Гром в поднебесье

Вэй Усянь смотрел, как на поляне мальчики и А-Цин бегают за бабочками. Недалеко от него тихонько переговаривались Не Хуайсан и Вэнь Нин, а рядом, словно статуя, застыл Лань Чжань. Юноша иногда чувствовал на себе его взгляд, но не знал, как начать разговор. Он не понимал сам себя. Там, в темноте, после смерти он часто вспоминал этого человека. По правде сказать, вспоминал чаще, чем всех остальных. И именно перед ним терял сейчас всё свое красноречие. Они решили прервать чтение, так как детям нужно было дать возможность подвигаться, но все понимали, что без присмотра их отпускать не следует, даже несмотря на наличие барьера. И сейчас ждали, пока все соберутся вновь. Супруги Цзинь задерживались , и это было понятно, ведь мадам Цзинь было, что сказать супругу. Мадам Юй неодобрительно смотрела на Цзян Чэна, который старался подойти поближе к Вэй Ину, но, заметив её взгляд, застыл недалеко от разговаривавшего с отцом Цинхэн-цзюня. Семья Вэнь, отец и сыновья, так же предпочли присесть в стороне ото всех на свежем воздухе. Вэй Усянь чувствовал и их взгляды. А так как предыдущая жизнь научила его никогда не пренебрегать информацией, то он решился и опустил руку в карман. Через мгновение, прячась в траве, к маленькой группе пробирался незаметный, вырезанный из зеленоватого шёлка человечек. Вэй Усянь был весьма рад, что именно такие, на тот момент еще пробные заготовки, оказались в его кармане. Теперь-то он знал, как использовать такую фигурку и не терять связь с реальностью. Время после смерти не прошло даром, и, к несчастью Лань Цижэня, в его голове только прибавилось идей. Человечек подобрался совсем близко к Вэням, и Вэй Усянь прислушался. — Это всего лишь бывший бродяжка, которого даже с обучения выгнали, — ныл Вэнь Чао, — зачем брату приглядываться к нему? Из-за дурацкой книги? — Иногда меня терзают смутные сомнения, которые я не хотел бы озвучивать, так как твоя мать была мне всё же дорога, — закатив глаза, вздохнул Вэнь Жохань. — А-Сюй, ты согласен с братом? — Нет, отец, я думаю, что с этим юношей не всё так просто, как кажется. Он умен, очень умен. И это так непосредственно, что восхищает. И насчет книги… Семья Мо уже не назовет ее дурацкой. — Учись у брата, — посмотрел на младшего сына мужчина, — и задумайтесь, при описании осады имя нашего ордена не прозвучало. Его вообще не прозвучало. Это странно, так как я не думаю, что мог бы пустить на самотёк такие события. Не думаю, что книга готовит нам приятные сюрпризы. — Даже если так, то мы узнаем, что могло бы быть и просто изменим это, — пожал плечами младший сын. — Мы же сильнее их всех. Что могло с нами случиться?! Возможно, ты просто не захотел участвовать в такой мелочи. — Нет, все же умом ты не блещешь, — Вэнь Жохань посмотрел на играющих на поляне детей, — мы сильны. Это правда. Но до каких пор Величайшие ордена были величайшими? Все они пали, превысив предел собственного высокомерия. И мне не хотелось бы узнавать, что будет, если его превысим мы. Посмотри на другие Ордена. Цзинь лишь ненамного уступает нам по мощи. Гусу, Не, Цзян — они идут следом и не сильно отстают от нас, если сравнивать с более мелкими Орденами, такими, как Яо или Юй. Мы должны осознавать, что Величайшим Орденом мы являемся, только пока с ними союзники, а не враги. Случись так, что разгорится война между нами, и мы все падем. Да и не хотелось бы этого. — Отец? — Вэнь Сюй внимательно посмотрел на мужчину. — Смотрите сами. Удивительное время. Главы кланов адекватные люди, за редким исключением, с которыми всегда можно обсудить проблемы и прийти к мирному решению. Всех устраивает их положение, опять-таки за редким исключением. Можно позволить себе развиваться в науках, искусстве, ведь мощь не самое главное в Ордене. — Это не плохой путь, — согласно кивнул старший сын. — А как же подвиги! Нас должны уважать и преклоняться! — вскочил на ноги младший и с негодованием посмотрел на отца. — Так вот и добейся этого уважения подвигами. Ночные охоты никто не отменял, а саморазвитие - тем более. Ты же слышал сегодня о Баошань Саньжэнь, она ровесница Вэнь Мао и Лань Аня. И о ней сейчас говорят намного больше, чем о них. А ведь она не воевала, не кричала о величии. Бессмертная воспитывает сирот, и всё, по сути, но кого не спроси — ее считают чуть ли не небожительницей. Думай, — Вэнь Жохань увидел, как к классу подходит чета Цзинь и поднялся на ноги. — Идем, похоже, можно продолжать. Они не увидели, как за их спинами на секунду вспыхнул маленький огонек и тут же исчез, не оставив после себя ни следа. Подростки проследили, чтобы все дети вернулись в класс и удобно расположились в «гнезде», как метко назвала этот уголок комнаты Вэнь Цин, и сами присели рядом. — Ну что, кто следующий читает? — поинтересовался глава Не. — С Вашего позволения, я хотел бы продолжить чтение, — Лань Сичэнь поклонился и, дождавшись утвердительного кивка, переместился за учительский стол. *** «Глава 3. Нападение. Часть первая». *** — Старейшина нападет? — удивленно проговорил Глава Цзинь. — Покажет наконец-то характер? — Ага, засыплю пудрой и предамся непотребствам, — прошипел неожиданно Вэй Усянь. — Я же этот, как его… А, смелый гомосексуал! Нет, ну серьезно, не смешно даже. — Как ни странно, но даже я согласен с этим, — задумчиво промолвил Лань Цижэнь. — Давайте продолжим. *** «Вэй У Сянь хотел умыться, чтобы взглянуть на свое новое лицо без косметики, но не смог найти в комнате ни капли воды: ни для мытья, ни для питья. Единственная похожая на таз емкость явно служила туалетом, а не для гигиенических процедур. Он толкнул дверь, но она оказалась закрытой на щеколду, скорее всего, чтобы пресечь его своевольные шатания по улице. И все это совсем не наполняло сердце Вэй У Сяня радостью и ликованием от перерождения!» *** — Ужасно, — прикрылся веером Не Хуайсан. — Это вы на улице не жили. Я бы хотел жить даже так,- раздался голосок Сюэ Яна. — Помнишь, что мы обсуждали? — Вэй Усянь повернулся к мальчику. — Тебе и А-Цин просто не повезло. И мне тоже. Ты уже, наверное, слышал, что я два года жил на улице. Но теперь все изменится. А этот юноша… Его положение ужасно тем, что он так живет тогда, когда у него есть родственники. Послушаем дальше. *** «Он подумал, что можно скоротать ожидание в позе лотоса и обвыкнуться в своем новом доме. Так он и поступил, и время пролетело как один миг. Когда он открыл глаза, солнце пробивалось сквозь щели окон и двери. И хотя он уже мог стоять и ходить, голова его все равно кружилась. Вэй У Сянь был озадачен: «Мо Сюань Юй не обладал значительными духовными силами, так почему же я все еще никак не могу совладать с его телом? В чем может быть причина?» *** — Меня больше напрягло то, что медитировать решил, — Цзян Чэн удивленно смотрел на Вэй Усяня. — Тебя же не заставить это делать. — Ну если рассуждать здраво, — задумался юноша, — то медитация вполне логична. Я в чужом теле, не забывай, и мне нужно как-то оценить то, в каком оно состоянии. — Да, и вполне логично, что тело не может себя чувствовать нормально после описанного ритуала, — кивнула Вэнь Цин. — Головокружение — это может быть не самой большой проблемой. — Здесь всё намного проще, — улыбнулся Лань Сичэнь и продолжил читать. *** «Тут из его живота раздалось урчание, и он, наконец, понял, что дело вовсе не в духовных силах. Все оказалось гораздо проще: это тело не было тренировано в инедии, и то, что он чувствовал, было бурно разыгравшимся аппетитом. И если он сейчас же не начнет поиски пищи, то рискует оказаться первым в истории злым духом, который умер с голода, едва успев переродиться». *** — Да что такое-то! — воскликнул Вэй Усянь, демонстративно прикрыв лицо рукой. — Не воскрешение, а недоразумение какое-то! Послышались смешки, а Вэнь Жохань наигранно сочувственно посмотрел на юношу. — Не расстраивайся, может, в следующий раз повезёт больше. — А может, не надо? — жалобно простонал Вэй Усянь. Молодежь уже просто хохотала, и даже на лице Лань Чжаня Вэй Усянь заметил тень улыбки. Это на миг словно выбило его в другое пространство. Он даже не сразу понял, что все успокоились и чтение продолжилось. *** «Вэй У Сянь уже было занес ногу для удара и приготовился вышибить дверь, как вдруг послышались шаги. Кто-то пнул дверь с той стороны и проворчал: «Время обеда!» Но дверь оставалась заперта. Тогда Вэй У Сянь склонил голову и увидел внизу еще одну дверь, уменьшенную копию первой. Эта-то дверца и была открыта, а перед ней стоял поднос с едой. Слуга снаружи прокричал еще раз: «Топай сюда, чего ждешь! И выстави потом все за дверь!» Дверца была немного меньше, чем те, что предназначены для собак, — человек при всем желании не смог был протиснуться в нее, но для миски было в самый раз. На подносе стояли две плошки, одна из них с рисом, выглядящим крайне неаппетитно». *** — Все хуже и хуже, — негодовал Не Хуайсан, нервно обмахиваясь веером, — но, да простит меня семья Мо, нас словно готовят к тому, чтобы мы не жалели этих людей. — Мне тоже так кажется, — кивнул юноше брат, — прямо предчувствие. *** «Вэй У Сянь печально поковырялся палочками в рисе и вздохнул. Старейшина И Лин, наконец, вернулся в мир смертных, но встретили его здесь пинком и руганью, не говоря уже об объедках на обед. Где же кровавая баня? Беспощадная резня? Полное уничтожение, наконец! Да и кто бы ему поверил? В этом теле он был как птица без перьев, тигр на равнине, водяной дракон на мелководье, — утративший все свое превосходство и приниженный теми, кто слабее его». *** Все пораженно уставились на Вэй Усяня. — Нет, ну а чего? Старейшина Илин в негодовании, — удивился в ответ юноша. — Ни резни, ни кровавой бани, непорядок! Да и тело, походу, могуществом не светится. Обидели! — Зато я очень красивый! — из гнезда показалась мордашка Мо Сюаньюя, и в классе грянул хохот. — Нет, это совершенно невозможно, — отсмеявшись, нахмурился Цзян Чэн. — Мы же о серьезных событиях читаем. — Я думаю, что нам лучше посмеяться, пока есть возможность, — Вэй Усянь серьезно посмотрел на книгу в руках Лань Сичэня. — Да, думаю, что юноша прав, — Вэнь Жохань поочередно посмотрел на глав Орденов. — Что-то должно было случиться, чтобы человек, в котором не ощущается ни толики злых намерений, стал тем, кого назовут Магистром Дьявольского культа. — Да, не особо хочется верить, что это произойдет при нашем участии, но вы уже правильно заметили, причем не так давно — все мы здесь, — задумчиво проговорил Цинхэн-цзюнь. — Продолжим, а то узнаем мы это очень нескоро, — подвел итог Не Минцзюэ, и все посмотрели на книгу в руках Лань Сичэня. *** «Тут слуга снаружи опять заговорил, но на этот раз со смехом: «А-Дин! Идем сюда!» В отдалении зазвучал мелодичный девичий голос: «А-Тун! Ты опять принес еду тому дурачку?» А-Тун в ответ цокнул языком: «Зачем бы еще я пришел в этот жуткий двор!» Голос А-Дин раздался ближе, как будто бы она стояла прямо перед дверью: «Ты, лентяй, кормить его раз в день — вот и вся твоя работа! А ты все ноешь, что это «жутко». Посмотри на меня! У меня вот даже на улицу выйти времени нет». А-Тун продолжал канючить: «Я не только кормлю его, у меня и других дел полно! И зачем тебе на улицу?! Все наоборот закрываются в своих домах, опасаясь ходячих мертвецов!» Вэй У Сянь присел на корточки перед дверью, ел рис и слушал». *** — Запрещено подслушивать чужие разговоры! — процедил сквозь зубы Лань Цижэнь, чем вызвал удивленный взгляд не только глав Орденов, но и их жен. — Это все, что вы можете сказать? — мадам Цзинь резко захлопнула веер и с негодованием уставилась на мужчину. — То есть нормально, что юношу кормят один раз в день, а то, что он решил послушать чужой разговор, чтобы получить хоть какую-то информацию об окружающем мире — это ужасно! Это такие приоритеты в клане Лань? — Правила нужно соблюдать, это основа саморазвития! — важно проговорил Лань Цижэнь, но тут же столкнулся с взбешённым взглядом мадам Цзинь. — Это основа для деградации, когда они в таких количествах, — гаркнула, не сказать по-другому, женщина и встала. — Представь на его месте Лань Ванцзи, который живет твоими правилами и пророс в них так, что больше похож на статую, а не на человека, он бы не выжил. Вэй Усянь выкрутится, это я знаю. А вот твоя гордость, что бы делал он? — Я бы слушал, — неожиданно раздался голос Второго Нефрита и все присутствующие, не веря, что им не послышалось, перевели свои взгляды на него. — Пытался бы выжить так, как это сделал бы Вэй Усянь. — Почему? — тихо спросил Не Хуайсан, понимая, что только что в Лань Ванцзи словно оборвалась какая-то стягивавшая его струна и не сильно ожидая ответа. — Потому что он может, — спокойно проговорил юноша и замолчал. Воцарилась тишина. Лань Сичэнь с болью смотрел на брата, отмечая незаметные другим оттенки печали в его глазах, но чувствовал, что это необходимо. Он посмотрел на книгу. Сейчас он начал понимать, что она может повлиять на всех присутствующих даже сильнее тех книг, что были собраны в тайной секции библиотеки, и испытывал желание спрятать её туда же, если не сжечь. Однако понимал он и то, что без необходимости она не возникла бы здесь. Он собрался и продолжил чтение. *** «Оказалось, что деревня Мо с недавних пор перестала быть мирной. Как видно из названия, ходячие мертвецы — это мертвецы, которые могли передвигаться. Они относились к типу низкоуровневых преображенных трупов, имели помутневшие глаза и обычно были медлительны, если, конечно, усопший не таил злобу. Такие мертвецы не были чересчур опасны, но доставить неприятности обычному человеку вполне могли, особенно если вспомнить об их тошнотворном зловонии. Однако для Вэй У Сяня подобные трупы были самыми послушными марионетками, и когда он услышал упоминание о них, то даже немножко впал в ностальгию». *** — Простите… — закашлялся Вэнь Жохань и потер лицо руками. — Вэнь Цин, налей мне своего успокаивающего настоя и всем желающим. Это какие-то качели на краю обрыва для психики… То тянет посмеяться, то откровения прорываются, то вот такой шок… Молодой человек, покопайтесь немного в себе, вы при этом никакой ностальгии не ощутили, как ваше "я" из книги? Мне просто интересно. — Хм, — Вэй Усянь задумчиво смотрел на мужчину, который даже не представлял, насколько он сейчас попал в цель, — даже не знаю, что вам ответить. Сейчас я, пожалуй, присоединюсь к просьбе о настое. Представьте, что это «я» было бы вашим. Я слушаю, как Сичэнь-гэ читает, и ожидаю, что где-то дальше будет подвох, при котором меня просто попытаются прибить по-тихому и сказать, что так и было, чем мучаться. И сопротивляться я особо не буду, так как умею отвечать за свои ошибки. Правда, при этом обычно тихо не бывает, Лань Ванцзи подтвердит. Он со мной намучился, а с ним я как раз-таки подружиться хотел. — Мгм, — действительно подтвердил Нефрит, вызвав пару смешков. — О, видите. Сейчас передо мной-книжным находится куча малоприятных людей, явно крупно задолжавших владельцу тела. Рвать жилы я за них не буду, это точно, но и способствовать… Это не в моем сегодняшнем характере. Но и книжный «я» пока не сильно отличается по суждениям. А ностальгия… самые послушные марионетки… не знаю, как я жил. С учетом того, какие гости в конце ко мне пожаловали, думаю примерно так, что мертвые по сравнению с живыми вызывали бы больше ностальгии. Давайте продолжим читать. А то я сейчас наговорить могу многое, а потом пожалеть об этом. *** «Тем временем А-Тун не упустил случая покрасоваться перед девушкой: «Если ты все же хочешь выйти на улицу, то возьми с собой меня, чтобы я мог тебя защитить». Но А-Дин ответила: «Ты? Защитить? Хватит хвастать. Ты уверен, что сможешь справиться с этими существами?» А-Тун обиженно парировал: «Если я не смогу справиться с ними, то и другие не смогут». *** — О, — не удержался от восклицания Цзян Чэн, — самомнение, однако! *** «Девушка засмеялась: «С чего ты это взял? Вот что я тебе скажу — сегодня несколько заклинателей приехали в поместье Мо. Мне сказали, они из очень именитого Ордена! Мадам разговаривает с ними в главном зале, а целый город пришел посмотреть. Разве ты не слышишь шум? Так что некогда мне тут с тобой болтать. Дел по горло». Вэй У Сянь внимательно прислушался. И действительно, с востока доносился слабый гул толпы. Он немного помедлил, затем встал и пнул дверь. Она жалобно затрещала под его напором». *** — Наконец-то решил выйти, — усмехнулся Не Хуайсан. — Ох, кажется, не к добру это, — дополнил его Цзян Чэн, и юноши кивнули друг другу. — И? — покосился на брата Не Минцзюэ. — Скоро поймешь, это не объяснить. Настой у всех есть? Равнодушных не будет. Я его три месяца знаю. Если выбрался — прячьтесь. Лань Ванцзи это знает еще лучше меня. — Он их убьет или как? — Вэнь Чао сразу почувствовал, что сказал глупость, так как на него устремились сразу несколько недоуменных взглядов, прямо выражавших сомнения в его здравом уме. — Не будет он их убивать, но они явно сильно будут жалеть о своих прегрешениях… даже если не вспомнят, каких, — усмехнулся Цзян Чэн. *** «Воркование двух слуг, А-Дин и А-Туна, нарушила распахнувшаяся настежь дверь, и они испуганно закричали. Вэй У Сянь отбросил в сторону свою миску и вышел на улицу, щурясь от яркого солнца. Он поднес руку ко лбу и на секунду закрыл глаза. А-Тун, который только что визжал громче, чем А-Дин, наконец, разглядел его поближе и понял, что это был всего лишь Мо Сюань Юй — бесправный племянник мадам Мо, которого любой мог унизить. Смелость сразу же вернулась к нему. Он испугался, что потерял лицо в глазах А-Дин, и захотел как-то исправить ситуацию, поэтому приосанился и замахал руками, словно прогоняя пса: «Кыш-кыш! Пошел прочь! Почему ты вообще вышел?!» *** — Ой дура-а-ак, — протянули снова те же лица. *** «А-Тун обращался с ним хуже, чем с уличным попрошайкой, или даже хуже, чем с назойливой мухой. Нужно признать, все слуги семьи Мо почти всегда относились к нему точно так же, потому что Мо Сюань Юй никогда не протестовал. Но Вэй У Сянь отвесил А-Туну легкого пинка, повалив его на землю, и засмеялся: «Как смело со стороны мальчишки на побегушках вот так унижать других!» *** Цзян Чэн и Не Хуайсан жестом указали на книгу, как бы говоря всем, что именно этого и ожидали. *** «С этими словами он направился на шум с восточной стороны. Уже довольно приличная толпа народу собралась в Восточном зале и вокруг него. Едва Вэй У Сянь ступил во двор, как услышал голос женщины, говорящей несколько громче, чем остальные: «Кое-кто из молодого поколения нашей семьи тоже когда-то был заклинателем…» Должно быть, это была мадам Мо, которая не оставила своей мечты хоть как-то сблизиться с кланом заклинателей. Вэй У Сянь не стал ждать, пока она закончит, а быстро протиснулся через толпу вперед и ухмыльнулся: «О, да это же вы обо мне, вот он я, бегу-бегу!» *** Мадам Юй прикрыла глаза рукой, а Цзян Фэнмянь сделал вид, что его здесь просто нет. Все присутствующие насторожились, ожидая, что же может последовать дальше. *** «Пышущая здоровьем женщина средних лет в дорогой одежде сидела в зале. Это была мадам Мо. Рядом с ней сидел ее муж, а напротив них — несколько юношей в белых облачениях. С появлением растрепанного чудака с макияжем в толпе воцарилось гробовое молчание, но Вэй У Сянь продолжил бесстыдно и весело болтать, будто бы не замечая напряженной атмосферы вокруг: «Меня кто-то звал? Вот он я, тот самый заклинатель!» На его лице было столько пудры, что при улыбке она начала осыпаться. Один из заклинателей, тот, что помоложе, фыркнул, едва сдерживая смех. Но он тут же взял себя в руки и вновь сделал серьезное лицо, стоило другому юноше, вероятно лидеру группы, бросить на него неодобрительный взгляд». *** — Это уже не остановить, — вздохнул Цзян Чэн и поморщился от всё большего количества смешков за спиной. *** «Вэй У Сянь проследил, откуда шел смешок, и внимательно осмотрел юношей. К его удивлению, слуги, хоть и были невежественны, не преувеличивали, и заклинатели действительно оказались из «именитого клана. Юноши эти, одетые в белоснежные облачения с ниспадающими рукавами и поясами, мягко очерчивающими талию, сейчас могли бы называться икемен, и, несомненно, были усладой для глаз. Лишь взглянув на их одежды, любой бы понял, что перед ним ученики Ордена Гу Су Лань. А по белым лобным лентам с палец толщиной с вышитыми на них плывущими облаками можно было определить, что они состояли в кровном родстве с кланом Лань». *** — Наши ученики? — Цинхэн-цзюнь с Лань Цижэнем переглянулись. — А старшего нет? — Нет, похоже, это самостоятельная группа, — Лань Сичэнь заметил вопросительные взгляды и кратко пояснил: — Ученики с шестнадцати лет могут быть сформированы в уже самостоятельные группы, если обладают необходимыми навыками. А тут жалоба на мертвецов низшего уровня. *** «Девизом Ордена Гу Су Лань была фраза «будь праведен», а плывущие облака — его отличительным узором. Те, кто носил лобную ленту с вышитыми плывущими облаками, были учениками клана. Те же, кто носил ее без узора, были приглашенными или обычными учениками, или же заклинателями других фамилий, но входящими в состав Ордена. У Вэй У Сяня аж в зубах засвербело, когда он увидел эти одежды. В своей прошлой жизни он часто называл их «траурным облачением» и ни за что бы ни с чем не перепутал». *** Почти все старались не рассмеяться и покосились на Лань Цижэня. Однако Учитель вел себя необычно. Он молчал. И только те, кто сидел ближе, заметили причину этого. В шее мужчины красовалась медицинская игла. — Простите, — поклонилась Вэнь Цин, по-прежнему сидевшая чуть позади Ланей с семьей Мо, — но я решила, что никому из нас не нужно здесь приступов искажения или сердечных. Как только его энергия придет в норму, я извлеку иглу. — Опять буду виноват я, — едва слышно пробормотал Вэй Усянь, горестно вздохнув. — Ты никогда не следил за словами! — отметила мадам Юй. — Всегда говорил, не подумав. — Простите, но я и сейчас считаю, что вещи лучше называть своими именами. И лучше это делать в лицо, а не за спиной. Думаю, это не изменится и в дальнейшем. *** «Мадам Мо уже давно не видела своего племянника, и прошло немало времени, пока она догадалась, кто был этот ярко накрашенный мужчина. Она воспылала яростью, но решила не терять самообладания и беспокоить себя какой-то ерундой, и, понизив голос, сказала своему мужу: «Кто его выпустил? Выведи его отсюда!» Муж мадам Мо незамедлительно улыбнулся, чтобы ее успокоить, и подошел к Вэй У Сяню с досадливым взглядом, готовясь выволочь того из зала. Однако Вэй У Сянь внезапно плюхнулся на землю, намертво вцепившись в пол всеми руками и ногами, и даже несколько слуг, прибежавших на помощь господам, не смогли поднять его. От их бесплодных попыток лицо мадам Мо становилось все темнее и темнее, а ее муж все сильнее и сильнее потел. Он выругался: «Ты, чертов псих! Если сейчас же не вернешься обратно, будешь наказан!» *** — Ты приклеился, что ли? — Не Хуайсан удивленно смотрел на друга. — Чем? — так же удивленно уставился на него Вэй Усянь, а потом пояснил. — Напряжение различных групп мышц может дать такой эффект. Но я удивлен, что это получилось… Тело-то не мое. Хотя они не заклинатели, так что вполне могло. *** «И хотя все в деревне знали, что в семье Мо был молодой господин, слетевший с катушек, Мо Сюань Юй уже несколько лет сидел в своей темной комнате, боясь выходить наружу. И теперь, увидев, как диковинны были и его внешность, и его поступки, люди зашептались с удвоенной силой, надеясь на хорошее представление. Вэй У Сянь сказал: «Хотите, чтобы я ушел? Да запросто! Но пусть сначала он вернет мне украденное!» — и тут он указал на Мо Цзы Юаня». *** — Похоже, началась основная часть спектакля, — глава Не усмехнулся. *** «Мо Цзы Юань никак не ожидал, что, хорошенько получив от него вчера, этот никчемный дурачок осмелится прийти сюда и доставить неприятности. Он побелел от гнева: «Что за чушь ты несешь?! Когда это я крал твои вещи?! Зачем мне это нужно?!» Вэй У Сянь ответил: «Все верно, ты не крал у меня, ты меня ограбил!» Мадам Мо молчала, а ее сын в ярости уже было поднял ногу, готовясь пнуть Вэй У Сяня. Но в этот самый момент один из юношей в белой одежде, тот, что постарше, сделал незаметное движение пальцем, и нога Мо Цзы Юаня упала на землю, едва ли вскользь задев Вэй У Сяня. Однако тот все равно прокатился по полу, как будто его и вправду пнули, и распахнул свои одеяния на груди, демонстрируя всем отпечаток ноги, что оставил на нем Мо Цзы Юань вчера». *** — Умно! — Вэнь Сюй улыбнулся Вэй Усяню. *** «Все подумали, что Мо Сюань Юй никак не мог пнуть себя сам. И кто еще, кроме Мо Цзы Юаня, всегда высокомерного и безрассудного, мог бы сделать это? Как бы то ни было, семья Мо всегда слишком беспощадно относилась к своему кровному родичу. Было ясно как дважды два что, вернувшись от отца, Мо Сюань Юй не был настолько сумасшедшим, так что это явно влияние семьи Мо. Да уж, представление выходило занимательным, гораздо интереснее, чем какие-то там заклинатели! До этого момента мадам Мо молчала: не желала обращать внимания на больного человека и поэтому приказала вывести его вон. Но теперь она точно знала — Мо Сюань Юй пришел не просто так. Его голова была ясна как никогда, и он делает все нарочно, чтобы опозорить ее семью. Она была одновременно шокирована и разгневана: «Ты ведь весь этот концерт затеял специально, не так ли?» Вэй У Сянь ответил прямо: «Он украл мои вещи, и я здесь, чтобы получить их назад. Это считается за концерт?» *** — Считается! — поддержали несколько голосов. — Эм… вы же в курсе, что мы книгу читаем? — поинтересовался Вэй Усянь у наиболее активных слушателей. — Оно само, честно, — Не Хуайсан спрятался за веер, притворившись смущенным, но насмешливый взгляд выдавал его с головой. *** «Конечно, когда вокруг столько любопытных глаз, жадных до сплетен, мадам Мо не могла ни ударить его, ни вышвырнуть вон. Она кипела от гнева, но все, что она могла себе позволить — это попытаться примирить обе стороны: «Воровство? Кража? Какие неуважительные слова. Мы все — одна семья. Он просто взял их, чтобы посмотреть. А-Юань — твой младший брат. Ты же старший, ты должен делиться своими игрушками. Он обязательно тебе всё вернет». Юноши из клана Лань безмолвно уставились друг на друга. Они росли в клане заклинателей, утопающем в роскоши, и, возможно, даже никогда не видели подобных ситуаций и не слышали подобной логики. Вэй У Сянь истерически захохотал про себя и простер руку: «Что ж, тогда пусть он вернет их сейчас». *** — Но это и правда не понять тем, кто никогда не знал, что такое ходить в одной и той же одежде или беречь что-то, так как новое тебе уже не купить, — Вэй Усянь погладил по голове подсевшего к нему Сюэ Яна и аккуратно прижал мальчишку к себе, стараясь не замечать сочувствия в направленных на него взглядах. — Можно поступить, как этот противный Юань… но теперь просто противно, — шепнул мальчик. — И не надо, — Сяо Синчэнь так же перебрался поближе, — если что, то я заберу тебя и А-Цин с собой. *** «Он понимал, что Мо Цзы Юань не мог ничего ему вернуть, поскольку он давно уже либо все выкинул, либо разломал. А даже если бы и мог, его гордость не позволила бы ему это сделать. Вместо этого Мо Цзы Юань стал совсем пунцовым от гнева и завопил: «Мама!» Взгляд же его выражал: «Ты действительно позволишь ему обращаться со мной вот так?!» Мать сердито взглянула на него, будто прося не усугублять ситуацию. Тем временем Вэй У Сянь продолжил: «Знаете, а ведь дело вовсе не в том, что он украл мои вещи, а в том, что он украл их посреди ночи. Все знают, что я предпочитаю мужчин. Прокрасться ко мне в комнату под покровом ночи… Могут поползти слухи». Мадам Мо схватила воздух ртом, как рыба, выброшенная на берег, а отдышавшись, прокричала: «О чем это таком ты говоришь, не стыдясь целой деревни! А-Юань — твой двоюродный брат!» Вэй У Сяню не было равных, когда дело доходило до безумств. В прошлом, когда он хотел натворить что-нибудь действительно эдакое, ему приходилось помнить о своем положении в обществе. Но сейчас он был уже провозглашенным деревенским дурачком, так что, он мог делать все, что угодно и как угодно. Он вытянул шею и дерзко парировал: «Это он не смог держать себя в руках, хоть он и мой двоюродный брат! Ну и кто тут не стыдится никого? Если ему и безразлична своя репутация, то пусть хотя бы не порочит мою невинность! Я, знаете ли, еще надеюсь найти себе достойного мужчину!» *** — Ты точно уверен, что не обрезанный рукав? — Цзян Чэн резко повернулся к Вэй Усяню. — Дай-ка подумать… — юноша в ответ осмотрел его внимательным взглядом, от которого тот просто скривился, и покачал головой. — Нет. Точно нет! Ну не к тебе, это точно, так что дыши спокойно. Он расслаблено оперся спиной на стоящий позади него стол, изо всех сил стараясь не смотреть в сторону Лань Чжаня. Не хотелось видеть неодобрение, явно сверкающее сейчас в его глазах. *** «Мо Цзы Юань испустил боевой клич, схватил стул и начал размахивать им в воздухе, собираясь швырнуть им в двоюродного братца. Вэй У Сянь, поняв, что ему, наконец, удалось вывести Мо Цзы Юаня из себя, откатился в сторону и вскочил на ноги, едва успев избежать запущенного в него стула, с грохотом развалившегося при ударе о землю. Праздные зеваки, только что злорадно глазевшие на посрамление семьи Мо, тут же разбежались. Вэй У Сянь бросился к группе юношей из Ордена Гу Су Лань, что изумленно наблюдали за происходящим, и завопил, что есть мочи: «Вы это видели? Видели?! Мало того, что он украл мои вещи, так теперь еще и покалечить меня хочет! Каков подлец!» Мо Цзы Юань бросился за ним вдогонку и уже почти схватил его, когда лидер юношей торопливо остановил его: «Пожалуйста, молодой господин, словами можно добиться большего, чем кулаками». *** — Юноши ведут себя очень достойно, — Цинхэн-цзюнь одобрительно покивал головой. — Но мир был бы скучным местом, если бы все жили только по правилам ордена Гусу Лань, — глава Не спокойно выдержал переметнувшийся на него взгляд. — Слишком они спокойные, словно замороженные. Хотя в вашем Ордене хоть все чувства из людей вытравляйте, это ваш и их выбор, но оставьте остальным их свободу выбирать. Мы всегда стараемся уважать пути других и не вмешиваться. Понятно, что вам не нравится и поведение моего Ордена, слишком грубы для ваших утонченных натур, но на мне не ваша лента, а у вас не наши сабли. Смотря на нетерпимость Учителя, я уже начал сомневаться, что моему брату нужно учиться здесь. Остальные молчали, но Лань Цижэнь с удивлением увидел в их взглядах согласие со словами Главы Не. Он хотел было высказаться о недопустимости пренебрегать правилами на любом пути самосовершенствования, но все так же не мог двинуть даже кончиком пальца. — Я понимаю вас, глава Не. Невозможно осуждать кого-то, не прожив его жизнь, — глава Лань говорил тихо, но тем не менее его слышали все. — Прошу простить моему брату его заблуждения. Желая лучшего для подопечных, он иногда бывает слишком предвзят. Не Минцзюэ удивлено кивнул, давая понять, что принимает объяснения. *** «Мадам Мо увидела, что юноша явно собирался защитить ее племянника, и предусмотрительно натянула на лицо улыбку: «Он сын моей младшей сестры. И у него не все в порядке с головой. Все в деревне Мо знают, что он помешанный и говорит всякие глупости. Его слова не стоит воспринимать всерьез. Так что, пожалуйста…» Не дав ей закончить, Вэй У Сянь опасливо выглянул из-за спины юноши и свирепо произнес: «Это почему же мои слова не стоит воспринимать всерьез?! Только попробуй еще раз украсть мои вещи! Стащишь еще хоть что-нибудь, и я тебе руку отрежу!» После этих слов, хотя его отец и держал его крепко, Мо Цзы Юань был близок к тому, чтобы вновь взорваться. Вэй У Сянь поспешно выскочил на улицу, а юноша закрыл собой проход за ним и ловко сменил тему разговора: «Что ж… Значит, мы займем на ночь Западный двор. И помните, что я сказал: с наступлением темноты закройте все окна, не выходите на улицу, и тем паче, не приближайтесь ко двору». *** — Странно, — Вэй Усянь задумался, не замечая, что привлек к себе внимание вырвавшимся словом. — Что странно? — Цзян Чэн развел руками. — Концерт окончен, ты доволен, все остальные в бешенстве, все нормально. — Странно то, что я не попытался узнать, зачем прибыли заклинатели. Вот сам подумай, я не знаю ничего, кроме пары подслушанных фраз. А тут такой источник информации, но я спокойно убегаю в закат. Не странно? — Эм… Нет? — неуверенно высказался Не Хуайсан. — Так, подумай еще. Ты в незнакомом месте, у тебя нет ничего, ни талисманов, ни меча. Ты узнаешь, что в этом месте разгулялась нежить и видишь прибывших заклинателей, что ты захочешь узнать? — А, понял, я бы постарался узнать, где именно и что происходит, чтобы не наткнуться на проблемы. — Вот! А что сделал я? Устроил шоу, но ушел, ничего не узнав. Как-то странно. — А что именно за странность? — поинтересовался Вэнь Жохань. — После слов про ностальгию еще ничего, но теперь мне тоже стало заметно, — Вэнь Сюй кивнул отцу и Вэй Усяню. — Он же ничего не боится, походу. Он не считает проблему с мертвецами хоть сколько-то важной. — Давайте продолжим читать, дальше увидим, так ли это, — Не Минцзюэ заинтересованно посмотрел на книгу. *** «Мадам Мо, трясясь от гнева, выдавила из себя: «Да, да… Спасибо!». Ее сын не мог поверить своим глазам: «Мама! Этот чокнутый опозорил меня перед целой деревней, и ему это сойдет с рук? Ты же сама говорила, что он всего лишь…» «Помолчи! Не можешь подождать до дома?!» — приказала она. Мо Цзы Юаня никогда раньше так не позорили и не выставляли полным дураком, а покровительственные слова его матери только подлили масла в огонь. Ненависть переполнила его, и он подумал: «Сегодня этот сумасшедший получит свое сполна!» *** — У меня такое чувство, что убежал он зря, — закатил глаза Цзян Чэн. — Не у тебя одного, — поддержал Вэй Усянь. *** «Вэй У Сянь вдоволь навеселился, изображая умалишенного, и покинув Восточный двор, пошел прогуляться по деревне Мо. И хотя многие шугались его, он начал получать настоящее удовольствие от того, что все считали его сумасшедшим. Вэй У Сянь даже привел в порядок свой макияж, напоминающий призрак висельника, и почти передумал смывать его. Закончив приглаживать волосы, он посмотрел на свои запястья. Похоже, порезы совсем не заживали. Это означало, что просто позлить Мо Цзы Юаня было недостаточно для исполнения желания Мо Сюань Юя и снятия проклятия». *** — Так он их злил для этого? — Цзинь Цзысюань пересел ближе к остальным, незаметно оказавшись по соседству с Цзян Яньли. — Ну это было логично, — пожал плечами Вэй Усянь и неожиданно вздрогнул от количества направленных на него вопросительных взглядов. — Так, ладно все остальные, но ты-то чего? — А чего я? — Цзян Чэн отвернулся в сторону. — Ты-то должен был понять, что я такие шоу просто так не устраиваю? — Так это ты, а того я не знаю. — Ну пока ничем не отличается, вроде, — пожал плечами Не Хуайсан, — но я тебя только три месяца знаю. — Ему нужно было сделать это так, чтобы никто не понял, — Лань Ванцзи внимательно смотрел на книгу. — Несмотря на поведение этих людей, он ищет способ не убивать их. — Лань Чжань… — почти про себя прошептал Вэй Ин и почувствовал, как внутри стало намного теплее. *** «Неужели ему и вправду придется стереть с лица земли всю семью Мо?.. Честно говоря, это не было такой уж сложной задачей». *** — А ведь и правда. Мог бы просто провернуть по-тихому и не мучиться, — отметил глава Не. — Ожидаемо было бы от человека, описанного в самом начале. Мне все больше кажется, что что-то здесь не так. — Не вам одному, — кивнул Цинхэн-цзюнь. *** «Вэй У Сянь вышел к Западному двору семьи Мо. Здесь ученики Ордена Гу Су Лань стояли на крышах и стенах, с серьезным видом тихо переговариваясь между собой. Хотя Орден Гу Су Лань сыграл немаловажную роль при осаде горы Луань Цзан, Вэй У Сянь понимал, что тогда эти ученики либо еще не были рождены, либо были совсем младенцами. Не было причин держать на них зла, так что Вэй У Сянь решил подождать и узнать, что же они собираются делать. Через некоторое время он почувствовал, что что-то тут было нечисто. Почему флаги, развевающиеся на крышах и стенах, казались ему такими знакомыми?» *** — Ого, да быть не может! — оживился Вэй Усянь и, неожиданно вскочив, подбежал к Лань Сичэню и выхватил у него книгу. — Юноша, вы ничего не перепутали? — удивился Вэнь Жохань, впервые наблюдая именно непоседливость, на которую пенял Лань Цижэнь. — Простите, — светясь удовольствием, юноша передал книгу обратно старшему Нефриту и, отойдя от стола, внезапно присел рядом с Лань Ванцзи, — я просто догадался, что это за флаги. — Что? — Вэнь Жохань понял, что ничего не понимает. — О, там дальше написано. Я просто очень удивился. Все вопросительно посмотрели на Лань Сичэня. *** «Стяг такого типа назывался «Флаг, привлекающий духов». Если его возьмет живой человек, то он будет привлекать всех духов, злобных призраков, ходячих мертвецов или иные темные создания в определенном радиусе, и вся эта нечисть начнет атаковать беднягу. Именно из-за того, что человек с флагом становился живой мишенью, другое его название было «Флаг-мишень». Его можно было установить и на дом, но в нем обязательно должны были находиться живые люди. И тогда целью нечисти становились все они. А из-за того, что такие флаги притягивали темную энергию со всей округи, подобную завихрениям черного ветра, их также называли «Флаги Черного Ветра». Судя по всему, выходило, что установив их в Западном дворе в определенном порядке и строго-настрого запретив кому бы то ни было приближаться к нему, ученики Ордена Гу Су Лань планировали заманить сюда всех ходячих мертвецов и уничтожить их одним махом. Что до того, что они казались знакомыми… Да как они могли быть не знакомы? Ведь создателем «Флагов, привлекающих духов» был никто иной, как Старейшина И Лин!» *** — Так, стоп! — Вэнь Жохань изумленно уставился на Вэй Усяня. — Судя по твоей реакции ты уже знал, о чем тут идет речь? — Ну догадался, — юноша смущено растрепал волосы. — Пока, конечно, только пробные заготовки, но, видимо, тот «я» довел их до ума. — И они действительно способны на то, что описано? — Цзинь Гуаншань склонился в сторону юноши, впиваясь в него цепким взглядом. — План такой, — согласно кивнул Вэй Усянь. Чисто по-человечески он мог и сейчас нарисовать им вполне работоспособный флаг, но осознавал, что ему не стоит торопиться. *** «Похоже, несмотря на то, что среди заклинателей было принято его ненавидеть, все же многие его изобретения продолжали использоваться». *** — Многие изобретения… — Не Минцзюэ покачал головой. — Мда уж, братья, а мы получаемся довольно лицемерными. Казнить казнили, но пользу извлекли. — Есть такое ощущение, как бы неприятно было, — кивнул Вэнь Жохань, и спросил у Вэй Усяня: — Можно поинтересоваться, что еще у вас на уме? — Так сразу и не скажешь. Идей много, но что получится довести до ума, а что нет, я ещё не знаю. — Видимо, что-то получится, — задумчиво проговорил Не Хуайсан. — Теперь ты знаешь, что эти флаги вполне можно додумывать. Может, и дальше что-то назовут. — Вполне возможно, — согласился с пареньком Цзян Фэнмянь. — Становится все интереснее. *** «Ученик на крыше увидел, как он шатался неподалеку, и сказал: «Пожалуйста, идите домой. Здесь не место для вас». Несмотря на то, что его прогнали, сделано это было из доброты, и тон голоса был совершенно иной, нежели чем когда его шпыняли слуги семьи Мо. И тогда Вэй У Сянь, улучив момент, быстро взобрался на крышу и схватил один из флагов». *** — Зачем? — Цзинь Цзысюань посмотрел на Вэй Усяня, но увидел, что тот так же озадачен. *** «Опомнившись от неожиданности, ученик спрыгнул за ним, пытаясь догнать: «Не двигайтесь! Вам не стоит его брать». Вэй У Сянь, с растрепанными волосами и болтающимися в разные стороны руками, похожий на настоящего душевнобольного, убегал от него и голосил на всю улицу: «Не отдам! Не отдам! Мое! Мое!» *** — Эм, что-то совсем странно, тут-то ты чего изображаешь? — Цзян Чэн неожиданно ткнул Вэй Усяня в бок. — Эй! Я-то тут причем, у него спроси! — Так я и спрашиваю! — Так я же там не был! — А кто? — Так, это уже какой-то праздник отсутствия логики, — прикрыл рукой глаза Вэнь Жохань. — Это он! — в два голоса воскликнули юноши, указывая друг на друга. — Так, стоп! — со смешком остановил их Не Минцзюэ. — Вэй Усянь, твои предположения? — Да не знаю я, — развел руками юноша, — может, что-то проверить хотел? Может, послушаем? — Он прав, дальше всё есть, — Лань Сичэнь указал на книгу и продолжил читать. *** «Но ученик в несколько шагов догнал его и схватил за руку: «Если не отдашь, то я тебя ударю!» *** — Как-то это не в вашем характере, — заметил Вэнь Жохань, глядя на Цинхэн-цзюня. — Как ни прискорбно, но бывает и так, — печально согласился тот. *** «Вэй У Сянь вцепился во флаг мертвой хваткой, не желая отпускать свою добычу. Лидер юношей, заканчивающий последние приготовления, услышал их перепалку и мягко спрыгнул с крыши: «Цзин И, уймись. Не шуми и просто возьми у него флаг». Лань Цзин И ответил: «Сы Чжуй, я не собирался бить его на самом деле! Но смотри, он нарушил нам весь порядок установки флагов!» Пока Лань Цзин И и Вэй У Сянь боролись за флаг, последний успел как следует его разглядеть. Узоры были нарисованы верно, и заклинания были точными. Никаких ошибок не было, а значит, все должно было пройти гладко. Однако флагоносцу недоставало опыта, так что стяг привлекал злых существ и ходячих мертвецов только в радиусе пяти ли. Хотя этого было достаточно, все-таки деревня Мо была довольна мала». *** — Он и правда проверяет флаг! — воскликнул Не Хуайсан, но тут же смущенно спрятался за брата. *** «Лань Сы Чжуй улыбнулся ему: «Молодой господин Мо, уже темнеет, и совсем скоро мы начнем охоту на ходячих мертвецов. Ночью здесь будет очень опасно, поэтому, пожалуйста, вернитесь в свою комнату для вашего же блага». Вэй У Сянь окинул его взглядом. Юноша был статен, изящен и благороден. Слабая улыбка играла на его губах. Вэй У Сянь молчаливо одобрил его. Расстановка флагов была скрупулезной и тщательно выверенной, а манеры его уважительны — все говорило о большом потенциале, сокрытом в юноше. Неудивительно, что подобный ученик воспитывался именно в таком клане строгих устоев, как Лань». *** — Спасибо за такую лестную оценку, — Лань Сичэнь уважительно склонил голову, посмотрев на Вэй Усяня. — Не стоит благодарности, - слегка склонился в ответ тот и улыбнулся. — Я успел познакомиться с вами и Лань Ванцзи. И пусть я не со всем согласен в правилах ордена Гусу Лань, но достоинство вашего воспитания я отрицать не могу. — Загнул, как старик Лань, — едва слышно пробурчал Цзян Чэн, пихнув юношу. Тот лишь пожал плечами. *** «Лань Сы Чжуй снова заговорил: «Флаг…» Не дав ему закончить, Вэй У Сянь бросил стяг на землю и выпалил: «Это всего лишь дурацкий флаг! Я смогу нарисовать гораздо лучше, чем этот!» Едва бросив флаг, Вэй У Сянь рванул с места и был таков. Юноши, наблюдавшие за всей этой кутерьмой, едва не попадали с крыш от смеха, услышав его нелепые слова. Лань Цзин И тоже зафыркал и подобрал Флаг, привлекающий духов: «Вот ведь чокнутый!» *** — И не поспоришь! — буркнул Вэнь Чао. Он уже не осмеливался высказывать свое мнение во всеуслышанье, так как догадывался, что отец снова осадит его. *** «Вэй У Сянь еще немного бесцельно побродил по деревне и вернулся в маленький дворик, где располагалась лачуга Мо Сюань Юя. Не обращая никакого внимания на сломанный замок и бардак на полу, он выбрал более-менее чистое место и опять сел в позу лотоса. Но еще до наступления рассвета какой-то шум снаружи прервал его медитацию. Беспорядочные шаги нескольких пар ног, сопровождаемые криками, быстро приближались. Вэй У Сянь разобрал несколько повторяющихся фраз: «Просто вломитесь и вытащите его!» «Сообщите властям!» «О чем ты говоришь — «Сообщите властям»? Забить его до смерти!» Он открыл глаза и увидел, что несколько слуг уже оказались внутри. Весь двор был ярко освещен факелами. Кто-то выкрикнул: «Тащите сумасшедшего убийцу в Главный зал и заставьте заплатить его своей жизнью!» *** — Это еще что? — удивился Не Минцзюэ. — Понятия не имею, — отзеркалил его реакцию Лань Сичэнь. — Глава закончилась. — Позитивненько закончилась как-то, — усмехнулся вечно недовольный юноша из клана Цзинь. — Слушай, тебе даже посочувствовать можно от количества случаев, когда тебя пытаются прибить. — М-да, — согласился с ним Вэй Усянь и пожал плечами. — Популярность — она такая. Ни минуты покоя! — Так, не думаю, что стоит прерываться надолго, — заметил Вэнь Жохань. — Кстати, Вэнь Цин, ты заметила странное отсутствие усталости или голода? — Да, — кивнула девушка. — Детей мы накормили, конечно, но, судя по всему, нам самим это не нужно. Видимо, это связано с остановкой времени за барьером. Думаю, что сущности, запершие нас здесь, не желали, что бы мы состарились здесь или умерли от голода. Книга не маленькая, чтение займет много времени. То, что нам не требуется прерываться на еду или сон — это только плюс. Детей это затронуло в меньшей степени, они успели подремать, но, думаю, это связано с тем, что они тоже получают информацию, а детский разум не так легко её усваивает. — Мне кажется, что это даже к лучшему, — заметил Не Минцзюэ, — нам не придется надолго прерываться. Предлагаю читать полностью главу, а после обсудим все её события. Кто следующий? — Можно я? — робко спросил Мэн Яо. — Почему бы и нет, — кивнул Вэнь Жохань. — Продолжим.