Нелепая случайность

Цзян Чэн все же пошел на работу и в понедельник, и во вторник, полностью игнорируя болезнь и наплевав на то, что чувствовал он себя все хуже. В понедельник было более менее терпимо: небольшая заложенность носа, першение в горле, головная боль и не слишком высокая температура. Вот во вторник же стало совсем невыносимо. Если раньше было лишь першение в горле, то теперь приступы сухого кашля, которые будто раздирали горло и легкие, мучили и днём, и ночью. Однако даже с таким больным горлом и общим состоянием, Ваньинь умудрялся курить по сигарете и как ни в чем не бывало ходить на работу. Горло, лёгкие и так были сильно раздражены, а он добивал их никотином из-за того, что уже не мог отказаться от сигарет. Видимо, у него не только приступы кашля, но и приступы идиотизма. Сейчас же было значительно хуже, а перед глазами все предательски плывет. Кажется была и температура, но Ваньинь не смог измерить ее не сколько из-за того, что у него не было термометра, а столько из-за того, что опаздывал по привычному графику. Поэтому он просто закинулся таблетками, спрыснул горло какой-то горькой дрянью и закапал нос сосудосуживающими каплями, авось повезет и пронесет. Надежда на выздоровление ещё теплилась где-то внутри. И вроде бы даже помогло! Жаропонижающее подействовало, и общее состояние стало как будто лучше. Но уже спустя примерно пару часов снова чувствовалась высокая температура, стало даже намного хуже, чем было до. Лицо теперь выглядело и бледным, и зелёным одновременно. Кажется, он похож на ходячего мертвеца больше, чем на человека. Плюс к всему этому, раздражительность повысилась до запредельного уровня. Бесило все, буквально, даже обычный звук часов в кабинете, шелест бумаги и звук приходящих сообщений на телефон. Но Ваньинь старался работать как положено: заполнять документы, звонить людям по поводу доставки материалов, строить разные графики и планы на месяц вперёд, смотреть доклады о прибыли, а также просматривать резюме, которые приходили чуть ли не каждый день. Но было все же тяжело взяться за что-то, голова отказывалась соображать и раскалывалась на две части. Многие думают, что раз ты владелец фирмы, то ты можешь ни черта не делать, все оставить на сотрудников и лежать себе на пляже, коктейль через трубочку потягивать, а в карман будут сыпаться деньги. Да хрен там плавал, на самом деле. У владельцев своего бизнеса дел больше, чем можно представить, приходиться выполнять много самой разной работы. По крайней мере это было именно так у Цзян Чэна. Мужчина являлся как и владельцем фирмы так и ее генеральным директором. Вообще, лучше было бы разделять эти две должности для распределения обязанностей и облегчения себе работы, но Ваньинь решил, что справится и сам. Цзян Чэн понимал, что тогда у него будет работы в два, а то и в три раза больше и в целом могут случиться некоторые нестыковки, но даже это никак не помешало и не убедило самого Ваньиня. Он справляется? Справляется, и даже отлично. Компания продвигается вперед с каждый годом все больше и никаких проблем никогда не возникало. По продажам и прибыли она занимает лидирующие позиции уже который год. Большое количество работы и встреч с людьми никогда его не пугали. Ещё с детства Ваньинь много работал над собой, чтобы в будущем не останавливаться ни перед чем. Хотя, стоит сказать, что такому рвению нести все на своих плечах поспособствовала матушка Юй. Многие бы уже спустя пару месяцев такого упорного труда просто согнулись в три погибели и выгорели, но не Цзян Чэн. Он никогда в жизни не бросит дело и смысл всей своей жизни, как бы тяжело не было. Без этого Ваньинь не представляет свою жизнь, мир потеряет краски. И нет, он вовсе не хвастается своей выдержкой и тем, что работает больше других. Для него это уже обычное дело, другого он не знал и не представлял. Это было само собой разумеещееся. И сейчас он работал уже где-то седьмой час. Хотя Цзян Чэн просто терялся во времени, все шло то слишком медленно, то слишком быстро. Но была одна неизменная деталь – его общее состояние. Но теперь стало ещё и дико холодно. Это чувствовалось очень сильно, но с утра такого не было. Ваньинь был в очень теплой одежде в офисе, где все хорошо протоплено. Холод был просто невыносим, пронизывал до костей. Цзян Чэн делал себе много чашек кофе, но и это не помогало. Его сильно трясло, по вискам скатывались капли пота. Накатывала тошнота, из-за которой смотреть на документы было невозможно, перед глазами все расплывалось. И резко стало невыносимо душно, воздуха не хватало. У него кабинет был соединён с большим балконом, Ваньинь схватил пальто и просто выбежал туда, тяжело опираясь на стену. Цзян Чэна стало трясти ещё больше, он обливался ледяным и липким потом. Но тошнота проходила благодаря свежему воздуху. И чувство удушья стало проходить, Ваньинь судорожно хватал воздух ртом. Стало лучше, но все же общее состояние не изменилось. – Блять, как же холодно, – шептал Ваньинь, пытаясь согреть трясущиеся от холода руки дыханием. Все же очень глупо было выбежать на холод, когда и так не мог согреться. Но Цзян Чэн всегда так делал, если ему было плохо: он не звал на помощь и зачастую сам себе не помогал должным образом, думал, что само пройдет. Обязательно пройдет. Он справится и сам, без чьей-либо помощи. Если раньше Цзян Чэн не хотел обращаться к врачу, то теперь это было более чем необходимо. Так и помереть можно. И тут на первом месте стоит не то, что он действительно будет мертв, а в том, что компания останется без руководителя и семья возможно будет печалиться, а Ваньинь не хотел печалить в первую очередь Цзинь Лина. Просто увидев слезы этого маленького солнышка, сердце кровью обливается. А именно по мнению самого Цзян Чэна, его собственная жизнь не стоит и одного несчастного фыня , который вроде бы и есть, но почти не используется. Кое-как поднявшись с холодной поверхности, шатаясь, Ваньинь зашёл обратно в кабинет, прикрывая дверь на балкон. Было дико холодно, что зуб на зуб не попадал. Лекарств как на зло не было и куда они пропали, Цзян Чэн не знал. Они или закончились за эти два дня, или он забыл их и не взял с собой. Все продолжало плыть, ноги подкашивались и было вялое состояние. Хотелось лечь и не важно где. Горло зудело, Цзян Чэн закашлялся, прикрывая рот рукой. Лёгкие будто горели, было очень больно. Даже дышать было больно. — Вот же... – на выдохе хрипло произнес Ваньинь, сжимая одежду рукой на уровне груди. Стало невыносимо все терпеть. Он думал, что справится, сможет перебороть эту болезнь на ногах, как всегда делал до этого. Но в этот раз удача отвернулась от него. Всё-таки придется ехать в больницу, хотя все же лучше было бы вызвать скорую. Цзян Чэн на ватных ногах поднялся, кое-как собрал все вещи, чтобы не было бардака. Даже в таком состоянии он не станет оставлять все в беспорядке, иначе потом все потеряется. Сейчас было около четырех часов вечера и Ваньинь по факту должен сидеть, работать, но в таком состоянии от него пользы никакой. Поэтому, чтобы все шло как положено и его как-то подменили, следили за происходящим в офисе и руководили, нужно обязательно предупредить его заместителя. Этот человек на самом деле очень ему симпатизировал: смышлёный, добродушный, но и серьезный, когда того требует ситуация. Пусть похвалу в его сторону Цзян Чэн говорил редко, но все же гордился им. Он взял его сразу, как пришел на рабочее место после отца. До компании "Юньмэн Цзян" этот мужчина нигде не работал, но Ваньинь игнорируя все, все же взял его. Опрометчиво? Да. Ведь самым наилучшим образом было бы взять опытного и бывалого человека. Однако этот на тот момент несмышленый человек показался ему достойным этой должности и внушал доверие. Где-где, а в людях Цзян Чэн никогда ошибался. Первое время его заместитель часто ошибался, Ваньинь указывал на эти ошибки, помогал во всем и спокойно все объяснял, хоть это и было лишними бедами на его голову. И под его чутким, но и строгим руководством, этот неопытный мужчина достиг успеха в своей сфере. Сейчас он считался одним из самых лучших по статистике сотрудников компании. И Цзян Чэн видел, что его заместитель очень благодарен ему за то, что, так сказать, приютил и обучил всему с нуля. Ваньинь, поставив все на свои места, аккуратно надел на себя пальто и взял портфель. Телефон был в дрожащих руках. Сейчас его заместитель должен быть в своем кабинете, еще с утра Цзян Чэн поручил ему одно дело, связанное с множеством документов, поэтому Ваньинь прошел по небольшому коридору по направлению к кабинету. Постучав три раза, он зашёл, сразу напуская на себя невозмутимый и строгий вид, пытаясь унять дрожь от пронизывающего холода. — Заместитель Янь, добрый вечер, – коротко сказал Цзян Чэн, пройдя глубже в кабинет. Янь Вейюан как только его увидел, встрепенулся и мигом подорвался с рабочего места, склоняясь в глубоком и уважительном поклоне. — Директор Цзян, добрый вечер! — с улыбкой на лице, сказал мужчина. Весь рабочий стол заместителя был завален бумагами, канцелярией и прочими вещами. Такое чувство, будто скоро стол сломается пополам от количества всех вещей. — Ох, заместитель Янь, не стоит. Мы же с вами хорошие коллеги и знакомые. Не стоит так каждый раз в поклоне склоняться. Достаточно поприветствовать и просто кивнуть, — сказал Цзян Чэн, скрещивая на груди руки, таким образом скрывая тот факт, что они дрожат. — Директор Цзян, не могу не проявить должное уважение. Вы очень выручили меня пару лет назад и я вас очень уважаю. Раз вы пришли сейчас, то что-то случилось. Мне что-то ещё выполнить? — с видимым энтузиазмом спросил заместитель Янь. — Да, я бы хотел, чтобы ты руководил вместо меня как минимум сегодня, как максимум ближайшие пару дней. По поводу работы, которую выполнять ты не можешь, я разберусь сам, будучи дома. От тебя лишь требуется, чтобы ты проследил за работой сотрудников здесь в офисе и также решил некоторые другие дела. Будешь временным директором, так сказать, — уже тихо прохрипел Ваньинь, решив, что лишний раз раздражать и так больное горло не стоит. — Директор, у вас что-то стряслось? — обеспокоено задал вопрос Янь Вейюан, окидывал таким же обеспокоенный взором Цзян Чэна. — Как бы не было прискорбно, но да. Чувствую себя не очень хорошо, поэтому вынужден уйти раньше. От меня будет мало толку сегодня, да и в ближайшие дни тоже, — скривив губы, качнул головой Ваньинь. — Сочувствую, директор Цзян, поправляйтесь! Все мы будем ждать вашего скорейшего выздоровления. И я все выполню в лучшем виде! — сказал заместитель, коротко кивнув своему директору. — Хорошо, я очень на тебя рассчитываю. Звони, если возникнут вопросы. До свидания, — все-таки чуть-чуть улыбнувшись уголками губ, сказал Ваньинь. — До свидания. Сразу после этого, Цзян Чэн на ватных ногах развернулся и вышел из кабинета. Единственным желанием сейчас на самом деле было приехать домой и лечь. У него уже не осталось ни сил, ни мотивации что-то делать, как будто выжали все соки из него. Ваньинь чувствовал, как горят его щеки, как он сам будто горит. "Что ж, нужно в больницу, как бы сильно мне не хотелось плюнуть на это дело". С такими мыслями Цзян Чэн и спустился по лифту с семнадцатого этажа на первый. Уже вскоре он сидел в автомобиле на водительском сидении, пристегивая себя. Быть честным, Ваньинь даже не был уверен в том, что сможет благополучно добраться до больницы. Его состояние было просто дерьмовым. Но отвесив себе звонкую пощечину, таким образом приводя себя в чувства, Цзян Чэн завел машину и осматриваясь по сторонам, развернулся и вжал педаль, разворачиваясь и направляясь к ближайшей от офиса больнице. Ехать туда было недолго, максимум минут пятнадцать. Но даже этот небольшой промежуток времени длился будто целую вечность. Но все же Ваньинь в целости и сохранности добрался до частной больницы. Она являлась одной из лучших клиник в городе. Он уже бывал здесь прежде, когда нужно было сдать какие-нибудь анализы. Цзян Чэн, хлопнув дверью, вышел из черного автомобиля, сразу закрывая его. Он стал идти в больницу, все ещё тешась надеждой, что у него все не так плохо и он сможет вылечиться за пару дней. Уж очень не хотелось ему лежать долго на больничном. Это же ни в какие ворота не идёт. Ваньинь, задумавшись о работе и о том, много ли ему лежать дома, чуть не врезался в прохожего. Но быстро одумавшись, коротко извинился и больше не отвлекаясь, зашёл в здание. Он сразу надел на лицо маску, чтобы других более здоровых людей не заразить случайно. Дверь громко хлопнула, Цзян Чэн чуть поморщился из-за яркого света и общей цветовой гаммой. Все было либо белым, либо уж очень светлым в общем. Впереди стояла регистрационная стойка, а за ней сидела молодая девушка, внимательно всматриваясь куда-то в монитор компьютера. Странным было то, что даже людей почти не было. Удивительно, учитывая, что сейчас будний день. Ваньинь подошёл, начиная расспрашивать о том, как ему записаться на приём к врачу терапевту и насчёт других деталей, к примеру во сколько это обойдется, как и где платить, чтобы не ошибиться. Девушка была очень улыбчивой и милой, все рассказала, пояснила, что вопросов в принципе не осталось, иногда она просила повторить вопрос или высказывание в целом, так как из-за маски было плоховато слышно. Так-то на прием записываются за день как минимум, но Цзян Чэна, в связи с его ухудшающимся состоянием , записали прямо на сегодня. Правда, нужно ждать какое-то время. Но это мелочи, хорошо, что хоть попал сегодня. Разного рода документы у него почти всегда с собой, особенно если Ваньинь на работе. Поэтому именно с этим так вообще проблем не возникло. Цзян Чэн поблагодарил девушку у стойки регистрации и прошел дальше по коридору, решив, что дождаться своей очереди здесь будет лучшим вариантом. Кабинет врача-терапевта был на первом этаже чуть дальше по коридору, куда и направился Ваньинь. Ждать ему около двух или трёх часов, что в принципе очень мало, учитывая, что здесь обычно проходу нет. Цзян Чэн сел на небольшой диван рядом с кабинетом, получше укутываясь в пальто, чтобы унять дрожь от холода. На самом деле, лучше было бы оставить верхнюю одежду в гардеробе, но так он точно продрогнет и умрет от холода. Тут же Ваньинь закашлялся, заходясь в приступе. Было больно, но и остановить сухой и раздирающий горло кашель он не мог. К нему обернулась женщина, смотря с каким-то беспокойством на него. И только сейчас Цзян Чэн заметил, что рядом сидела довольно красивая женщина лет так сорока-сорока пяти на вид. На лице проглядывали совсем маленькие морщинки, черные и густые волосы с проседью кое-где были заплетены в низкий хвост и спадали на спину, в руках находилась небольшая сумочка, а на самой женщине была утепленная одежда. Ваньинь кидал взгляды на нее, подмечая мелкие детали. Зачем он это делал? Да и сам не знает. Что-то в этой женщине казалось ему знакомым. Но мысль ускользала, как только, казалось, он хватал ее за хвост. Но выкинув все эти мысли из головы, он уставился в экран телефона, но и и там не найдя ничего примечательного, выключил гаджет. Единственным желанием было прийти домой и поспать. Вот правда, спать на удивление очень хотелось. Ещё это зудящее горло, заложенный нос, сухой кашель и хорошо ощущаемая температура просто убивали. И Цзян Чэн, поддаваясь порывам закрыть глаза, сидя на диване задремал, опираясь головой на собственную руку. Он был полностью уверен в безопасности своих вещей. Здесь на каждом углу в коридоре камеры. Вор, каким бы профессиональным он не был, не сможет пройти незамеченным. Да кому он нужен? Ваньинь и правда погрузился в такой сладкий, приятный и долгожданный сон.

***

Цзян Чэн очнулся, казалось, спустя пару минут, но на деле прошло около часа. Его чуткому сну на удивление не помешала беготня людей из кабинета в кабинет. Слева от него сидела та же женщина. Похоже не он один уже долгое время ждёт здесь своей очереди, ну или же чего-то ещё. Ваньинь зевнул, прикрывая рот тыльной стороной ладони, все также кутаясь в теплое пальто. В уголках глаз собрались небольшие слезинки, которые он смахнул. Холод до сих пор не отступил, хотя чего он ожидал, если даже лекарства никакие не принимал. Ещё прибавилась уж очень назойливая и пульсирующая боль в затылке. Она и раньше была, но благодаря обезболивающим таблеткам проходила. Цзян Чэн мягкими движениями рук массировал кожу затылка, в надежде на то, что это как-то поможет избавиться от боли. Это никак не помогало, к его сожалению. Осталось ждать ещё около часа. Ваньинь включил телефон и стал листать ленту новостей и ещё какие-то соцсети. Яньли совершенно недавно выложила милую фотографию, где в кадре она и вся ее семья. Маленький А-Лин хоть и был с немного нахмуренными бровями и смотрел на своего отца с возмущением, но Цзян Чэн был уверен, что тот абсолютно доволен. Цзысюань приобнимал за плечи Яньли одной рукой, а другой примял волосы сына, положив руку на голову. Яньли же искренне улыбалась, смотря на это. Фото получилось и правда очень милым. Ваньинь пролистал ещё пару недавних фотографий и видео, которые выложила его сестра. Вот маленький А-Лин играет со своим щенком Феечкой. Эту собачку Цзян Чэн сам подарил племяннику на его седьмой день рождения, чему сам именинник был очень рад. Он выпрашивал собаку на протяжении года, поэтому не подарить ее было бы грехом. Ваньинь был же только рад обрадовать А-Лина. Цзинь Цзысюань был не то, чтобы против, но и не сильно жаловал. Однако видя своего сына таким счастливым и сам невольно проникся светлыми чувствами по отношению к этому щенку. Яньли же была рада маленькому и новому члену семьи. Щенок полюбился всем и дрессировали его тоже все, поэтому команды пёс знал. С именем, кстати говоря, А-Лину помогал Цзян Чэн. Цзинь Цзысюань был категорически против имени "Феечка", по его мнению это имя для породистой собаки полная безвкусица. На что Ваньинь послал его, а А-Лин поддержал. Поэтому насчёт имени никто больше не спорил. Цзян Чэн так задумался и погрузился в свои воспоминания, что не заметил, что скоро наступит назначенное время. Женщина рядом с ним так никуда и не пошла, сквозь сон Ваньинь не слышал, чтобы она куда-то уходила. Странно, ведь она же сидит здесь даже дольше него. Может ждёт кого-то? Цзян Чэн не стал расспрашивать женщину, не его это дело. Ваньинь стал смотреть куда-то в пол от скуки и заметил, что на полу рядом с его ногами лежит небольшой бумажник. Он протянул руку и поднял кошелек малинового цвета. Сразу подумав, что это женщина по соседству его обронила, спросил: — Прошу прощения, госпожа, этот кошелек обронили вы? Цзян Чэн говорил тихо, но женщина услышала и повернула голову. — Ох, и правда! Это мой. Больше вам спасибо, выручили. Не представляю, чтобы делала, если бы и вправду потеряла его, — заулыбалась госпожа, искренне благодаря Ваньиня. Тут из кабинета врача-терапевта вышел человек и Цзян Чэн быстро отдав женщине ее собственность, сразу зашёл. На самом деле, он думал, что уже не дождется и быстрее ласты склеит. — Здравствуйте, господин Ван, — коротко сказал Цзян Чэн, прикрыв за собой дверь и сев на кушетку. Кабинет был довольно просторным и оснащен хорошим оборудованием и техникой. За столом сидел сам врач, рассматривая что-то в компьютере, справа же сидела медсестра, заполняя бумаги. Терапевт почти сразу же оторвался от компьютера и взглянул на Ваньиня. — Здравствуйте. Рассказывайте, на что жалуетесь? Какие симптомы? — спросил он, поправляя фонендоскоп у себя на шее. — Я чувствую себя просто ужасно, у меня очень сильно болит горло и голова. Сухой кашель мучает периодически, а самое ужасное, что этот кашель будто лёгкие раздирает. Последние две ночи он мне особенно мешает, я часто просыпаюсь из-за этого. Похоже есть высокая температура, меня всего трясет от холода. Насморк присутствует, — изложил Цзян Чэн, тихо и хрипло проговаривая все слова. — Что ж, давайте посмотрим. Вначале измерим температуру, а уже исходя из этого будем дальше плясать, — терапевт взял со стола электронный термометр и протянул Ваньиню, — Думаю, знаете, что после того, как он прозвучит, нужно подождать ещё какое-то время. Не забудьте снять верхнюю одежду. Цзян Чэн кивнул и снял пальто, положив куда-то в сторону и, включив термометр, просунул его через горлышко свитера и зажал под мышкой. В кабинете стояла мертвая тишина, прерываемая лишь стучащими по клавишам пальцами врача и пишущей ручкой. — Вы Цзян Ваньинь, так? — спросил господин Ван для достоверности, видимо для того, чтобы получить данные его медицинской карты. — Да, а второе имя Цзян Чэн,— хрипло ответил Ваньинь. Терапевт снова застучал пальцами по клавишам и, найдя нужную информацию, стал просматривать. — Вы ведь не имеете никаких врождённых заболеваний? Ни диабета, ни порока сердца, ничего, верно? Цзян Чэн был похож на болванчика, лишь кивал головой в ответ, не желая лишний раз говорить. И в этот раз тоже кивнул, подтверждая слова врача. Тут термометр запищал и уже спустя пару дополнительных минут, Ваньинь достал его. На нем были показаны числа тридцать восемь и семь градусов по Цельсию. — Пиздец, извините меня за выражение. Тридцать восемь и семь, — кое-как проговорил он, протягивая термометр врачу. — Да, и в правду плохо. Это ещё с учётом того, что бывает термометр немного ошибается. Так, давайте я ваше горло осмотрю и послушаю лёгкие, — покачав головой, сказал господин Ван. Сразу после этого врач надел перчатки и спрыснул их антисептиком. Вначале он аккуратно просмотрел горло, нажимая небольшой палочкой на язык, чтобы было лучше видно. После чего взял фонендоскоп и прикладывая то там, то здесь внимательно прислушивался. — Господин Цзян, горло у вас сильно воспалено, оно целиком и полностью красное. С лёгкими не лучше, слышатся отчётливые хрипы и свистящие звуки, — проговорил терапевт, положив фонендоскоп на место и сняв перчатки. Врач сел на свой стул и быстро пробежался глазами по экрану компьютера. — Вы курите? — спросил господин Ван, переводя взгляд на своего пациента. — Курю, — тихо ответил Ваньинь, тут же кашляя куда-то в рукав одежды, пусть на нем была маска. — Плохо. Что ж, господин Цзян, у меня для вас не совсем хорошие новости. Есть подозрения, что у вас пневмония, однако это может быть и бронхит, а может и просто обычная ангина. Такие симптомы как сухой и надрывный кашель могут быть присущи вплоть до онкологии, туберкулёза и тому подобных болезней. Сейчас вы пойдете к пульмонологу в кабинет пятьдесят семь. Это здесь недалеко. Сделаете снимочек, вас более подробно осмотрит врач этой сферы и уже потом станет ясно. Скорее всего сюда вы больше не попадете, будете лечиться у врача более узкой сферы. Удачи, выздоравливайте, — выдал, как на духу терапевт, все ещё смотря на Цзян Чэна, то качая головой, то жестикулируя рукой. — Понял, спасибо вам большое. Хорошего дня. Ваньинь накинул на плечи пальто, на ходу проверяя, не забыл ли что-то в кабинете. Успокоившись, что все на месте, он вышел, тихо закрыв дверь. Как ни странно, но женщина все ещё сидела на диванчике, рассматривая что-то в телефоне. Но как только вышел Цзян Чэн, посмотрела на него и улыбнулась. Он также слегка улыбнулся и посмотрел по сторонам, выясняя в какую сторону идти. Слева тянулся длинный коридор с различными кабинетами. Туда же и направился Цзян Чэн, пройдя пару шагов, он встал перед нужным кабинетом под номером пятьдесят семь. Табличка на двери гласила, что врача-пульмонолога зовут Лань Сичэнь. По времени до конца его рабочего дня оставалось ещё около часа. Не теряя ни минуты, Ваньинь постучал и, услышав глухое "Входите", зашёл. И тут-то он понял, что влип по полной, мать его, программе. За столом сидел тот самый улыбчивый мужчина с ореховыми глазами и запахом сандала, что пару дней назад хотел помочь ему и даже отдал стаканчик с горячим напитком. Блять, ещё никогда судьба не была так не благосклонна к нему. Рядом с местом врача также было и место для медсестры, правда ее самой не было, видимо, ушла по какой-то причине. — Здравствуйте, — не поднимая головы от каких-то бумаг, сказал врач, — Чем могу помочь? Вот тут и сам пульмонолог поднял голову и вначале посмотрел как-то с неверием, а после улыбнулся. — Ну здравствуй, господин Лань, так? — не удержавшись, с сарказмом тихо пробормотал Цзян Чэн, глядя в упор на Сичэня. Все слова были прекрасно слышны в тишине кабинета, хоть сам Ваньинь говорит хрипло и тихо, а на лице присутствовала маска. На это врач хмыкнул, пряча смех. — Господин Цзян, присаживайтесь. Не пристало владельцу известной всем компании стоять у двери на пороге. Не ожидал, честно говоря, увидеть вас здесь. Все же заболели? — улыбаясь одними глазами, проговорил Лань Хуань. Похоже, Сичэнь знал его. Но тут скорее вопрос как он мог не слышать о нем, компания то известная. Хотя не все интересуются такими вещами. — Меня направил сюда терапевт Ван с подозрением на пневмонию. Добавил, что это может быть и любой другой болезнью, в связи с чем я сижу у вас в кабинете, — сразу приступил к делу Ваньинь. — В целом, этого и следовало ожидать после того ливня и непривычного холода в Юньмэне. Я предупреждал вас ещё тогда, — будто с упрёком сказал Лань Хуань, печатая что-то на компьютере. В ответ Цзян Чэн фыркнул и зарылся носом в воротник свитера. Слышать такое по отношению к себе от незнакомого человека. Он похож на маленького ребенка? Но Ваньинь кидал короткие взгляды на врача, осматривая красивые черты лица. Ореховые глаза так и светились; красивые, слегка пухлые губы были немного обкусаны, как от сильного волнения; черные как смоль волосы были завязаны в небрежный пучок, они выглядят мягкими и шелковистыми на ощупь, от чего хотелось протянуть руку и потрогать их. Стоит признать, Лань Сичэнь был действительно красив. — Что ж, просматривая информацию, что написал господин Ван, у вас надрывной и сухой кашель, который раздирает лёгкие, боли в горле, мигрени, температура, насморк и общая усталость, так? Ваньинь кивнул, наконец смотря прямо на врача, вместо того, чтобы прятать взгляд. Сам Цзян Чэн не знал, почему было такое странное чувство вины или даже стыда. Будто он действительно маленький ребенок, который провинился перед матерью. — Что ж, такие симптомы и правда присущи многим болезням. Это может быть пневмония, бронхит, ангина, туберкулёз, опухоль и прочее, как и говорил вам врач Ван. Будем смотреть, что у вас тут, — как только зашла речь об этом, так в голосе Хуаня появились стальные нотки, а смешинки пропали из глаз. Дальше было то, в чем Ваньинь вообще не разбирается. Как бы странно не звучало, но он не смыслит в различных медицинских приборах от слова совсем. Цзян Чэн никогда не интересовался этим, да и не стремился. Тут он дышит в какую-то трубу, там его вообще просят не дышать. Единственное, о чем Ваньинь знал, так это рентгенография грудной клетки. Вот об этом он слышал. Ну и есть ещё кое-что, о чем он знал – денег он потратит здесь хуеву тучу. Уже спустя какое-то время хождения туда-сюда, Сичэнь был готов сказать вердикт. И вот тут Цзян Чэну действительно стало как-то страшно, а вдруг у него что-нибудь очень серьезное и понадобится хирургическое вмешательство? Поэтому слова Лань Хуаня звучал как приговор. — Что ж, господин Цзян. Все нужные диагностики были проведены и диагноз установлен. У вас острый бронхит. Не скажу, что это что-то очень лёгкое, но лучше чем какая-нибудь опухоль, пневмония или тем более туберкулёз. Нужные лекарства я напишу вам на листочке, где нужен рецепт, будет и рецепт. Мои рекомендации по поводу болезни: вам курить категорически запрещено, так горло и лёгкие будут раздражаться, а это противопоказано; как можно меньше разговаривайте, лучше вообще молчите, если нужно срочно провести диалог, то говорите шепотом. Высокую температуру сбивайте жаропонижающими, если она около тридцати семи, то не нужно. Впрочем, наверняка это вам известно. Старайтесь не употреблять в пищу что-то сильно острое и в целом что-то с сильно ярким вкусом. Соблюдайте постельный режим, пейте много воды и не забывайте хорошо питаться. Если будете соблюдать все рекомендации, то спустя примерно неделю или две недели сможете вполне оклематься. Больничный у вас будет открыт. Не буду больше задерживать, да и мой рабочий день подошёл к концу. По поводу оплаты подойдите к стойке регистрации. Выздоравливайте, — улыбнувшись, закончил говорить Сичэнь, протягивая двумя руками небольшой листочек с названиями обычных лекарств, а также рецепт для каких-то антибиотиков. — Господин Лань, могу ли я пригласить вас потом на чашечку кофе? — шепотом, как и рекомендовал врач, спросил Ваньинь, принимая листок из рук врача, — Хотелось бы вернуть должок, так сказать. — Вот потом и поговорим, как выздоровеешь, — подмигнул Лань Хуань, в его глазах летали прежние смешинки. Цзян Чэн выдохнул, прямо как мученик и, надев пальто, вышел из кабинета. Он сразу пошел в сторону стойки регистрации. И он снова заметил ту женщину! Она сидит здесь даже больше, чем он сам. Неужели у нее настолько поздно назначено? Но Ваньинь не стал терзать себя домыслами, вскоре подойдя к стойке регистрации. Там сидела уже знакомая ему девушка. Долго времени все это не заняло, может около десяти минут. Все оплатить нужно в течении пары дней, что не являлось проблемой. Цзян Чэн, выйдя из здания, сразу снял маску и выбросил в мусорный бак. В ней ужасно жарко и дышать было просто невозможно, учитывая, что у него и так проблемы с дыханием. Сейчас Ваньинь направлялся к автомобилю, желая скорее приехать домой. Лучше то ему не стало от слова совсем. Также знобило и шатало во все стороны, в больнице он как-то не сильно обращал на это внимание, как бы странно не звучало. Боковым зрением Ваньинь заметил в паре метров Лань Сичэня вместе с той женщиной из больницы. Получается, именно его так долго ждала она. Может быть родственница? Мама или тетя какая-нибудь? Хотя почему он вообще размышляет на эту тему? Это не его дело. С такими надоедливыми мыслями, Цзян Чэн сел за водительское сиденье, захлопывая на ходу дверь.

***

Около полутора часа спустя Ваньинь был дома после всей этой возни, что несомненно радовало больше чего-либо. Ехать за рулём все это время было ужасно, перед глазами стоял туман, из-за чего Цзян Чэну было очень тревожно. Пришлось ещё искать ближайшую аптеку, для того, чтобы купить лекарства. А то завтра он точно не сможет никуда поехать. Тем не менее теперь он дома и пойдет ляжет в постель. Это все, чего хотелось большего всего. Он просто будет спать, хоть и уверенности в том, что поспать получится, отсутствовала напрочь. Забежав в душ и переодевшись в теплую пижаму, Ваньинь лег на кровать, погружаясь в такой сладкий и желанный сейчас сон. Он часто просыпался среди ночи из-за надоедливого болезненного кашля, который раздирал все лёгкие, что вдохнуть становилось больно. Кислород необходим, но и дышать адски больно. Ещё и голова была ватной, в горле было так сухо, что можно сравнивать с пустыней и Цзян Чэн весь взмок под тёплыми одеялами. К этому всему прибавились жуткие кошмары, которые также не давали спокойно спать. В итоге Ваньинь окончательно проснулся в семь утра, потому что дальше спать было невыносимо. Подняться с постели оказалось намного труднее, чем он ожидал. Хотелось остаться в кровати до скончания веков, но нужно подняться. Кроме его самого никто завтрак не приготовит и таблеточки не принесет. Резко поднимаясь с кровати, Цзян Чэн сделал пару шагов, опираясь на стену. Он не предусмотрел, что в глазах потемнеет, а мир станет таким шатким. Справившись с этой проблемой, Ваньинь стал спускаться со второго этажа на первый, ведь именно там была кухня. На самом деле как такового аппетита не было, но нужно было что-то съесть, по другому таблетки не примешь. Цзян Чэн подумал и решил что рисовая каша с овощами и кусочками мяса будет отличным вариантом завтрака. Чувствовал себя Ваньинь отвратно, его шатало из стороны в сторону, слабость была невыносимой, так ещё и этот раздирающий горло и лёгкие кашель, но именно в таком состоянии он стал готовить. Сам себя не накормишь, никто не накормит. В общем готовка заняла около часа. Цзян Чэн остался доволен результатом своих стараний, готовить он умел. Пусть и не шедевры мировой кухни, но что-то да умел. Вскоре тарелка опустела и вся посуда, что была задействована в готовке, оказалась в посудомоечной машине. Ваньинь взял со стола разные таблетки и принял, запив водой. Они были абсолютно безвкусные, что было очень кстати. Бывает, таблетки могут быть такими горькими, что на стену полезешь и завоешь. Цзян Чэн принял все нужные медикаменты и пошел обратно в постель. И нет, он не собирался спать, он собирался тупо лежать. Тут Ваньиню пришла в голову мысль, что так-то нужно заплатить за услуги в больнице. Через телефон оплачивать все было легче лёгкого, поэтому совсем скоро все было оплачено. И что делать дальше Цзян Чэн не придумал. Не хотелось что-то делать, да и не нужно было вроде бы. Он просто целый день лежал и либо листал соцсети, либо смотрел что-то по телевизору. Ближе к обеду Ваньинь что-то поел, кажется обычную лапшу, так как привычная острая была под запретом. Курить также хотелось вот уже как все часы бодрствования, но и это было также под запретом. И это было не просто желание, а какая-то потребность. Но сила воли у Ваньиня была, поэтому он выбросил эти мысли или по крайней мере игнорировал их. Вторую половину дня Цзян Чэн также ничего не делал. К вечеру лишь встал с кровати и поел, после чего принял нужные медикаменты. Температура стала повышаться, а и так ужасное самочувствие, стало ещё ужаснее. Ближе к глубокой ночи, Ваньинь смог заснуть, сбив немного температуру. Вся неделя была точно такая же. Подъем, завтрак, принятие таблеток, страдание херней, обед, снова принятие таблеток, снова страдание херней, ужин, опять принятие таблеток, опять страдание херней и сон. Единственное, что ещё было включено в это "расписание" время от времени это проверка разных электронных документов и отчётов по работе. А также разъяснение кое-каких моментов заместителю Янь. Как и рассчитывалось, уже через недельку с половиной Ваньиню действительно стало намного лучше. Кашель почти исчез, горло не болело, дышать он мог полной грудью, температуры также не было, общее состояние стало просто прекрасным, особенно по сравнению с тем, что было неделю с половиной назад. Цзян Чэн в тот же миг позвонил и записался на прием к Лань Сичэню. Как же ему повезло, что оставалось одно единственное свободное место на следующий день. Когда же наступил нужный день и нужное время, Ваньинь уже стоял в кабинете врача. — Ну что, господин Лань? Я здоров и задолжал вам стаканчик кофе. Я хотел бы вернуть должок, что скажете?