Я обязательно должен написать твой портрет, Пак Чимин

Сеул накрыла ночь, тяжёлая и душная, как мокрое одеяло. В подвальной комнате Чимина горела тусклая лампочка под потолком, бросая на стены длинные, дрожащие тени. На полу стояла собранная сумка — старая, потрёпанная, с разошедшимся швом на боку. Рядом лежал конверт с билетом до Пусана и пачкой наличных. Чимин сидел на краю кровати, сжимая в руках телефон. Экран был тёмным. Он не мог заставить себя позвонить Чонгуку. Что он скажет? «Прости, я ухожу, потому что иначе тебя убьют»? Или «Забудь меня, я чудовище»? Любые слова казались фальшивыми и жалкими. Он вспомнил их последний разговор. Удар кулаком о стену. Крик. «Уезжай отсюда! Забудь меня!». Он хотел причинить Чимину боль, чтобы тот сам оттолкнул его, чтобы не пришлось смотреть в эти глаза, полные обиды и непонимания. План сработал слишком хорошо. Теперь тишина в комнате давила на уши. Он был один. Совсем один против долга, прошлого и людей, которые не знали слова «нет».

***

В десяти минутах ходьбы от дома Чимина, в тёмном переулке между двумя забегаловками, стоял неприметный чёрный седан. Внутри сидели двое: водитель и пассажир на заднем сиденье. Пассажир — Мин Юнги — смотрел на экран ноутбука, где транслировалась картинка с камеры наблюдения, установленной напротив подъезда Чимина. — Объект дома, — сухо доложил он в гарнитуру. — Свет горит. Сумка собрана, судя по силуэту в окне. Из динамика донёсся спокойный голос Ким Тэхёна: — Хорошо. Клиент уже в пути. Как только объект выйдет — веди его до места встречи. Не светись. Юнги кивнул, хотя собеседник этого не видел. — Понял. Конец связи. Он закрыл ноутбук и откинулся на спинку сиденья. Ему было всё равно на любовные драмы богатых мальчиков. Его работа — информация и контроль. А завтра утром на его счёт упадёт круглая сумма за «деликатную услугу».

***

Чонгук не пошёл домой. После того как он изорвал портрет Чимина в парке, ноги сами принесли его к колледжу. Он бродил по пустым коридорам, пахнущим краской и скипидаром, и пытался найти ответы там, где их не было. В два часа ночи он понял, что не может больше находиться в четырёх стенах. Город звал его, манил неоновыми вывесками и обещанием забытья. Он снова оказался в парке. Скамейка была мокрой от росы. Чонгук сел, не обращая внимания на холод и сырость. — Ты идиот, — прошептал он своему отражению в тёмной воде пруда. — Ты поверил ему. Поверил, что ты ему дорог. Внезапно в кармане завибрировал телефон. Сердце пропустило удар. На экране высветилось имя: Пак Чимин. Палец завис над кнопкой «принять». Чонгук смотрел на имя, и внутри боролись ярость и тоска. «Не отвечай», — твердил разум. «Это твой единственный шанс всё узнать», — шептало сердце. Телефон замолчал. Звонок сбросили. А через секунду пришло сообщение: «Прости меня за всё. Не ищи меня.🖤 П.» Чонгук перечитал сообщение десять раз. Короткое, холодное прощание. Без объяснений. Без надежды. Он сжал телефон так, что пластик заскрипел. — Нет, — процедил он сквозь зубы. — Я найду тебя, Чимин. Чего бы это ни стоило.

***

На следующий день, ближе к вечеру, Чимин вышел из подъезда. На нём была та же старая куртка, капюшон надвинут на глаза. В руке он нёс ту самую потрёпанную сумку. Он шёл быстро, не оглядываясь по сторонам, словно боялся передумать, если замедлит шаг. Юнги тронул водителя за плечо: — Поехали. Держи дистанцию. Седан бесшумно выехал из переулка и влился в поток машин, держась в паре кварталов позади пешехода. Место встречи находилось в районе Каннам, в неприметном здании с вывеской «Частный клуб». У входа стоял охранник в чёрном костюме. Чимин остановился перед дверью, чувствуя, как ледяной ужас сковывает движения. «Один вечер», — повторял он про себя слова бандита. «Один вечер — и ты свободен». Он сделал глубокий вдох и толкнул тяжёлую дверь. Внутри было темно и пахло дорогим парфюмом и сигарным дымом. Его встретил администратор — безупречно одетый мужчина с вежливой улыбкой акулы. — Пак-сси? Вас ждут наверху. Лифт поднял их на последний этаж. Двери открылись в просторный холл с панорамными окнами на ночной город. Администратор указал на массивную дубовую дверь: — Прошу вас. Чимин вошёл один. Комната была обставлена с кричащей роскошью: бархатные портьеры, антикварная мебель, камин с живым огнём. У окна стоял высокий силуэт в дорогом костюме. Он медленно повернулся на звук шагов. Свет от камина упал на его лицо, высветив идеальные черты и холодную усмешку на губах. Это был Ким Тэхён. Чимин застыл на пороге как вкопанный. — Ты?.. — выдохнул он. Тэхён улыбнулся — широко и хищно. — Здравствуй, Пак Чимин-ши. Или мне называть тебя... по-другому? Я так долго ждал нашей встречи без лишних ушей. Он щёлкнул пальцами, и из-за портьеры бесшумно вышли двое громил, встав у двери, отрезая путь к отступлению. Тэхён подошёл ближе, окинув Чимина оценивающим взглядом с головы до ног. — Теперь мы можем поговорить начистоту о том, почему ты должен исчезнуть из жизни моего Чонгука навсегда.