Кодекс чести и свободы

Дилюк Рагнвиндр с малых лет не отличался осторожностью: то гроздья винограда подавит, то в процессе тренировки увлечётся и подожжёт что-нибудь, а то и уронит что-нибудь, выдавая с поличным отцу или горничным. Мастер Крепус ругал его, не сильно и скорее просто для вида, но при этом вздыхал, что в разведку его с таким-то талантом не возьмут. После выслушивания всей тирады отца, Далюк, конечно, страшно дулся, хотя и понимал, что отец дело говорит. В конце концов рыцарю важно быть осторожным.       Чем старше он становился, тем меньше на винокурне становилось раздавленного винограда, а на тренировочной площадке отныне не стояли вёдра с водой и песком. Однако менее осторожным Дилюк Рагнвиндр не стал, скорее даже наоборот. Став рыцарем, он кидался в самое пекло, подставлял себя под удар, а потому после своего подвига неуклонно оказывался в Соборе.       — Ты должен быть осторожнее!       Кэйа, нахмурив брови, смотрел на распластавшегося по соборной койке Дилюка. Чтобы казаться более серьёзным, он даже снял повязку, сменив образ пирата на грозного рыцаря. Он расхаживал по комнате, активно жестикулируя руками.       — А сам-то! Ты же знаешь, что я не могу прекратить делать это! Пострадало бы много людей… Ай!       Альберих шлёпнул его повязкой по наспех забинтованный ноге.       — Я попрошу проверить ещё и твой слух. Я не говорю тебе прекращать помогать людям! Я говорю тебе, что ты должен быть осторожнее, дурень! — он сложил руки на груди, — Вот уедет Сесилия в Сумеру, кто будет тебя выхаживать, а? У нас нет такого же чудо-доктора, как в Лиюэ, только сёстры, у которых и без тебя забот хватает! — будто в подтверждение его слов, за стеной слышится чей-то кашель. — И от…кхм… и мастера Крепуса заставляешь нервничать, герой.       Дилюк уж слишком сильно хотел ему возразить. У самого вся рубашка и брюки в крови, да в порезах, а он стоит и ещё старшего отчитывает.       — И мне опять за тебя подписывать отчёты! — он отворачивается, — Ты просто будь осторожен, не добавляй другим работы.       Рагнвиндр слабо улыбнулся. Он хотел сказать что-то ещё, но дверь со скрипом приоткрылась, и в палату заглянула светлая макушка. Спор между братьями моментально прекратился. Маленькая девочка слегка смутилась, когда на неё обратили внимание, но собравшись с силами, прошла внутрь, пряча что-то за спиной.       — Это вам!       Кэйа хохотнул. Малышка протягивала свежую траву-светяшку, всё ещё излучающую неяркий свет, с повязанной на стебле красной лентой. Должно быть она очень спешила сюда, поскольку бант на ленточке был слабоват и казалось, что вот-вот распустится.       — У тебя уже появился верный фанат, — Дилюк аккуратно покрутил в руках цветок, прежде чем поставить его в вазу. — Золотце, а не подскажешь, где твоя сестрица?       Девочка сложила руки на груди и сделала очень серьёзное, насколько позволял ей возраст, лицо.       — Сиси́ скоро придёт, она разговаривает с господином сенешалем. Но не говорите ей, что я была здесь, я должна была писать строчки с сестрой Розарией, — она нахмурилась. — И мне лучше уйти до её прихода… Будьте осторожней, сэр Дилюк!

***

Разумеется Дилюк не стал осторожным даже с возрастом.       Рагнвиндр просто не мог не полезть в это дело и случайно не попасться в поле зрения случайных прохожих. Хуже всего, что он даже не допустил возможности встретить в поздний час ночи кого-то кроме патрульных.       — Будьте осторожны в следующий раз, мастер Дилюк. Мы ведь оба не хотим, чтобы началась охота за тенью.       — Совершенно не понимаю, о чём идёт речь, сэр Кэйа.       Разумеется он всё прекрасно понимал, просто не хотел нарушать конспирацию. Возможно, позже им всё же нужно будет поговорить в более приватной обстановке, но не точно не сейчас. К сожалению, единственное, что не работает на него это время, которого, судя по словам Альбедо, может быть очень мало.       — Ах, да, вы же не в курсе! Прошу прощения, всё время забываю, что вы теперь обычный гражданский, — Кэйа притворно ахнул. — Сегодня кажется удачный день для рыцарей. Нашлись свидетели по недавнему делу, говорят вчера видели убийцу. Тёмную фигуру. Ночью. На крыше.       В глазах Дилюка всего на секунду промелькнуло удивление. Очевидно, что Альберих был прав, и он совсем забыл о возможных пьяницах на улице. В конце концов, таверн в Монде было больше двух, просто они были менее известны и… чисты. Рагнвиндр не учёл этого факта и попался. Тем не менее это всё ещё были просто пьяницы, да и Дилюк догадался не прыгать по крышам в своей обычной одежде (слава Барбатосу!).       — Надеюсь, вам поможет эта информация в вашем расследовании.       Нисколько не поможет, и все рыцари прекрасно знают об этом, даже без знания личности Полуночного героя. Столько лет защищал город, а тут раз и решил вырезать парочку рыцарей. Ну а что, мало ли перепутал с хиличурлами? Бред же ведь полный получается!       — А мы-то как надеемся! — язвительно ответил капитан, косясь в сторону зевак, — Можете положиться на доблестных рыцарей Ордо Фавониус, мастер Дилюк, мы найдём виновного в кратчайшие сроки.       По крайней мере он хотел в это верить. Дело с чёрным огнём было проще, чем обычное убийство. Впрочем, если вся следственная группа во главе с Альбедо уверена, что это не просто обычное убийство, то значит это действительно так и есть, а значит они в полном дерьме. Серийные убийства редкость для Мондштадта, за всё пребывание Кэий здесь такого не случалось ни разу. Просто убийства, самоубийства, несчастные случаи, захват заложников — всё это было, но чтобы в регионе завёлся маньяк… Даже думать не хотелось о возможных последствиях и панике в городе.       — Полагаю, мои коллеги заждались меня. Хорошей вам ночи, мастер Дилюк, — Кэйа отсалютовал ему, прежде чем поспешил убраться прочь из таверны.       Вечер сегодня был очень нехороший. Ветер был неспокойный. Для середины лета погода была слишком холодной, хотя буквально вчера температура превышала двадцать пять градусов. Он по-детски сморщился, когда ветер взлохматил ему волосы, после чего его лицо снова стало серьёзным. Альберих не был суеверным, но что-то подсказывало ему, что изменение погоды — дурной знак. Всякий раз, когда в Монде намечался шторм, происходило что-то плохое, как его появление в регионе свободы и смерть мастера Крепуса. И это он исключил из списка драконов, коих словно так и тянет к Мондштадту, и Фатуи, умеющих появиться в самый «нужный» момент. Последних, к слову, и так было больно много в городе, а для полного счастья не хватало очередного Предвестника.       Кэйа вдохнул прохладный воздух и потёр виски. Нужно было переходить к делу, а не думать, что может его усложнить, такое, как правило, всегда материализуется. Джинн, да и он, чего греха таить, не переживёт приезд высокопоставленного члена Фатуи, особенно если им окажется кто-то вроде Иль Дотторе, а психов у них полно. Вот к примеру, Одиннадцатый, чего он только не натворил в Лиюэ несколько лет назад, об этом до сих пор всюду говорят. Не дай Архонт, заявится ещё к ним, да воскресит кого. А ни Дурина, ни Урсу, ни тем более Декарабиана им не нужно, даже в более спокойной обстановке.       — Сэр, мы тут!       К счастью, размышления Кэйи об ужасном падении Монда прервала Селин, скромно машущая из-за угла таверны. Она тут же поспешила занять своё место, как только Альберих её заметил.       Место, которое они выбрали, было очень удобным: гражданские сидели в таверне, внизу около ворот стояла Герта и ещё один рыцарь, а стены города тщательно охранялись от лазутчиков. Словом, подслушать вряд ли кто-то смог бы. Можно тихонечко обсудить насущные вопросы, главное не сболтнуть лишнего. Так, на всякий случай.       — Сэр Мак, есть что-то новое по делу? — Кэйа принялся помешивать кофе. — Капитан Альбедо ничего не говорил? Он собирался ещё раз всё перепроверить.       И как бы Альберих не хотел сдвинуть дело с мёртвой точки, он был более чем рад поспать пару часов после ночного дежурства, а не копаться в мусоре. Свежая голова точно также важна для расследования.       — Капитан Альбедо собирался поделиться своими находками на собрании, — рыцарь поставил стакан на стол. — Но боюсь, что ничего хорошего мы не услышим.       Кэйа даже не стал обречённо вздыхать. На что он только надеялся? Дело дрянь: ни свидетелей, ни видимого мотива. Помощь уважаемой госпожи астролога тут бы очень пригодилась, но ей понадобилось срочно ехать в Фонтейн. Впрочем, обвинять в чём-то Мону было бесполезно. Просто так на благо Монда её никто не заставит гадать, а жаль, так раскрываемость дел точно повысилась бы. Однако попасть в немилость звёзд тоже не хотелось бы, проблемы и так не заканчиваются.       — А я опросила господина Шефера, — Селин задумчиво помешивала свой напиток ледышкой. — И ничего нового он мне не сообщил. Всё глухо, капитан, извините. Альберих откинулся на спинку стула, руками массируя виски. Но это ещё было ничего. Если вдруг выяснится причастность Фатуи — это будет последним гвоздём в крышку его гроба. Конфликт регионального уровня — это как раз то, что им сейчас и нужно! В очередной раз хотелось нелестно отозваться о магистре Ордена и его экспедиции, но Кэйа воздержался.       — Я просто надеюсь, что Альбедо хотя бы что-нибудь нашёл.

***

Джинн была вся на нервах. Вот-вот должен был прийти Альбедо, и она очень надеялась на хорошие новости. А в такой ситуации, как у них, единственной хорошей новостью будет то, что это не серия. О, милостивый Архонт, пусть это будет единичный случай… Её уже начинало трясти от ожидания, единственное, что хотя бы немного остужало ей пыл, — успокаивающий чай Лизы.       — Успокойтесь, госпожа Гуннхильдр.       Джинн обернулась на Альбедо, заносившего в кабинет доску и коробочку с мелом. Он всё ещё выглядел немного помятым, но хмурился уже не так сильно, как утром, наоборот улыбался, хотя ситуация совершенно не располагала к веселью.       — Прошу, скажи, что у тебя есть хотя бы какие-нибудь новости, — Гуннхильдр сложила пальцы замочком, выжидающе глядя на алхимика. — Просто скажи: есть или нет.       Альбедо только кивнул, но это заставило Джинн с облегчением выдохнуть. Даже плохие новости сейчас лучше, чем ничего. Она всё ещё чётко помнит дело Эроха, когда было убито несколько рыцарей. Их убили за то, что они воспротивились его порядку, узнали о его предательстве и пытались донести об этом магистру. Это вскрылось только в процессе расследования: пятнадцать жертв за пять лет, и это только те, в которых успели признаться сторонники бывшего инспектора. Семьи погибших до сих пор горюют, но по крайней мере они знают, что стало с их родными… Всего одна мысль о том, что в Ордене могла завестись ещё одна крыса, вызывала волну гнева.       — Уж не об Эрохе ли ты задумалась?       Джинн качнулась от неожиданности. Кэйа всегда умудрялся незаметно подкрасться к ней. Он не желал при этом ничего плохого, просто она была ужасно невнимательна.       — Капитан Альберих, а когда вы научились читать чужие мысли?       Кэйа хохотнул, пожимая плечами.       — У вас по лицу видно, когда вы о нём думаете: по-особенному хмурите брови, а щёки становятся того же цвета, что и волосы мастера Дилюка, — всё ещё посмеиваясь, произнёс он. — Но не будем говорить о вашем лице и мерзком предателе. Полагаю, раз все в сборе, можем начать.       Кэйа окинул взглядом кабинет. В сборе были все четыре человека, что официально ведут это дело. Он подумывал, что было бы неплохо набрать людей из других отрядов, но в такое неспокойное время каждый патрульный был на счету. Вот вернутся Эмбер с Микой и десяток рыцарей из Тернового порта, тогда будет где разгуляться, а пока нужно довольствоваться чем есть.       Альбедо, наконец-то установивший доску, кашлянул, привлекая внимание.       — Я ещё раз осмотрел места преступления, но новости у меня неутешительные. Во-первых, преступник действительно не оставил никаких улик. Ничего банального: ни следа ботинка, ни волоска. Исходя из этого, могу предположить, что работал профессионал. — он отвернулся и принялся что-то писать на доске. — Во-вторых, с огромной вероятностью, второе убийство не было спланировано. Господина Мерца убили жестоко, перерезав горло. Господина Шефера также ранили в область шеи, однако это не всё. На его голове была рана от удара, и вполне возможно, что причиной смерти послужила именно она.       — Похоже, что бедняга Йорг просто оказался случайным свидетелем, — Мак, тяжело вздохнув, потёр переносицу.       Альбедо, посмотрев в пол оборота на коллег, кивнул и продолжил дальше что-то чертить. На доске вырисовывалась таблица с жертвами, свидетелями, коих не было, подозреваемыми и теми у кого есть стопроцентное алиби. Последних, как думалось Кэйе, было довольно много, поэтому вносить в таблицу каждого по отдельности было бы затратно.       — В-третьих, подозреваемого, кроме, простите Джинн, Полуночного героя, у нас нет. Опрос родственников ничего не дал, как и некоторых их знакомых. Все утверждают практически одно и то же, но это не похоже на сговор. Насколько я могу судить, они искренне не понимают за что могли убить господина Мерца и господина Шефера, — алхимик обернулся к остальным, сложив руки за спиной, вид у него был серьёзный. — Я также полагаю, что убийцы среди них нет.       В кабинете воцарилась тишина. Альбедо вовсе не ошарашил их новостями, к сожалению, отсутствие информации было ожидаемо. Все присутствующие принялись как следует обдумывать слова алхимика. Джинн всё время косилась в сторону Кэйи, словно ожидая, что вот-вот он скажет, что всё это крайне неудачная шутка и у них есть не только подозреваемые, но и имя убийцы. Однако Альберих молчал, задумчиво вглядываясь в начерченную таблицу.       — Вы можете не слушать старика, но я считаю, что из списка потенциальных убийц можно сразу вычеркнуть Фатуи, — после паузы первым заговорил Мак, — Они лишились покровительства и пока не обзавелись новым начальством. Очень сомневаюсь, что кто-то отдал им приказ убить двух молоденьких рыцарей. По слухам, не все Предвестники поощряют грязную работу, а за самодеятельность их вряд ли погладят по головке.       Селин, до этого молча что-то записывающая в свой блокнот, на слова Мака сильно нахмурилась.       — Извините, не соглашусь с вами, сэр Мак. Для Фатуи это возможность проявить себя, показать на что они готовы пойти ради своих целей. Доктор, как я помню, такие методы работы как раз очень даже поощряет, — Леманн положила руки себе на колени. — А с учётом его заинтересованности Мондштадтом и недавними событиями в Сумеру, вполне возможно, что часть Фатуи отдадут под его крыло… — на секунду она замолчала, обдумывая, что ещё сказать, — Плюс, в пользу Фатуи вот ещё что: в последние две недели они стали всё активнее на Драконьем хребте, собираются отряды с нескольких лагерей.       Джинн помрачнела, как только речь коснулась Доктора. Его последний визит в Мондштадт знатно всем потрепал нервы, а кому-то вскрыл старые раны. Гуннхильдр временами задумывалась о том, что же случилось с бедными детьми, которых всё-таки успели забрать солдаты Дотторе, несмотря на то, что она зареклась не делать этого. Мысли об этом выбивали из колеи на весь день. Это не могло не вызывать печали и гнева, не тогда, когда речь шла о пытка и опытах над маленькими детьми. Самое ужасное было то, что познакомившись с Коллеи, Джинн поняла, что это не просто беспочвенные слухи.       — Пока мы не будем отметать версию с Фатуи, но… — Джинн замолчала, тщательно обдумывая то, что хочет сказать. — Пожалуйста, не лезьте к ним. Кэйа в особенности это касается тебя. Мы ничего не можем предъявить им, не сейчас. Просто наблюдаем издалека.       — Шпионим, то есть?       — Да! То есть, нет. Просто при случае незаметно наблюдаем за ними. В конце концов, сэр Мак может оказаться прав.       Альберих кивнул своим мыслям. Так-то они, может, и правда ни при чём, но то, что упомянула Селин о Драконьем Хребте, всё равно вызывает поводы для беспокойства. Поручить бы кому проследить, что да как, но всё упирается в нехватку рук. Впрочем, всегда можно оставить поручение кое-кому из Гильдии, хоть это и рискованная затея.       — Капитан Альбедо, есть что-то ещё? — спросил Мак.       — На данном этапе расследования — это всё, — Альбедо отошёл чуть в сторону, демонстрируя таблицу, состоящую чуть ли не полностью из знаков вопросов. — Мои самые страшные подозрения, что в городе объявился маньяк: псих и профессионал. Но пока второго убийства не состоялось, рано об этом говорить. Сегодня мы с Селин доопрашиваем рыцарей, которые точно были в городе в ночь убийства. Боюсь, при нынешних обстоятельствах это всё, что мы можем сделать.       Джинн глубоко вздохнула и опустилась на диван рядом с Кэйей. Не будь это официальным собранием, непременно положила бы голову ему на плечо и дожидалась бы утешающих поглаживаний по руке.       — Значит всё, что нам остаётся — это ждать.