Pistilla et stamina: Amor intellectualium

Юркие солнечные зайчики скользили по страницам, бегая меж кое-где стершихся строк старой библиотечной книги. Пористая, слегка шероховатая и от того приятная на ощупь бумага золотилась в лучах дневного солнца. Тени от кончиков пальцев легко и бережно скользили по краям листов и ветхому переплету. Нудные рефераты отложены стопочкой в сторону. Чашка эрл грея, интересная книга, столик в тихом уютном кафе. Безусловно, все это в сто крат лучше растворимого кофе в пластиковом стаканчике, остывающих блинчиков, утонувших в сгущенке и шумной студенческой столовой. Но, несмотря на это, сюжет книги не стал менее захватывающим, солнце за окном не потускнело и настроение не ухудшилось ни на йоту. Как ни крути, а «окна» между парами великолепно разбавляют рутинную череду будничных событий в жизни типичного препода. Металлические ножки соседнего стула пронзительно скрипнули о пол. Брайан опустил книгу. Роджер, отодвинувший тот самый стул ногой, держал под мышкой кипу каких-то бумаг. Сыпя на право и налево сочными матерными оборотами и проклиная вечные очереди, он с грохотом поставил поднос на стол и кинул стопку неизвестной макулатуры рядом с рефератами астрофизика. — Не в духе? — приподняв бровь, спросил Мэй, наблюдая из-за потрепанного корешка книги активно жующего блондина, лицо которого напоминало мордочку злобного, но чертовски милого хомячка-убийцы. — Сука, — тихо, с набитым ртом изрек биолог, на небывалой скорости уминая котлеты. — Содержательно. — Физик, поджав губы, перелистнул страницу. — Криворукие, блять, — прожевав салат, произнес Тейлор. Брюнет, не отрываясь от книги, закусил губу и нахмурил брови. — Как можно, всего лишь промывая бюретку водой, взять и уебать ее? Мэй выглянул из-за книги, окинув Роджера искренне сочувствующим взглядом. — Если у тебя руки из задницы, — угрожающе протыкая котлету вилкой, рычал Тейлор, обращаясь к невидимому собеседнику, — какого хуя ты учишься на аналитика?! — Не нервничай. — Брайан вздохнул и отложил книгу. — Попросишь новую… как ее… ты понял. Роджер отпил компот из граненого стеклянного стакана и поморщился. — На каждую жалкую пробирку идет учет. Ректорат не фонтанирует новым оборудованием, как из рога изобилия. — Едко улыбнулся блондин, швырнув скомканную салфетку в тарелку. Он бегло взглянул на часы. — Все, я побежал. — Куда? — Получать пиздюли. Мэй усмехнулся, вопросительно подняв брови. — Четверг же. Ректор собирает всю кафедру. — Понятно. — Если у меня взамен вырванным конечностям вырастут ложноножки, я все-таки доползу до тебя после пар. — Ок. Удачи в бою. — Брюнет сделал глоток из стакана, с трудом поборов желание выплюнуть все обратно. Кофе уже давным давно «замерз». — Порхай как бабочка, жаль как пчела.* — Только и успел кинуть он вдогонку Роджеру, схватившему со стола стопку бумаг и мигом потерявшемуся в толпе. — Чт… Эй! Мистер Мэй, какого хуя? — Роджер прикрывал голову своими рефератами, уворачиваясь от повторного удара стопкой бумаг по светлой макушке. — Единственный более-менее свободный день, когда я мог все это проверить. — Тихо говорил Брайан, коротко тряхнув бумажками в воздухе. — Я-то тут причем? — Недовольно нахмурившись, Роджер скрестил руки на груди. Мэй натянуто улыбнулся и начал перелистывать кипу бумаг. — Уравнение Харди-Вайнберга и его биологический смысл, — прочел он в одном из рефератов. Роджер прикрыл глаза ладонью и виновато улыбнулся. Выразительно взглянув на блондина, Мэй пролистал следующую работу. — Происхождение жизни на Земле. Симбиотическая и аутогенная теория происхождения эукариот. — Бля. Брай… — Что «Брай»? — Не гневайся. Я искуплю свою вину. — Ты проверишь за меня всю эту макулатуру? — Брайан иронично подернул уголком рта. — Ммм… Нет. — Не долго думая, выдал блондин. — Но у меня есть билеты на классный фильм. Сегодня вечером. — Тейлор… — Что «Тейлор»? — Тейлор! — Все, — он жестом оборвал уже было начавшего причитать физика. — Собирайся. Жду тебя в холле. — Балбес. — Задница. Пара дружеских хлопков рефератами по затылкам друг друга, и они разошлись по разным коридорам университета. — Что ты делаешь? — Все камеры соединены. Мы их вырубим. Роджер, не отрывая увлеченного взгляда от экрана, пошарил рукой в ведерке с попкорном. — Улыбнитесь, — трое заключенных улыбнулись и дружно показали средний палец надзирателям тюрьмы по ту сторону камеры видеонаблюдения. ** — Красавчики! — хрипло усмехнулся Тейлор, откинувшись на спинку кресла, и локтем ткнул Мэя в тощий бок. Реакции ноль. Неубедительность доводов Роджера о том, что «Шварц и Сталлоне в одном фильме — это ахренеть как круто» была на лицо. Брайан, скрестив руки на груди и запрокинув голову назад, уже половину фильма мирно сопел в обе дырочки. Поверхностный сон растаял в мгновение ока от весьма болезненного контакта ребер кудрявого с острым локтем биолога. Мэй сонно сощурился, потерев глаза, и повернул голову в сторону Роджера. Луч света от киноаппарата плавно разрезал темное пространство зала. Невесомые пылинки едва заметно колебались в нем, приобретая тусклый серебристый блеск. Тейлор, широко распахнув глаза, с каким-то ребяческим интересом внимал непрекращающейся ни на секунду стрельбе и кровопролитной борьбе героев на экране между собой, чуть подавшись вперед, оперевшись на свои колени. Свет от экрана хаотичными пятнами скользил по его лицу, мимолетно очерчивая профиль. Выделяя чуть подрагивающие длинные ресницы и контур приоткрытых губ. «Красивый, черт возьми.» Брайан недолюбливал боевики, считая их большей частью бессмысленными, и совершенно безразлично относился к актерам, которыми сейчас так восхищался Роджер. — Скажи, классный же фильм? — Широко улыбаясь, оживленно спросил он, по-дружески ткнув Мэя в плечо. — Что? А, да. Фильм замечательный. Сюжет, актеры… Тейлор расплылся в довольной улыбке, продолжая бесперебойно выстреливать фразами, красочно иллюстрирующими его впечатления в фильме. Мэй открыл тяжелую дверь кинотеатра. Тротуары темных, уже немноголюдных, улиц были залиты приятным оранжевым светом. Рефераты изрядно помялись в сумке-почтальонке. Кого они сейчас волнуют? Светофор предостерегающе мигнул красным глазом. Они стояли на пешеходном переходе, освещенные тусклым светом уличного фонаря. Роджер неторопливо достал сигарету, закурил. И снова. Профиль, подрагивающие длинные ресницы, контур приоткрытых губ… «Красивый, черт возьми.»