Pistilla et stamina: Amor intellectualium

Звонкий хлопок и звук битого стекла. Брайан вздрогнул и оглянулся. На белой напольной плитке красовалось месиво из персиковых долек и осколков, приправленное липким приторным сиропом. — Блять, — Джим пошатнулся и схватился рукой за полку, на которой ровными рядами лежали пачки с макаронами. Через несколько секунд подошел помятый сонный парень в застиранной фирменной рубашке поло, с веником в руках. — Рэмбо, где касса? Парень с абсолютным безразличием на лице заметал осколки и персиковые лохмотья в совок. — Я заплачу. Я же порядочный человек. В носу не ковыряюсь, перловку по утрам ем… Парень молча удалился в подсобку. Баррелл пожал плечами и резко крутанулся вокруг своей оси, наткнувшись на Фредди. — Тихо, тихо. — Булсара кое-как вернул парня в вертикальное положение, держа его за расстегнутые отвороты куртки. — Я должен заплатить! — На том свете сполна заплатишь за все свои выходки, я тебе гарантирую, — парс за плечи поймал Джима, лицо которого целенаправленно стремилось к морозильнику с куриными тушками. — А пока что рано об этом думать, дорогуша. В мире еще столько мест, где ты не нагадил. Мэй, которого тоже изрядно штормило, оглянулся по сторонам. Четыре часа утра. Абсолютно пустой круглосуточный супермаркет в спальном райончике Лондона. Джиму определенно можно ставить очередную галочку в списке мест, где он таки умудрился нагадить. I said upside down You're turning me You're giving love instinctively Around and round you're turning me* Брайан прошел несколько стеллажей с бытовой химией и кухонной утварью. К стене возле спящего охранника был прикручен маленький телевизор, на вид восьмидесятого года выпуска. Роджер смотрел на экран с таким неподдельным интересом, будто там рассказывали, как из редиски и огурца синтезировать лекарство от рака. Идиотская реклама с танцующими курицами. Тейлор неосознанно, будто во сне, перетаптывался с ноги на ногу в такт песне. Охранник засопел и приоткрыл один глаз. Мэй резко потянул блондина за рукав, толкнув его в проход между стеллажами с чаем. — Кудрявый, — прохрипел Роджер, уткнувшись лбом в плечо Мэя. — Я такой пьяный. Мэй покачнулся, положив подбородок на макушку Роджера, и закрыл глаза. Кажется, что пол, пренебрегая всеми законами гравитации, левитации и здравого смысла, пошел тайфунными волнами, стал накреняться то в одну, то в другую сторону. Раздался приглушенный звук клаксона. За большим витринным окном напротив были видны два больших, матово светящихся, горчично-желтых глаза фургона. Фредди, по всей видимости уже устав таскать на себе Джима, пронесся мимо с продуктовой тележкой, в которой, свесив ноги и обняв ящик пива, развалился Баррелл. — Фред, — осипшим голосом протянул Брайан. — Сейчас! Еще минуту! Оно должно быть где-то здесь… Мэй вздохнул. В нескольких рядах полок от него слышался шорох, в спешке периодически что-то падало. Через несколько мгновений Фредди, торжествующе воскликнув, поднял над головой цветастую коробку. — Роджер… Левая рука… На зеленое. Тейлор, до этого сидевший на корточках, хмельно поджал губы и отсутствующим взглядом пробежался по незанятым кругам позади себя в поисках нужного. Лита, устроившаяся на диване по-турецки, коварно ухмыльнулась, отпила пиво из бутылки и вновь раскрутила стрелку игровой рулетки. После того, как Джим без брюк забрался на барную стойку, на двухминутном симпозиуме «слегка» поддатых было решено, что разумнее будет придать вечеринке более закрытый характер. Твистер в квартире Джона и Фредди показался всем вполне приемлемой альтернативой. — Брайан… Правая рука на зеленое. — Твою мать, — как можно тише, стараясь не упасть и не сломать руку раскорячившемуся неподалеку Дикону, прошептал Роджер. Он стоял, прогнувшись в пояснице, сзади упершись руками в злополучные зеленые круги. От внезапной близости нависшего над ним брюнета задрожали колени. Голос Литы слышался уже менее отчетливо. — Не здесь же, — блондин повернул голову набок и губы Брайана скользнули по его подбородку. — Надо купить домой такую штуку, — шепнул Мэй, коснувшись губами светлой брови, провел кончиком носа от виска вниз, по щеке, и легко поцеловал блондина в шею. Щеки Роджера невольно заполыхали. — Фредди… Правая нога на красное. Парс оглянулся по сторонам. Рядом стоит Крис в позе элегантного рака, неподалеку — таинственно улыбающийся Брайан. Под ним — изо всех сил старающийся держать над собой контроль раскрасневшийся Роджер. Единственный свободный красный круг — возле пока что скучающего в гордом одиночестве Дикона, весьма удачно вжившегося в образ жирафа на водопое. — Прости, — перешагнув через басиста, Фредди чуть не завалил его, неловко толкнув бедром под зад. — Ничего, — обернулся Джон, слабо улыбнувшись. Фредди положил щеку на спину басиста. Теплая. Серая толстовка пахнет их дешевым домашним порошком. Уже вся в катышках. Надо бы новую подарить… Парс распахнул блаженно прикрытые глаза и резко отстранился. Сердце внезапно забилось где-то у горла. Дикон пристальным взглядом изучал коврик под собой. Булсара изо всех сил старался не касаться пахом его поясницы, а по возможности и не касаться басиста вовсе. Он зажмурился и едва слышно скрипнул зубами, ожидая конца этой тактильной пытки. — Тебе плохо? — обеспокоенно спросил его Джон. Фредди вздрогнул от неожиданности и открыл глаза. — Д-да, — выдавил он. — Что-то мне нехорошо. — Фредди, левая нога на желтое. — Все, — парс, вновь перешагнув басиста, встал на колени, выползая с игрового поля. — Я проиграл. Пойду покурю. Все присутствующие, кроме развалившегося в кресле звездой Баррелла, проводили Фредди взглядами. Тот поспешно схватил с журнального столика пачку сигарет, наскоро напялил неоново-пурпурные кеды и буквально выбежал на лестничную клетку. Брайан перевел недоумевающий взгляд с захлопнувшейся входной двери на Роджера и лихо сдул с глаз кудрявую прядь. После двухминутного поединка с заедающей ручкой, Роджер, толкнув дверь плечом, «выпал» из квартиры на площадку у лестницы. Похлопав себя по карманам, он достал сигареты, прикурил от зажигалки, предложенной Фредди, и облокотился на обшарпанные перила. Игриво подмигивала в сумраке тусклая лампочка в пыльном самодельном плафоне. Тейлор сделал несколько затяжек, выдохнул дым через нос и повернул голову в сторону Булсара. Парс смотрел вниз, задумчиво стряхивая пепел. Боковым зрением он чувствовал на себе пристальный взгляд Роджера. Упрямый психологический штурм длился около минуты. Наконец Фредди не выдержал и повернулся. Роджер смотрел на него и улыбался. С дружеским теплом в глазах, подернутых легкой дымкой опьянения. С проскакивающими искорками уверенности в том, что он точно что-то знает. Фредди вопросительно поднял брови. Роджер затянулся, вновь по-доброму улыбнулся и отвел взгляд. Немного отойдя от этого своеобразного немого диалога, Булсара первым обрел дар речи и прервал нелепую тишину. — Вам на диване постелить или… — начал он в привычной бодрой манере. — Нет, — Тейлор затушил окурок о перила. — Спасибо за гостеприимство, но мы, пожалуй, домой. — Вас подкинуть? — Фред, ты пьян. — Это кого-нибудь когда-нибудь останавливало? Роджер хмыкнул и убрал сигареты в передний карман джинсов. — Нам сегодня только гонки с преследованием по улицам ночного Лондона не хватало. — Блондин открыл входную дверь. — Такси поймаем, иди отсыпайся. Фредди кивнул. И снова. Эта загадочная телепатическая улыбочка. Булсара поспешно отвел взгляд, за что потом корил себя, и перешагнул порог квартиры. Тихо захлопнулась дверь за Роджером, все еще улыбающимся Фредди в затылок.