Кровная связь

      Официальное объявление о Святочном бале взвинтило градус волнения в школе до предела. Коридоры гудели от споров и перешёптываний: все искали пару, высчитывали шансы, строили планы. Эта всеобщая суета, как ни странно, заставила Арию встрепенуться. Она была слишком поглощена собственными мрачными мыслями, а тут шанс отвлечься. Ей определённо пора было развеяться.       Сон вернулся, кошмары прекратились, и она стала выглядеть гораздо лучше, а в глазах снова появился огонёк. Ария рассудила, что она всё равно пока ничего не может изменить, а жизнь действительно продолжается. Она вовсе не хотела жить лишь одним ночным кошмаром, поэтому решила последовать совету Дамблдора.       Услышав краем уха один из подобных разговоров, Ария невольно задумалась: а с кем бы она хотела пойти на бал? Она представила… Всего на минуту… Как её пригласил Малфой. Уносясь всё дальше в мир фантазий, она хотела уже было размечтаться, но тут же опомнилась.       Нет. Это было ниже её достоинства: мечтать о человеке, который столько раз кричал о ненависти к ней, и лишь однажды проявил заботу, потому что пожалел.       Однако после той ночи у камина Ария стала всё чаще думать о Драко. Сначала анализируя его поступок, а потом и просто так. Эти новые, странные и противоречивые чувства пугали её, и она старательно гнала их прочь.       Ария была очень красивой девушкой — это видели все, включая её саму. Яркая внешность, творческие выступления на публике и загадочная аура сделали её заметной фигурой в школе. Однако одной лишь красоты и популярности не всегда достаточно для возникновения романтической симпатии, поэтому её вовсе не стремились приглашать все подряд.       Некоторым слизеринцам претила её дружба с гриффиндорцами. Большинство гриффиндорцев смущали её факультет и слухи о тёмной магии. Многих пуффендуйцев отпугивали её вспыльчивый нрав и вечная вовлечённость в конфликты. Больше всего интереса проявили когтевранцы: они одни могли по-настоящему оценить её нестандартное мышление и артистизм.       В итоге приглашений было всего семь: пять от учеников Хогвартса и два от парней из Дурмстранга, которые были очарованы ею ещё со времён, когда девушка жила там. Но Ария отказала всем.       Единственный человек, с кем она втайне мечтала пойти, ни за что бы её не пригласил. А если бы чудо и случилось — её женская гордость никогда не позволила бы согласиться.        Эта патовая ситуация снова ввергла её в уныние.       Её подавленное состояние заметил Теренс. Он и сам ходил мрачнее тучи. Как выяснилось, он тоже не мог пригласить того, кого хотел — его чувства оставались без ответа. Вернее, как уверял Теренс, этот человек сам не раз шёл на сближение, а потом резко отступал, будто боясь собственных чувств.       Человек, в которого он был влюблён, был его лучшим другом с детства. Но с годами их отношения стали запутанными и невыносимо сложными, и они начали отдаляться.       Имя этого человека Теренс упорно отказывался называть, словно боясь сглазить или навлечь беду. Но по скупым деталям и его сдавленному голосу Ария догадывалась, о чём его история. Давить на него она не стала. Может, со временем он сам ей откроется, если захочет.       Ситуация Теренса лишь усилила её собственную грусть, ведь теперь она переживала и за него. В конце концов, они решили пойти вместе, как друзья. Раз уж оба не могут быть с теми, о ком на самом деле мечтают.       Сгорая от стыда, Ария тоже так и не призналась, с кем хотела бы пойти на бал. Но Теренс, кажется, что-то заподозрил…

***

      После той ночи в гостиной Драко тоже стал иначе смотреть на Арию.       Он всё ещё не мог простить ей того урока зельеварения, считая, что она первая вступила с ним в конфликт, прилюдно унизив в первый же день учёбы. Да и каждая её последующая дерзость, каждый колкий комментарий отзывались в нём жгучим раздражением, не давая покоя. Но где-то в глубине, вопреки всем доводам рассудка, его неистово влекло к ней. С каждым днём всё больше.       Он не осознавал простой истины: он действительно задирал её лишь потому, что она с первой секунды вызвала в нём жгучий интерес. Каждая их перепалка была для него вызовом, игрой, которая затягивала всё сильнее. Но Драко предпочитал отрицать это, записав девушку в разряд личных врагов.       Теперь мысли о ней стали навязчивыми. Однажды, мимоходом, он тоже представил их идущими вместе на Святочный бал. Это показалось ему диким, забавным и... заманчиво неожиданным. Мысль, возникшая однажды, уже не отпускала, пока ему и вовсе не стало крайне любопытно: а как она вообще отреагирует, если он в самом деле пригласит её?       Через пару дней любопытство перевесило гордыню, и Драко решил хотя бы прощупать почву. Он подумал, что решит, приглашать Арию или нет, отталкиваясь от её реакций во время разговора. Но в глубине души, он надеялся, что Ария скажет «да». Тогда он не только привлечёт внимание тем, что появится с самой неожиданной для него парой на балу, которая по совместительству была ещё и самой яркой девушкой в школе, но и сможет потом припомнить это Арии. Вместе с её заверениями о том, что он ей совсем не интересен и чуть ли не противен.       Малфой намеренно подкараулил Арию вечером в пустом коридоре, когда та возвращалась с ужина.       — Слышал, ты не даёшь и шанса? Отшиваешь всех подряд, — бросил он ей вслед, выходя из тени колонны.       Ария не остановилась, лишь слегка вздёрнула бровь, съязвив на ходу:       — Боишься, что я и тебе откажу?       Драко увязался за ней, поравнявшись с её шагом.       — Удивился, что тебя вообще кто-то пригласил. В связи с этим удивлён и твоей расточительностью. — От лёгкого волнения он по привычке завёл диалог не в то русло.       — Удивлена, что тебя вообще это волнует. Не менее удивлена твоей осведомлённостью. — Внезапно Ария остановилась, пристально посмотрев ему в глаза.       — Просто любопытно. — Малфой ухмыльнулся.       — Что ж, удовлетворю твоё любопытство: я отшила не всех. — Ария улыбнулась, выдержав короткую паузу, и снова зашагала.       — Как? У тебя уже есть пара? — Драко тут же нагнал её, обескураженный.       — Ревнуешь? — ехидно парировала Ария и продолжила разговор в том же настроении.       — Соболезную бедолаге.       — Можешь отправить ему цветы. Он любит орхидеи.       — Кто он? — с неожиданным раздражением, Малфой не сдержался, чтобы не спросить.       — Какая тебе разница?       — Хочу понять, куда отправлять.       — Отправишь после бала, чтобы скрасить его муки.       Поджав губы, Драко резко перегородил ей дорогу.       — Что-то ещё? — надменно улыбнувшись, спросила Ария.       — Нет, — коротко отрезал Малфой и резко пошёл в другом направлении. Хотя ему тоже нужно было в подземелье.       Он встретил по дороге Пэнси и, не задумываясь, пригласил её прямо на ходу.       Та замерла, широко распахнув глаза от неожиданности, а затем расплылась в сияющей, торжествующей улыбке. Она то, разумеется, приняла его взволнованный вид и резкость за пылкость чувств.       Получив согласие, Драко лишь кивнул, не замедляя шага, и прошёл мимо, оставив её одну в коридоре с новообретённым, но уже таким хрупким счастьем.

***

      Ария проснулась рождественским утром с ощущением лёгкого трепета под сердцем. Весь прошлый вечер она с нежностью и волнением упаковывала подарки для новых друзей, и теперь ей не терпелось их вручить.       Потянувшись, она села на кровати и оглядела комнату. Взгляд сразу же уловил крошечный проблеск серебра на комоде у двери: маленькую изящную коробочку, перевязанную тонкой лентой.       Ария сорвалась с постели и в два прыжка оказалась рядом. Пальцы быстро развязали бант и откинули крышку. На чёрном бархате лежал браслет: тонкий, изящный, усыпанный чёрными драгоценными камнями, которые поглощали свет, мерцая глухими тёмными искрами. Открытки или хотя бы записки не было. Ария на мгновение поморщилась: Теренс забыл самое главное — слова. Для неё они всегда были важнейшей частью любого подарка.       Позже они встретились за завтраком. Ария, сияя, подсела к Теренсу и радостно обняла его. Сунув ему в руки небольшой свёрток, она замерла в ожидании, не в силах скрыть нетерпения.       Теренс аккуратно развернул бумагу. На ладони оказался брелок: миниатюрная, но до мелочей точная копия гитары. К нему Ария подложила сложенный лист с нотами песни, которую написала специально для него.       Денег у неё почти не было, поэтому в подготовку подарков она вложила всю свою изобретательность. Брелок был точной копией той самой гитары, которую Теренс втайне от родителей купил для репетиций. Он поднял на Арию вежливый взгляд, скрывая недоумение, пока та не рассмеялась.       Оказалось, это был не просто сувенир. Это и была его настоящая гитара, только уменьшенная. Её не мог увидеть или услышать тот, кому не следовало. Произнеся кодовое слово, Теренс мог превратить брелок обратно в полноразмерный инструмент и играть дома на каникулах, не вызывая подозрений. Ведь его родители не одобряли это «несерьёзное увлечение», считая музыку пустой тратой времени, которое следовало посвящать тренировкам и дополнительным занятиям с репетиторами.       Семья Теренса была богата, влиятельна и предельно контролирующая. Они расписали его жизнь на десятилетие вперёд, и у него пока не хватало ни сил, ни смелости, чтобы оспорить этот план.       Радость в глазах друга была безграничной. Он бережно спрятал брелок во внутренний карман жилетки, прямо у сердца.       Затем он протянул ей свою коробку.       Ария открыла её. Внутри, аккуратно уложенная, лежала струящаяся шифоновая ткань неопределённого оттенка, способная, как объяснил Теренс, принимать любой цвет, и целая коллекция декоративных камней.        Он позаботился о её наряде на бал и, зная её страсть к созданию собственных образов, не стал дарить готовое платье, предоставив полную свободу творчества. На дне коробки Ария обнаружила маленькую золотую ручку и нотную тетрадь в кожаном переплёте. Ручка была зачарована: чернила в ней никогда не заканчивались и не протекали. Оба предмета были способны менять форму и размер, чтобы Ария могла носить их с собой и записывать музыку где и когда угодно.       Ария была искренне тронута. Но её счастье смешалось с лёгким чувством неловкости от такой щедрости.       — Теренс, ты меня балуешь, — с улыбкой прошептала она, сверкнув на запястье тем самым браслетом с чёрными камнями.       Теренс нахмурился.       — Это не от меня.       Ария замолчала, смущённо глядя на украшение. Они стали вместе гадать, кто же мог его прислать.       Теренс тут же выдвинул версию:       — Это Малфой.        — Что? С чего ты так решил? — Ария скривила лицо в отвращении, хотя на самом деле эта мысль заставила её сердце забиться быстрее.       — Это же очевидно, ты посмотри, какой чёрный. Готов поставить что угодно: он таким образом вновь символизировал твою чёрную душу, — заговорщически протянул Теренс.        Ария прикрыла лоб ладонью от смущения, но всё же невольно посмеялась. Она не знала, что и думать.       — Ну, это лучше, чем чернильный портфель.        — И что будешь с ним делать?        — Ты знаешь… — Ария пожала губами, делая вид, что думает. — Даже если это Драко, браслет слишком красивый, чтобы быть в чём-то виноватым. И я не стану его снимать. Ну, а если отправитель пожелал остаться инкогнито, то это его проблема.       Теренс фыркнул.       — Как говорится: скромность украшает девушку, только когда нет других украшений. Живой пример. — он рассмеялся.       Ария лишь показала ему язык и с решительным видом принялась за завтрак.

***

      Вечер наступил быстро, незаметно поглотив последние часы суетливых приготовлений. Под звуки волшебной музыки начался Святочный бал.       Перед распахнутыми дверями Большого зала толпились ученики в парадных мантиях и вечерних нарядах, ожидая своего выхода. Ария появилась с небольшим опозданием. Драко всё это время вглядывался в толпу, пытаясь разглядеть её фигуру. Его мучил один единственный вопрос: кто же был её парой?       Когда двери наконец распахнулись, и первый поток гостей хлынул внутрь, наверху парадной лестницы показалась она.       Драко взглянул наверх и, не сразу обратив внимание на девушку, наконец увидел её спутника: Теренса Хиггса. Малфой фыркнул. Конечно, он должен был догадаться.       Затем Драко бросил взгляд на Арию и побелел от изумления.       Она стояла с идеальной осанкой, чуть приподняв подбородок. На ней было чёрное шифоновое платье без бретелек, не пышное, но невероятно элегантное. Вырез идеально подчёркивал линию её ключиц и длинную, изящную шею. Полупрозрачный корсет был расшит россыпью крошечных чёрных камней, мерцавших при каждом движении, словно звёзды на ночном небе. С двух сторон юбки шли высокие, почти до бедра, разрезы, слегка открывающие стройные ноги.       Её длинные платиновые волосы были распущены и убраны назад, а передние локоны — собраны в заколку на затылке. На шее сверкал тонкий чокер из чёрных страз, а на запястье красовался тот самый браслет с тёмными камнями.       Ария была словно изящный чёрный лебедь.       Пэнси, стоявшая рядом с Драко, тут же уловила его застывший взгляд и смену выражения.       — Какая безвкусица, — недовольно пробормотала она, стараясь привлечь его внимание обратно к себе.       Но Драко её не слышал. Он не мог оторвать от Арии глаз, а в голове была лишь одна единственная мысль: как она безумно красива.       Весь вечер, танцуя с Пэнси, разговаривая со знакомыми или отходя за бокалом пунша, он украдкой следил за Арией. Наконец, когда она на мгновение осталась одна, он решился. Драко двинулся в её сторону, обдумывая, не стоит ли просто сделать ей комплимент, и если да, то какой именно, чтобы не показаться банальным?       Он был уже почти рядом, когда увидел, как Ария, смеясь, обняла подошедшего Теренса и нежно поцеловала его в щеку. Тот в ответ улыбнулся и отошёл, снова оставив её одну.       Эта сцена так неожиданно разозлила Малфоя, что, когда он наконец подошёл к ней, из него само внезапно вырвалось:       — Ты выглядишь как развратная девка.       Драко сам не успел понять, почему так отреагировал. Это была совсем не та реплика, с которой он планировал обратиться. Что ж, зато оригинальности в подобном «комплименте» действительно не занимать.       — Не стоит выдавать желаемое за действительное, Драко, — вздёрнув бровь, сказала Ария и бросила на него надменный взгляд. — Тебе меня не смутить, я знаю, что выгляжу превосходно.       Малфой ухмыльнулся и встал рядом с ней. Окинув взглядом зал, он заметил танцевавшего Поттера, который то и дело наступал на ноги Парвати. Драко сделал медленный глоток из своего бокала и высокомерно сказал:       — Ты только посмотри на этого идиота.       — Смотрю. — Широко улыбнулась Ария и пристально уставилась на Малфоя.       — Я про Поттера. — Фыркнул Драко.       — Я не считаю его идиотом.       — Но это так, и будь ты сама поумнее, тоже заметила бы.       — Ты знаешь, даже будь это так, острый ум не самое необходимое качество, когда ты очень добрый, храбрый и красивый. Впрочем, тебе ли не знать, ты же у нас очень умный… — расплываясь в улыбке, язвительно подметила она, намекая на отсутствие других качеств.       — Считаешь меня некрасивым? — вздёрнув бровь, уточнил Малфой.       — Считаю тебя подлым трусом, — с прищуром ответила Ария. — Но да, ты красив.       — Значит, ты считаешь меня очень умным и красивым. — Драко сделал ещё один глоток и, выдержав небольшую паузу, продолжил: — Что ж, я давно подозревал.       — Подозревал что?       — Ты влюблена в меня.       — Подлый трус перевешивает эти качества, Драко. Так что нет, я не влюблена в тебя.       — Не стоит выдавать желаемое за действительное, Ария, — съязвил он, передразнив девушку её же репликой.       Ария рассмеялась и отвела взгляд. Выдержав небольшую паузу, она саркастично спросила:       — Итак, подлый трус и развратная девка стоят и сплетничают про храброго малого. Не понимаю, почему мы не ладим?       — Ты слишком много себе позволяешь.       — Лишь ещё одно качество, которое нас объединяет. — Ария посмотрела на Драко и провела кончиками пальцев по его волосам, поправляя выбившуюся прядь.       Малфой косо посмотрел на неё и молча ухмыльнулся.       — Всё в порядке, Ария? — Раздался голос из-за спины.       Обернувшись, они увидели Теренса. Драко лишь одарил его быстрым высокомерным взглядом и снова отвернулся.       — Да, всё хорошо, — мягко ответила она.       Услышав нежность в её голосе по отношению к другу, Малфой ревностно уставился на неё и злобно сказал:       — Признаться честно, я думал, ты выберешь себе пару получше, учитывая твои качества… Хиггс. — Он неожиданно резко перевёл взгляд на Теренса, адресовав эту реплику ему.       — Ты бы лучше позаботился о своей паре, Малфой. А то с того момента, как пришла Ария, Пэнси, лишь поджав губы, обиженно сидит за столом в гордом одиночестве, — ни капли не смутившись, с улыбкой ответил Теренс и протянул руку Арии, приглашая на танец.       Девушка протянула руку в ответ, и они тут же весьма быстро покинули Драко, не дожидаясь его очередного язвительного комментария.       Малфой ясно осознал, насколько ему не нравится Теренс. Возмущённо фыркнув, он вернулся к Пэнси и сел с ней рядом за стол.

***

      Всеобщее веселье, танцы и гул голосов достигли своего пика, когда внезапно, без предупреждения, в Большом зале погас свет. Музыка оборвалась на полуслове. Наступила мгновенная, оглушительная тишина, нарушаемая лишь шорохом тканей и сбившимся дыханием удивлённой толпы.       И тогда, совершенно неожиданно, из темноты прямо в центр зала ударил ослепительный луч мощного прожектора. Гости по инерции отшатнулись, образовав по краям широкий круг. В кольце света замерли девушки: ученицы Хогвартса и Шармбатона, выстроенные в три чёткие шеренги.       В тот же миг их наряды вспыхнули и преобразились: теперь на всех были одинаковые короткие, очень пышные чёрные платья, сверкавшие тысячами блёсток, и лаковые туфли на высоких каблуках. Они стояли в замерших, почти кукольных позах: ноги на ширине плеч, руки разведены в стороны, ладони приподняты. Головы были опущены, а взгляды уткнулись в пол.       Glee Cast — What doesn’t kill you (Stronger)       Музыка заиграла, и девушки синхронно выдохнули, издавая тихий, мелодичный гул, сливающийся с инструментальным проигрышем. В унисон они подняли головы и начали движение — чёткие, отрывистые покачивания плечами вперёд-назад, в точности попадая в такт.       Как только проигрыш пошёл на спад, из первого ряда уверенным шагом вышла вперёд Анджелина Джонсон. Её голос, сильный и насыщенный, заполнил зал первыми строчками куплета, пока остальные девушки продолжали отточенный, поддерживающий танец. С другого края шеренги ей ответила ученица Шармбатона — её лицо было неземной красоты, а волосы сияли, словно отлитое золото. Её голос взлетел выше, был нежнее, но не уступал в силе и харизме.       Куплет смолк. Все участницы резко развернулись и закружились в стороны. И в этот момент из самого последнего ряда, раздвигая строй, уверенной, почти вызывающей походкой вышла Ария. Широкая, сияющая улыбка озарила её лицо. Она вскинула руки, и её голос, чистый и невероятно громкий, взметнулся под своды зала, подхватывая кульминационный припев:       What doesn’t kill you, makes you stronger       Что не убивает тебя, делает тебя сильнее       Весь хор девушек мгновенно подхватил её, слившись в мощном, слаженном унисоне. Зрители взорвались. Тишину сменили оглушительные крики, свист и грохот аплодисментов, в которых тонули изумление и восторг.       Под непрекращающиеся овации девушки кружились в сложном, синхронном танце, а слова песни рассказывали историю — о том, что не стоит бояться одиночества, ведь всё меняется; что это шанс наконец подумать о себе, потому что главный человек в твоей жизни — это ты. И о том, что трудности — это просто ступеньки: что не убивает, делает сильнее.       После второго куплета музыка внезапно стихла, оставив лишь напряжённую тишину. Девушки выстроились в одну длинную линию, взявшись за руки. На фоне этой живой цепи прозвучало пронзительное соло Арии. Они медленно подняли сцепленные руки вверх и, как одна волна, плавно наклонились вперёд. Музыка нарастала, сгущалась, чтобы взорваться окончательным, самым ярким и звонким аккордом. В этот миг все они сорвались с места, закружившись врассыпную вокруг Арии, а с потолка на них обрушился водопад из сотен ослепительно-белых искр, которые таяли, не долетая до пола.       Песня окончилась, постепенно стихая. На секунду воцарилась тишина, а затем публика вновь взорвалась — уже не просто аплодисментами, а громкими, восхищёнными криками. Платья на девушках мягко мерцали, возвращаясь к своему первоначальному облику.       И тут, прежде чем восторг успел утихнуть, в конце зала на сцене материализовались «Ведуньи».       От такого накала эмоций и сюрпризов у половины зала пошатнулись колени, а несколько особо впечатлительных учеников чуть не упали в обморок.       Легендарная группа поблагодарила девушек за блестящий разогрев, отметив невероятный талант и харизму каждой, а затем обрушила на публику шквал своих величайших хитов, доведя и без того взвинченную атмосферу до состояния чистой, беспорядочной эйфории.       Когда последние аккорды отгремели, группу проводили оглушительной, нескончаемой овацией. Затем к микрофону вышел Дамблдор и, с лёгкой улыбкой, объявил об официальном завершении бала, пригласив всех желающих на заключительный танец.       Ария светилась. Каждая клеточка её тела пела от счастья, и ей казалось, что лучшего дня в её жизни просто не могло существовать. Она встретилась взглядом с Теренсом, и он, улыбаясь, протянул ей руку.       Они вышли в центр зала, где уже кружились другие пары. Зазвучала музыка: плавная, меланхоличная, но с чётким, пульсирующим ритмом где-то глубоко внутри.       Two feet — I feel like I'm drowning        Они задвигались в такт, легко найдя общий шаг. Мелодичный, немного тоскливый куплет подходил к концу, музыка нарастала, готовясь к эмоциональному взрыву припева.       И в этот самый момент, когда Теренс закружил Арию в сторону, отпустив её руку, кто-то властно перехватил её кисть.        Прежде чем она успела понять что-либо, её уже уводил в другом направлении Драко Малфой, врываясь в танец с бесцеремонной уверенностью. Его рука плотно легла на её спину, втягивая её в новый, куда более стремительный вихрь движений как раз под первые, пронзительные ноты припева.       Ария попыталась возмутиться, отстраниться, но её взгляд упал на его лицо. Протест застрял в горле. Драко смотрел на неё так, как не смотрел никто и никогда: с такой интенсивностью, с таким откровенным, не скрываемым желанием, что у неё внутри всё перевернулось и дыхание пропало.       Он притянул её ещё ближе, и у неё закружилась голова не от движения, а от этой внезапной близости. Его пальцы впивались в её талию сквозь тонкую ткань, и по её спине пробежала холодная дрожь, моментально сменившаяся жаром.       Драко повёл её широким, уверенным шагом, и они, к своему же удивлению, попали в идеальный ритм. Их тела, казалось, понимали друг друга без слов — каждый поворот, каждый наклон выполнялся легко и точно, будто они репетировали этот танец годами.       Он обхватил её за талию и резко наклонил влево. Ария инстинктивно прогнулась назад, вытянув шею, позволяя своей спине образовать идеальную дугу. Его ладонь медленно, неотрывно скользнула от низа её живота до самой ключицы, и её тело волной изогнулось вслед за этим движением.       Затем его рука переместилась ей на шею, поддерживая сзади и мягко, но неуклонно направляя её корпус в правую сторону, в то время как другая рука продолжала придерживать её тонкую талию.       Драко наклонился ниже, нависая над ней, и Ария почувствовала, как его губы, едва уловимо, почти не касаясь кожи, провели линию от её плеча вверх, к шее. От этого призрачного прикосновения из её груди сам собой вырвался тихий, прерывистый вздох.       Он резко выпрямился, рывком прижав её к себе всем телом. Их лица оказались в сантиметре друг от друга, губы — на опасном расстоянии. Драко бросил на её полуоткрытые от волнения губы тяжёлый, полный смысла взгляд. Его пальцы медленно провели по её позвоночнику сверху вниз, и Ария почувствовала, как мурашки побежали точно по этому пути.       Он обхватил её талию обеими руками и на мгновение легко поднял, продолжая вращение. Когда её ноги снова коснулись пола, они вновь пустились в стремительное, почти безумное движение по залу, снова и снова кружась и расходясь.       Песня клонилась к завершению, звуки стали затихать. Драко в последний раз закружил Арию с вытянутой руки по направлению к себе.       В финальном порыве он прижал её так сильно, что она, потеряв равновесие, инстинктивно вскинула ногу, обвив его бедро согнутым коленом. Драко тут же поддержал её, подхватив под колено, прижимая к себе ещё плотнее. Руки Арии сами нашли его лицо, пальцами теряясь в его волосах.       Их губы снова оказались в миллиметре друг от друга. Драко смотрел на них таким голодным, лишённым всяких масок взглядом, что Арии показалось — ещё одно мгновение, один вдох, и он переступит эту последнюю черту. И, чёрт возьми, она позволит это сделать.       Но музыка оборвалась.       Резкая, оглушительная тишина пронзила их, заставив немного опомниться.       Ария резко отвела лицо, убрала руки, опустила ногу. Драко разжал пальцы, отпустив её, и сделал неловкий шаг назад.       Только теперь они заметили звенящую тишину вокруг. Подняв глаза, они увидели десятки застывших лиц, уставившихся на них. Взгляды были разные: шокированные, восхищённые, осуждающие. Толпа зашевелилась, и тишину постепенно начал заполнять нарастающий гул перешёптываний.       Пэнси стояла рядом с Теренсом, налившись багрянцем от злости и унижения. Она резко, с силой выдохнула и, не в силах сдержаться, повернулась к Хиггсу, выпалив сдавленным от отчаяния голосом:       — Да что он в ней вообще нашёл?!       — Своих же демонов, — едва сдерживая улыбку, заключил Теренс.