Eres mi embriaguez

Простуда такая мерзкая вещь на самом деле. Лечи, не лечи — она все равно пройдет ровно через неделю. Мне же стало полегче через пару дней. Не знаю, дело в фирменной терапии Хосепа Гвардиолы или еще в чем, но меня хотя бы перестало отрубать каждые полчаса, что несомненно радовало. На ходу дожевывая яблоко я спускался по ступенькам подъезда, выходя на ярко освещенную солнечным светом улицу, где уже дожидался друг, специально приехав пораньше, чтобы постоять у дома и попонтоваться наклянченной у отца тачкой. - ну, глянь, - Пеп жестом обвел машину обеими руками, вожделенно водя ладонями по крыше чистенькой и явно ухоженной "Альфа Ромео", - эта малышка наша аж до вечера. - она великолепна, - выкинув огрызок в ближайшую мусорку я обтер влажные пальцы о штанины бридж и подошел ближе, - как ты ее выпросил? - ой, лучше не вспоминать, - парень чуть нахмурился, но в следующую секунду снова заулыбался, - бля, если бы можно было — женился на ней! Мы хохочем и еще немного отираемся возле автомобиля, не в силах сдерживать щенячий восторг. - ладно, поехали уже, - первым прерываю наши влюбленные дифирамбы, чтобы наконец выехать. - пор фавор, - Хосеп открыл переднюю дверь и пригласил меня внутрь, слегка поклонившись. - оу, какие манеры, - я кладу руку на его ладонь и подобно светской даме сажусь в салон. Как только друг оказывается рядом и наши взгляды сталкиваются по всему двору в то же мгновение проносятся одна за одной волны гомерического ржача. Толкаясь и в шутку обзываясь, мы все никак не могли угомониться, катаясь по сидению и задушено хватая ртом воздух. - фуух, - я стек вниз и, более-менее придя в себя, пихнул Пепа в бок, - ты че со мной, как с девицей? Я вообще то не такая, к твоему сведению. - какие мы ранимые, - Гвардиола пихается в ответ и неотрывно смотрит в глаза, продолжая глупо улыбаться, - а какой? - чуть снизив тон голоса он, специально или нет, коснулся кончиками пальцев костяшек моей руки. Сглотнув излишки слюны я бегаю взглядом по лицу напротив, не понимая, что должен ответить. Вопрос слишком странный, как и вся ситуация, а поэтому нужно быстрее переводить ее в шутку или менять тему. - мы на рынок собирались, - друг не разрывает зрительный контакт еще пару секунд, а после усмехается и кивает, в конце концов заводя мотор. Переходы, светофоры, неторопливые пешеходы и вечно опаздывающие куда-то, сигналящие водители — все это, в купе с приятным блюзом из магнитолы и теплым ветерком, треплющим волосы, казалось по истине атмосферным зрелищем. Будто кадры из фильма, проносились мимо дома, рестораны, магазины; кто-то ругался, кто-то признавался друг другу в любви.. Жизнь текла своим чередом и в этом своем непрекращающимся движении была просто прекрасна. - ..и после этого он сказал мне, что я должен буду отработать, - свернув где-то на окраине вещал Пеп, - ну, ради такой красавицы можно и потерпеть. Затормозив он погладил руль и заглушил двигатель, непрозрачно намекая, что дальше мы топаем на своих двоих. - и когда начинаем отработку? - спросил я без задней мысли, накручивая ручку на дверце, дабы закрыть окно. - мы? - искренне удивился парень, чем привлек мое внимание. - ну да, - непонимающе свожу брови к переносице, - или ты собрался один отдуваться? - такой ход мысли друга мне совсем не нравился, с чего бы вдруг он решил, что я его кину? - я же просил покататься.. - для нас, - делаю акцент на последнем слове и стараюсь не сильно умиляться с растроганной детской моськи Хосепа, - у нас локальный коммунизм, ясно? - ясно, - он смеется и в благодарном жесте сжимает мое предплечье, - спасибо, амиго. Пеп тянется вперед и, ничуть не стесняясь случайных прохожих, чмокает меня в щеку. Стыдливо прячась за ресницами я заливаюсь румянцем и на этой почве спешу покинуть тесное пространство, списывая произошедшее на очередной подкол. А тем временем перед нами, буквально за поворотом, открывается потрясающий вид на достаточно крупный рынок с кучей людей, торгующихся или просто глазеющих, что сновали от одного импровизированного прилавка к другому. Но самое главное: в этом автомобильном раю запчастей, ну, просто завались! Пеп очень долго и придирчиво рассматривал каждую деталь на предмет повреждений, трещин или общую изношенность, но даже после такой аптечной дотошности он отдавал несчастную штуковину мне, объясняя это тем, что: - ну, во-первых, ты в очках, у тебя преимущество, а во-вторых, я доверяю тебе больше, чем себе, Рубио. Это, конечно, льстило, но порой выдерживать взгляд недовольных продавцов было просто невыносимо. Мало того, что я явно не местный, так еще и что-то буду говорить о их товаре, ишь какой! Благо Гвардиола быстренько заводил разговор с подобными типами, отвлекая все внимание на себя и давая мне спокойно изучить запчасть. Около двух часов мы шастали по рынку, собирая всякую нужную и не очень мелочевку, так что к концу "приключения" в наших карманах на двоих было пара песето и полностью загруженные руки, из-за чего путь до машины и погрузка в нее представляли из себя ту еще картину. - слушай, это необходимо отметить! - после долгой игры в "уложи так, чтобы довести в целости" друг воодушевленно шлепнул руками по рулю, улыбаясь от уха до уха. - согласен, только, было бы на что, - мягко улыбаюсь в ответ и педантично пристегиваюсь. - обижаешь, - Пеп завел машину и сдал назад, - я всегда найду как и где прибухнуть, - подмигнув он обернулся, для удобства опираясь ладонью о мое колено, и медленно начал разворачиваться, идеально вписываясь между ограничительных столбов. Заехав в гараж, дабы скинуть все накупленное, мы пригнали "ромео" законному владельцу, отчитываясь за ее сохранность. - что, даже не испачкали салон, катая девчонок? - Гвардиола старший, в шутку ворча, с прищуром глядел на свою красотку из окна ресторанного помещения, которым он владел и где работал. - ну пап, - Хосеп закатил глаза, упирая руки в бока. - ладно-ладно, - мужчина примирительно смеется и похлопывая сына по плечу, - давай, рассказывай, что еще хотел. - я же еще и слова не сказал.. - удивился парень. - ну, я же тебя как облупленного знаю. Если бы ничего не было нужно, ты бы давно уже убежал со своим извечным: "прости, пап, сильно занят!" Пепу вмиг стало совестно и он пристыженно опустил взгляд в пол, изучая цветастую плитку под ногами. - да так, - прочистив горло друг махнул рукой, - ничего, в общем. Спустя пятиминутнутную около-ссору наконец удалось прийти к консенсусу и под натиском Хосеп поведал родителю о нашем обоюдном желании напиться сегодня вечером и об отсутствии средств на данное мероприятие. - сразу бы так, - Гвардиола старший с облегчением вздохнул, а после кивнул в сторону подсобки, - можете взять вино из запасов, только, родной мой, давай так, чтобы завтра с утра мне не прошлось краснеть.. - мужчина прервался, оглядывая и меня, - за вас обоих. - уверяю тебя, мы будем дома смотреть футбол и слушать сюиту. - ой, идите уже, - Гвардиола цокнул и дал Пепу отеческий подзатыльник для скорости, от чего последний почти смог увернуться и, заливаясь смехом, выхватил первую попавшуюся бутылку, цепанул меня за локоть и вывел нас на улицу. - почему он так отреагировал? - я слабо понимал, что за сцена только что развернулась на моих глазах и решил немного прояснить ситуацию. - сюита — это сборник испанских народных песен, очень почитаемых у нас, - Хосеп поправил увесистый бутыль подмышкой и двинулся по направлению к дому, - ну и получается, я сказал, что мы будем чуть ли не аристократически проводить вечер. Фыркая, я запоздало хохочу, осознавая какая Пеп все таки заноза в заднице и как отцу с ним иногда тяжело. Квартира встретила нас своей пыльной, слегка душной тишиной. Ну, насколько в Барселоне, в принципе, может быть тихо. Друг поставил добытую кровью и пóтом ношу на стол, а сам пошел открывать все имеющиеся в доме окна, чтобы впустить в помещения воздух и скорую вечернюю прохладу. Общими усилиями мы приготовили закус.. ужин, ведь только последние алкаши пьют в чистую на голодный желудок, и, окончательно убедившись, что все готово, приступили воплощать в жизнь задуманное — обмыть новенькие детали. Знаете, когда я говорю, что моментально пьянею от крепкого алкоголя, то стоит воспринимать эти слова буквально. И совершенно не удивительно, что через пару стаканов домашнего вина мой человеческий образ быстро растворяется, являя миру хихикающее, полное любви ко всему и вся нечто. - ты мой сааамый лучший друг, ты в курсе? - приваливаюсь к Пепу сбоку, сидя на крохотном кухонном диванчике, и, точно кот, потираюсь об открытое теплое плечо, оплетая худое тело всеми доступными конечностями. - конечно, в курсе, керидо, - парень вплетает пальцы в мои растрепанные волосы и чуть поглаживает, тихо смеясь, - так нечестно, ты уже надрался, а я еще как стеклышко. Он касается губами лба, на что я тут же отзываюсь довольным урчанием и утыкаюсь носом в шею, кажется, целуя друга в ответ. Мы застываем в таком положении на долгую минуту, в которую мне хочется прижаться еще сильней, хотя это чисто физически невозможно, и зацеловать Хосепа чуть ли ни во всех местах. Делаю глубокий вдох, ощущая, как на приглушенные выпивкой рецепторы оседают запахи машинного масла, натуральной кожи сидений "альфа ромео" и солнца. Хм, понятия не имею, чем пахнет Солнце, но если бы оно правда могло излучать какой-то аромат, то это был бы этот самый запах. Пеп вообще похож на солнышко, так же греет, иногда обжигает, но по большей части, когда он рядом, то все хорошо; мир кажется чуточку лучше, а проблемы остаются где-то там, за темными грозовыми тучами, где-то не здесь и не со мной. Как же сильно я ужрался, господи.. - так, а ну не засыпай, мы только начали! - отрицательно мычу, доказывая свою бодрость и послушно топаю за Гвардиолой, когда он решает переместиться в гостиную, с более мягким диваном и стареньким, но исправно работающим, телеком, - дальше я пью один, ясно? - он улыбается и почти ржет, видя мою недовольную рожу. - с хера ли? - снова наваливаюсь и тянусь за полным стаканом в руке Пепа, которую он успешно держит подальше от меня. - как только опьянею до твоего состояния, то продолжим вместе, - безапелляционно заявляет он. - так вся бутылка кончится! - возмущаюсь и снова пытаюсь дотянуться до алкоголя. Хосеп успевает отставить напиток куда подальше, прежде чем хохот настигает его и он, прижав меня одной рукой к себе, останавливает попытки кражи, меняя нас местами, оказываясь вдруг сидеть на моих коленях. - хорошо, давай по-другому, - парень ведет ладонями по груди вверх, расстегивая парочку пуговиц на моей рубашке, - я буду делиться, но очень маленькими порциями. - .. как это? - плохо и затруднительно соображая я тупо пялюсь в темные, затягивающие похуже болота, глаза с хитрым лисиным прищуром. Но вместо ответа Пеп вновь берет стакан, набирает в рот достаточное количество жидкости, а после прижимается покрасневшими, сладкими губами к моим, делясь пятнадцати градусным виноградным соком, что неловко выливается тонкими струйками, стекая по подбородку. - черт, - рвано выдыхаю и чувствую, как горячий язык проходится по открытой коже шеи, посылая по телу колючие мурашки, - х-хорошая сделка, мне нравится.. Друг усмехается и целует снова, но уже просто так, просто потому что с недавних пор мы не можем без этого. Еще парочка глотков подобным небанальным способом и у меня появляются сомнения от чего конкретно я сейчас пьян. В голове жутко пусто, а вот в штанах, наоборот, слишком тесно. Желание возникает само по себе, быстрее чем кто-то из нас может прервать происходящее. Да и нужно ли? Обняв Хосепа я, как можно аккуратней, на сколько позволяют гулящие в крови промилле, укладываю его на лопатки, наваливаясь сверху. - знал бы, давно напоил тебя, - хихикает сквозь поцелуй Пеп, только после чуть отстраняясь, чтобы заглянуть в мои занесенные пеленой вожделения и искренних, самых светлых чувств, глаза. - ты мне так нравишься, - это практически признание. Неплохо было бы еще знать в чем, но пока и этого даже слишком. Парень молчит так долго, что мне становится страшно. Я едва ли не трезвею и уже хочу хоть как-то оправдаться, но: - ты мне тоже очень нравишься, Юрген, - он ведет пальцами по щеке, очерчивая подушечкой нижнее веко и оставляет еще один нежный-нежный поцелуй. - мм?! По имени назвал? - своим вопросом провоцирую новую волну смеха. - тонто, - Хосеп умиленно улыбается и пробегает руками вниз, освобождая последние петельки от пуговиц и поглаживая открытую кожу живота. - п-повторишь? - кусая губы я издаю шумное сопение практически ему на ухо, заживо сгорая изнутри от совершенно невинных прикосновений. - Юрген? - нет-нет, до этого, - ответно заползаю пальцами под легкую ткань и несдержанно сжимаю бока, проходясь по выступающим при тяжелом дыхание ребрам. - ты мне нравишься? - киваю и благодарно целую косточку ключицы, почти захлебываясь переизбытком ощущений, - нравишься.. - раздень меня?