Чувства

      Шаг с каждым разом становится быстрее. Он почти переходит в бег. В груди всё как-то больно сжимает, воздуха почти не хватает. С чего вдруг ему стало так душно? Почему он стал ощущать эту тяжесть в грудной клетке? Сейчас думать об этом не хочется. Хочется на воздух, хочется вдохнуть свежести, уйти от суматохи этих будней. Хочется хоть ненадолго забыться. И вместо всех возможных вариантов, куда можно выйти, он идёт наверх. На крышу.       Лестница кажется уже невыносимой. слишком тяжело. уже даже не хочется подниматься. Дракен останавливается. Откуда эта усталость? Почему нет сил даже подняться? А ведь осталось всего один пролёт и открыть дверь. Но он останавливается, садится на лестницу и переводит дух. В горле ком. Сейчас ему не смешно, не весело, не грустно и даже не спокойно. Ему плохо, ему душно, ему не по себе.        Он словно в тисках. Что-то так и давит, а в голове так и маячит мысль "почему так? ". А дальше навязчивый голос в голове. он говорит что-то непонятное. А дальше на этом образе улыбка. Улыбка, что уже не раз его успокаивала. Он думает о Ханме. Он был бы как раз кстати. Он отбивал его усталость. По крайней мере, в те неожиданные встречи. Но сейчас его тут нет. Поэтому приходится сделать глубокий вдох и выдох, подняться и, наконец, выйти на крышу за тем, чтобы, наконец, освежиться, сбежать от реальности.       Как вообще всё это произошло? Вроде бы день не был таким и плохим. Кен, Майки и Баджи шли к Казуторе, а тут бац! - и это. Не прошло и часа, как ему стало душно в чужой квартире, как стало противно от разговоров и хотелось сбежать. Что и сделали, сказав лишь "я подышать". А ведь разговор даже ничего плохого не сулил. Рюгуджи стало не по себе, когда его стали расспрашивать про Эмму. Что у них. А ведь вопрос хороший. Что у них? Ничего. По крайней мере, для Дракена точно. Хотя, возможно, что-то и могло быть, если бы в голове не стал маячить до боли приятный теперь образ Ханмы, родной и настолько успокаивающий. Он стал слишком много о нём думать.       Шуджи почти и не выходит из головы, особенно с момента, как Вальхалла стала частью Свастонов. Теперь он видит его слишком часто. Они не говорят. Они не подходят друг к другу. Однако они давно могли уже снова стать друзьями, как раньше, как было в детстве. Снова ездить вместе, говорить о чём-то не важном, но таком живом, таком приятном для обоих. Но они делали вид, что им просто всё равно.       Блондин опирается о перила, регулирует дыхание, смотрит на наконец, уходящее тучи, смотрит, как почти проявляется небо. Ему хочется его увидеть. Это, наконец, даёт какой-то смысл, отвлекает его от всей суеты, от мыслей, что повисли в голове. Но его прерывает щелчок зажигалки и появляющийся запах дыма сигарет, что слишком отчётливо воспринимается во влажном воздухе. Поворот головы и теперь хочется верить в судьбу. Хочется верить в то, что это не очередной сон, что это реальность, которая избавит его от неприятного ощущения оков. – Вот ведь как бывает в жизни подчас,‐ брюнет делает затяг дыма и не особо спеша, после выпускает его. сам поворачивается к Рюгуджи, улыбается уже так привычно для их встреч,- Наша встреча словно была предрешина..       Он пришёл минуты две назад. Он видел Кена ещё на пролёте, но не спешил идти начинать диалог. Там хотелось подождать. Он вообще шёл просто скоротать время, пока у Казуторы гости. Вообще не хотелось выдавать то, что они родственники, что делят вместе квартиру. Просто стоило подождать. Да и плевать было, если несколько часов он прокормить на крыше. Но это было поспешным выводом. Сейчас он даже рад, что решил пойти туда, а не шататься по городу. Он очень даже рад, что тут блондин.       А Дракен смотрит на него и не понимает, когда он успел тут оказаться, почему всё вообще так происходит. Но вопросы сами уходят из головы, и он тоже улыбается. Он, наконец, чувствует, как расслабление накрывает его с головой, как ему становиться легко и как хорошо, что брюнет сейчас тут. Пусть. Может это было случайностью, пусть это было и написанной кем-то судьбой. Свести их вместе. Так даже лучше. так даже проще. Обо ей просто не хотели и её собирались противиться. – Знал бы ты, как я рад тебя видеть... – Знаю. У нас же любовь с первого удара. Я что, зря ночами в подушку плачу о твоих изменах?       Блондин вновь заливается смехом. С той встречи прошёл почти месяц, а тут такой флешбэк. Это явно приятно, это искренне, это честно, не так, как у других. Всё это заставляет отбросить какие-то сомнения и начать думать совершенно о другом. А ведь оба получают, что хотят: Кен - ту заветную улыбку, а Шуджи - приятный для ушей смех. – Да, точно, любовь...       Как-то мысли свелись в одно. Словно хочется стать ближе, но пока хватает и того, что имеют. Им явно стоит переступить чёрту. Но вот они даже ещё не признались в том, что забыли топор соперничества и вражды. А тут у обоих синхронизируется мысль о том, что если любовь. Они снова молчат, пока Ханма не решает поведать, почему он вообще на крышу пошёл. Почти во всех подробностях. Потому что молчать не хотелось. Не хотелось терять нить начала новой статьи для них. – Я теперь на три остановки дальше от тебя.. Раньше только на две было. Теперь ещё дольше в одиночестве ехать... – А ты по моему дому ориентируешься? – Ага, это уже как привычка. Я первое время раньше выходил, и приходилось пешком топать.. – Давно приехал от родителей? – Ну, как школу закончил, так и съехал. А ты как будешь? – Думаю, так же сделаю..       Сейчас Шуджи явно помялся. Так и хочется сказать, чтобы блондин выбирал дом ближе к нему, Чтобы они снова вместе катались, чтобы хотя бы чаще виделись. Хотя куда ещё чаще. Собраний группировки не хватает, что ли? Но всё же. да, ему не хватает. Ему хочется больше. Хочется, как раньше. А ведь хочется так не ему одному. – Слышь, Кен-чин.. –М? – Ты мне нравишься.       И всё же Ханма больше не хочет терпеть. Даже если это просто мимолётное желание, просто мысль, случайность и ошибка. Но ему так не хочется держать это у себя в груди. Просто чтобы не было лишних мыслей больше. даже если это не взаимно. Он то уже сказал, что хотел. Пусть и поспешно, сделав вывод наобум, но ему так приятно от того, что он сказал. Что он сейчас сделал. Да и плевать, что между ними повисла тишина.       Уже вечер. Солнце только садится, а тучи, что так долго скрывали этот вид, наконец, расплылись, стали из тёмного оттенка приятными порозовевшими облаками. Насколько же это красиво! Особенно сейчас, когда эти двоя стоят возле перил молча, без лишних слов и возмущений. Хотя, возможно даже и стоило. Но брюнет не ждёт ответа. Ему приятно даже находиться в этой тишине. Шуджи смотрит на блондина, на его лицо в лучах заката, на то, как тот расслаблен, как наслаждается видом, как появляется эта искореняя улыбка. А дальше ироничный смешок надрывает их тишину. – Я назад ничего не возьму. – Да,– Дракен делает глубокий вдох. Нет какого-то чувства скованности. Его ничего не держит. Ему сейчас так хорошо. Но пауза затянулась. Свой взгляд отрывают от глубокого простора неба и поворачиваются к причине всех своих ударов сердца,– Ты мне тоже..       И снова тишина. Она не мешает, она не лишняя. Они оба сказали, что хотели. Им обоим сейчас хорошо, что они снова утопают в глазах друг друга, как тогда, в трамвае. И всё же оба идут на слежение. Ровно, пока губы не соприкоснутся. А дальше блондин чувствует горький привкус сигареты, но уже настолько плевать, ведь сердце снова бьёт удар, а рука уже тянется к чужому затылку. Лишь бы это не прекращалось.       Они сминают губы друг друга. Переходить на что-то большее они не торопятся. Оба наслаждаются. А когда окурок в руке окончательно догорает от ветра, от чего его и выбрасывают, инициативу забирает Шуджи. Руки охватывают чужую талию, тянут ближе, проникают языком, сплетают его с чужим. Насколько же это всё хорошо. Краткие глотки воздуха в моменты краткого отстранения. А дальше новая сила желания, чтобы это не заканчивалось. Тепло разливается по всему телу. Это то, чего не хватало обоим, то, чего они оба хотели. Но они отстраняются, смотрят друг другу в глаза, чувствуют, как сердца бьются чаще. А дальше в унисон оба выдыхают это краткое. – Блять..