Схожесть

Мешок проседает под всей тяжестью его мыслей. Каша, которая сейчас варится в голове, очень похожа на переваренный клейстер, из которого уже можно лепить все что угодно, кроме того, что нужно. По-хорошему, Эррору бы отправиться обратно в крепость, но это пока только еще одна ложка сухой овсянки в этот мысленный сгусток, не более. …То что бездушно творить не может… И все же оно умеет вытворять. Эта мысль поселилась в голове давненько. Может еще древнее, потому что Эррор и думать забыл о ней, пока не встретился с главной ее причиной лично. Прошло достаточно времени с их последней встречи один на один. И тому есть несколько безусловных причин. Они познакомились давно. Не помнится точно когда, но Эррор хорошо знает место их первой встречи: пустота, но другая, противоположная. Она почти ничем не отличалась от привычной ему, кроме раскиданных на полу кистей и баночек с красками, и кучи набросков, никому не нужных - хламом, одним словом. Посреди всего беспорядка сидел, ну или возвышался, как говорит Найтмер, создатель сего прекрасного великолепия. Инк, как обычно, был перепачкан чернилами, на лице - злополучная ухмылка. На тот момент она воспринималась как улыбка, но сейчас назвать ее так язык не поворачивается, потому что, как оказалось все это было фальшивкой. Но это потом. Чернильница увлеченно рисовала, настолько, что не замечала никого и ничего вокруг себя, пока Эрррору не пришлось оповестить о своем присутствии словесно. На тот момент непреодолимый страх коммуникаций был огромной проблемой, поэтому потребовались время и силы, чтобы сказать вообще хоть что-то. Их первый разговор был почти ни о чем. Что-то о беспорядке, листах бумаги и мигающих зрачках. О другой пустоте тоже, но все очень быстро сошлись на том, что это просто противоположность пустоты, в которой находился Эрроор. Зато за время несодержательных диалогов Эррор смог узнать кое-что другое. В отличие от Ошибки, Инк был выразительным и, как и тогда, так и сейчас это кажется вообще очень удивительным явлением, общительным. Как существо пребывающее так долго в изоляции могло так много говорить? Возможно они просто пережили этот опыт совершенно по-разному. Может быть все дело в том, что Инк был создан в пустоте, а Эрррор нет. Может из-за того, что Ошибке удалось увидеть мир, монстров и жизнь перед заточением, а Инк довольствовался только своим обществом. Вот и приходилось развлекать самого себя, как получится. Было все это, конечно, вне познаний как Эррора, так и Инка, поэтому возникал обоснованный интерес. Прошло немного времени, как они стали неплохими приятелями. Нередко вылезали в разные миры находили разных приключений на свой зад, изучали, грубо говоря, все вокруг. Постепенно это дело Эррору, правда, наскучило. Непонятно, может однообразие сюжетов или то, что Инк все с бо’льшим и бо’льшим энтузиазмом бросался на авантюры (и безусловно постоянно подговаривал Эррора с собой). Будто Чернильнице было мало и он искал дозы… Только потом выяснилось, что краски в баночке были необходимостью, а не дополнением, а поиски должны были принести то, что есть у каждого нормального монстра. Тогда Эррор и почувствовал, всю палитру цветов, которые отличали его от этого чучела. После они перестали общаться. Ну, как перестали. То что бездушно творить не может, поэтому Эррор был единственным, кто прервал общение с пустой оболочкой, которая использовала его только ради того, чтобы чувствовать. Эгоистично, но таким преданным и несчастным Эррор себя чувствовал только в пустоте и в одиночестве. Этот момент он повторять не хотел. Спустя какое-то время на горизонте появился Найтмер. На самом деле он маячил там уже довольно давно. Сейчас звучит очень необычно, но в моменты приятельских отношений дуэт Чернильницы и Эрррора не раз рушил все его планы. Инк всегда следовал слепой морали. Это забавляло в моменте, но после стало ясно из-за чего, и забава естественным образом уменьшилась. Было странно и весело спасать очередную пострадавшую вселенную. Странно, потому что Эррор не чувствовал себя в своей тарелке, когда жертвы благодарили его ( и обнимали тоже ), весело, оттого что Найтмер бесился с их выкрутасов. Найтмер первым заметил неладное. Эррор как сейчас помнит, что даже при столкновениях, как бы не подразумевающих, что враги будут раздавать дружеские советы, Найтмер относился к нему совершенно по-другому, чем к Инку. Кошмар был более сговорчивым, рассудительным с Ошибкой. Иной раз предлагал разойтись мирным путем или/и обойтись меньшей кровью. При Эрроре Найтмер вел себя аккуратнее с подчиненными, по-дружески шутил, глумился, но никогда не переходил невидимую черту, которая могла бы спровоцировать настоящий конфликт, а не обычные стычки за территорию. Говорил напутствия, всегда прощался. Однажды, поделился тем, что он не чувствует никаких негативных эмоций от Инка и передал весточку от своего брата, говорившего о том же, только отталкиваясь от своей «специализации». На тот момент, откровенно, Эррор сомневался в добрых намерениях короля негатива и думал, что это просто такой способ завербовать сильного союзника в команду. И правда, с учетом всех навыков, Эррор подходил на эту роль, и Найтмер не раз упоминал об этом намерении сам, но деталь с Инком не давала покоя. Очень странно было бы ее воспринимать в контексте предлога, чтобы перейти на другую сторону. Найтмер несомненно хорошо чувствовал… связь Ошибки с Чернильницей и понимал, что Эррор так просто не уйдет от общения с этим куском дерьма монстром. Поэтому использовать предостережения в качестве предлога, чтобы уйти от Инка было бы пустым занятием, но Найтмер настаивал на своем, даже когда совершенный и правильный Дрим отказался дальше учавствовать. Жалко, что недальновидный Эррор верил бесчувственному придурку и думал, что их отношения чего-то стоят. И еще хуже от того, как чертовски Найтмер был прав на счет Инка. Иногда нужно слушать окружающих Как бы не так. Руководствоваться своим мнением было единственным, что оставалось в пустоте, да и лидером в их «команде» выступал именно Эррор. Не пристало. За эту ошибку он расплачивается мучительно, но справедливо, и надеется, что больше такого не повториться никогда. *** Бесследно Разрушителю АУ пропасть не получается. Как-никак, разрушение близлежащих объектов в битвах слишком часто встречающееся явление. Кроме того, в силу вступает дальновидность Найтмера, и вот, сейчас он ищет его по AU по горячим отпечаткам негативных эмоций. Попасть в Анти пустоту он не может, но это и не его первостепенная задача. Все та же AU. Почти то же время. Та же битва отголосками разворачивается перед Кошмаром. Зацепки видны невооруженным взглядом: чернила на снегу, гирлянда не елке. Картина складывается сама собой, без лишних деталей, все как на ладони, и к огромному сожалению, очень предсказуемо. Возможность разговорить, да и встретить Эррора тает на глазах. Искры надежды, которые упертый пессимист в себе старательно разжигал, надеясь на более простую тему для разговора, тухнут, легко и бесповоротно В такие моменты хочется выплеснуть свою злость, силу. Отдаться с концами всему отрицательному, что у него есть и забить, на всю многолетнюю борьбу с самим собой за место под солнцем. Хочется просто отпустить себя. И.. Он мог бы. Вполне мог подчинить. Заставить быть рядом и быть откровенным до самого конца. Найтмер прерывает себя. Он знает, насколько велик соблазн, насколько тяжело будет ему потом возвращаться за черту, каков будет причиненный ущерб. Эта мысль одновременно вдохновляет и пугает. Ты не посмеешь. Ты предашь его! Грязное греховное отродье! Жестокость, обращенная на самого себя, которая заставляет его не думать об этой возможности, вновь возникает в голове. Как и в прошлые моменты, как и в этот она застилает другие мысли, перемыкает поток искушения Дурно наступать себе на горло. Но чем больше ты это делаешь, тем легче. Тем проще тебе жить без доступа к кислороду. Просто нужно перетерпеть и эта потребность уйдет, как зависимость. Просто нужно подождать и тогда все будет в порядке. Просто… держаться. Ради него.