Ты — мой путь.

= 🕷 =

      Гарри привстал на диване, его глаза загорелись любопытством.       — Ты поцеловал Гвен? И как это было? — спросил он с нескрываемым волнением.       Питер сидел на диване Гарри в костюме Человека-паука, но без маски. При упоминании о поцелуе на его лице невольно появилась лёгкая улыбка. Воспоминание нахлынуло на него, и он снова почувствовал прикосновение губ Гвен. Питер словно парил в облаках, ощущая себя влюблённым подростком.       — Это было… невероятно, — произнёс он, погружаясь в воспоминания.       Гарри хитро усмехнулся:       — А ей понравилось?       Питер возмущённо выдохнул:       — Она поцеловала меня снова сразу после, так что… думаю, да?       Он нахмурился, вспоминая, что ситуация после поцелуя была немного странной. Гвен простила его за то, что он не пришёл на её выступление, но они так и не обсудили сам поцелуй. И он больше не повторился. Они долго сидели вместе на диване, Гвен прижималась к нему, но Питер не знал, уместно ли было что-то предпринять.       — Это просто с ума сойти. Мой Питер никогда бы не осмелился на такое, — Гарри всё ещё ухмылялся. — Ну а секс как прошёл?       Питер фыркнул и укоризненно посмотрел на темноволосого друга.       — Гарри!       — Что? Мне же интересно, — пожал плечами тот.       — Ничего не было, — ответил Питер, закладывая руки за голову.       Не то чтобы он не хотел. Но если даже поцелуй казался неуместным, то о более интимных действиях и речи быть не могло. К тому же, он чувствовал, что немного застал Гвен врасплох своим поцелуем.       — Боже мой, Питер, — Гарри шутливо вздохнул. — Нам нужно над этим поработать.       — Полегче, — Питер примирительно поднял руку. — Я даже не знаю, что теперь между нами происходит.       В глубине души он немного боялся этого разговора. Что, если она вовсе не хотела быть с ним, а поцеловала его просто в порыве эмоций? Ведь в тот момент она была очень расстроена.       — Что ещё должна сделать Гвен, чтобы ты понял, что ты ей нравишься? — Гарри в отчаянии закрыл лицо руками. — Ты действительно слепой.       Возможно, это была правда. Но Питер отчасти не мог понять, почему Гвен вообще захотела бы быть с таким, как он. Она заслуживала лучшего.       — Есть что-нибудь новое по делу об убийстве? — спросил Гарри, меняя тему.       Дрожащими пальцами он потянулся к небольшой баночке на журнальном столике, явно испытывая трудности с её открытием. Питер не стал помогать, зная, как неловко Гарри чувствует себя в такие моменты.       — Сколько ты сегодня уже принял? — спросил Питер, наблюдая, как друг закидывает таблетку в рот и запивает водой.       — Недостаточно, — вздохнул Гарри, сжимая и разжимая кулаки, пытаясь унять дрожь в пальцах. — Ну, рассказывай.       — Если честно, не так уж много. Я изучил жидкость в шприце, и похоже, это какой-то яд. Нужно будет исследовать его в университете. Но это бы означало, что мой профессор как-то замешан в этом деле. Хотя я сомневаюсь.       Выражение лица Гарри было трудно прочитать. Питер не мог понять, вызвано ли его напряжение болью или этим заявлением.       — Да, это было бы действительно абсурдно, — только и ответил тот.       Питер закинул ноги на низкий журнальный столик, чем тут же вызвал недовольный взгляд Гарри, и потянулся.       — Я что-то не припомню, чтобы разрешал тебе класть свои грязные ноги на мой дубовый столик.       — А я что-то не припомню, чтобы это было моей проблемой, — парировал Питер, доставая телефон. — Как прошла твоя вчерашняя встреча?       Он заметил, как Гарри снова уставился на баночку с таблетками, и слегка отодвинул её ногой. Они должны были помочь ему с болью и мышечными спазмами, расслабить тело. Однако, похоже, они не очень-то помогали.       — Эта женщина — гений, — кивнул Гарри. — Совершенно безумная, но настоящий гений. Она хочет использовать вручную изменённые гены, чтобы вызвать адаптацию к любым изменениям в окружающей среде или в самом организме. Это может стать прорывом в исследовании рака. С помощью этого метода можно было бы вылечить любую мыслимую болезнь.       Питер внимательно наблюдал, как Гарри смотрит на свои слегка дрожащие пальцы.       — И это действительно работает? — у Питера пришло новое сообщение, но он продолжал смотреть на лучшего друга.       — Я разрешил ей продолжить исследования. Испытания на живых организмах пока не планируются.       С неприятным предчувствием Питер наконец открыл новое сообщение, и его пульс мгновенно участился, когда он увидел, что оно от Гвен.       «Хочешь зайти?»       — Это Гвен, — взволнованно сказал он. — Спрашивает, не хочу ли я прийти.       — Так чего же ты ждёшь? — ухмыльнулся Гарри, толкая его локтем в бок.       Питер посмотрел на него с такой же широкой улыбкой:       — Ты ведёшь себя так, будто она набросится на меня, как только я там появлюсь. Мы просто поговорим.       Гарри закатил глаза, но в его взгляде читалось одобрение:       — Ну конечно, Питер. «Просто поговорите». Иди уже, не заставляй девушку ждать.

= 🕷 =

      Питер натянул одежду поверх костюма, прежде чем позвонить в дверь Гвен. Он заметно нервничал, переминаясь с ноги на ногу в ожидании, пока дверь отворится. Осенний ветер легонько трепал его волосы, добавляя волнения к и без того напряженному моменту.       На этот раз он не взлетел по ступенькам так стремительно, как обычно. MJ стояла в дверном проеме, скрестив руки на груди, и ухмылялась, глядя на него с видом знающим и торжествующим одновременно. Щеки Питера, вероятно, пылали ярко-красным, когда он наконец достиг верхней площадки.       — Так значит, не все потеряно, — произнесла рыжеволосая девушка с лукавой усмешкой.       — Очень оригинально, правда, — ответил Питер, слегка смущенно.       Конечно, было немного неловко от того, что теперь каждый считал своим долгом вставить свои пять копеек, но в то же время приятно осознавать, что это было именно то, на что все надеялись. Питер чувствовал, что это лишь подтверждало правильность происходящего между ним и Гвен.       MJ отправила его в комнату Гвен, что он немедленно и сделал. Дверь была приоткрыта, но он всё равно осторожно постучал, прежде чем толкнуть её чуть сильнее и просунуть голову внутрь.              — Привет, — тихо произнес он, чувствуя, как сердце начинает биться чаще.       Блондинка сидела на кровати, поджав ноги, и что-то печатала в телефоне. Увидев его, она тут же отложила смартфон, и сердце Питера было готово выпрыгнуть из груди, когда её лицо заметно просветлело.       — Привет, Пит, — она похлопала рядом с собой по кровати.       Разумеется, он последовал её безмолвной просьбе, закрыв за собой дверь, и лег на мягкое покрывало. Она улыбнулась ему, и он тут же ответил тем же. Он действительно был сражен наповал.       — Я рада, что ты пришел.       Он лег как можно дальше от неё, стараясь при этом не выглядеть отстраненным. Он просто боялся, что не сможет контролировать себя рядом с ней и снова поцелует её, не обсудив прошлый раз.       Но, похоже, то, что он не сел прямо рядом с ней, её совсем не беспокоило. Вместо этого она немного повернулась на бок и подняла руку, чтобы запустить пальцы в волосы Питера. Внезапно его решимость просто поговорить с ней показалась совершенно неважной. Её ногти легонько царапали кожу головы, а кончики пальцев слегка надавливали, посылая дрожь по всему его телу.       Питер не мог не закрыть глаза на мгновение. Она явно не облегчала ему задачу.       — Гвен, — тихо произнес он, хватая её за запястье, — так я точно не смогу сосредоточиться. Думаю, нам нужно поговорить.       — Правда нужно? — спросила она, склонив голову набок.       Он не знал, что и думать об этом заявлении. Собиралась ли она игнорировать случившееся? Или продолжить?       — Думаю, да. Я имею в виду… мы поцеловались, и я не знаю, что теперь делать, — сказал он, чувствуя, как краска заливает лицо.       — Может быть, ты мог бы сделать это снова.       Что ж, он действительно не знал, как ответить и на это заявление. Отчасти потому, что её дерзкая манера немного захватывала дух. Ему хотелось просто схватить её и притянуть к себе, но что-то его удерживало. Когда даже спустя несколько мгновений он просто смотрел на неё с полуоткрытым ртом, она закатила глаза и перекинула одну ногу через бедро Питера, оказавшись сидящей у него на коленях. И, ну, это совсем не помогло ему привести мысли в порядок.       Она наклонилась вперед, положив руки ему на грудь и слегка опираясь на них. Благодаря его силе, она казалась легкой как перышко.       Наконец, он заставил себя собраться с мыслями.       — Я серьезно.       — Я тоже.       Питер спрятал лицо в ладонях. Снова он попытался сформулировать в голове приличное предложение. Но это было действительно очень сложно из-за различных факторов. С одной стороны, приятное давление её тела на нем ощущалось одновременно знакомым и невероятно возбуждающим. Он глубоко вдохнул и выдохнул, но не осмелился посмотреть ей прямо в глаза. Поэтому он оставил руки там, где они были.       — Ладно, нет. Хорошо… Эм, ты хочешь быть-? Ладно, а что, если-? Хорошо-       Это оказалось намного сложнее, чем он себе представлял; возможно, ему стоило потренироваться заранее. Он отчетливо слышал, как Гвен хихикает. Но он также почему-то не мог перестать бормотать бессвязные слова.       — Ладно, ладно, ладно. Мы теперь-? Ух, серьезно. Ты хочешь, чтобы я был твоим-? Ладно, подожди, — продолжал он заикаться.       Вероятно, для посторонних он звучал как заезженная пластинка, и он был рад, когда она наконец прервала его, убрав его руки с лица и положив свои ему на щеки.       — Питер, успокойся. Мой ответ — да.       Затаив дыхание, он уставился на неё.       — Да? — переспросил он, не веря своим ушам.       — Да, — подтвердила она с нежной улыбкой, и мир вокруг них, казалось, замер в этот прекрасный момент.       С лукавой улыбкой она наклонилась к нему, нежно прикоснувшись губами к его губам. Хотя Питер и не забыл, насколько приятным был их последний поцелуй, это чудесное ощущение вновь охватило его. Его руки покоились на её бёдрах, большие пальцы неосознанно вычерчивали тонкие круги.       Поцелуй был недолгим, скорее мимолётным прикосновением, но Гвен повторила его снова и снова, едва они успевали отстраниться друг от друга. Она чуть выпрямилась и едва заметно прикусила нижнюю губу, отчего Питер резко втянул воздух. Он не был уверен, было ли это желание, которое он видел в её сине-зелёных глазах, но точно такое же чувство пульсировало в нём самом.       Одна её рука лежала на его груди, в то время как другая скользнула вниз по щеке. Её пальцы нежно обхватили его подбородок, а большой палец пробежался по губе. Питер сходил с ума от этого простого прикосновения, почти так же, как и от того, как она смотрела на него сверху вниз. Его разум был совершенно пуст, осталась лишь одна мысль. Она.       Её большой палец скользил от одного уголка рта к другому и обратно, затем остановился посередине. Питер чувствовал пульс в ушах. С каждым ударом сердца всё несущественное всё дальше исчезало из его внимания.       Медленно Питер приоткрыл рот и увлажнил языком свои губы, а заодно и большой палец Гвен, отчего её глаза чуть расширились. Она переместила руку так, что теперь правильно держала его за подбородок, прикладывая достаточно давления, чтобы приподнять его лицо ещё больше в свою сторону.       Возможно, всё это не должно было так ужасно возбуждать его, но он также не мог остановить реакции своего тела на доминирование Гвен. Он тяжело дышал, и, возможно, ему было бы немного стыдно, если бы Гвен не смотрела на него с тем же огнём в глазах, который, вероятно, горел и в его взгляде.       Когда она снова наклонилась к нему, её губы оказались уже не на его губах, а на шее, рассыпая поцелуи, начиная от челюсти. Его руки скользнули вверх по её бёдрам, и с его более или менее бессознательным содействием Гвен начала двигать ими по кругу. Это было невероятно приятно, и Питер поймал себя на мысли, что надеется как можно скорее почувствовать это без какой-либо мешающей одежды между ними.       Его пальцы впились в обнажённую кожу там, где её топ слегка задрался. Блондинка осторожно прикусила место под ухом, где заканчивалась нижняя челюсть, вызвав у него тихое рычание. Но когда она затем прижалась лёгким засасывающим поцелуем к слегка раздражённой коже, его тело, казалось, отреагировало совершенно автоматически. Он громко застонал, и его бёдра едва заметно дёрнулись в её сторону.       — MJ всё ещё может тебя услышать, — прошептала она с усмешкой.       — Если хочешь, чтобы я молчал, не делай ничего подобного, — ответил он, слегка ухмыляясь.       Он убрал руку с её бедра, чтобы вместо этого обхватить её шею и снова притянуть к себе. Их поцелуй был пылким, страстным и не оставлял места для интерпретаций относительно того, насколько сильно они хотели насладиться этим моментом.       Руки Гвен скользнули вниз по его торсу, и с рокочущим ворчанием в поцелуй она поняла, что на Питере явно слишком много слоёв одежды, и к тому же он заправил рубашку в брюки. Но в конце концов это, казалось, не было для неё большой проблемой, без лишних слов она расстегнула пряжку его ремня.       Звон пряжки вывел Питера из оцепенения. Внезапно он вспомнил, что под одеждой всё ещё был костюм Человека-паука. Словно его паучье чутьё буквально спасло его здесь, его руки метнулись вперёд и сжали её запястья.       — Стой, — выдохнул он.       — Что-то не так?       Блондинка посмотрела на него немного неуверенно, и Питер мог поклясться, что в этом взгляде была и толика разочарования.       — Я… эм. Я девственник.       Между ними повисла почти гнетущая тишина, и Питер хотел бы дать себе пощёчину, он даже не знал, почему сказал именно это. Как будто у него случилась паническая атака, и он просто выпалил первое, что пришло в голову, что могло бы остановить её. Это даже не было правдой.       Но затем выражение лица Гвен изменилось с шокированного на нежное.       — Питер, — тихо, но спокойно сказала она, — для меня это нормально.       Эти слова заставили его полюбить Гвен ещё больше, если это вообще было возможно. Эта женщина действительно покорила его сердце. Она была идеальной. И всё же сейчас был очень неловкий момент, и он мысленно проклинал себя за то, что оставил на себе этот проклятый костюм.       — Я представлял наш первый раз очень романтичным, — признался он, — с ужином в ресторане, свечами и всем таким.       Гвен рассмеялась и кивнула:       — Тогда ты обеспечишь ужин, а я — свечи.

= 🕷 =