Frost

Он понял, насколько глубоки его чувства, когда сидел на кровати в общежитии, дуясь, не находя уведомлений в телефоне, ожидая сообщения от одного определённого человека. Это было жалко, с каким нетерпением он ожидал этого маленького звона, открывающего ему новый мир. Как быстро поднялось у него настроение, когда крошечный кружок рядом с фотографией Кая стал зелёным, а три точки подсказывали, что он печатает. Стоило их разговору закончиться, а кружку стать серым, улыбка на лице Ёнджуна растаяла. В общежитии стало на несколько градусов холоднее, а по коже заплясали мурашки. Яркий свет телефона погас, оставив его в темноте, и он уставился в пустоту. Было далеко за десять, все его соседи уже крепко спали. И в этот момент им овладел иррациональный страх, вцепившийся в его сердце, сотрясая. Ёнджун точно мог услышать насмешливый голос в его голове, смеявшийся над ним. Внезапно он стал ребёнком, плачущим в сотый раз, пока его мать укладывала их вещи в потрёпанный чемодан. – Ау. Ты привязался к своему маленькому другу, Дэнни? Как мило. – её ногти впились в его кожу, острые и настойчивые, когда она притянула его к себе. – Ты уже должен знать, пабо. Бросив чемодан у двери, она кинулась в кухню, открывая деревянные шкафчики в поисках чего-то. – Ну и где это, блять? – бормотала она, закипая. – Я клянусь, у меня было ещё. – Ты выпила всё вчера. – мямлил Ёнджун, смотря себе под ноги. Её подозрительный взгляд остановился на нём, и она оставила шкафчики, подходя ближе, обхватив щёки двумя тонкими пальцами. Поднимая его голову, заставляя смотреть в её сумасшедшие, покрасневшие глаза. – Ты забрал, верно? Маленький негодный-ни-для-чего мудак! – зашипела она ему в лицо, сильнее сжимая щёки. – Я не брал. – плакать было бесполезно, это лишь разозлило бы её. – Я правда не брал. Она отпустила его, чувствуя отвращение. – И почему ты не можешь вырасти быстрее? Подойдя к двери, она снова схватила чемодан, вышла из квартиры, даже не проверив, идёт ли он за ней. Теперь его голос всё ещё преследовал его, сидящего на кровати, с тем же самым чемоданом под ней. – Ты привязался к своему маленькому другу, Дэнни? – да. Да, он привязался. – Ты уже должен знать, пабо. – Он должен. Но он не знал.

._.

На следующее утро после бессонной ночи его страх не ушёл, Ёнджун чувствовал холодную руку, сжимающую его сердце. Ему казалось, стоит позвонить Каю и он обнаружит, что тот исчез. Старшему мерещилось, что парня у него отняли, никакие рациональные доводы не работали. Ему нужно увидеть его. Сейчас. Вместо того, чтобы заняться своими утренними делами, Ёнджун пишет своему двоюродному брату, что придёт. Рот Кая вытянулся в маленькую “о” от удивления, открывая дверь. Глаза засияли и он отступил в сторону, пропуская Ёнджуна. Утро. Утро. Он выглядел мягко этим утром – в своей сиреневой толстовке с не уложенными после кровати волосами, морщинки от сна всё ещё были на его лице. Почему ты здесь? Мне нужна причина? Может быть я просто хотел увидеть тебя. Ох. Он казался особенно смущённым, будто новизна встречи в раннее время сместило его планету с оси. Кай переминался с ноги на ногу, нервничая, натягивал рукава толстовки на руки, и оглядываясь на место, где доделывал своё домашнее задание. – Можно мне пройти, Хюка? Безмолвно Кай отступил назад. Улыбаясь, Ёнджун скинул ботинки, проходя в гостиную, где Кай занимался. Может быть, если он никогда не упустит Кая из вида, может быть, тогда мальчик не уйдёт. Может быть он не потеряет его. Ты совсем не спал вчера? Кай вздохнул, обеспокоенный. Он усадил Ёнджуна на пол рядом с собой, обхватив его лицо ладошками, морщинка появилась между его бровями. По всему телу Ёнджуна разлилось тепло от прикосновения. – Я просто немного устал. – соврал он. – У моего соседа была девушка и они всё никак не затыкались. Кай поморщился. Я никогда не был так рад, что Субин-хён хранит себя до свадьбы или что там у него. Ёнджун хрюкнул. – Он не хранит себя до брака, он просто не шарит в отношениях. Субин выбрал этот момент, чтобы появиться. – Когда ты пришёл? – спросил он, сонно потягиваясь. – Пару минут назад. – Пару минут и ты уже оскорбляешь меня? – он легонько постучал костяшками пальцев по его голове. – Какой ты замечательный друг. – Я и не к тебе пришёл. – возразил Ёнджун и показал язык. Кай хихикнул. Иногда мне кажется, что вы родственники; ведёте себя, как братья. Двоюродные братья обменялись взглядами. – Будто Чхве не популярная фамилия. – отмахивается Субин. – Я имею в виду, чёрт возьми, Бомгю тоже Чхве. Его немного слишком оправдывающийся ответ заставил Кая отвлечься от учебника и посмотреть на него, приподнимая брови в любопытстве. Погоди. Вы же не, типа, тайные братья, верно? Субин начинает кашлять, а Ёнджун смеяться. – Нет. – он взъерошивает волосы своего мальчика. – Нет, мы не братья, Кай-я. – он чувствует себя немного неловко из-за лжи, но из всей лжи, сказанной за всю его жизнь, эта была довольно невинной. Пожав плечами, Кай возвращается к своей книге, а Субин на кухню. – Ловко. – произносит одними губами Ёнджун своему двоюродному брату, и получает в ответ средний палец. Не смущаясь, Ёнджун прислоняется к Каю, пытаясь читать учебник вместе с ним. Его подбородок опускается на плечо Хюнина, обнимая за талию. Он практически приклеен к брюнету, и это доставляет ему огромное удовольствие, что-то утоляя глубоко внутри него. – Ты ужасно прилипчивый этим утром. – замечает Субин с кухни, где он сварил себе чашку кофе. Ни один из них не смотрит на него, через некоторое время он смягчается и уходит, прокрадываясь в свою комнату, чтобы насладиться аниме, ворча, что Ёнджун украл его соседа. Упомянутый сосед, похоже, не возражает против того, чтобы быть “украденным”, постукивая пальцами в такт песни, пытаясь справиться с чтением для пары по музыкальной композиции. Немного погодя Ёнджун чувствует, как проваливается в сон, глаза закрывались сами по себе, атмосфера казалась странно домашней – он никогда не думал, что ему это может понравиться. Ты спишь? Показывает Кай, улыбаясь от ленивого согласного “мм” Ёнджуна, уткнувшегося в его плечо. Он мягко убирает руки Ёнджуна, и на мгновение паника овладевает мозгом старшего, прежде чем Кай укладывает его себе на колени. Младший подкладывает подушку ему под голову, удостоверяясь, что ему удобно, и Ёнджун никогда не чувствовал такой заботы раньше. – Спасибо. – бормочет он, почти уснувший, и чувствует поглаживание по голове в ответ. Рука Кая осталась там, и рассеянно он начал перебирать пряди, вернув внимание к домашнему заданию. В последние несколько мгновений, перед тем, как он погрузится в мир сновидений, Ёнджун ощущает, словно немного парит. Всё тепло, комфортно и приятно. Он никогда раньше не испытывал ничего такого, не чувствовал, что прикосновения другого человека могут быть приятными, а не отталкивающими. Никогда не чувствовал, что может расслабиться рядом с незнакомцем и отпустить себя. Ослабить свою бдительность. Но с Хюнин Каем? Хюнин Кай вызывал желание остаться здесь навсегда, проживать это каждым утром. Он заставлял забыть о существовании всего остального. Мир растворялся в пустоте, когда они были вместе, и ничего другого не имело значения. Если бы Хюнин попросил остаться, Ёнджун не задумываясь согласился. Но Кай не сделал бы этого, вот почему он был таким особенным. Он интуитивно знал, где находятся его слабые места, и вместо того, чтобы избегать их, относился к ним с такой заботой, что Ёнджуну хотелось растаять в лужицу.