Смертельное притяжение

      Пальцы крепко сжались на краю маски, почти до треска сминая пластик. Перед глазами всё размывалось, не позволяя Ригатони различить хоть что-то в мыльном пейзаже. — Убью…       Тихий шёпот сорвался с её губ, звуча слабо, почти надрывно. В нём слышалась твёрдость, которой не было никогда ранее. — Найду и убью каждого. Всех до единого…       Золотистая морда обезьяны смотрела своими пустыми глазницами почти в самую душу. Ригатони была готова порвать её на мелкие куски, ломать до тех пор, пока пластик не вопьётся своими острыми углами ей в кожу, разрезая вместе с собой и её. — Я изничтожу всех вас…

: ▹༶༶◃:

17:45       Глухо выдохнув, Ризотто закрыл за собой дверь номера. Та едва слышно щёлкнула и зазвенела ключами, по-прежнему оставленными Лазой в замочной скважине.       Он не задал ни единого вопроса, когда прочитал в глазах этой девушки неподдельный страх. Золотистая маска, которую та почти смяла в своих руках, впиваясь в пластик короткими ногтями, очевидно вызвала у Ригатони не самые приятные воспоминания. Пожалуй, в этот момент она ещё больше напомнила Ризотто если не маленького ребёнка, то уж точно самого обычного подростка. — Чёрт… — тихо прошипел мужчина, стукнув кулаком по ближайшей стене. Он отошёл от номера всего на пару-другую метров, но всё ещё опасался, что Лаза отправится за ним. — Поганая девчонка… Ты ведь не такая беззащитная, какой кажешься. Чего строишь из себя невесть что?!       Ризотто стянул с головы тёмную шапку. Та слабо зазвенела закреплёнными на ней мелкими колокольчиками. Мужчина запустил в светлые — почти блёклые — волосы всю широкую ладонь, нещадно теребя короткие пряди и почти до боли впиваясь пальцами в корни и кожу головы.       Было просто невыносимо смотреть, как Лаза опустилась на пол прямо рядом с кроватью и уставилась на маску пустым взглядом. Пальцы Ризотто с силой сжали ткань шапки, силясь не отбросить её в сторону на ковровую дорожку второго этажа. — Отдохни пока. Обыск можем продолжить и завтра, — сказал он Ригатони напоследок, прежде чем закрыть за собой дверь и удалиться из номера.       Ризотто глухо втянул носом воздух. Он двинулся вперёд по коридору, на ходу возвращая звенящую колокольчиками шапку на место.       Отель по-прежнему, казалось, пустовал. Лишь где-то в глубине первого этажа слышались звуки открывающихся дверей, затихающие почти сразу же. Вероятно, постояльцы заказывали ужин себе в номера и закрывались, оставаясь там до следующего дня.       Мужчина проследил взглядом за вереницей дверей — точно таких же, как на втором этаже — и тихо хмыкнул себе под нос. — Да-да, всё верно, верно, — послышался знакомый голос с ярко выраженным акцентом, до боли режущим слух.       Ризотто слегка прищурился, замечая в пространстве под лестницей согнувшегося у телефона швейцара. Тот слегка потирал тонкие усы, кивая и говоря в трубку не чаще, чем через десять секунд. — Я всё отправить. Будут ещё указания?       Он кивнул ещё раз, выслушав от начальника очередной приказ, касающийся обустройства отеля и повесил трубку. Массивный телефон старенькой модели, напоминающий уличные телефоны-автоматы из будок, глухо прозвонил, отдавшись негромким звоном, когда трубка легла на своё место. Давно запутавшийся провод качнулся пару раз, поймав в воздухе равновесие.       Швейцар уже хотел было вернуться к своим обязанностям, но внезапно появившийся за его спиной Ризотто накрыл того своей тенью. Работник отеля взволнованно сглотнул, чувствуя мерно нарастающее напряжение, и замер на месте, не смея сделать и шага. — Синьор, вы… — Ты ответишь на мои вопросы чётко и без лишних слов. Иначе тебе придётся несладко.       Мужчина сглотнул, боясь повернуться к Ризотто лицом. Сердце его пропустило болезненный удар, упав, казалось, в самый желудок. — Кто тебе заплатил? — Я не понимаю, о чëм вы говорить, синьор… — Кто заплатил тебе, чтобы ты молчал и не разглашал информацию о постояльце под именем «Формаджо»? — почти прорычал Ризотто.       Его ладонь глухо стукнула о стену, приземлившись всего в паре сантиметров от застывшей руки швейцара. Тот сначала побледнел, а затем скривился, едва сдерживая рвущийся наружу крик. Под кожей его руки, чуть ниже костяшек, образовалось несколько выпуклостей. Там проступили слабые очертания бритвенных лезвий и гвоздей, вырисовывающихся под бледноватым покровом. — Я не знать…       Остриё одного из гвоздей прорвало кожу, вынудив швейцара всё же вскрикнуть. Ризотто мигом закрыл ему рот, вжимая в стену всем своим телом. — Повторю ещё раз… — Я не знать имени! — закричав едва ли не громче, чем секундой ранее, выдал мужчина. Ризотто невольно нахмурился, убрав руку. — Мне заплатили, признаю. Но имени я не знать.       Ризотто с сомнением перевёл взгляд на его руку. Ещё пара гвоздей прорезали кожу, проступая в районе вен. — Как это ты не знаешь имени? — с сомнением спросил лидер команды убийц. — Не называть! — стиснув зубы от режущей боли, проговорил швейцар, — Сказать лишь, что от синьора Серпенте. Это должно было мне что-то да говорить… — Лардо Серпенте?       Ризотто невольно хмыкнул, отпустив руку швейцара. Тот, дрожа, перевёл взгляд на стекающие по побледневшей коже струи крови. Нервно сглотнув, осознал, что под ней больше не шевелятся острые лезвия и гвозди, норовя прорезать ту ещё в нескольких местах.       Мужчина обернулся, заметив, что Ризотто задумчиво опустил взгляд. — Я н-не знать, — почти пробормотал швейцар, — Его имя мне ни о чём не сказать… — Конечно, что с тебя возьмёшь, — Ризотто вяло усмехнулся. — Давай, иди занимайся своими делами. Скажешь кому-то хоть слово…       Дальше продолжать ему не пришлось. Работник отеля затрясся так, что, казалось, даже тонкие усы над верхней губой слегка дёрнулись. Он обильно закивал, пулей проскочив мимо его массивной фигуры.       Ризотто проводил швейцара долгим задумчивым взглядом.       Вслед за ним и лидер команды убийц заспешил обратно на второй этаж. Его торопливые шаги гулко отдавались от стен. 17:53 — Знаешь Лардо Серпенте? — с ходу задал вопрос Ризотто, распахнув дверь номера.       Лаза застыла на месте, едва не выронив из рук какой-то гаджет. Судя по позе, в которой мужчина застал её, Ригатони продолжила обыск, копаясь в оставленных самозванцем вещах. Тех было не так уж много, однако девушка всё равно надеялась выжать из них максимум возможной информации. — Ты о том, который известен в Пассионе своими «благотворительными вечерами»? — слегка скривив губы, уточнила Лаза.       Ризотто вскинул одну бровь, похоже, не сразу распознав лёгкий сарказм в её голосе. — Никогда не слышал о его двуличии? — Ригатони выпрямилась во весь рост, оставив обыск, и тяжело вздохнула. — Он устраивает благотворительные вечера, большая часть денег с которых уходит в кошелёк босса. Прикрывает свою наживу благородным делом… — Это ведь он открывает казино «Золотой Дракон»?       В памяти Ризотто внезапно вспыхнул заголовок, промелькнувший в свежей газете, что была в руках Лазы ещё несколько часов назад. Он слегка нахмурился. О Лардо Серпенте в Пассионе знали многие — несмотря на свою деятельность, больше направленную на работу вне семьи, он имел популярность, сравнимую с обсуждением истинной личности босса. — Да, — вздохнула Ригатони, — Спускает деньги на новый бизнес, который, как он хочет всех уверить, принесёт семье лишь больше дохода.       Девушка ещё раз скривила губы, невольно цокнув языком. — Эта сфера уже занята двумя другими капо, чего он думает добиться? — Если я не ошибаюсь, — протянул Ризотто, — раньше его деятельность ограничивалась лишь Капри. Это потом он переехал в Неаполь… — Всё верно. Но на деле он распространил сферу своего влияния не на одну коммуну.       Ригатони стиснула зубы, сжимая зажатый в ладони гаджет. Пальцы пробежались по гладкой тёмной поверхности. Ризотто внезапно отвлёкся, сосредоточив взгляд своих красных глаз на предмете. — Что это у тебя? — Нашла, когда пыталась обыскивать номер, — Лаза разжала ладонь, демонстрируя мужчине небольшой аппарат, размером даже меньше чем её ладонь. Тусклый экран не горел, а кроме двух кнопок по бокам и выпуклости между ними, гаджет ничего не имел. — Это глюкометр. — Наш самозванец является диабетиком?       Ризотто с интересом взглянул на аппарат, подняв тот с протянутой ладони девушки. Пара одновременных нажатий на кнопки ничего не дало — экран по-прежнему оставался тусклым и безжизненным. — Обычно они используются для контроля уровня сахара в крови, — покрутив глюкометр из стороны в сторону, проговорил мужчина, — Не думаю, что он принёс бы его сюда просто так… — Помимо этого я нашла в номере кучу ланцетов, некоторые из которых даже были уже использованы.       Лаза прошлась по номеру, шурша какой-то упаковкой. В её руках мелькнула тонкая небольшая игла. — И ещё бутылки из-под воды. Очень много…       Ригатони в раздражении отбросила в сторону ланцет. Тихий звук, который он успел издать, отдался в тишине резким звоном. — Похоже, что тот, кого мы ищем, действительно страдает от повышенного уровня сахара, — Ризотто усмехнулся, поймав на себе взгляд Лазы. — Он пил ужасно много воды, а также имел при себе глюкометр. Более ты ничего в номере не нашла. — Хотя могли бы быть лекарства, которые положено употреблять диабетикам, — в глазах девушки слабо сверкнула мысль, вынудившая её слабо улыбнуться. Озвученная им догадка теперь крутилась и у неё в голове. — Значит, ему ещё не было назначено лечение. Он попросту мучается от повышенного сахара…       Ригатони услышала лишь, как Ризотто глухо хмыкнул. Он двинулся с места, направляясь к телефону, установленному в номере. Слегка нахмурившись от непонимания, девушка заспешила за ним следом. Лидер команды убийц дёрнул длинный, слегка спутавшийся телефонный провод, и поднял трубку, набирая короткий номер.       Тот не был похож на номер ресепшна, что лишь ещё больше удивило Лазу. Она присела на кровать, с секунду молча наблюдая за тем, как он ждёт ответа.       Тихий щелчок оповестил о том, что на другом конце провода мужчине ответили. — Это я, — глухо произнёс Ризотто. Его глаза сосредоточено смотрели в одну точку, уловить которую Лаза попросту не могла.       С той стороны пришёлся краткий ответ. — Мне нужна помощь в деле. Я сейчас нахожусь на Капри.       Ризотто кивнул, получая с другой стороны провода ещё один ответ. Голоса его собеседника Ригатони не слышала, но чётко распознавала лёгкий акцент, слышимый в речи мужчины. Наверняка человек по ту сторону говорил точно также: произношение было явно не из этих мест… — Да, конечно.       Ризотто едва заметно перевёл взгляд на девушку, почти сразу же возвращаясь к разговору. — Cosa nostra.       Он повесил трубку, произнося последние слова с глухим звуком «с», характерным услышанному ранее произношению. Лаза тут же дёрнулась с места, подбираясь ближе. — С кем ты говорил? Это было произношение, характерное для Сицилии? Я слышала акцент.       Ригатони невольно отпрянула, замечая, как Ризотто вновь перевёл на неё строгий взгляд. Две алые точки вновь впились в неё, пригвоздив к месту. — Я говорил с товарищем, — спокойно ответил мужчина, — Он прибудет завтра с утра. Нам пригодится его помощь…