Узник Ледяной Короны

      В мрачной и тёмной пещере, находящейся в ущелье между голых скал, над каменным алтарём клубились облака бурого дыма, прорезаемые редкими алыми всполохами разрядов молнии. Вокруг белоснежного восьмигранника, похожего на выточенный из кости неведомого гиганта цилиндр, тут и там в беспорядке лежали останки животных и разумных существ, на которых явственно виднелись следы клыков и когтей.       Вот облако вспыхнуло особенно ярко, а затем рассеялось, позволяя странному даже на первый взгляд существу, тело коего сформировалось буквально мгновения назад, приземлиться на верхнюю поверхность алтаря и осмотреться холодными красными глазами. Губы существа скривились в недовольной гримасе, грифонья рука сжалась в кулак, а львиная выпустила когти, начав перебирать пальцами в воздухе…       — Ненавижу, когда такое случается, — резко выпрямившись, оказавшись довольно высоким (с непропорционально длинным телом), разумный сошёл с алтаря и, не обращая внимания на попадающиеся под ноги кости, направился к виднеющемуся вдали выходу. — Сомбра, не мог уничтожить эту стекляшку? Где кристалийцы её, вообще, прятали… и почему эквестрийцы не нашли? Столько усилий и всё алмазной шавке под хвост.       На последних словах длинный драконий хвост, стелившийся по земле позади хозяина, дёрнулся, врезаясь в одну из стен и оставляя внушительную вмятину. Между оскаленными клыками проскользнул кончик раздвоенного языка, который попробовал на вкус воздух и вновь скрылся в вытянутой пасти…       — Я этого так не оставлю, — пообещала часть силы той, что вечно жаждет беспорядков и раздора, через конфликты и вражду наполняя мир страданиями и злобой, дабы освободить из более чем тысячелетнего заточения свою основу, чтобы вновь погрузить большую часть континента в царство вечного хаоса. — И на этот раз меня ничто не остановит… Муа-ха-ха-ха-ха!       Щелчок пальцев и магическая вспышка на миг поглотила силуэт химеры, чтобы вместо неё оставить высокого и широкоплечего немолодого грифона, облачённого в чёрную шинель, украшенную символами расправившего крылья орла. Ещё один щелчок… и в руках грифона появляется фуражка с небольшим козырьком, тут же надетая на голову, дабы скрыть в тени хищный блеск красных глаз.       Сейчас, после того как предыдущая его оболочка, созданная из магической псевдоплоти, что не выдержала удара Кристального Сердца и испарилась без остатка, была безвозвратно потеряна, а разум немного прояснился от болезненного перерождения, он видел некоторую свою поспешность в действиях против Кристальной Империи. Против него сыграло то, что несколько долгоиграющих замыслов оказались разрушены, да и косность мышления долгожителя, вынужденного импровизировать прямо на ходу, лишала гибкости в нахождении решений задач. Впрочем, далеко не всё было столь уж плохо: отношения между королевствами если и не разрушены, то уж точно лишены теплоты и доверия, да и новоявленная королева, уже несколько раз столкнувшаяся с влиянием на разумы своих сторонников, начнёт принимать непопулярные меры…       «Как же жаль, что я не обладаю всеми силами основы. Мне бы тогда точно не пришлось бы идти столь заковыристыми путями и использовать короткоживущих слуг», — выйдя под открытое небо, по которому плыли грязно-серые облака, предвещающие скорый дождь, новоявленный грифон расправил крылья и взмахнул ими, дабы в два рывка вылететь из ущелья и оглядеться, чтобы определить нужное направление.       …Даин и выделенные ему артефакты были потеряны, чейнджлинги тоже теперь не представляли ценности, но прямо сейчас в империи Грифонстоун тлели угли заговора, готовые вспыхнуть пожаром революции. И пусть грифоны не владели магией, как пони, не умели создавать магическую вязь, как степные кочевники, уступали пегасам в управлении погодой, не ведали друидизма… но зато именно они сейчас находились на вершине в деле изготовления оружия. И если всё правильно рассчитать, то Гровер Пятый погибнет во время штурма императорского дворца, а его сын сбежит в Эквестрию вместе со своими приближёнными, что даст формальный предлог для объявления войны большому и мягкотелому соседу.       «И магией их задавить не удастся — не даром я спонсировал Тёмный Совет, собирающий изгоев и отщепенцев, владеющих тёмными искусствами на сколь-нибудь достойном уровне», — уголки рта крылатого хищника приподнялись, выдавая его предвкушение грядущего развлечения, любой из исходов коего сыграет ему на руку.       …Ну а если грифонов для освобождения основы будет недостаточно, то совсем скоро вернётся Найтмер Мун, готовая потрясать основы покоя и порядка. Вряд ли она одолеет Селестию, всё же невзирая на размеренный образ жизни в последние века белошёрстая сладкоежка не забывала о саморазвитии, да и на её стороне немало могущественных индивидуальностей, но сам факт этого события позволит всколыхнуть религиозных зебр. Ну а полосатые дикари, всё ещё живущие по законам племён, невзирая на технологическое и экономическое развитие, не заставят себя ждать с ответом…       «Может быть всё же не стоит отмахиваться от чейнджлингов? С новой королевой они могут стать полезны в плане разведки для любой из сторон… В ту же Кристальную Империю их можно попробовать отправить: своей-то тушкой я рисковать более не намерен. Кто знает, сколько времени потребуется на следующее возрождение», — пообещав себе подать идею Тёмному Совету, тень воли величайшего из когда-либо существовавших в этом мире правителей ускорился, желая пораньше прибыть в расположение своих «союзников».       С неба тем временем начали падать капли дождя, а где-то среди грязно-серых туч прозвучал раскатистый удар грома. Мир вновь приближался к распутью, за которым могло продолжиться относительное процветание большинства, либо же начаться жестокое кровопролитие, целью которого не было чьё-то поражение, а лишь сам процесс, должный затянуться на долгие годы вперёд.                   ***       — Госпожа, мне кажется… что трогать личные вещи древнего тёмного мага — это не лучшая идея, — заявила Блэк Роуз, стоя позади и правее своей подопечной, которая стояла перед книжным стеллажом и водила указательным пальцем правой руки вдоль ряда фолиантов в чёрных обложках.       — Это же просто книги, — вздохнула Шэдоу Фловер, которой уже за первую пару часов надоело разглядывать голые кристальные стены убежища, освещаемого угрожающим алым сиянием вставленных в потолок пирамидок.       — Книги, написанные на незнакомом вам языке, — напомнила телохранитель, в любой момент готовая перехватить подопечную и отбросить её назад, если вдруг в магическом фоне появится мельчайшее искажение. — Я сомневаюсь в том, что тут имеется самоучитель языка, или же книга с картинками, поясняющая что-либо интересное…       — И очень зря, — усмехнулась принцесса бэтпони, ловко выудив с полки приглянувшийся томик, на первый взгляд напоминающий книгу проклятий, но оказавшийся сборником сказок в картинках, изображённых на листах тонкого гибкого кристалла, похожего на современную глянцевую бумагу, производимую в Эквестрии. — Что ты на это скажешь?       — …Это необычно, — после непродолжительного молчания изрекла воительница. — Зачем Сомбре держать в своём тайном убежище подобное?       — Может быть, в глубине души он — добрый жеребёнок, который верит в сказки и ждёт, пока придёт принцесса и спасёт его из тёмной башни? — хихикнула Фловер, заправила за ухо прядку гривы и погрустневшим тоном добавила: — Только вот у меня со спасеньем всё довольно плохо.       — Госпожа, вы не должны себя винить, — Блэк Роуз приблизилась к подопечной и осторожно положила ладонь на её плечо. — Принц Али любил вас и сделал свой выбор без сомнений. И он был бы рад узнать, что с вами всё хорошо, а ваши народы наконец-то заключили полноценный мир.       — Ещё скажи, что он был бы рад узнать, что я сама обещала себя в жёны другому, — фыркнула Шэдоу, перелистывая страницы ярких сказок, время от времени задерживая взгляд то на одной, то на другой иллюстрации.       — Учитывая, что вы сделали это ради защиты сестры… — начала было телохранитель, но сама себя прервала, после чего заявила твёрдо: — Он бы точно не хотел, чтобы после его жертвы вы остались незамужней девой, всю жизнь скорбящей о несбыточном. Чего-чего, но вот такого принц Али точно не заслуживает.       — Знаешь… в чём-то ты пра-а-ва, — широко зевнув, прикрыв рот ладошкой, красногривая перепончатокрылая летунья начала отчаянно моргать, стараясь избавиться от ощущения песка под веками. — Кажется, я поняла, зачем тут эти книги.       — Правда? — изобразила интерес седая кобыла, чтобы в следующую секунду подхватить на руки начавшую оседать подопечную, выронившую томик сказок на пол.       — …Очень хочу спать… и в туалет, — пожаловалась принцесса.       — Проклятье… — опустив засыпающую молодую кобылку на пол, Блэк Роуз вытащила шёлковый платок и, открыв книгу на произвольной странице, провела им по рисунку, после чего поднесла ткань к глазам. — Я очень надеюсь, что это не что-то смертельное… И надеюсь, что Сомбра скоро вернётся.       Подозрительное урчание живота сладко сопящей Фловер заставило её защитницу откинуть все посторонние мысли и, подхватив принцессу на руки, бежать в место указанное как уборная. Мысленно она костерила свою ошибку (очередную), непоседливость подзащитной и паранойю одного древнего мага, обработавшего страницы книги сказок какой-то прозрачной отравой в виде мелких кристалликов.       …В конце концов, ни воительница, ни принцесса не были знакомы с методами преподавания кристальных магов, прививающих своим подопечным в первую очередь осторожность и подозрительность буквально ко всему. Ведь куда нагляднее становится пример, полученный на личном опыте, нежели сотня повторений одних и тех же слов, постепенно превращающихся в бессмысленную мантру.                   ***       Просто лежать на кровати, держа в объятьях красивую представительницу своего вида, с хмурым подозрением взирающую на меня из-под полуприкрытых век — это ли не счастье? Тем более, что разборки, связанные с моими свершениями во время незапланированного отпуска, произошли в царстве снов и ничем опасным на моей физиомордии не отразились.       — Значит… это был не сон, — констатировала Рэдиэнт, не спеша от меня отстраняться, как и совершать какие-либо резкие действия.       — Значит — да, — отвечаю спокойным и уверенным тоном.       — Стало быть… это ты убил Даина и положил начало ССР? — вновь задала вопрос Хоуп.       — Стало быть — так, — слегка киваю. — Хотя о том, что такое ССР, мне неведомо.       — Стало быть… ты побывал в плену у чейнджлингов, освободил их невольников, а потом оставил их в городе степняков? — проигнорировав моё уточнение, фиолетовая единорожка продолжила допрос.       — Стало быть… оставил, — после этих слов мне стало как-то неловко, ведь с момента своего поспешного отбытия, я о них если и вспоминал, то вскользь.       «С другой стороны, а почему должно быть иначе? Мавр сделал своё дело; Мавр может уходить», — заткнув свои совесть и чувство ответственности таким образом, вопросительно выгибаю брови.       — Стало быть… ты в городе верблюдов и беженцов из Эквестрии остановил гражданскую войну и нашёл себе кобылку помоложе? — взгляд целительницы стал подозрительно ласковым, а ладошка, лежащая у меня на груди, напряглась.       — Не то чтобы нашёл, — вздыхаю, выигрывая себе несколько секунд на размышления. — Там сложная история с честью, долгом и прочими воинскими атрибутами. Если бы я отказался, то стал бы врагом для только что спасённого клана. Но… пока я — учитель Фловер, брак можно откладывать вплоть до бесконечности.       — И ты готов разрушить жизнь молодой и наивной кобылки, которая доверилась тебе и полностью от тебя зависит, при этом не имеет права даже посмотреть в сторону другого жеребца… ради меня? — в этот раз слова прозвучали крайне неоднозначным тоном, из-за чего и ответ дать было заметно сложнее.       «Как там сказал папа Дяди Фёдора? «Этого кота я впервые вижу». Так, вроде бы», — приподняв уголки губ, молча киваю.       — И не думай об этом, — сжав пальцы в кулачок, фиолетовая единорожка стукнула им мне по рёбрам. — Раз уж так получилось, то ты женишься на ней… и чем раньше — тем лучше.       — Э-э-э… В смысле? — удара я почти не почувствовал, но вот услышанная фраза произвела эффект оглушения (и временного оглупения). — Рэдиэнт, я вообще-то…       — Ну? — нахмурилась Хоуп, приподнявшись на локте. — Что ты?..       «Хитрая ты пони, подруга дней моих суровых. Ну да не выйдет: я уже давно не школьник с их комплексами… или их полным отсутствием», — обхватив пискнувшую кобылку ладонями за бока, с некоторым усилием приподнимаю и усаживаю на свой живот.       — Я тебя люблю, — констатирую твёрдым уверенным голосом. — А вот к своей новоявленной ученице испытываю совсем не те эмоции.       — Я рада, что ты это сказал, — сменив гнев на мягкую улыбку, Хоуп поёрзала на мне, устраиваясь поудобнее, а затем ткнула указательным пальцем мне в нос и заявила: — Но жениться тебе, Сомбра, всё равно придётся. Союз с Городом Двух Султанов нам будет совсем не лишним, а брак позволит сделать его достаточно прочным.       — …Эх. Не успел вернуться, а меня уже используют в политике, — горестно закатываю глаза. — И когда ты успела стать такой?       — Вскоре после твоего исчезновения, — фиолетовая единорожка улеглась на меня сверху, скрестив руки под подбородком. — Так что — принимай ответственность. И — нет: ревновать я не собираюсь. Не маленькая уже.