8.
10 июля 2023 г., 10:25
Дворец в Манисе впечатлял не менее, чем главный дворец Топкапы. Конечно, Маниса — санджак главного наследника престола Османской империи. Сам Султан Сулейман Первый, когда был еще Шехзаде во время правления своего отца Султана Селима Первого, занимал санджак Манису. Сегодня сюда приехал старший сын Султана Шехзаде Мустафа.
В этот солнечный летний день Махидевран Султан было приятно вернуться сюда, в Манису, где она была единственной Весенней розой Шехзаде Сулеймана. Женщина впервые вошла в этот дворец как Гюльбахар-хатун, наложница Шехзаде, родила сына и стала Гюльбахар Махидевран Султан, через несколько лет стала главной наложницей Падишаха и уехала в Топкапы, сегодня она вернулась как Валиде своего Шехзаде Мустафы — главного наследника династии Османов. Махидевран действительно была рада вернуться сюда, в дни своей юности. Да, она сначала не хотела уезжать далеко от Повелителя, но теперь поняла прелесть своего положения. Теперь она хозяйка дворца, по размерам сопоставимым с Топкапы. Здесь тихо и спокойно, нет никаких интриг и криков Хюррем Султан, нет никаких опасений за свою жизнь и за жизнь сына. Тем более женщине была поручена важная миссия, из-за которой Султан никогда не сможет отказаться от нее. У этой миссии есть имя — Гюнай-хатун.
Махидевран Султан на самом деле была рада, что такой человек, как Гюнай-хатун, любим Повелителем, ее Повелителем. Новая фаворитка сразу понравилась султанше за свой мягкий нрав и спокойный характер. Эта девушка сейчас на ее стороне, а даже если и вздумает предать ее, с ней не трудно разобраться и свалить всю вину на Хюррем, тем самым убив сразу двух зайцев. Не только новая фаворитка, но и Валиде, и Хатидже Султан на стороне Махидевран. Ей нечего бояться.
Гюнай-хатун тоже прибыла в Манису и сразу отправилась в подготовленные для нее покои. Покои фаворитки Султана были самыми роскошными и большими во дворце, не считая покоев Шехзаде и его Валиде. Девушка сразу отправилась в спальню в сопровождении своей служанки, потому что из-за беременности очень устала с дороги. С фавориткой прибыли также ещё несколько рабынь и лекарь, рекомендованная Хатидже Султан. Сестра Султана очень волновалась о слабом здоровье фаворитки.
— Джайлан, я очень устала и хочу немного вздремнуть. Помоги мне переодеться и проследи, чтобы меня не беспокоили, — фаворитка села на кровать.
— Хорошо, сестра.
Девушка помогла фаворитке переодеться и подготовила для нее постель. Она задернула балдахин и отошла проверить, все ли вещи на месте и все ли в порядке для комфорта беременной фаворитки Султана.
Покои, выделенные для Гюнай-хатун, состояли из гостевой комнаты, спальни госпожи, комнаты для слуг и ещё одной комнаты для лекаря и ее помощников.
— Джайлан-хатун, мы разложили все вещи по местам. Где Гюнай-хатун? Ей нужно поприветствовать Шехзаде и Махидевран Султан, — доложили две рабыни, прибывшие с фавориткой.
— Гюнай отдыхает, она приказала ее не беспокоить. Подготовьте хамам и сладости, — приказала Джайлан.
Во время беременности Гюнай пристрастилась к сладостям. Она не могла окончить ни один прием пищи без рахат лукума и чувствовала себя гораздо лучше, когда ей приносили шербет или свежую халву.
— Джайлан! Джайлан, зажги свечи! — Гюнай проснулась и села на постели, придерживая свой выросший за несколько месяцев животик.
— Гюнай, ты проснулась, наконец-то! — Джайлан распахнула балдахин и подошла ближе к фаворитке, держа в руках свечу.
— Подай мне стакан воды!
— Конечно, — девушка поставила свечу в подсвечник и налила своей подруге воды.
— Который сейчас час? Нам нужно поприветствовать Шехзаде и Махидевран Султан, — фаворитка выпила воду, и к ней вернулся ясный рассудок.
— Сейчас глубокая ночь, сестра, — начала Джайлан.
— Тогда пойдем в хамам, — перебила ее Гюнай.
Джайлан послушно переодела фаворитку и провела по коридорам в баню. Девушка предпочла ополоснуться прохладной водой, освежиться и вернуться обратно в покои.
— Я приглашу лекаря, они дежурят в смежной комнате круглосуточно, — Джайлан вышла из спальни.
Через несколько минут она вернулась с лекарем. Эта женщина была незнакома Гюнай, но фаворитка доверилась ей. Султан никогда бы не послал своей любимой плохого доктора. Лекарь провела осмотр и доложила:
— Госпожа, с вами и ребенком все хорошо. Вам нужно отдыхать. Примите этот отвар и ложитесь спать.
Девушка последовала примеру лекаря и задернула балдахин, когда все вышли из ее спальни.
***
— Что ты сказала?! Во дворце в Манисе есть беременная женщина и живёт она в роскошных покоях? — Хюррем Султан расспрашивала подосланную во дворец старшего Шехзаде лекарку.
Рыжеволосая Хасеки отправила несколько своих людей во дворец Манисы в качестве стражей, рабынь и вот эту лекарку. Теперь же она знает все новости о Махидевран, Мустафе, а теперь и о новой фаворитке Султана.
— Она беременна 5-6 месяцев?! Как это могли от меня скрыть?! Разузнай все подробнее и держи со мной связь! — приказала султанша.
— Эта девушка очень хрупкого телосложения, ей тяжело носить это дитя. Лекари при ней день и ночь. Что прикажете делать с ней и ребенком? — доложила лекарь.
— Я не посмею убить наследника Османской империи, но и оставить это просто так я не могу… — размышляла Хасеки. — Говоришь, ей тяжело будет родить этого ребенка? Сделай так, чтобы она помучалась побольше при родах, но чтобы это не вызвало подозрений и не отразилось на ребенке, — решила султанша и подумала про себя: — Пусть знает, каково скрываться от меня, Хасеки Хюррем Султан Хазретлери.
***
Утром фаворитка Султана шла на приветствие к Махидевран Султан. Ходить становилось все тяжелее: хотя девушка только на 7 месяце беременности, она выглядела как будто вот-вот должна родить. Ее все больше одолевала слабость и пропадал аппетит, она все чаще оставалась в покоях и много спала, не выходила даже гулять в сад.
— Гюнай-хатун прибыла! — стражники постучали в дверь хозяйки дворца.
— Заходи! — донеслось из покоев.
Дверь отворилась и девушка вошла под руку с рабыней:
— Махидевран Султан! — она тяжело поклонилась.
— Не нужно церемоний, тебе уже скоро рожать! Проходи, присаживайся! — ласково проговорила султанша.
— Спасибо, госпожа, — фаворитка расположилась на тахте.
— Как твои дела, Гюнай? Как ты себя чувствуешь? Ты писала письмо Повелителю? — спросила Махидевран Султан.
— У меня все хорошо, госпожа. Беременность измотала меня, поэтому я редко выхожу и постоянно пью лекарства. Лекари говорят, что мой ребенок слишком большой, а мое телосложение слишком хрупкое. Мне будет тяжело родить это дитя и выжить. Если что-то случится… — грустно начала девушка.
— Ничего не случится, Гюнай. Мне тоже было страшно, когда я была беременна Мустафой. Но теперь посмотри, все же хорошо. Не утруждай себя печальным мыслями, это не понравится ребенку, — перебила ее Султанша.
— Ай! — вскрикнула фаворитка и положила руки на животик.
— Что-то с ребенком? Уже началось? — забеспокоилась Махидевран.
— Просто он пинается… Госпожа, мне ещё рано рожать, ещё два месяца, — лицо фаворитки озарилось улыбкой.
— Вот, твой ребенок говорит тебе не грустить и не волноваться. Иди отдохни в своих покоях, можешь приходить ко мне, когда захочешь. Сейчас должен прийти Мустафа.
— Спасибо, госпожа, за заботу, я пойду, — Гюнай поднялась с тахты.
За эти несколько месяцев проживания в Манисе Махидевран Султан сдружилась с Гюнай-хатун. Девушка казалась ей такой светлой, такой ласковой, ее умиляла реакция фаворитки на то, что она скоро станет мамой. Новая фаворитка напоминала Махидевран Султан о себе прежней, такой же молодой, светлой, не погрязшей в интригах дворца Гюльбахар-хатун. Иншаллах, у Гюнай-хатун родится такой же маленький здоровенький Шехзаде, какой родился у Гюльбахар-хатун почти 17 лет назад.
