Нелепая случайность

Сегодняшний день, казалось, должен был стать идеальным! У Цзян Чэна выходные, которые, черт побери, он заслужил. Всю неделю пахать как в не себя, чтобы наконец-то выдохнуть с облегчением. Все таки, это не просто тащить одному на своем горбу семейный бизнес. Хлопотное дело это. Но на самом деле он всё-таки любил заниматься своим делом, это был смысл всей его жизни, то, ради чего он жил, угробил всю личную жизнь. Цзян Ваньиня с самого детства готовили к этому. "Юньмэн Цзян" название, что надо. Ведь начало бизнеса именно в Юньмэне, вот и сложилось так, что его компания производства называется так, как называется. Логотипом компании же является девятилепестковый лотос. Бизнес очень прибыльный, да и фирма известная на весь Китай. Очень часто компания получает заказы из других стран. Поэтому Цзян Чэн не жалуется. Его мебель, к слову, могут позволить даже семьи со средним достатком. И с каждым годом компания разрастается все больше и больше. Но сейчас это не так важно, Цзян Чэн выспался впервые за последнюю неделю, вместо привычных четырех или пяти часов, Ваньинь проспал целых шесть часов. Это уже достижение, достойное отметки в календаре, будет что отпраздновать. Цзян Чэн, откровенно говоря, не может нормально спать, после того, как стал заниматься делами компании, вечно стресс, бессонница и большая тревожность. Все это преследовало его буквально каждый день. "А вдруг я сделал что-то не так?", "Может я недостоин того, что имею сейчас?", "Может я ужасный руководитель и коллега?". Подобные мысли были постоянно, что не спрячешься нигде. А времени на психологическую помощь не было, да и сам Цзян Чэн не думал, что это такие проблемы, на которые стоит обращаться внимание. Так, ерунда, с которой можно справиться одному. Он не должен казаться слабым. Он сам со всем разберётся. Под глазами же синяки были размером с сам Китай и это производило впечатление, что Ваньинь вовсе не спит. Ещё как дополнительный "бонус", шла его вспыльчивость, грубость и даже упрямство. Но мужчина был таким с самого детства и менять что-либо сейчас было попросту бессмысленно, уж больно глубоко эти качества укоренились в нем. Сейчас же в планах было просто прогуляться по городу, осмотреться вокруг, а то Цзян Чэн сидит в своем офисе безвылазно, как медведь в берлоге зимой. С восьми утра до семи вечера он на работе. Хотя на самом деле он мог уходить намного раньше. Но Ваньинь трудоголик с головы до ног, сделает все и даже больше. Не все время он сидит в офисе, конечно, но большую часть времени так точно. Иногда он ездит на разные встречи, заключает те или иные договоры. Сейчас же спешить было ни к чему, поэтому мужчина неспешно собирался. В холодильнике нашлась вчерашняя лапша с кусочками говядины, которую Цзян Чэн решил съесть на завтрак, после чего пил привычный крепкий кофе. А в конце закурил сигарету. Просторную кухню заполнял серый, едкий дым, почти сразу рассеивающийся. Цзян Ваньинь не всегда курил, опять же, начал только тогда, когда стал заниматься семейным бизнесом. Раньше он баловался сигаретами только для того, чтобы отогнать навязчивые мысли, тревожность, да и расслабиться, пусть даже таким ужасным способом, но сейчас это стало довольно обыденной вещью, хоть и толку никакого. Никотин уже не спасал ситуацию. Хоть любые сигареты разрушают организм, но все же курил он не какую-то дешёвую хрень, а приличные, дорогие сигареты со вкусом вишни. О том, какое воздействие оказывает никотин на организм, Цзян Чэн прекрасно осведомлен. Поэтому напоминать ему об этом каждый раз, себе же дороже. Цзян Чэн, уже потушив сигарету и бросив в пепельницу, сидел за столом и окидывал цепким взглядом свою кухню. На самом деле, у Ваньиня большой частный дом. Все обустроено со вкусом, одним словом минимализм и строгость. Сам дом выполнен из темного дерева, внутри, соответственно, тоже было все из дерева. Ковры и шторы были пурпурными. В целом, почти вся цветовая гамма составлялась всего из двух цветов: пурпурный и черный. Удивительнее всего, что недалеко от дома был довольно большой пруд. У береговой линии были посажены разные растения, также, в самом пруду было такое растение, как лотос. Цзян Чэн просто обожает красочные лепестки и плоды этих растений. Он любит свой пруд и заботиться о нем, как о своем ребенке. Но даже и это не все удивительные вещи. При выходе из дома можно заметить дорожку из камня, идя по ней некоторое время, тебе откроется настолько красивый вид, что челюсть в пол упадет. Та самая чистая водная гладь любимого пруда Цзян Чэна, которую никто не тревожит. Прямо на озере есть длинный пирс, по бокам него уходят вверх небольшие колонны, сверху же крыша. Если пройти чуть-чуть вперёд, то справа покажется дополнительная платформа в виде квадрата, там стоит небольшой чайный столик и пару стульев. А если пройти ещё пару метров до конца, то можно присесть и свесить ноги вниз, касаясь воды. Естественно летом, когда вода теплая. И к слову, пруд был его собственностью, как и участок вокруг, даже некоторая часть леса рядом был его частной собственностью. Денег он вбахал в это дело много, но зато остался доволен. Никто сюда не приезжает и не тревожит его. Единственное, что нарушает здешнюю тишину, это пение птиц, да и звуки, что издают другие животные. Ну, ещё крики самого Цзян Чэна, когда тот бранится на что-то или кого-то. Тем не менее, все красиво и сказочно, только вот оценивать эти виды было некому. Проживал он здесь один. Родители не часто заезжали, и то, в основном, это была матушка. Она, похоже, действительно любит Цзян Чэна, пусть и показывает это весьма специфическим образом. По крайней мере так казалось. Отец же заезжал не часто, и Ваньинь догадывался почему. Его приемный братец, казалось, волновал отца больше, чем собственный сын. Возможно Цзян Чэн не прав, может он не видит направленной к нему любви, но все же обидно было видеть то, как отец с самого детства потакает Вэй Ину, разрешает все шалости. Усяню многое спускали с рук. А он, Ваньинь, рос в строгости, как главный наследник бизнеса. Вэй Усянь появился внезапно, из-за чего многое сменилось. Вначале Цзян Чэн не хотел признавать нового члена семьи, но потом смирился и даже хорошо ладил с ним, защищал от собак, которых на самом деле очень сильно любил, помогал со всем. Проскальзывало омерзительное чувство зависти от таких теплых отношений между Вэй Ином и его отцом. И как бы он не старался заглушить их, не получалось. На Цзян Чэна давили, что он должен быть лучше Вэй Усяня, лучше всех остальных, должен быть истинным наследником компании Юньмэн Цзян. И постоянные ссоры родителей между собой усугубляли все. Морально было тяжело находится в доме, если быть честным. С каждой новой руганью из-за пустяков внутри души что-то отмирало, оставляя после себя глухую пустоту. Однако Вэй Усянь уже давно сменил фамилию и живёт себе где-то со своим, представьте себе, мужем. Правда нынешнее место жительства неизвестно Ваньиню, да и не нужно. Единственные встречи, которые случались, были, когда Вэй Ин заезжал к Цзян Фэнмяню повидаться. У Цзян Чэна же отношения с приемным братом были неплохие, ну как неплохие, никакие. Как-то раз они крупно поссорились, после чего не разговаривают. Было это, кажется, уже около трёх лет назад. До сих пор Ваньинь винит себя в этой ссоре, что не смог успокоиться и засунуть свою обиду, вспыльчивость, зависть, гнев куда подальше, но и помириться не хватает духа и силы. На всех семейных праздниках он, при виде Вэй Ина, хочет заговорить, отбросить прошлое и начать с чистого листа, но слова так и застревают в горле, не выйдя наружу. Цзян Чэн скучал, очень скучал, но гордость не давала ему переступить через все и просто поговорить. Сестра с мужем и племянником тоже не особо часто заезжают, но уже явно чаще чем родители. У Ваньиня довольно хорошие отношения с сестрой и ее мужем Цзинь Цзысюанем, а в племяннике он и души не чает. Цзинь Лину всего восемь лет, и по его поведению видно, как он сильно любит своего дядю, поэтому часто напрашивается в гости. Ради него Цзян Чэн даже берет отгулы на работе. Но все же большую часть времени Ваньинь был один на один сам с собой. В целом, Цзян Чэну было не так уж и плохо одному, по крайней мере говорил он сам себе. Но на самом деле, было одиноко и в какой-то степени печально. Ему уже двадцать семь лет, а никого не было. Вообще никого, такое чувство, будто он какой-то не такой. Пока все его одноклассники уже успели лишиться девственности будучи в одиннадцатом классе, а то и раньше. Цзян Ваньинь был чист и невинен. Его просто никто не привлекал, ему не нравились разукрашенные девушки, даже самые пышные формы не смогли бы вызвать в нем какую-либо реакцию. Порой, Цзян Чэн задумывался, что он вообще не по девушкам. Только загвоздка в том, что его не привлекали ни девушки, ни парни. По крайней мере, не нашлось такого человека, который его зацепил по настоящему. Все однотипные: девушки повторяют одна за одной, а парни и того хуже. В общем, Ваньинь давно забил на это дело. Для него был важен его комфорт, уют и спокойствие, а в этот список не попадали какие-то любовные похождения и интрижки. Да и друзей у него не было, коллеги на работе это максимум. Поэтому даже поговорить бывало не с кем, вообще. Домашних питомцев тоже не было, просто он не решался брать такую ответственность на себя. Ведь Цзян Чэн большую часть времени на работе и оставлять какое-либо животное одного не хотелось. Впрочем вернёмся из этих мыслей, Ваньинь прошел в свою просторную гардеробную. В основном на вешалках висели костюмы, смокинги и другая деловая одежда. Да, Цзян Чэн любил ее носить, тем более смотрелась она на нем прекрасно, подчёркивая черты его лица и фигуры. Но Ваньинь не видел смысла надевать разглаженный до идеала костюм. Он все равно будет ходить в пальто, не снимая, так толку то? Помимо деловой одежды были и свитера, футболки, водолаки и подобная одежда. Поэтому, мужчина надел черные брюки, такую же черную водолазку и сверху накинул кардиган. И вся одежда была довольно сильно утеплена. В Юньмэне почти не бывает холодов, даже зимой. Обычно просто лил дождь. Но в этом году ему совсем не благоволит удача, потому что сегодня отметка достигла довольно низкой отметки — всего шесть градусов по Цельсию. И к этой низкой температуре, как вишенка на торте, обычно прибавляется дождь. Но сегодня его не должно быть. Ваньинь специально проверял погоду. Цзян Чэн вообще боится любого холода, а такая температура для него это уже конец. Но даже это не помешает ему насладиться сегодняшним днём по-настоящему. Только сейчас Ваньинь вспомнил про свои волосы и посмотрел в зеркало. На голове же было невесть что, волосы взъерошены до невозможности, торчат в разные стороны. Цзян Чэн, закатив глаза, нахмурился, а между бровями появилась привычная взору складка. Взяв расчёску, мужчина стал приводить в порядок свои длинные и густые, длиной до поясницы волосы. Они струились водопадом по спине и плечам. Как только волосы были хорошо расчесаны, складка между бровями быстро пропала. Ваньинь взял пряди волос и заплел две косички от висков, после чего собрал все волосы в высокий пучок. Закрепил это все пурпурной длинной лентой. Косички он заплел как у отца, не зная даже зачем. Он постоянно это делал, как только волосы достигли нужной длины, может надеялся на то, что хотя бы так будет ближе к нему? Хоть самую каплю, но ближе. Отогнав от себя такие мысли и удовлетворившись результатом, Цзян Чэн едва заметно улыбнулся уголками губ. Шапку он надевать не стал. К тому же, за голову он не переживает, на улице ветра нет и просквозить ее не получится при всем желании. Да и шапка сюда не идёт, всю прическу испоганит и волосы будут торчать в разные стороны. Глупости ему не занимать. Холода-то он боится, но шапку не надевает. Похлопать нужно такой логике. Наконец собравшись, мужчина вышел из гардеробной и стал спускаться со второго этажа. Неспешным шагом Цзян Чэн прошёл в коридор, где в встроенном в стену шкафу-купе висела верхняя одежда, а снизу стояла обувь. Не то чтобы у него было много выбора, ведь почти вся одежда была просто идентична другой. Но тем не менее, Ваньинь выбрал черное длинное пальто и массивные высокие ботинки. Смотрелось солидно, а главное, что было тепло и уютно. Цзян Чэн задумался, брать ли ему свой рюкзак или сумку? Если так подумать, он в любом случае покупать что-то большое не будет, только если стаканчик кофе и что-нибудь перекусить. Поэтому, Цзян Ваньинь положил телефон с наушниками в один карман пальто, а кошелек с наличными и картой в другой. Туда же пошли и сигареты с зажигалкой. Мужчина взял ключи с полки шкафа в руки и выйдя за дверь, закрыл ее на ключ.

***

На улице было прохладно для Цзян Чэна, даже в такой теплой одежде. Но он упрямо не обращал на это внимания, он пойдет и погуляет, во что бы то ни стало. Хоть стреляйте, ему глубоко наплевать. Ваньинь определенно был из тех людей, которые если запланировали что-то, то обязательно выполнят, какие бы трудности не возникали. Мужчина жил на отшибе города, ближе к лесу, поэтому идти пешком до города около часа. На машине это время сокращается вдвое, собственно говоря, Цзян Чэн на ней и ездит на работу в офис. Ваньинь на ходу достал из кармана пальто свои наушники. Довольно быстро они оказались воткнуты в уши и раздалась приятная музыка. Он часто слушал музыку, особенно если оставался один. Благодаря этому создавалось впечатление, что ты не один. Да и голову заполняли не собственные навязчивые мысли, а тексты песен. Так Ваньинь и шел на протяжении всего времени. Разглядывал привычные пейзажи, которые сменялись с медленной скоростью. Цзян Чэн любил свой город, природа здесь была просто великолепной. Чистая водная гладь озер и рек восхищали лишь одним своим видом. Сам по себе город не слишком уж большой, но всё-таки немаленький. Поэтому Ваньинь не переезжал в другое место для ведения бизнеса, хотя и задумывался порой, что стоит перебраться в город покрупнее для лучшего ведения дел. Пока Ваньинь был погружен в свои мысли, то не заметил, как его глаза, цвета надвигающейся грозы, стали сливаться с небом. Только вот это и подозрительно, ведь на небе стали собираться темные тучи, но мужчина старался не придавать этому значения, может всё-таки пронесет? На сегодня дождя и тем более грозы не передавали, именно поэтому Цзян Чэн и выбрал сегодняшний день для прогулки. Гулять в ливень такая себе идея. Хоть на руках и были черные перчатки, Цзян Чэн все равно держал руки в карманах. И поглаживал спокойными движениями кольцо на указательном пальце сквозь перчатки. Стало привычкой, когда руки некуда девать. Мужчина сам того не заметил, как начал подходить к центру города, но на удивление, людей было не так много как обычно. Кто-то сновал туда-сюда, и то, все быстро скрывались из виду. Странно это, но и пусть. Ваньиню нравилось гулять просто так: не спешить куда-то, а просто наслаждаться прогулкой. В его жизни часто не хватало простых прогулок. Но тут Цзян Чэн почувствовал, что на голову упала капля, вторая, третья.... И теперь на улице уже накрапывал маленький дождик. — Вот блять, я этих синоптиков поубиваю, если увижу, — выругался мужчина, закатил глаза и нахмурился. Хорошо, что хоть до ближайшего магазина недалеко. Он не успеет промокнуть. Только вот Ваньинь совсем не ожидал, что этот маленький дождь уже спустя минуту превратится в ливень, Цзян Чэн ещё раз громко выругался. Ведь его зимнее пальто с каждой секундой все больше промокало, впрочем, нижняя одежда была не лучше. Мужчина сорвался на бег, нужно зайти в магазин и заказать там такси, после чего более менее благополучно добраться домой. Но иронично то, что магазины на другой стороне улицы, а он сейчас стоит ждёт зелёного света светофора. Пусть ждать нужно немного, но за это время Ваньинь превратится в ходячую лужицу. Не теряя времени на раздумья, Ваньинь, как только увидел зелёный свет, бежал как можно быстрее по направлению к спасательному для него месту. Во время бега на щеках появился слабый румянец, а дыхание стало чуть-чуть прерывистым. Он, такое чувство, бежал по всем лужам, даже не смотря куда. Из-за этих действий его одежда стала ещё и грязной. Вот же... Увидят его таким коллеги или родственники, сдохнут со смеха. Добравшись наконец до магазина, мужчина вихрем влетел в помещение. С него струями стекала вода, а ещё было ужасно холодно, за бегом он не замечал это, а теперь же отчётливо почувствовал мерзкий холод по всему телу. Цзян Чэн поежился и обхватил себя руками, пытаясь хоть как-то облегчить ситуацию. Но что же тут может получиться, если ты промок до ниточки? Сняв мокрые перчатки, Ваньинь дрожащими от холода руками взял телефон с капельками дождевой воды на экране в руки и хотел уже заказать такси, как понял одну вещь. Похлопав ладонями по карманам, стало ясно, что кошелька нет. А если кошелька нет, значит заплатить не получится. Обычно он не пользовался услугами такси, да и зачем? Своя машина есть. Поэтому и нужды привязывать собственную карту к приложению не было. — Да блять, чтобы тебя уебало, —страдальчески выговорил Цзян Чэн, понимая, что он оказался просто обалдеть в какой дерьмовой ситуации. Некоторые прохожие, особенно люди пожилого возраста, с укоризной посмотрели на него, как бы говоря: "Такой молодой человек, а так громко и грязно ругается. Постыдился бы!" Но Ваньиню было глупо плевать на них, что хочет то и делает. Цзян Чэн стал думать, может он выронил его где-то? Хотя это было бы ещё хуже. Осмотревшись вокруг себя, нужного черного кошелька Ваньинь не нашел. И тут снизошло озарение, что кошелек он положил не в карман, а оставил на полке! Что делать, он даже не представляет. По поводу оплаты телефоном он не задумывался, ведь карточка всегда под рукой. И теперь об этом решении Цзян Чэн глубоко пожалел. Что ж, позвонить кому-нибудь из коллег и попросить, чтобы его забрали и отвезли домой он точно не станет. Это будет сильный удар по его репутации да и гордости тоже. К тому же, он был полностью уверен, что никто по первому вызову не поедет за ним. Ваньинь выглядит сейчас не лучше какого-то бродяги: грязный, мокрый и без денег. Своей семье тем более не станет, сестра живет в другом городе, откуда ехать несколько часов. И как это будет звучать? "А-Ли, можешь приехать, забрать меня долбоеба и отвезти домой? Тебе же ехать всего ничего, три часа, подумаешь". Та же самая ситуация с родителями. Отец скорее всего будет занят, а вот матушка отругает его на чем свет стоит, но может быть приедет. Но все равно, это будет глупо. Очень и очень глупо. Лучше он сдохнет, чем попросит о чем-то! Ваньинь шагал по всему магазину, раздумывая, как бы поступить. Он дрожал как осиновый лист, даже тепло магазина не согревало его ни на градус. "Ох, если вы, боги, не мудилы, то я попрошу не слечь с лихорадкой. Иначе я все ваши храмы сожгу и не оставлю даже пепла". Мужчина даже попытался закурить сигарету на выходе из магазина. Тут был небольшой навес, поэтому вода не попадала на него. Да и плевать, честно говоря. Он и так весь мокрый, хуже быть не может. А как-то успокоить бушующую у него на сердце ярость надо. От нетерпения руки мелко дрожали. Долгое время не получалось поджечь кончик сигареты, но в итоге все получилось. Выкурив так сразу две сигареты за раз, Ваньинь понял окончательно, что ситуация дерьмо. Капли каждую секунду били о крыши всех зданий, об асфальт. Везде уже сформировались лужи. Цзян Чэн быстро выбежал из-под навеса, выбросил несчастные два бычка в урну, и, зайдя обратно в магазин, стал потирать руки друг о дружку, пытаясь согреть их с помощью растирания и своего дыхания. За таким занятием он не заметил, как к нему кто-то подошел и положил руку на плечо. — Молодой человек, с вами все в порядке? Могу ли я как-то помочь? Цзян Чэн вздрогнул от неожиданности. Он в упор посмотрел на напротив стоящего мужчину. На его лице была мягкая улыбка, а глаза смотрели с беспокойством. Темные и длинные волосы были собраны белой резинкой в низкий хвост. Он был в бежевом пальто и в сером шарфе. Но больше всего Ваньинь поразился, когда присмотрелся в глаза напротив. Они были орехового цвета, такими притягательными и будто волшебными, в них, казалось, летали смешинки. А также от него приятно пахло сандалом. Даже не зная почему, Ваньиню показалось, что этот мужчина насмехается над его положением. И ведь правда, со стороны его можно принять за бродягу! Пусть незнакомец и выглядел очень искренне и буквально был олицетворением ангела, Цзян Чэн отказывался признавать, что ему нужна помощь. — Да иди ты. Не нужна мне твоя помощь, — скинул руку напротив стоящего мужчины, Ваньинь развернулся и ушел в противоположном направлении. Вот ещё, ему не нужна ничья помощь, он сам со всем разберётся, как и всегда. Эта позиция, честно говоря, была очень детской. Но ему было глубоко плевать. — Подождите! Я врач, если будете так разгуливать, то серьезно заболеете. Я могу подвезти вас туда, куда вам потребуется, — прокричал мужчина сзади, игнорируя то, что его буквально послали. — У меня все прекрасно, а вы, вместо того, чтобы строить из себя великого святого, лучше бы занимались тем, за чем и пришли сюда, — скривился Ваньинь, говоря эти слова с усмешкой и нахмуренными бровями, что в сумме с мокрой одеждой и волосами выглядело комично. Больше всего Цзян Чэна бесила эта доброта и добродетель. Он не мог поверить, что ему искренне предлагали помощь и потом не потребуют взамен чего-то. Да по отношению к нему даже самый добрый человек не будет испытывать даже капли эмпатии и сожаления! А этот мужчина для него был никем, он просто обычный прохожий, который видимо хочет карму очистить. — Ну подождите же! Не уходите, — снова прокричал мужчина сзади, явно переходя на бег, — возьмите, так вы хотя бы как-то согреетесь. В руки Ваньиня всунули стаканчик с горячим напитком. Сам Цзян Чэн стоял и смотрел на этот стаканчик с шоком, где-то в голове у него туго крутилась пара шестерёнок. Он правда пытался привести мысли в порядок. — Не волнуйтесь, я не пил его. Купил недалеко отсюда. Раз уж вы не позволили мне подвезти вас, то возьмите. Только вам нужно как можно быстрее приехать домой, иначе последствия будут не самыми хорошими и приятными, поверьте, — все с такой же приятной взору улыбкой, говорил мужчина. И чтобы Ваньинь не успел вернуть кофе обратно, мужчина-ангел быстро вышел из магазина, на ходу раскрывая зонт, будто знал, что Цзян Чэн не осмелится выбежать в след за ним. Ваньинь же смотрел ему вслед и глупо хлопал глазами. А он ведь даже не спросил его имени, чтобы потом как-то отблагодарить что ли... Взглянув на стаканчик в руках, который ему впихнули, Цзян Чэн поднес его к носу, чтобы узнать, что за напиток он держит сейчас. Аромат был сладким, латте кажется. Корица тоже чувствовалась здесь. Ваньинь осмотрел стаканчик и, сняв крышку, посмотрел на напиток. Но не найдя никакого явного подвоха, снова надел крышку и отпил большой глоток. Приятная и горячая жидкость потекла по горлу. Напиток был сладким и вкусным, как он догадывался. Цзян Чэн так привык к горькому и крепкому кофе, что и позабыл про такие славные напитки. Очень быстро стаканчик опустел, а мужчина хотя бы в руках чуточку согрелся. На щеках появился небольшой румянец, а на лице мужчины появилась счастливая улыбка, хотя Ваньинь даже не заметил этого. Рискованно ли было пить это латте? Несомненно, ведь кто знает, что это за незнакомец и какие у него мотивы, подсыпать что-нибудь в напиток очень легко. Но тем не менее, Цзян Чэн был счастлив. Уже спустя несколько минут Ваньинь вернулся с небес на землю и задумался насчёт своей проблемы. На улице все также шел ливень, а у него ни средства передвижения, ни денег и ещё ему снова очень холодно. Может получится все-таки договориться с таксистом насчёт данной ситуации? Что с собой денег у него нет, но на месте он зайдет домой, заберёт кошелек и расплатиться. Попытка не пытка, Цзян Чэн зашёл в приложение, ввел адрес и стал дожидаться. Через какое-то время подъехал черный автомобиль. Цзян Чен выбрался из магазина и под ливнем протопал к машине. — Добрый день, — сухо поприветствовал его таксист. — Добрый, не могли бы вы... — не успел толком договорить Ваньинь, как мужчина перебил его. — Так ты едешь или нет? Только сегодня делали уборку в машине. Ты и так в любом случае намочишь все сиденья и испоганишь все, а с каждой минутой через открытую дверь дождь все больше капает в салон. Время деньги, мальчик. В это время заказов как никогда много. — Я лишь спросить хочу, отвезете вы или нет, если у меня с собой нет денег? Дома все есть, я оплачу всю нужную цену ещё и чаевых подброшу, — Цзян Чэн медленно, но верно выходил из себя. — Знаю я таких. Говорите, что деньги есть, но с собой их нет. А потом, когда придет время расплатиться, то и след простыл, — сказал, как выплюнул, мужчина, очевидно собираясь уехать. — У меня правда есть деньги. Я вас не обману, кем я тогда по вашему буду после этого? У меня достаточно денег, смысла мне зажимать несчастные пару купюр, не обеднею, — скривился Ваньинь, ему будто пощечину дали. — Не заливай мне тут, я знаю эти трюки. — Да есть у меня деньги, я не буду как болванчик повторять это несколько раз. Если я не отдам вам их, то смело можете жаловаться на меня в милицию, да куда угодно. С каждой минутой этого затянувшегося разговора, Ваньинь все больше замерзал и промокал. С него уже можно выжать новую Амазонку. — Хорошо, уломал, залезай в салон, — согласился таксист и похлопал рукой на сиденье впереди. — Спасибо, — кивнул Цзян Чэн и быстро залез в машину. — Только заплатишь ты вдвое больше, идёт? — Ладно, будут у вас деньги, — закатив глаза, ответил Цзян Чэн, пристегивая ремень безопасности.

***

Цзян Чэн наконец-то дома. Он думал не доберется, честное слово, а его состояние было никудышное. На улице все также лил ливень, на небе нет и намека на солнце. Таксист всю дорогу говорил что-то, ни на секунду не замолкая. Наверняка он думал, что разбавляет напряжённую обстановку и гробовую тишину в машине. Но Ваньинь все это время был готов только вешаться, он никогда не любил эту болтливость в людях. Хотя не то, чтобы не любил, если человек говорил красноречиво, то он был бы только рад послушать. А когда кто-то говорит несуразный бред, то нет. Собственно, такой бред и нес этот таксист. Сам того не осознавая, Цзян Чэн вспомнил годы крепкой дружбы с Вэй Усянем. Тот также любил болтать без умолку, часто говоря такую бредятину, что на стену невольно полезешь. Но от него также можно было услышать и умные мысли, хоть и редко. Ещё, Ваньинь прекрасно помнил, что во время распития вина "Улыбки Императора", Вэй Ин часто начинал размышлять на философские темы, что смешило самого А-Чэна. И все время поездки, Цзян Чэн предавался своим воспоминаниям, но будто резко осознав о ком именно думал, Цзян Чэн нахмурив брови, с грустью усмехнулся. Поэтому, чтобы таксист не говорил и не спрашивал у него самого, Ваньинь просто ничего не запомнил, абсолютно. В конце этой сногсшибательной поездки, мужчина такую цену заломил, что глаза на лоб полезли, потом выпали, челюсть отвалилась и ускакала куда-то в тьму. Ну разве можно так деньги сдирать? После такой поездки ему наоборот должны деньги на блюдечке с голубой каёмочкой отдать за моральный ущерб! Слушать весь этот бред надо еще уметь. Но все же, быстро сбегав домой за кошельком, а заодно прихватив зонт, Ваньинь вернулся к машине и пытался торговаться. Как никак, но нужно разумно распоряжаться своими средствами. Да этому старику отдавать такую сумму было откровенно жаль. Требовать сумму в 5 раз больше изначальной это грабеж! Но таксист вообще никак не снижал цену, вот упёрся как самый настоящий баран, закрылся ещё где-то в бункере второй мировой и сидит. Ничего другого не оставалось, Цзян Чэн заплатил, буквально отдирая свои кровно заработанные деньги. Бросив печальный взгляд на спешно удаляющиеся денежки, Ваньинь мысленно и не только обругал этого сдирателя денег и быстро вошёл в дом, снимая на ходу ботинки и пальто. Ему настолько холодно, что зуб на зуб не попадал, одежда под пальто промокла. В какой-то момент, Цзян Чэну стало малость жалко салон автомобиля, но, вспомнив стоимость этой поездки, сразу отбросил подобные мысли. Вот за все хорошее этому старику денег. Сразу после этого Ваньинь прошел в ванную комнату, по полу вслед за ним оставался мокрый след. На самом деле Ваньинь любил вариться в кипятке, пока не станешь красным как рак. Приятно было находиться в такой воде, хотя многие не понимали этого. Цзян Чэн включил кран на всю катушку, чтобы вода набралась как можно быстрее. Сам мужчина в это время, скидывал с себя всю одежду, перед этим достав все вещи из карманов, после чего забросил одежду в стиральную машину, завтра он непременно разберётся с ней. Вода заполнила ванну лишь наполовину, но и ее пока хватит. Ваньинь забрался в воду, мурашки пробежали по всему телу из-за резкой смены температуры, но Цзян Чэн стал согреваться. Ванна была довольно большой, поэтому можно было полностью расслабиться и растянуться даже такому высокому человеку как он, а при желании, сюда могли поместиться хоть два, хоть три Ваньиня. Из-за пара большое зеркало запотело, а сама комната была будто в тумане. — Да чтобы ещё раз я пошел прогуляться. А этих синоптиков я поубиваю к чертовой матери. Солнечно, блять, будет, ага, да, никогда больше верить этим гандонам не буду, — со вздохом сказал мужчина, и, выключив кран, окончательно расслабился и успокоился. И Цзян Чэну было спокойно, даже давящая тишина дома не повлияла на это. Он так устал за сегодняшний, казалось бы, короткий день, что сейчас и кони двинуть можно. Ваньинь просто прикрыл глаза от усталости и даже не заметил, как погрузился в легкую дрёму. Ему ничего конкретного не снилось, перед глазами снова появилась сцена из магазина. Когда тот незнакомец дал ему стаканчик с напитком. Цзян Чэну было самую малость стыдно, правда. К нему обратились с действительно искренними намерениями, а он послал человека далеко и надолго. Было бы неплохо найти этого человека и пригласить в кафе за свой счёт, чтобы сгладить первое впечатление от этой встречи. Быть может они бы стали друзьями? Хотя кого он обманывает. Во-первых характер у Ваньиня не сахар. А во-вторых Цзян Чэн не знает ни имени, ни места, где работает этот мужчина. Он, конечно, утверждал, что работает врачом. Однако, больниц в городе дохера, как и врачей в них. При том, что все они работают в разных направлениях медицины. Найти одного единственного человека в целом городе, тоже самое, что искать иголку в стоге сена. Одним словом, бесполезно. Когда Ваньинь очнулся от приятной дрёмы, вода уже остыла, а набирать ещё раз ванну Цзян Чэн не особо хотел, поэтому пришлось выбираться. Он закутался в полотенце, а чистые и мокрые волосы аккуратно выжал от лишней влаги. Выйдя из ванны, прошел к гардеробной. Обычно, Ваньинь выбирал лёгкую пижаму, дома ведь тепло. Но с текущими обстоятельствами, мужчина решил взять что-то потеплее. Он не собирается болеть. У него работа, работа и ещё раз работа. В данный список не входит болезнь и больничный. Поэтому перестраховаться лишний раз не помешает. Цзян Чэн закинул в себя противовирусную таблетку для профилактики и завернувшись в кипу одеял, заснул сладким сном.

***

Спалось ему просто ужасно, даже хуже чем обычно. Ваньинь просыпался несколько раз за все часы сна. Горло стало болеть, да и голова тяжёлая. Кошмар конкретный. В итоге, Цзян Чэн окончательно проснулся в шесть утра. Сегодня воскресенье и скажите, как можно выздороветь за один ебучий день? Мужчина страдальчески простонал в подушку от всей этой дерьмовой ситуации. Он готов был выть и метать молнии. Он конечно мог болеть на ногах, как обычно и делал, но что-то подсказывало ему, возможно интуиция, что эта херь так просто не пройдёт. Даже если ты попьешь горячего чайку или кофе, потом выпив таблеточку. Но Цзян Чэну пойдет завтра на работу и будет сидеть у себя в офисе. Пусть болезнь идёт в задницу, глубоко и надолго. Хоть Ваньинь и послал болезнь, но она в отместку показала ему средний палец и плюнула в лицо. Мужчина тупо провалялся целый день в постели, погружаясь в тревожный сон время от времени. Есть совсем не хотелось, наоборот, воротило только от одного вида еды. Но пришлось проталкивать пищу через силу прямо в глотку, чтобы выпить какие-то лекарства. Кажется, он выпил столько таблеток, сколько за всю жизнь не пил. Естественно, это было слабенькие таблетки, не антибиотики, потому что их можно купить только по рецепту врача. А идти к врачу, значит получить больничный. Это делать Цзян Чэн не собирается. Вот когда совсем будет сдыхать, может он подумает. И, естественно, что его состояние не становилось лучше от слова совсем. Горло стало болеть сильнее, голова все такая же тяжёлая. В целом, состояние было вялое, ты будто находишься во сне. Цзян Чэн откопал где-то из недр дома градусник. И градусник показал тридцать восемь градусов по Цельсию. — Вот блять, — только и прохрипел мужчина, опускаясь на край постели. И ещё где-то в голове прямо пропел голосок: "Ну ты же отказался от помощи, когда тебе ее предлагали. И тебя ещё предупреждали, что последствия будут не самыми хорошими". Ваньинь взял все одеяла из дома, напялил на себя теплую пижаму и лег, погружаясь в некое подобие сна. В общем-то говоря, Ваньинь находится в самой заднице.