, и говорит, будто прикидывает навскидку: — Не раньше восьми… девяти, может быть? Сейчас около пяти, так что у них есть время, чтобы закончить здесь и убраться на кухне. Билли решает, что этого вполне достаточно, и возвращается к низу его живота. Стив откидывается назад, выдыхая. Уже после они лежат рядом, напротив друг друга, следуя странному желанию Стива поговорить. Билли следит за тем, как его ресницы поднимаются и опускаются. Стив поймал его, и Билли не думает, что хотел бы, чтобы это было не так. Чтобы у него был шанс выйти из этого. Последовать идеям своего здравого смысла, который звучит теперь, как тихий статический шум. Стив может заснуть, думает Билли, потому что его глаза продолжают закрываться. Он мягкий и расслабленный, и улыбается. Билли хочет запомнить эту улыбку и сохранить, как снимок. — Думаю, нам лучше спуститься вниз, — говорит Стив шепотом. Билли согласен, что остаться так до прихода его родителей — далеко не лучшее решение. Он кивает и заставляет себя оторвать взгляд. Садится в кровати, тянется за одеждой и захватывает вещи Стива, чтобы передать ему. Стив не торопится, следит за тем, как он одевается. Билли застегивает джинсы и доходит до зеркала. Он выглядит нормально — нет ничего, за что Нил мог бы зацепиться и представить, куда или зачем он уходил. Билли слышит, как Стив борется с одеждой, потом он вырастает за его плечом и оглядывает их обоих в зеркале. Он ухмыляется и тянется к волосам Билли, но Билли перехватывает его руку до того, как ему удается воплотить задуманное в жизнь. — Полегче, красавчик, — предупреждает он. Стив освобождается от его руки, смеясь. Они убирают тарелки и бокалы из гостиной. Моют использованную посуду и прячут фартук в тот неприглядный нижний ящик, как Билли надеется, чтобы навсегда о нем забыть. Он надел его, но только потому, что это было практично. Стив выходит, чтобы проводить его, а заодно донести пакет до мусорного бака. Он набрасывает пальто, но не застегивает и тут же об этом жалеет. Стив торопится и продолжает ежиться, а Билли покидает Лох-Нор и стучит по рулю, сохраняя хорошее настроение вплоть до того, как добирается до Черри-Лэйн. Пикап Нила на его месте у гаража, Билли оставляет камаро рядом и дотрагивается до рта, чтобы убедиться, что все еще улыбается.