Украденное тобой

      Фелисити спокойно стояла около входа на ярмарку и отстранённо смотрела в сторону главных городских ворот, которые были открыты. После целого года мрака это было очень необычно. Привычней было бы видеть их закрытыми, со скучающими рядом охранниками. Она иногда даже поддавалась меланхолии и переставала надеятся на то, что Город снова будет принимать с материка других людей, в частности торговцев и купцов.       Девушка ушла с головой в мысли о предстоящей встрече. Правильно ли она поступила, что пожелала второй встречи с этим вором? Зачем она так опрометчиво себя повела, ведь ясное дело всё это добром не кончится. С дядей и его заскоками она могла бы прекрасно сама разобраться, как и могла бы сама разобраться с надоедливым сыном генерала Таддеуса. Ей было бы куда проще предложить сумму покрупнее незваному гостю и отпк его восвояси. Какой же нелюдь дёрнул её за язык, сказать чтоб он приходил сегодня к ярмарке. Самое странное было то, что л с первых минут не испытывала отвращение к этому человеку. А вчера перед сном она вспоминала его глаза и думала об их обладателе. Что вообще на неё нашло?       Из раздумий её вывело мимолётное касание чей-то руки по плечу. Она обернулась и увидела в переулке за массивными коробками знакомый силуэт. Мужчина настороженно смотрел на охрану около ворот. Фелисити только мимолётно улыбнулась этой картине и юркнула в переулок к Гарретту.       - Вот, держи. - она протянула мужчине увесистую корзину. - Я предполагала, что у тебя не самые тёплые отношения со стражей и правопорядком в принципе. Тут старенькая рабочая накидка и шарф моего папы.       - Зачем мне всё это? Я вор, а не цирковая собачка для переодевания. - язвительно ответил мужчина и вернул Фелисит корзину.       - В таком прикиде, мистер любитель теней, тебя дальше этого переулка не пустят. Но мы оба знаем, что пришел ты сюда за историей моей жизни. Интересно было читать мой личный дневник? - так же язвительно отозвалась девушка.       - Очень наблюдательно. - Гарретт немного наклонил голову в бок и ухмыльнулся. - Награда - вот моя цель, а не различные истории. Моменты из твоей жизни лишь рычаги воздействия на тебя.       Фелисити приподняла одну бровь, а губы поджала и сместила в сторону, тем самым смешно надув одну щеку. Руки она скрестила на груди и явно ждала дальнейшей усмешки или замечания от вора. Но их не последовало.       - Раз ты не хочешь, тогда это сделаю я. - девушка ринулась к Гарретту и одним ловким движением стянула с него маску и капюшон.       Мужчина попытался перехватить руки Фелисити, но та оказалась быстрее. Он не любил снимать маску и капюшон на людях. Нет, он не стыдился своего шрама на лице, как и не стыдился своих иссине-черных коротких волос, просто считал нужным и правильным прятать своё лицо. Да и свод правил гласил, что надо быть скрытным.       На мгновение Гарретта словно ошпарило кипятком, когда пальцы Фелисити коснулись скул мужчины, поправляя шарф. Сколько же он простоял в трансе перед ней, что она успела нацепить на него злосчастную вещицу? Да и что вообще за новождение происходит с ним, когда рядом появляется эта девушка?       Для Фелисити оказалось достаточно одной минуты, чтоб бегло осмотреть вора. Худое бледное лицо, густые брови сдвинутые ближе к переносице, глубоко посаженные глаза разного цвета, узкий острый нос с горбинкой и удивительно аккуратные пухлые губы, легкая щетина. От правой брови, пересекая щеку, доходя до уголка верхней губы у мужчины красовался шрам, который в свою очередь рассыпался на более мелкие шрамы. Не остались в стороне от взгляда и морщины на лбу и в носо-губной складке, которые придавали нотку суровости мужчине. Все это давало понять то, что мужчина не очень любит солнце, по возможности следит за своим внешним видом и явно не любит показывать лицо кому попало. Необычности в образе добавляли темные тени, нанесенные вокруг глаз и прическа. Очень короткие волосы около висков и на затылке и на пару сантиметров длиннее у темени. Фелисити таких стрижек не видела на светских мужчинах и тем более не видела ни на одном из своих клиентов.       Фигура подтянутая и жилистая. Талия была затянута в странный толи корсет, толи жилет, на котором было множество ремней и завязок, к которым в свою очередь крепились различные предметы и мелкие сумки. Более плотные и толстые крепления удерживали колчан, ремень которого был перекинут через наплченик, с другой стороны к этой броне крепился черный плащ, который явно что-ио скрывал под собой. Широкие плечи были так же обтянуты кожей, а рукава переходили в перчатки с открытыми пальцами, на запястьях красовались наручи. Чуть мешковатые штаны, которые были подвязаны опять таки ремнями, далее шли сапоги с наколенниками, которые в свою очередь крепились к ремням на бедрах. И как он может чувствовать себя в таком одеянии комфортно? Хотя кожа капюшона была очень мягкой, к удивлению девушки.       Мужчина был выше Фелисити, примерно сантиметров на восемь или десять, из-за чего девушке приходилось немного запрокидывать голову, чтоб смотреть в глаза Гарретту.       Наконец девушка отошла от вора, достала накидку и протянула её. Взгляд Фелисити был серьёзный, а значит шуток и фамильярности она не потерпит.       - Нет, это я натягивать не буду. Если с шарфом я могу смириться, то с накидкой точно нет. Невидимым для стражи она меня не сделает.       - И как же ты тогда планируешь идти за мной? - девушка уперла руки в бока.       Вор оглядел возможные места для того чтобы скрыться, коих было полно и это радовало. В начале лета солнце заходило рано, но открыто ходить по переулкам, улицам и крышам он сможет только через час.       - Быстрее начнем - быстрее закончим. - буркнул он.       Фелисити развернулась к входу ярмарки и пошла прочь из переулка, складывая и убирая накидку обратно в корзину. Мужчине ничего другого не оставалось, как последовать за своей целью до ближайшей густой тени, попутно опасаясь стражи. И все же он натянул обратно капюшон.       - Приятно пахнет. - шепча себе под нос, произнес вор и натянул повыше шарф. На удивление ему понравился запах вещи, он отдавал чем-то тёплым, немного можжевеловым и до боли родным.       Ярмарка оказалась разнообразной, в основном были торговцы различными драгоценными камнями, металлами и интересными побрякушками. Но к удивлению Гарретта девушка не останавливалась около этих прилавков, она шла дальше.       Мужчина успел подметить, что сегодня девушка была одета в длинное платье цвета соломы, а волосы были заплетены в косу, которая брала своё начало у чёлки и все так же непослушно выбивались пару волнистых прядей. Вырез платья был украшен легким кружевом, легкие рукава-фонарики, которые доходили до локтей и тоже были украшены воланом кружева, свободный корсет на спине стягивался атласной лентой, которую девушка видимо затягивала сама. Платье было простым и в тот же момент элегантным.       Спустя буквально пару минут, Фелисити достигла своей цели. Лавка с цветами и семенами.       - Я уж думал, что ты пришла на эту ярмарку из-за возможности купить хорошего качества камни. - Гарретт стоял за спиной Фелисити, с интересом наблюдая из темного угла, что же выберет та.       - Да, в этом году здесь есть особенно хорошие камни, но я пришла сюда за воспоминаниями. Заодно и хорошие цветочные семена куплю, хочу высадить их перед входом в магазин. - не отрываясь от выбора семян, ответила девушка.       Выбрав необходимые, Фелисити оплатила их и двинулась в глубь ярмарки, но от Гарретта не ускользнул тоскливый взгляд девушки, который был направлен на пионы. По мере продвижения к центру, усиливался запах свежего хлеба, сдобы, мяса и вина. У Гарретта невольно заурчало в желудке, от чего тот слегка смутился. Девушка подошла к тучному пекарю и набрала различных булочек, которые источали пряный и сладкий аромат и теперь томились в полотенце внутри корзины. Пекарь что-то радостно рассказывал девушке и она с видимым удовольствием слушала его, также отвечая ему в ответ.       Ну, надежда, что Фелисити купит драгоценный камни канула в бездну, значит придется стащить одну булочку. Вор мучительно простонал у себя в голове. Дожили, воровать еду у своей же цели, а ведь мог бы и кошель утащить!       - Пошли! - Фелисити обернулась к мужчине и слабо улыбнулась.       - Куда? - приподнял одну бровь вор.       - За городскую стену в одно прекрасное место.       - Значит, я тебе сегодня нужен как охранник? - Гарретт хотел было уже возмутиться.       - И это тоже. Просто следуй за мной, а как прибудем на место сразу обсудим план моего дяди и твоё вознаграждение. - девушка шла уже к выходу ярмарки, как внезапно вор остановил ее, взяв за руку.       В этот момент девушка обернулась к мужчине. Он уже хотел было сказать, что вся эта затея ему же боком выйдет и ему проще просто найти ей новый дом, но он завис. Глаза девушки были цвета насыщенного танзанита. В них сейчас читалось непонимание и легкое смущение, а огни фонарей в них отражались мягким жёлтым оттенком. На лице девушки было легкое удивление, а губы были соблазнительно приоткрыты. Кажется, теперь понятно, чем смогла зацепить юного ловца воров эта барышня.       Гарретт сразу же отпустил девушку, откашлявшись, он тихо заговорил.       - Послушай, я не пересеку городские стены. К тому же, скоро будет темно и врата будут закрыты… - у вора в горле начало першить по непонятным причинам.       - Ты, однако, нервный тип. Ворота перестали закрывать уже как недели две, если так боишься стражи, то найди лаз и жди меня на другой стороне. - упрямо ответила Фелисити, поправляя корзину на руке.       - Что тебя так тянет за стену? Что за воспоминания, ради которых ты собираешься покинуть городскую черту? - Гарретт уже начинал понемногу выказывать раздражение такой упрямости молодой девушки.       - Воспоминания о детстве… - тихо и грустно ответила она.       Мастер-вор опять мысленно простонал. Да какого черта он возится с ней, как с дорогим ему человеком? Какого, мать его, черта он вообще тратит на неё своё время? Он, в конце концов, может просто обчистить её лавку и заодно заглянуть к мадам Сяо-Сяо, чтоб снова вынести весь её чёртов бордель! Но Гарретт не мог так поступить, не мог пойти наперекор своим моралям и принципам. Иначе зачем он тогда вообще бросился на поиски Эрин? Зачем спасал Бассо из башни и рискую собственной шкурой? Хоть он и одиночка, но он очень дорожил дружбой Бассо, сумасшедшими идеями Эктора, эпотажными рассказами Виттори и явно скучал по взрывной Эрин. Неужели скука по последней его так заставляет цепляться за юную хозяйку ювелирной лавки?       - Хорошо, но взамен я хочу награду. - устало произнес мужчина. - Я встречу тебя на той стороне за мостом. - и он просто растворился в темном переулке, оставляя девушку одну.       Фелисити не оставалось ничего другого, как просто выйти наконец уже с ярмарки и пройти пост стражи у главных ворот. Она уже вовсю думала, что за награду хочет этот пронырливый вор, ведь с собой у нее был только кошель с деньгами и корзинка. Гарретт нашел необходимый лаз и быстро пошел по теневой стороне стены к выходу из Города. Как раз когда стража отвлечётся на Фелисити он проскользнет на нижнюю часть моста и по балкам спокойно доберётся до другого берега. Одна беда, на другой стороне нет ни кустов, ни деревьев, которые могли бы укрыть вора сразу. Придется выжидать момента, и опять пустая трата времени, не согласись он покинуть пределы Города.       Фелисити пересекла мост и украдкой оглянулась назад, мимолётно поджала губы и двинулась дальше. Только скрывшись за первым невысоким деревом, она ощутила присутствие рядом другого человека.       За пределами Города Гарретт мог не прятаться по кустам и теням, стража не патрулировала окрестности за стеной. Даже смог снять капюшон, что в какой-то мере доставило ему удовольствие, хотя и было непривычно. Он спокойно шёл чуть поодаль от Фелисити.       - Спасибо… - тихо произнесла она и двинула дальше.       - Не за что, Фелисити. - так же тихо ответил он.       Но они услышали друг друга и этого им хватило, чтоб не нарушать тишину, воцарившуюся между ними. Эта тишина не давила, она была комфортной. Она шла чуть впереди, а он просто следовал за ней. Словно он был её собственной тенью.       Их путь пролегал через небольшой лесок, который вёл к опушке с плакучей ивой, где-то в дали звучала речка, которая впадала в свою очередь в Северную реку. Дальше за лесом находились уже поля и скотные фермы.       Солнце еще пригревало опушку своими лучами, чему девушка мягко улыбнулась.       - Мы пришли. - кинула Фелисити вору через плечо.       - Милое место, достаточно укромное. Но что за воспоминания тебя связывают с этим местом? - не смог удержать своё любопытство Гарретт.       - Так и знала, что ты воруешь ради историй. - чуть шире заулыбалась девушка в ответ.       - Вовсе нет. - попытался сухо ответить мужчина.       - Ну да, если бы это было не так, ты бы весь мой дом вынес, а не только дневник.       Фелисити поставила на траву корзину и стала вытягивать из неё плед. Гарретт молча подошёл и помог девушке разложить плед на невысокой траве под самой ивой и стал дальше наблюдать, что же еще достанет барышня из этой корзины фокусника. К удивлению мужчины, она достала те самые булочки, аккуратно завернутые в чистое кухонное полотенце, небольшую бутылку вина, а к нему серебряные бокалы с красивыми узорами и флягу с ещё какой-то жидностью. Помимо этого, на другом кухонном полотенце уже вовсю красовался виноград.       - У нас свидание? - саркастически кинул Гарретт. - Могла бы сразу сказать, а то я одет не согласно кодексу этого действа.       - Ты словно маленький ребёнок, лишь бы колкость кинуть. - спокойно ответила.       Фелисити и уселась на плед, открывая флягу и споласкивая небольшим количеством воды по очереди руки.       Мужчина остался на своих двоих, не решаясь, садиться ли ему рядом или и дальше стоять. По коже пробежалась гроздь мелких мурашек, когда Фелисити подняла на него взгляд и улыбнулась, чуть наклонив голову в бок, от чего несколько прядей волос нежно легли ей на щеку. Гарретт смущённо перевел взгляд на еду и у него предательски громко заурчало в желудке, от чего вор смутился ещё больше. Девушка негромко прыснула от смеха и указала на место рядом с собой.       - Садись, я брала в расчете на тебя. Вино хорошее, не терпкое и не ударит в голову. Одна клиентка сама делает, вот и принесла в знак благодарности. Отказ не принимаю. - Фелисити взяла булочку с корицей и яблоком и откусила небольшой кусочек.       Вот же! Эта! Девушка! Гарретту даже слов не хватило мысленно обругать эту чертовку, которая сейчас открыто им манипулировала. Вздохнув, мужчина все же сел на край пледа сбоку от девушки, так же сполоснул водой из фляги руки и наконец взял первую попавшуюся булочку. Сочетание пряности с яблоком пришлось ему по вкусу, хотя раньше он таких особо и не пробовал, не было нужды.       Фелисити подняла колени и обняла их, укладывая поверх голову. Взгляд её провожал лучи солнца и читалось в этом взгляде тоска. Мастеру-вору и хотелось бы немного больше узнать, но нарушать тишину и ход мыслей девушки он не решился. Он крепко знал, что когда придёт время она все сама расскажет. Откуда была такая уверенность он точно сказать не мог, просто чувствовал.       И снова в груди вора глухим, но очень болезненным эхом отозвались воспоминания связанные с Эрин. Он ринулся в самую гущу сумасшествия, лишь бы найти её и помочь, но по итогу она просто сбежала вместе с книгой и перстнем. Так себе благодарность бывшему учителю и «брату».       - Итак, моё имя тебе уже известно. Может теперь ты представишься? - начала тихий разговор Фелисити.       - Зачем оно тебе? - так же тихо продолжил Гарретт.       - Так будет честно, на мой взгляд.       - Так не пойдёт.       Девушка немного наморщила носик и всё же, повернула голову к мастеру-вору.       - Значит, наградой ты хочешь услышать мою историю и почему мы с тобой оказались тут, а взамен я узнаю твоё имя?       - Твоя история будет приятным бонусом к моей награде. - спокойно ответил он и потянулся за второй булочкой, не дав конкретного ответа на вопрос. Голод за прошедший день брал своё.       - Хитрец. - Фелисити улыбнулась и снова стала смотреть на закатное солнце. - Обычно этот день мы проводим вместе с дядей, но в этом году он решил навести кипишь и уйти в подполье…       - Он просто хочет твоей защиты от того ублюдка.       - В этом вопросе я могу и сама за себя постоять. - немного недовольно ответила она.       - О да, я не сомневаюсь! - с самой малой каплей сарказма ответил Гарретт, открывая и наливая двоим вино.       Девушка обиженно хмыкнула и отвернула голову от мужчины.       - Ладно, виноват. - вор сел поудобнее, вытянув и сложив ноги одну на другу, опираясь об дерево спиной и крутя за ножку бокала вино, продолжил. - Меня зовут Гарретт. С детства промышляю воровством, поскольку сбежал с приюта после гибели своих родителей. Близких не искал и не знаю, есть ли они вообще у меня.       Хотя и голос его был спокойный, но Фелисити уловила нотку грусти в последнем предложении. Она снова повернула голову к Гарретту. Почему-то ей захотелось протянуть ему руку и сказать, что это ложное чувство одиночества, ведь всегда рядом есть тот, к кому ты можешь прийти.       - Твоя очередь, юная леди. - взгляд Гарретта встретился с взглядом Фелисити, и та невольно смущенно отвела глаза в сторону.       - Это будет долгий рассказ.       - Ты уже похитила моё время, вынудив взять меня импровизированный выходной. - мужчине отчего-то нравилось наблюдать лёгкое смущение девушки.       Эрин давно бы уже огрызнулась и попыталась бы бросить оскорбление в сторону вора, но Фелисити была другая. На любой выпад она отвечала той же монетой, а где нужно держала грань и не переходила черту дозволенного. Гарретт одернул сам себя за такое сравнение. И с чего вдруг ему стало интересно сравнивать абсолютно двух разных людей, выросших в разных условиях и обстоятельствах.       Фелисити села поудобнее, взяла бокал в руки и сделал небольшой глоток.       - В этот день мы всей семьёй собирались на этой опушке и просто приятно проводили время: баловались, играли, ели вкусную выпечку дядюшки Эрни, того самого пекаря с ярмарки. На закате солнца мы собирали душистые травы, а после встречали первые звезды. Дядя Сэмуэль рассказывал мне про созвездия и легенды востока про луну и небесные светилы. Возвращались всегда за полночь, поэтому на обратном пути меня нес то папа, то дядя. - она улыбнулась воспоминаниям. - Это была наша маленькая традиция. Для родителей этот день значил удачные покупки для магазина, а для меня возможность побыть с ними целый день, не загруженных работой. Становясь старше, меня всё чаще родители привлекали к работе в мастерской, обучая азам тонкого рукоделия. Если папина работа затягивала своим блеском, то мамина работа на ткацком станке и тупыми иглами с челноками не привлекала вовсе. Я… - Фелисити запнулась, но продолжила тихим сиплым голосом. - Я всегда говорила ей, что никогда не буду заниматься ткачеством и плетением кружев, что ненавижу это дело и никогда не буду такой скучной как она… Какой же глупой я была… Мне было десять, когда мама стала часто болеть, по этой причине мы перестали выбираться на эту полянку. Отец все больше проводил времени за работой, пропуская трапезы, а дядя всё чаще уезжал на восток. С домашними делами помогала горничная Альсифина. Но становясь взрослее, на меня все больше сваливалось дел по дому и уходу за мамой. Я училась её мастерству как могла, но никогда не стану таким искусным мастером как она...- девушка сделала паузу, стараясь не показывать нарастающей боли. - Мама умерла за задолго до мрака, когда мне было всего тринадцать лет. Отец не пережил этого удара и его здоровье пошатнулось. Дядя вернулся тогда уже в роли мадам Сяо-Сяо. Альсифина же со своим женихов украла большую часть наших украшений на продажу и скрылась. Папа не смог вернуться к делам в мастерской, поэтому приходилось продавать семейные украшения. А когда наступил мрак, то пришлось хуже всего. Отец стал сходить с ума от этой болезни, каждый день он бредил, ходил по дому и искал маму. Ему казалось, что он в тюрьме, посему бил окна, вазы, посуду, резал картины и шторы, громил все к чему касался. Он все больше походил на чудовище, нежели на человека... Я всегда старалась быть рядом с ним. Но лишь единожды стоило мне отлучится за продуктами, как случилась беда. В порыве очередного помутнения отец поджег себя и наш дом. - глаза Фелисити остекленели, а взгляд устремился в бокал, но она смотрела сквозь багровую жидкость. - Я пыталась броситься в огонь, чтоб спасти его, но меня не пускали. Он был уже весь в огне, когда я наконец увидела его в дверном проёме магазина. Сквозь смех и крики он взвывал к маме, он сдирал с себя обугленную кожу, ревел словно зверь и проклинал меня. Проклинал моё рождение и существование. На тот момент мне было всего 15. Пожар в тот вечер разрушил большую часть дома, лишь лавка и мастерская были вовремя спасены, пришлось жить на руинах прежнего… Дядя помогал чем мог, но я должна была сама решать свои проблемы... Тогда в Олдейл поползли слухи, что я один из цветов мадам Сяо-Сяо, которой просто повезло встретить щедрого и богатого клиента, что осыпал меня деньгами. Мужчины приставали регулярно, женщины плели за моей спиной один слух нелепее другого. И вот, на двадцать пятом году жизни меня признали другие ювелиры и мастерицы тонкого дела, вернулись некоторые клиенты… Дядя помог с восстановлением дома, ведь именно он посылал заказы для борделя. Теперь мою партию для замужества считают неплохой, хотя и поговаривают, что старовата я для этого… Да и что взять уже с потасканной жизнью уличной девки? - она закрыла глаза и поджала губы. - Я… Ненавижу наше общество, ненавижу как нас делят на классы, заставляют жить по разным районам… Мрак сорвал маски с людей и показал им истинные лица… Людям плевать на горе, пока оно не касается их. Мне несказанно повезло, что люди Ориона не добрались до нового района Олдейл. Еще одного пожара я не смогла бы вынести.       Фелисити сжалась. Гарретт заметил, как девушка сдерживает слёзы, лишь бы не казаться ему слабой. Из дневника юной хозяйки ювелирного магазина он знал, что за этой маской скрывается особа, которая до сих пор переживает отголоски прошлого. Жаль, что в её дневнике она не описывала эти воспоминания, он бы тогда просто согласился пойти с ней, а не упрямился подобно ослу.       - Теперь я знаю, почему мадам Сяо-Сяо оберегает тебя, хоть и делает она это по своему. - тихо сказал мастер-вор.       - Как ты, наверное, уже понял из моего дневника, дядя многому меня научил, когда я осталась одна. Он, как умел, старался заменить мне родителей и помогал выбраться из того хаоса, в который я тогда попала. - Фелисити отпила еще пару глотков. - Еще вопросы?       - Если бы мадам Сяо-Сяо и ты были кровными родственниками, то вы были бы похожи хотя бы чуть-чуть.       - Дядя Сэмуэль был очень хорошим другом папы.       - Тогда вот мой тебе вопрос. Какую награду пообещал дядя? - с интересом спросила девушка, глянув на Гарретта.       Гарретт сразу понял, что дальше Фелисити не намерена делиться своим прошлым и мыслями, раз круто поменяла тему разговора. Глупец, он уж надеялся узнать эту особу получше. Ему было интересно узнать, какими были её родители и какой любовью окружали, какой до всего этого была сама Фелисити и какие качества не поменялись в ней даже после пережитого?       - Золотые нити, пару золотых украшений из них и семь с половиной тысяч золотых. - спокойно ответил мужчина, отпивая еще вина.       Брови девушки чуть сдвинулись к переносице, нижнюю губу она прикусила, в глазах читалась смесь тревоги и переживания. Такие деньги уходили на покрытые чёрного налога за опиум, да и дядя не раз сетовал на такую обдираловку.       Гарретт слегка ухмыльнулся, приподнимая левый уголок рта. Из магазинной книги он знал, что хоть у молодой хозяйки лавки есть оборот, однако огромным достатком она похвастаться не могла, и уж тем более таких огромных денег не имела. Хотя мадам Сяо-Сяо и помогла восстановить дом, мебель и материалы девушке пришлось оплатить самой. Живи она в Стоунмаркете всё было бы проще, но жизнь в Олдейл заставляла подчиняться некоторым правилам, чтоб не выглядеть белой вороной в глазах других жителей.       Мастер-вор терпеливо ждал, что сможет предложить ему Фелисити, на что готова пойти, дабы отстоять себя и свои взгляды.       - Я отдам тебе самое ценное, что у меня есть.       - Золотое полотно твоей мамы?       Фелисити испуганно уставилась на Гарретта. В дневнике нет ни единого слова о последнем творении её мамы. Так откуда он мог знать?       -Я прекрасный слушатель и очень внимательный вор. И трофеи свои я забираю только у тех, кто ими не дорожит и у кого они плохо лежат. Золотое полотно тебе явно дорого, Фелисити. Ведь, ткать и плести как твоя мама ты не умеешь.       - Мне больше нечего предложить тебе. - растерянно пролепетала она, отводя взгляд. - Я не могла предположить…       - Зачем же тогда попыталась переманить на свою сторону, если взамен дать нечего? - Гарретт сел поближе к Фелисити. - Ты настолько желаешь доказать всем вокруг, что ты взрослая и самостоятельная? Но ты ещё не готова так далеко заходить, чтоб расставаться с дорогими сердцу вещами.       На небе уже виднелась луна и звезды становились все ярче. Мягкий серебреный свет падал на лицо девушки и ему захотелось коснуться её щеки, провести пальцем по губам и притянуть к себе. Неужели вино так ударило в голову?       Он не считал Фелисити самой прекрасной и незабываемо красивой, просто ухоженная горожанка из района Олдейл. Но что-то было в Фелисити такое, что хотелось разгадать. Он чётко ощущал, что в себе она хранит куда больше секретов.       Она сжала ножку бокала. Девушка не была готова к такой ошеломляющей сумме. На что только готов пойти дядя, лишь бы всё было сделано так, как он сказал. Однако, чем дольше она тянет с ответом, тем страшнее становилось узнать, что же хочет вор. Фелисити правда думала, что сможет уговорить вора отказать в услуге дяде, но получается, что она же и позволяет сейчас себя обокрасть с пят до головы, попутно еще и прихватывая обещанную за неё награду. Безрассудная девка, не иначе!       - Позволь мне шалость, в качестве наказания для тебя - Гарретт прервал мысли Фелисити.       Мужчина убрал из рук молодой хозяйки ювелирной лавки бокал с недопитым вином и потянул к себе. От такой неожиданности девушка не успела скоординировать свои действия и упала вору на грудь. Гарретт вздохнул аромат исходящий от девушки. Она пахла чем-то молочно-медовым, при этом аромат был лёгкий и ненавящивый. Где-то далеко за вуалью запретов и забытыхФелисити приподняла голову и вор увидел на её лице легкий страх.       - Не бойся, я не причиню тебе вред. - тихо ответил он.       Одной рукой он придерживал девушку за талию. Свободной рукой он решил сделать нехитрый трюк. Поднеся ладонь к шее Фелисити, он бегло прошёлся тыльной стороной пальцев по изгибу шеи. Исходящее тепло, пикантная возможность и разыгравшийся алкоголь в крови кричал, чтоб вор поддался мимолётному порыву. Еще и приоткрытые губы девушки заманчиво звали, учащённое дыхание, да и румянец на щеках говорил о том, что её тоже посещают развратные мысли, не смотря на остатки лёгкого страха.       А говорила, что вино легкое, врушка. Он томно вздохнул, сдерживаясь от накатившего желания, пытаясь направить всю концентрацию на замок украшения. Щёлк! И кулон упал Гарретту в раскрытую ладонь, которую он успел подставить для ловли ценности.       Фелисити ахнула, положив раскрытую ладонь на место, где привычно находилась подвеска.       - Я, возможно, верну тебе это украшение. - хитро ответил мастер-вор. - Но при условии, если завтра ты ответишь на мой вопрос. Зачем я так поступил с тобой?       - Гарретт, прошу тебя, верни его! Это…       - Кулон твоей мамы. - мужчина слегка улыбнулся. - Ответишь - верну. А теперь давай собираться, нам ещё возвращаться назад, время уже подбирается к полночи.       Мужчина выпустил из своих объятий Фелисити, поднялся и помог подняться ей. На самом деле идти назад не особо хотелось, но ночь не бесконечная, да и заказы одной барышни тоже не ждут.       Гарретт ухмыльнулся. У него свои тёмные заказы, у Фелисити свои кружевные.