Работа над ошибками

Неделя пролетела довольно быстро. Незаметно подкрались экзамены. Все это время Рон наблюдал со стороны за своими друзьями и не мог понять, что происходит. Впрочем, в последнее время это для него стало привычным состоянием и его это крайне раздражало. Гарри и Гермиона были какие-то предельно задумчивые, отговаривались, что переживают за дело Сириуса и одновременно готовятся к экзаменам, но Рон видел, что это явно было не главной причиной их странного, отстраненного настроения. Уизли казалось, что он теряет друзей. А на самом деле причина была вполне себе логичной. Несмотря на свою решимость идти с Гарри до конца и изменить все к лучшему, Гермиона пыталась переварить то, что ей рассказал друг. Мыслей было много, они не давали покоя и девушке было нелегко сконцентрироваться на подготовке к экзаменам. Глаза бегали по строчкам в учебниках, но материал просто не желал запоминаться. Отрываясь от книги, Гермиона даже не могла пересказать, о чем только что прочитала. В голове она пыталась составить план. Нет, не так. ПЛАН. На фоне того, что могло произойти в случае бездействия с их стороны, экзамены больше не казались ей такими важными. Еще на первом курсе она считала, что ничего хуже исключения из школы быть не может, даже смерть стояла на втором месте. Сейчас же ее приоритеты немного сместились в сторону. В сторону Гарри. Экзамены прошли на удивление спокойно и настало время отправляться по домам. Как и говорил Поттер, профессор Люпин завершил свою преподавательскую деятельность, подав в отставку. Как и в прошлый раз, гриффиндорец подошел к другу своих родителей, чтобы попрощаться и поддержать. А также обрадовать по поводу приближающегося судебного процесса. Надо ли говорить, что несмотря на то, что Римус только что по своему собственному желанию уволился с работы, которая ему не только приносила деньги, но и удовольствие, был очень рад услышать такую новость о своем лучшем друге? — К слову, — добавил Гарри, — что-то мне подсказывает, что Вас могут позвать на суд как свидетеля. — Да, вероятно так и будет, — согласился Люпин. — Это ведь не создаст Вам проблемы? — неуверенно спросил парень. — Ну, по части пушистой проблемы? — Думаю, не должно возникнуть никаких вопросов на эту тему, — успокоил подростка мужчина. — Не беспокойся, Гарри. Я очень сомневаюсь, что суд вообще будет как-то касаться меня и моей жизни. Все же, заседание будет рассматривать исключительно дело Сириуса и Питера. — Хорошо, — Гарри чуть успокоили слова оборотня. Попрощавшись с волшебником, Поттер отправился в башню Гриффиндора. Нужно было проверить, все ли вещи он собрал. Уже через час все студенты должны были отправиться на поезд до Лондона, где его привычно заберет дядя Вернон. К слову, если все пройдет так, как на то надеялся Гарри, то это будет последнее лето, когда ему придется жить у Дурслей. Большая часть пути на Хогвартс-экспрессе прошла в молчании. Вначале Рон еще пытался разговорить друзей, но те отвечали односложными фразами и вскоре рыжеволосый парень просто сдался. Он привычно достал свою единственную любимую книгу «Квиддич сквозь века» и стал ее перечитывать в тысячный раз. Заметив это, Гермиона только могла мысленно закатить глаза. Попытки друга разговорить их не сработали, но обратили внимание девушки на другую часть рассказа Гарри об их будущем. Да, парень не скрыл от нее некоторые крайне неприятные инциденты, включающие в себя Рона. Гарри рассказал и про то, как Рон отвернулся от Гарри на четвертом курсе, когда обманом их лучшего друга заставили учавствовать в смертельно опасном турнире. И о самом главном, ударившем по ним обоим предательстве в самый сложный период их жизни в бегах. Несмотря на характер рыжего друга, Гермиона никогда не могла подумать, что Уизли сможет их предать. Но это произошло в будущем Гарри. И не раз. Мисс Грейнджер не знала, как относиться к этой информации. Она не представляла, что и думать о том, что, судя по рассказу зеленоглазого друга, она была влюблена в Рона и, кажется, в момент последней битвы за Хогвартс, они стали встречаться. Это тоже выбивало ее из колеи. Возможно, спустя несколько лет ее мнение бы и изменилось о Роне, хотя она сомневалась, что друг сильно изменится к тому моменту. Ей сложно было представить, что она могла влюбиться в Уизли. Нет, он был довольно неплохим и веселым другом. Если не думать о тех предательствах. В общем, он действительно был не так уж и плох. Однако Гермиона просто не могла понять, что между ними могло быть общего, кроме всех приключений и дружба с Гарри, которая и их вынуждено свела вместе. Его же больше ничего, кроме квиддича не интересовало, он не любил учиться, ему не интересно было узнавать что-то новое и он не очень хорошо умел слушать. По сути, он то и делал, что закатывал глаза, когда Гермиона пыталась рассказать о том, что ее заинтересовало. «Нет», — подумала девушка, — «мы с Роном точно не пара». Мысли сменили направление и теперь гриффиндорка аккуратно разглядывала профиль брюнета. Она невольно задумалась, могли бы они быть парой и от этой мысли кровь прилила к ее щекам. Почему-то ей это казалось неправильным, запретным, но безумно притягательным. Ее и правда тянуло к нему. Между ними всегда была особая связь, очень близкая, глубокая. Но что-то неуловимо изменилось, когда взрослый Гарри вернулся во времени. Это что-то заставило ее посмотреть на друга немного иначе и она поняла, что хочет постоянно находиться рядом с ним, касаться его, обнимать, слушать и быть самой лучшей для него, вдохновлять и помогать. Стать незаменимой. И эти чувства и желания, порой вспыхивающие так сильно, пугали волшебницу. Но она была просто не в силах противостоять этому странному притяжению. Гермиона помотала головой, выкидывая опасные мысли из головы. Поезд замедлял свой ход. Уже совсем скоро они будут в Лондоне и она увидит своих родителей. Может, даже сможет познакомить их с Гарри. Все же, в прошлом году встреча была омрачена отвратительной стычкой между главами семейств Уизли и Малфой. Гермиона поежилась. Приятного мало. На перроне волшебной стороны вокзала Кингс-Кросс друзья попрощались с Уизли, которые отправились домой через камин. Они решили не выходить на маггловскую часть. Легкая неловкость рассеялась, стоило им только выйти с вокзала и встретить чету Грейнджер, ожидающую свою дочь. — Мама, папа, — подскочила к ним Гермиона, — в прошлый раз мне не удалось вас нормально познакомить. Позвольте представить, это мой Гарри… эээмм… — она зарделась от собственной оговорки, но, казалось, Гарри не придал этому значения. Или же был не против такого представления, — я имею в виду, мой лучший друг. — Очень приятно наконец познакомиться с Вами, молодой человек, — отсмеявшись, улыбнулась мать Гермионы. — Да уж, за эти три года в своих письмах дочь нам только и рассказывала о своем Гарри Поттере, — по-доброму усмехнулся отец подруги. — Папа! — воскликнула волшебница, окончательно покраснев, но ее успокоила ладонь друга, мягко опустившаяся на ее плечо. — Мне очень приятно с вами познакомиться, мистер и миссис Грейнджер, — улыбнулся он. — Смею надеяться, Гермиона рассказывала обо мне только хорошее? — О, не сомневайтесь, юноша, — кажется, Гарри произвел довольно приятное впечатление на отца. — Гарри… ты позволишь так к себе обращаться? — увидев кивок, миссис Грейнджер продолжила, — Гарри, мы бы хотели пригласить тебя погостить у нас этим летом, если ты не будешь против. Нам бы очень хотелось послушать о вашей жизни в школе, поскольку Гермиона редко чем с нами делилась, лишь восхваляла своего лучшего друга в каждом письме. Поттер улыбнулся, заметив как удивилась Гермиона, услышав слова матери. А сам почему-то чувствовал необычайное тепло по отношению к этим людям. Краем глаза он заметил дядю Вернона, который вышел из машины и стал озираться в поисках племянника. — Миссис Грейнджер, я с удовольствием принимаю ваше приглашение. Надеюсь, в качестве ответной любезности, вы поделитесь тем, как вам удалось вырастить такую прекрасную дочь. Честно говоря, ближе Гермионы у меня едва ли кто-то есть. Ну, разве что еще один человек, — спохватившись, Гарри добавил, — к слову, я не смогу порадовать вас своим визитом прямо сразу. У нас намечается довольно важное дело, о котором, я надеюсь, вам расскажет Гермиона, — он взглянул на подругу и та кивнула, не в силах вымолвить и слова, настолько она было смущена разговором. Чувства, обуревающие ее были новы и непривычны. Ситуация в целом заставляла девушку растеряться. — Как только все прояснится, я обязательно пошлю вам сову. А сейчас, к сожалению, меня уже ждут. — Конечно, Гарри, — серьезно кивнул ему мистер Грейнджер и пожал протянутую руку парня. — Пока, Герми, — обнял подругу волшебник, — полагаю, совсем скоро увидимся на суде. — Пока, Гарри, — гриффиндорка почти обмякла в объятиях брюнета, что не укрылось от внимания ее родителей. — До встречи. Что-то в их отношениях определенно поменялось и хотя Гермиона не могла понять, когда именно и что, но ей нравились эти перемены, без всяких сомнений. — Довольно приятный и обходительный молодой человек, — высказалась мама, пока они смотрели вслед зеленоглазому парню. — Соглашусь, — ответил ей муж, и добавил, окинув мечтательно замершую Гермиону, — и наша дочь в него по уши влюблена. Сам поражаюсь, но я почему-то ни капельки не сержусь. Миссис Грейнджер рассмеялась и этот звук вернул Гермиону в реальность. — Поехали домой, дорогая, — мать увлекла ее за собой к машине, задавая уже более привычные вопросы об экзаменах и остальных учебных моментах. Тем временем, Гарри подошел к недовольно хмурящемуся дяде Вернону, который стоял, оперевшись о капот машины. — Мальчишка, — вместо приветствия сказал он, — полезай в машину. Я не намерен ждать тебя еще два часа. Положив свой чемодан в багажник, а клетку с совой забрав с собой в салон, Гарри устроился на заднем сидении. Он продумал о том, что осталось потерпеть совсем недолго и он будет избавлен от общества своих дорогих родственничков уже навсегда. Во всяком случае, он на это очень надеялся.