Надежды судьбы

      Скарлетт поднялась на крышу одного из домов из красного кирпича. Подсвеченный золотыми лучами, город завораживал. Огромный, веселый, кипящий, словно бушующий океан. Пахнущий алкоголем, свободой и травами, развешанными в «ведьмовских» магазинчиках. Город гулен. Город суеверных. Город мертвых. Город магии. Город-полумесяц. Скарлетт явственно ощущала энергию ведьм. Живых и мертвых. Чувствовала десятки… нет, сотни вампиров и стаю далеких оборотней. Все четыре клана соседствовали в этом странном городе, и каждый стремился занять более выгодное положение по отношению к другим. Среди всех этих энергий Скарлетт безошибочно выделяла одну. Сильную, особенную, бесконечно привычную. Она шла на нее, как мотылек на свет.       Клаус говорил с двумя вампирами не самой привлекательной внешности. Татуированные, с кучей пирсинга в носу, губах, бровях и ушах. Скарлетт поморщилась, разглядывая их самодовольные лица. Да, с таким же успехом моська бросалась на слона. Устав играть в дипломатию, вампиры мотнули головами, и из-за углов выступили их собратья. Уже вечерело, высокие здания бросали тень на дорогу, позволяя им передвигаться по улице. Десятки вампиров окружили Клауса. — Шакалы, — презрительно фыркнула Скарлетт, глядя, как Майклсон сносит головы первых вампиров. Остальные с рычанием бешеных животных бросились вперед, неизменно терпя неудачу. Кровь обагряла дорогу и стены домов, мертвые тела лежали кучей рядом с вырванными органами. Но вампиров становилось лишь больше. Двое схватили Клауса за руки, а третий несколько раз с размаху ударил его кулаком в лицо. Зарычав, Майклсон вырвался из хватки и в один момент вырвал всем троим сердца. На него тут же бросилась девчонка с белыми волосами. Скарлетт цокнула языком и взмахнула рукой. Резкий порыв ветра отбросил ее волосы назад. Она сжала пальцы в кулак, глядя как вампиры падают на колени, задыхаясь и с хрипом пытаясь разодрать кожу на горле. Дернув запястьем, она прищурилась, с отвращением наблюдая, как вампиры начали кашлять кровью. — Поставить их на колени перед истинным королем оказалось проще простого, — насмешливо сказала Скарлетт. Клаус поднял голову, сталкиваясь с ней взглядом и улыбаясь. — Довольно, любовь моя. Они наверняка усвоили урок. Пожав плечами, Сальваторе разжала кулак, и вампиры захрипели, судорожно хватая воздух. — Проваливайте к своему хозяину, — приказал Клаус, и всех их как ветром сдуло. Скарлетт улыбнулась ему, и Майклсон подошел ближе, раскинув руки в стороны. — Прыгай. Она сделала шаг, и все внутри подхватилось, когда тело потеряло опору. Несколько секунд полета, и крепкие руки прижали ее к себе. — Добро пожаловать в Новый Орлеан, любовь моя, — подмигнул Клаус, целуя ее. — Скучала по мне? — Ну вот еще, — фыркнула Скарлетт, взяв его за руку и переплетя пальцы.       Они неспешно шли по людным улицам Нового Орлеана, и Клаус рассказывал о том времени, когда его семья была счастлива в этом городе. Он помнил историю многих домов и ресторанов, говорил о ведьмах Французского квартала и о знаменитом кладбище. — Мне нужна некая Джейн-Энн Деверо. Именно она замышляет против меня заговор, — сказал Клаус. — Откуда ты узнал? — Кэтрин сообщила мне в письме, — ответил Клаус. — Кэтрин?! — Скарлетт округлила глаза, но Майклсон оставил ее восклицание без ответа, продолжив предаваться воспоминаниям о днях давно минувших. Больше всего он вспоминал о доме, который построил для своей семьи и который теперь был занят. Они остановились у симпатичного особняка, когда уже совсем стемнело и зажглись фонари и яркие гирлянды. С наступлением ночи город стал еще более шумным и оживленным: люди спешили в бары, туристы шли на поздние экскурсии, а создания ночи, вампиры, выходили на охоту. — Этот дом раньше принадлежал губернатору Нового Орлеана. Он закрывал глаза на наши… развлечения. За это получал мешочки с золотом. Придется осесть здесь, пока я не заберу наш настоящий дом. Скарлетт похлопала Клауса по плечу: — Ладно. Место не столь важно. — Нет. Это очень важно. Я и моя семья должны жить в лучшем доме. В нашем доме, который Марсель себе присвоил, — прорычал Майклсон. — Хорошо, тогда ты заберешь его, — улыбнулась Скарлетт, и его взгляд смягчился. — Я собираюсь встретиться с Марселем. Но ты останься здесь. — Почему? — Это может быть небезопасно. — Для кого? М? Небезопасно для кого, Клаус? — резко спросила Скарлетт. — Я пойду с тобой. Если так беспокоишься о моей безопасности, то стоило оставить меня в Италии, потому что здесь ты не сможешь запереть меня в «замке». Майклсон скрипнул зубами, с явным недовольством посмотрев на нее, но потом медленно кивнул и жестом пригласил следовать за ним.       Идти пришлось недолго. Скарлетт окинула взглядом огромный особняк с белыми стенами и массивными колоннами. У подъездной дороги росли высокие деревья с густыми кронами, из-за закрытых дверей доносился смех и музыка. — Это и есть тот дом? — спросила Скарлетт. Клаус не ответил, но по тому, как в отвращении дрогнули его губы, поняла, что ее догадка верна. Майклсон быстрым шагом направился к особняку и буквально взлетел на крыльцо, желая как можно скорее увидеть Марселя или просто оказаться внутри дома, который был так для него важен. Скарлетт молча последовала за ним.       Вампиры. Вампиры. Вампиры. Каждый угол особняка был пропитан их энергией, и, едва переступив порог, Скарлетт поняла, что смущало ее с самого момента ее появления в Новом Орлеане. Она ни разу не ощутила колдовства. Как будто ведьмы вообще не пользовались здесь магией. — Клаус, мой старый друг, куда ты пропал! — раздался бодрый голос, перекрывший музыку. Скарлетт прищурила глаза, разглядывая «короля» Нового Орлеана. Высокий, широкоплечий. Черная кожа была гладкой, бархатной, темные глаза смотрели внимательно и настороженно. Он дружелюбно улыбнулся, обнажив белоснежные зубы и отсалютовал стаканом с алкоголем. — Марсель… — протянул Клаус, и в его голосе прозвучали враждебные нотки. Ощутив знакомую энергию, Скарлетт подняла голову и столкнулась со взглядом Элайджи, притаившегося на втором этаже. Он приложил палец к губам, призывая к молчанию, и Сальваторе кивнула, вернув внимание к Клаусу и Марселю. — Кто-то тебя разозлил… Чем я могу помочь? — Можешь рассказать, как ты контролируешь ведьм в квартале, — рыкнул Клаус. Скарлетт прикрыла глаза, чтобы никто не увидел вспышку янтаря. Сукин сын. Он знал, что ведьмы не используют магию, но ничего не сказал. Почему? Еще одна догадка неприятно кольнула ее. Кажется, Клаус не первый раз за долгое время видит Марселя… Когда они виделись? Когда он прибыл в город? Что у него были за дела? И почему те вампиры напали на него и хотели отвести к Марселю? Количество вопросов увеличивалось в геометрической прогрессии, а вот ответов на них не было. — Это уже мое дело, как контролировать ведьм в моем городе, — хмыкнул Марсель. — В твоем городе? Когда я уезжал, ты был тем, кто дрожал под плетями тех, кто держал тебя на привязи, а теперь посмотрите! Твой город! Принц квартала! Как? — хлестко проговорил Клаус, теряя терпение. — Зачем? — коротко спросил Марсель. Его взгляд потемнел от неприятных слов и дурных воспоминаний, белозубая улыбка увяла. — Завидуешь? Да, ты построил красивый город на месте колонии, но потом ты ушел. Сбежал. А я остался. И теперь вампиры чувствуют себя на своем месте. Я выгнал оборотней. Я сумел заткнуть ведьм! Хочешь уехать — пожалуйста. Хочешь остаться — пожалуйста. Все мое — твое. Но оно мое. Мой дом. Мой город. Мои правила. И я не принц. Я король! Прояви уважение! — И что если кто-то нарушает правила? — угрожающе спросил Клаус. — Смерть. Прощение — удел слабых. Этому же ты меня, — он ткнул себя пальцем в грудь, — научил. И ведьмам здесь не место, — Марсель повернулся к Скарлетт, смерив ее взглядом. — Но раз уж она здесь с тобой, то на первый раз я закрою глаза. — Какое великодушие, — язвительно отозвалась Скарлетт, скрестив руки на груди. — Смерть? — переспросил Клаус и, резко сорвавшись с места, вгрызся в горло одного из вампиров, стоявшего рядом с Марселем и внимательно наблюдавшего за происходящим с видом верного пса. Скарлетт, как и многие вампиры, вздрогнула от неожиданности. Через пару секунд Клаус откинул тело незадачливого парня и вскинул подбородок, с которого стекала кровь. На его губах расцвела злая ухмылка. Вальяжно подойдя ближе, Клаус посмотрел на Марселя и медленно произнес: — Я нарушил твое правило. Меня нельзя убить. И у кого теперь власть, друг? Губы Марселя дрогнули от едва сдерживаемой злости. Несколько вампиров сорвались с места и бросились к Скарлетт, но она махнула рукой, откидывая их в сторону, едва обратив на это внимание. Ее взгляд был прикован к Клаусу, изменившемуся в один миг. Не дожидаясь его, она развернулась и двинулась к выходу, почувствовав, что Элайджа тоже уже ушел.       Клаус догнал ее уже на улице и поймал за локоть. — Выглядишь недовольной, любовь моя, — усмехнулся он. — Точное наблюдение, — холодно ответила Скарлетт, вырывая руку. Перед ними появился Элайджа, безупречный и аккуратный, как и всегда. Скарлетт улыбнулась ему вместо приветствия, Клаус же вскинул брови и хмыкнул: — Какой сюрприз, брат. Пришел донимать меня нравоучениями? Где же наша милая сестра? Отказалась составить тебе компанию? — Да, но она передумает. Своим поступком ты подорвал доверие Марселя, но я улажу это. — Видимо, Ребекка слишком часто получала кинжалом в сердце, — усмехнулся Клаус. — Повод для гордости, — язвительно отозвалась Скарлетт, заставив Клауса нахмуриться. — Насчет Марселя. Мне плевать на его доверие. Я хочу найти Дже… — Джейн-Энн? Пока ты был занят своей злостью, я все узнал за тебя. Ведьма произвела какое-то заклинание, которое в скором времени поможет им привлечь нас на их сторону и освободить от гнета Марселя, за что поплатилась своей жизнью и покоем. Ее сестра Софи готова поговорить с тобой. — Покоем? — переспросила Скарлетт. — Они забрали тело? Элайджа кивнул, и Сальваторе поджала губы. — И что же поможет им привлечь нас? — едко поинтересовался Клаус. — Этого я пока не выяснил. — Так выясни, иначе я убью их всех и не стану разбираться, — отозвался Клаус и на вампирской скорости унесся в неизвестном направлении. — Какого черта происходит? — беспомощно рыкнула Скарлетт. — Я думала, что мы беспечно путешествовали по Европе все три года, но теперь я думаю, что он просто не посвящал меня во многие дела. Потому что это… — Скарлетт взмахнула рукой и в приступе ярости пнула стену дома. — Он не сказал, что уже виделся с Марселем за несколько часов до этого… приступа альфачества. Не сказал про ведьм. Не сказал, куда ездил… Чем ты занимался три года Элайджа? Ты ведь был в Мистик Фоллсе? А Ребекка? А мои братья? Что за письмо от Кэтрин? Господи! Как я могла быть такой слепой и тупой? Чтобы Клаус Майклсон отказался от идей мирового господства? Ага, сказочка для детей. Элайджа положил руку ей на плечо и легонько сжал. — Я все расскажу тебе, но завтра вечером, ладно? Сейчас я поговорю с Марселем и все улажу, потом вправлю мозги Клаусу. — Хорошо, попробуй забрать тело ведьмы. Я прогуляюсь завтра до кладбища и поболтаю с Софи, попробую узнать, что за заклинание решилась использовать ее сестра. — Хорошо, — кивнул Элайджа и отправился на поиски Марселя. Скарлетт устало потерла лицо, чувствуя, что определенно точно ввязывается в какое-то дерьмо, от которого следует держаться подальше.       Утром Скарлетт в самом деле отправилась на кладбище. Элайджа мельком упомянул о том, что тело Джейн-Энн было возвращено ведьмам, а между Клаусом и Марселем установился мир, после того как первый дал свою кровь для исцеления укушенного Тьерри. С Клаусом Скарлетт не разговаривала, но он и не спешил начать с ней разговор. Козел. Найти кладбище не составило труда. Скарлетт быстро добралась до кованых ворот и сквозь прутья посмотрела на ряды склепов и надгробий. По коже пробежали мурашки. Это место было буквально пропитано магией. Скарлетт толкнула калитку и услышала спокойный голос: — Сюда нельзя прийти без приглашения. Это священная земля. Говорила молодая симпатичная ведьма с блестящими каштановыми волосами и печальными карими глазами. — Софи? — ведьма кивнула. — Сейчас проверим. Скарлетт переступила черту, без проблем попав на территорию кладбища, и насмешливо посмотрела на Софи. — Как? — поражено выдохнула она. — Магия, — мрачно пошутила Сальваторе. — Поговорим? — Я ждала Клауса. — Искала медь, а нашла золото, — фыркнула Скарлетт, скрестив руки на груди. — Ладно. Они вошли в один из просторных склепов, освещенный десятками свечей. Кроме них, никого больше не было, и Скарлетт прищурилась: — Где другие? — Все работают. Будет подозрительно, если все ведьмы вдруг останутся на кладбище, верно? Тогда шавки Марселя нагрянут вечером и всех нас перебьют. — Как? Земля-то священная… — ехидно ответила Скарлетт. — Шавки Марселя? — Сидеть здесь вечно мы не сможем. Шавки — это те, кто старается заслужить благосклонность Марселя и получить дневное кольцо, — пояснила Софи. — Вот оно что… Ладно, к сути. Что за заклинание использовала твоя сестра? Как вы хотите привлечь первородных? Софи сжала губы и помотала головой: — Я не знаю. — Ты врешь, — холодно сказала Скарлетт, и ее глаза загорелись янтарем. — Говори, иначе пожалеешь, ведьма. — Я не могу… — произнесла тихо Софи и тут же твердо повторила: — Не могу. Но скоро ты все узнаешь. Угрозы бессмысленны. Нам нечего терять, мы в отчаянии. Я надеюсь, что ты поможешь нам. Вампиры не должны лишать нас возможности колдовать. Скарлетт мысленно согласилась. Это все равно, что запрещать оборотням превращаться, а вампирам — пить кровь. Магия — их природа, и какой-то обнаглевший мальчик не может ограничивать ведьм. — Одна из наших ведьм, Агнес, обладает даром прорицания, — сказала Софи. — Она знает кое-что о Клаусе, и это тебя заинтересует. Давай встретимся через три дня, тогда и поговорим. Мы с тобой свяжемся. — Серьезно? Почему не сказать сейчас? Мое терпение не безгранично, — недовольно проворчала Скарлетт. — Я ничего не решаю в одиночку. Могу сказать вот что: скоро в вашем доме поселится одна девушка, которую знает Клаус. Скарлетт фыркнула, поднимаясь с крышки пустого гроба, Софи последовала ее примеру. — Он многих знает. Даже его сестра может в скором времени приехать. Что мне дает эта информация? — С этой девушкой он познакомился недавно. Их судьбы переплетутся. И прочно. Скарлетт поджала губы и кивнула. — Ладно, пусть будет так. До встречи, Софи. Надеюсь, в следующий раз мне не придется тратить время впустую. Она направилась к выходу, но тут внимание ее привлекло сушенное растение. Шалфей. Скарлетт взяла траву в руки и покрутила. — Мы недавно готовили настойку от больного горла, — пояснила Софи. — Моя племянница, Моника, приболела. Это то, что осталось. Тебе нужен шалфей? — Нет, — Скарлетт положила его на место и отряхнула руки, не понимая, что вызвало ее настороженность, а потом быстро пошла прочь от кладбища.       Вечером Элайджа не появился, чтобы поговорить, как обещал. Напрасно Скарлетт ждала его вплоть до поздней ночи. Все это начинало ее злить. Ставший скрытным Клаус, какие-то глупые предсказания ведьм, пропавший Элайджа… Она вдруг явно ощутила, что была чужой в этом городе. Одна. Она осталась одна в игре, правил которой не знала. Даже не так. Правила менялись с такой скоростью, что постичь их не казалось возможным. Поэтому она встала со стула и отправилась на поиски Клауса. Майклсон нашелся в мастерской. Он что-то старательно рисовал, используя лишь синюю и черную краску. Что-то абстрактное, в чем Скарлетт не хотела сейчас разбираться. — Решила порадовать меня своим обществом, любовь моя? — усмехнулся Клаус, обернувшись. — Ты слишком веселый, дорогуша. Где Элайджа? — Элайджа? А что такое? Успела сговориться с ним за моей спиной? — Ты кретин? — вдруг совсем беззлобно спросила Скарлетт. — Где он? — Не знаю. Я воткнул кинжал ему в сердце и отдал Марселю. Что-то вроде гаранта, — беззаботно пожал плечами Клаус и вернулся к холсту. Скарлетт поражено хлопнула глазами. Это ведь не может быть правдой… Клаус не мог отдать своего брата врагу… Нет. Нет! Хотя так ли хорошо она знает его? Твои братья украли мои гробы! Найди их и верни мою семью! Что происходит, черт возьми? Скарлетт чувствовала себя персонажем с картины Пикассо. Все это было так сюрреалистично, что голова шла кругом. Может, краска просрочена и это ее пары? Она подозрительно посмотрела на банки и кисти. — Прости, что? Ты охренел, Клаус? Головой ударился? — возмутилась Скарлетт. — Старческий маразм начался? — Я не намерен объяснять что-либо. Ты сбиваешь атмосферу творчества и искусства. — Иди к черту, — прошипела Скарлетт, поймав себя на мысли, что рассматривает деревянную кисть и представляет, как воткнет ее ему в сердце. Ну нет. Почти три года они вместе ради чего? Чтобы за два дня в Новом Орлеане проникнуться к Клаусу ненавистью? Ей просто нужно все обдумать и отойти от шока. Скарлетт вышла в коридор и громко хлопнула дверью, а затем сползла по стене. Что, мать вашу, происходит? И почему она должна принимать участие в этом цирке уродов?