Глава шестая
31 января 2024 г., 10:00
Холодный ветер завывал в опустевших коридорах полуразрушенной крепости, заброшенной сотни лет назад. Через прорехи в стенах сюда забирался серебристый свет Ангарет, искрились в её лучах паутина и пыль.
Три мужских фигуры, облачённые в чёрные плащи с капюшонами, скрывавшими их лица, двигались по коридорам почти бесшумно. Где-то вдалеке шумел лес, ухали совы, выли волки. Здесь же звуки будто перестали существовать. И собственное дыхание могло казаться оглушительно-громким.
Мужчины дошли до уцелевшей стены. Главный из них, шедший впереди, протянул руку к настенному канделябру. В серебряном свете сверкнул его фамильный перстень с замысловатыми письменами древности. Канделябр поддался сильной руке, и камень заскрипел. Заскрежетал древний механизм, открывая потайной лаз вглубь крепости. Ниже, под землю, где находились катакомбы.
— Господин, — хрипло прошептал один из сопровождавших и положил руку на плечо главного. Тот кивнул, пропуская его вперёд.
Винтовая лестница закручивалась спиралью всё ниже, глубже вгрызаясь в землю подобно змее. Шедший впереди создал магический огонёк, освещавший их путь холодным зеленоватым свечением. Чем глубже они спускались, тем сильнее становились царившие здесь тени, не давая магии осветить это подземелье.
Едва не споткнувшись на источенных водой нижних ступенях, мужчины оказались в катакомбах, простиравшихся под Хатуром замысловатой сетью. Здесь всегда было сыро, пахло гнилью и плесенью. Звенели, разбиваясь о влажный камень, капли застоялой воды. Где-то пищали крысы, тихо и осторожно, словно боясь, что их услышат. С потолка свисал лишайник, по стенам росли мох и грибы.
Мужчины медленно шли дальше, игнорируя все развилки лабиринта катакомб, пока не дошли до поворота, где горел единственный факел.
Стоявший рядом воин, великан, ростом в косую сажень, был облачён в жуткие, чёрные, как тьма, доспехи, огрызающиеся острыми шипами на плечах и кистях. Рыцарь молча смотрел на пришедших, ведь был лишён дара говорить благодаря жуткой конструкции его шлема. Он лишь почтительно склонил голову, ожидая указаний.
— Созови Братьев, — сказал главный мужчина. — Пусть придут к алтарю.
Рыцарь выпрямился во весь рост и пошёл выполнять указания. Двое сопровождавших нервно покосились в его сторону.
— Вы уверены, что это поможет, господин? — спросил один из них, когда они снова пошли дальше, к алтарю.
— Убьём разом двух зайцев, — ответил главный, кивнув. Его голос был довольным. — Я усилю свою мощь… и закончу начатое.
Они вошли в помещение с высоким сводчатым потолком, где стоял залитый кровью алтарь. По взмаху руки зажглись свечи вдоль стен комнаты, освещая её достаточно, чтобы разглядеть скромное и жуткое убранство. И женщину в белом, стоявшую у алтаря в глубокой задумчивости.
Её белоснежные волосы струились по плечам, кожа едва ли отличалась от них по цвету. Яркие, голубые глаза, были полны неведомой тоски. Её руки были сложены на животе. Тонкую талию обхватывал чёрный пояс с рунами, выдававший её ныне высокий статус среди женщин этого места.
Когда она услышала шаги, то посмотрела на пришедших.
— Мать Кьяда, — хмыкнул главный мужчина. — Не ожидал увидеть вас здесь.
— Отец, — кивнула она, её голос был тихим и больше походил на шелест листьев. Во рту мелькнули острые клыки. — Ровно как и вас не ожидала увидеть здесь.
— Я кое-что не закончил, — ответил Отец, так и не снимая капюшона с головы. Он обошёл алтарь, чуть поморщившись от запаха гнилой плоти. — Мне нужна особая жертва для нашего Господина. Тогда я закончу начатое.
Мать Кьяда усмехнулась, растягивая бескровные губы в жуткой усмешке.
— И тот мальчишка?
Мужчина покачал головой.
— Едва ли мальчишка… Он даже старше меня, но у него есть то, что нам нужно. Кровь Мрака. Мы покончим с тем, с чем не справился бывший Отец, — он подошёл к женщине, возвышаясь над ней на голову. Кьяда спокойно подняла взгляд, прекрасно различая в темноте черты его лица. — И ты поможешь нам в этом.
Она прикрыла глаза, улыбнувшись.
— С превеликим удовольствием, — мурлыкающим шёпотом ответила она. — Скоро алтарь будет окроплён кровью новой жертвы, которая уже заждалась своего часа.
Отец низко рассмеялся, и его жуткий смех отражался от стен катакомб.
***
Райдо не спалось. Он лежал в кровати, из-под ресниц наблюдая за стелющейся вокруг темнотой и слабым лучом света Ангарет, пробившимся через занавески. Частицы пыли кружили в воздухе на свету, серебрясь. Мужчина медленно моргнул и полностью открыл глаза, изучая взглядом дощатый потолок. Звук тишины нарушило хриплое дыхание. Вампир сел в кровати и посмотрел в сторону, где на второй кровати спал Менсис. Ведьмак будто метался в бреду, хмурился, хрипел и стонал. Райдо подошёл к нему и проверил лоб — горячий и покрытый испариной. — Проклятье, — пробормотал мужчина. Его товарищ снова испытывал последствия того отвара. Может, даже лучше, что они потеряли в том трактире часть своих вещей — у ведьмака будет меньше соблазна снова геройствовать, выпив эту отраву. Вампир ненадолго покинул комнату и вернулся с миской холодной воды и куском ткани. Он обтёр тело Менсиса прохладной влажной тканью, а после положил ему на лоб компресс, надеясь так сбить жар, но это слабо помогло. Он задумался ненадолго, а после спустился на первый этаж трактира, чтобы попросить у не спавшей хозяйки сделать тёплое молоко с ягодами. Молоко помогало ведьмакам выводить яд из тела, а ягоды могут помочь снять жар. Получив кружку этого питья, Райдо вернулся в комнату и замер. Над кроватью Менсиса склонилась женщина в белом одеянии с белоснежными волосами. Сначала вампир подумал, что это сама Смерть пришла за ведьмаком, но он быстро понял, что это была просто незнакомка. Мужчина громко поставил кружку на небольшой столик у кровати товарища и посмотрел на незваную гостью. — Кто ты? — спросил он. Женщина подняла голову. Её лицо было красиво и почему-то знакомо ему. Бескровные губы растянулись в подобие ласковой улыбки. — Твой друг сильно болен? — спросила она, проигнорировав его вопрос. Райдо поджал губы. — Ему нездоровится, но он в порядке. Нам не нужен лекарь, если ты здесь за этим, — ответил он. — Я здесь для другого, — ответила она и отошла от кровати, поманив Райдо к себе рукой. Мужчина не понял, как подошёл, ведомый неизвестной ему силой. — Прошло больше полувека… — прошептала женщина. — Но матери сложно забыть своё дитя… — Мама?! — сломавшимся голосом прохрипел вампир, не веря своим глазам. Гостья улыбнулась, глядя на него. — Может, ты вспомнишь, сынок, — она дотронулась холодными руками до его щёк, ласково погладив его по лицу. Усталость неожиданно навалилась на Райдо, его веки потяжелели, ноги немного задрожали. — Вспомнишь, для чего ты был рождён. Она толкнула его в грудь. Потеряв равновесие, вампир почти упал, но его схватили двое воинов в жутких доспехах. Всё тело налилось слабостью и мужчина повис безвольной куклой. — Уходим, — скомандовала женщина, снова набросив на свою голову капюшон. Они исчезли в вихре тьмы, не оставив после себя никаких следов. Будто их здесь не было. Сквозь марево Менсис успел увидеть это, но даже позвать на помощь не смог. Он попытался встать с кровати, и у него это получилось. Ведьмак вытянул перед собой руку, едва стоя на ногах, и всё, что успел сделать — наложить неполную руну защиты на товарища, прежде чем тот исчез. Потеряв силы, мужчина упал на пол, снова погрузившись в беспамятство.***
Улларх проснулся с рассветом. Всё было тихо, Хагалаз ещё спал на второй кровати. Бывший Тан оделся и направился в комнату, которую делили их спутники. Войдя внутрь, северянин впал в ступор на несколько мгновений, а после кинулся к лежавшему на полу Менсису. — Что случилось? — спросил он, помогая ведьмаку подняться. Того едва держали ноги, и Улларху пришлось посадить его на кровать. — Райдо… похитили, — прохрипел Медведь, морщась от боли во всём теле. Он закашлял и сплюнул на пол окровавленную слюну. Дрожащей рукой стёр липкую жидкость со своих губ. — Трое, женщина и мужчины… в чёрных доспехах. Внутри Улларха всё похолодело. Чёрные доспехи в Хатуре были не к добру. Их носили воины графа Дио, которые и охотились за беглецами. Или всё могло быть хуже — и давно позабытый Орден напомнил о себе. — Есть что-нибудь, что поставит тебя на ноги быстро? Нам срочно нужно уходить, — спросил северянин, нервно оглянувшись на закрытую дверь. — Молоко, — хрипло ответил Менсис, вздохнул и заметил кружку остывшего питья на низком столике рядом с кроватью. Бывший Тан проследил за его взглядом и дал ведьмаку выпить то питьё. — Спасибо. Я поправлюсь быстро, — кивнул он. — Иди и позаботься о Хагалазе. Улларх поспешил вернуться в их комнату. Хагалаз уже не спал, сидел на краю кровати и о чём-то задумался. Рукава его рубашки были закатаны по локоть, и Повелитель Душ почему-то водил пальцами правой руки по запястью левой, едва касаясь кожи. Северянин молча подошёл к нему и разглядел кровь. — Что… что это? — охрипшим голосом спросил бывший Тан. — Печать начала кровить, — ответил его побратим. — Не к добру это, — тише произнёс он. — Где Райдо? Улларх не знал, стоило сразу сказать Хагалазу правду или как-то подготовить его к этому. Вздохнув, он всё же сознался: — Его похитили. Менсис видел кого-то в чёрных доспехах. И раз они не искали тебя, то это был Чёрный Череп, — северянин принялся собирать их пожитки. Повелитель Душ покачал головой. Орден Чёрного Черепа существовал многие века, но последние два века о них ничего не было слышно. Многие думали, что это пропащее сборище фанатиков уже сгнило и кануло в лету. Но, как оказалось, они всё ещё были живы. Хагалаз доверял Улларху. И действительно, если эти неизвестные не забрали Повелителя Душ, то они не могли быть воинами его брата. Кто-угодно другой, и Чёрный Череп подходили сюда больше, нежели кто-то другой. — Нам нужно спасти его, — решительно заявил Хагалаз. Улларх закрепил ножны на поясе и обернулся к нему. — В первую очередь нам надо спастись самим. Если нас схватят — ему уже никто не поможет, — сказал бывший Тан. Он закинул мешки с пожитками себе через плечо, а свободной рукой взял руку Хагалаза и повёл его к выходу. Менсис уже ждал их в коридоре. Беглецы спустились на первый этаж, не ожидая, что судьба и в этот раз сыграет с ними злую шутку. Воины графа Дио были здесь. Их было два или три десятка, все посетители трактира были вынуждены тесниться у стен. Спускавшихся со второго этажа мужчин сразу заметили. Улларх крепче сжал руку своего побратима и решил идти назад, но и тут им преградили дорогу затаившиеся в темноте маги. Менсис встал в оборонительную стойку, обнажив меч и вытянув вторую руку перед собой, чтобы быть готовым создать руны. Воины не торопились атаковать их. Они расступились, пропуская вперёд себя высокого крепкого мужчину в чёрном плаще с капюшоном. Неизвестный медленно двигался к беглецам, в нависшей тишине стук его каблуков казался громким. Наконец, он остановился и скинул с себя капюшон. Его лицо больше походило на лицо разбойника: покрытое шрамами, с грубыми чертами, хищными зелёными глазами, в которых застыла жестокость. Чёрные короткие волосы уже были тронуты сединой. Он усмехнулся, посмотрев на Менсиса, а после перевёл взгляд на стоявших позади него Улларха и Хагалаза. Презрительно скривившись при виде бывшего Тана, мужчина всё-таки заговорил. — Хагалаз… Мой дорогой брат. Как неожиданно и приятно видеть тебя в добром здравии, — улыбнулся он. — Боюсь, ты не можешь ответить мне взаимностью. Твой недуг не позволяет тебе видеть. Но, уверен, мой голос ты узнал. — Дагаз, — прорычал Повелитель Душ. — Что ты здесь делаешь? Дагаз Дио тихо и зло засмеялся. — Ох, мой дорогой братец. Я услышал весть, что ты остался жив после того несчастного случая. Я отправил своих людей искать тебя, чтобы вернуть домой. Ведь наши родители были бы счастливы увидеть тебя, — он подошёл ближе, проигнорировав Менсиса. Ведьмак продолжал настороженно наблюдать за графом. Улларх попытался отвести Хагалаза себе за спину, чтобы защитить, но Дагаз схватил брата за руку и дёрнул на себя. Повелитель Душ чуть не упал с лестницы, оказавшись прижатым к своему старшему брату. — Особенно будет рад наш отец, — зашептал граф ему на ухо. — Ведь что может быть лучше увидеть своего любимого сына, находясь на смертном одре? Внутри Хагалаза всё похолодело. Его отец умирал?! Но что могло скосить столь сильного и великого человека, пережившего десятки войн и несколько эпидемий жутких болезней на своём веку? — Поэтому мы отправимся немедленно домой. Наш дорогой отец будет счастлив с тобой поговорить, — уже громче заговорил Дагаз, всё также не отпуская брата, чтобы не дать ему вырваться и попытаться сбежать. — Может, даже лучше, что ты не увидишь, в каком он состоянии… Это жалкое зрелище. — Не смей так говорить, — прорычал Повелитель Душ, пытаясь оттолкнуть графа от себя. — Он и твой отец! — Ох, неужели? — хмыкнул Дагаз Дио. — В любом случае, мы не будем терять время на напрасную болтовню. И вас, дорогие гости, — он посмотрел на Менсиса и Улларха, — мы тоже ждём на этом семейном вечере. Уверен, матушка пожелает наградить вас за то, что вы уберегли нашего любимого Хагалаза. Он отпустил брата, чтобы шутливо поклониться, а после схватил его за плечо и повёл к выходу из трактира. Улларха и Менсиса окружили, и выхода у них не оставалось, кроме как сдать оружие и пройти следом за воинами. На улице их ждали две кареты, запряжённые тройками, и сопровождение в виде десятка всадников. Братья Дио сели в карету в сопровождении магов, а спутников Хагалаза посадили в карету с несколькими воинами. — Поторопимся, — скомандовал Дагаз. — Я не хочу, чтобы мы добирались до Мисторна в потёмках.***
Мягкий свет от очага освещал небольшое пространство перед ним, где в креслах друг напротив друга сидело двое. Свет играл зелёными бликами на маске мужчины, золотыми — на маске девушки напротив. Оба были также облачены в плащи с капюшонами, закрывавшими их головы, и пластинчатые доспехи под цвет масок. На коленях Той, Кто Видит лежал чёрный кот с золотыми глазами, блаженно щурившийся от ласк своей хозяйки. — Меня всё ещё беспокоит её поведение, — Тот, Кто Хранит перевёл взгляд на свою собеседницу. — И её… прошлое. — Ты думаешь, она всё ещё любит его? — девушка склонила голову набок, подняв взгляд на мужчину. Тот неуверенно кивнул. — Она лишилась эмоций и вряд ли что-то чувствует к нему теперь. — Нельзя исключать того, что Чума извратит её суть и сделает смертной. Вернёт ей всё, что она потеряла. — Достаточно того, что она не покидает Обитель, — Та, Кто Видит ласково почесала кота под подбородком, зверь мурлыкнул и спрыгнул с колен хозяйки, распушив длинный хвост. — Она слишком много времени проводит рядом с Чашей Времени. Это любимое место Таго, поэтому я знаю, — она усмехнулась, — что там происходит. — Она уже достаточно помогла Четверым из Атоль, — Тот, Кто Хранит снова отвёл взгляд от собеседницы. — Атоль должна была погибнуть в ближайшие сотню лет. Но благодаря твоей подруге мир и дальше продолжит существовать, отравляя Тропы своей гнилью. — Что именно тебя не устраивает в его существовании? — удивилась девушка. — Наследники, — недолго помолчав, ответил мужчина. А после повернулся к ней лицом. — Наследники Чёрного Трона. Их в Атоль больше, чем должно быть. И среди них четверо тех, кто действительно может занять место Мрака. — Не каждый наследник понравится Трону. — Но есть и сильнейший, — Тот, Кто Хранит скривился, и это было видно лишь по скривлённым тонким губам. — Я боюсь, что рано или поздно, этот наследник найдёт путь до Трона. — Ты преувеличиваешь свою тревогу. До Трона не добраться из Атоль. Мужчина хмыкнул и неожиданно поморщился, прислонив ладонь к правому глазу, тихо шипя от боли. Та, Кто Видит встала из кресла и положила руку ему на плечо. — И всё-таки, что с тобой происходит? — спросила она. — Просто… магическое истощение, — шумно вдохнул через нос он. — Не обращай внимания. А сейчас я должен уйти, — он встал и поспешил выйти из помещения. Девушка проводила его взглядом, а после посмотрела на Таго, вытянувшегося у очага. Кот мурлыкнул, поднялся и потёрся о её ноги. — Вернись к нашей подруге, посмотри, чем она занята, — скомандовала она. Зверёк сощурился, а после скрылся с глаз.
