Надежды судьбы

      Девушка уже час сидела за соседним столиком и что-то писала в тетради, периодически заглядывая в учебник. Светлые волосы падали ей на лицо, пушистая яркая кофта придавала ей очарование прилежной студентки. Клаус помнил ее. Отважная барменша из «У Руссо». В первый день его пребывания в Новом Орлеане она была так любезна, что согласилась пройтись с ним и поговорить о картине уличного художника. Глядя на то, как задумчиво смотрит на нее Марсель, попивая виски со льдом, Клаус придумывал план. Коварный и ужасный. Как и всегда. — Засматриваешься на барменшу? — усмехнулся Клаус. — Поразительно, что ты, Марсель, не пьешь ее кровь, а кружишь вокруг, как неопытный подросток. Марсель негромко рассмеялся и покачал головой. — Значит, она особенная, — продолжил Клаус. — Ками замечательная, — вздохнул Марсель. — И прямо сейчас замечательно уходит, — хмыкнул Клаус. Камилла и правда поднялась и, собрав учебники и тетради, двинулась к выходу. Клаус быстро встал и успел перехватить ее у самой двери. — Привет, дорогуша. Что ты изучаешь? — Психопатологию, — ответила Ками. Ее голубые глаза смотрели прямо и бесстрашно. — Ух ты… — протянул Клаус и, взяв ее под локоток, отвел к их столику. — Моему другу нужна помощь. Что посоветуешь? Как профессионал. Камилла вздернула бровь и закатила глаза, но все-таки ответила с нотками усталости в голосе: — Будь хорошим парнем, и, может, однажды подвернется возможность. Закончив, она вновь развернулась и направилась к двери. — Как насчет сегодня? — крикнул Марсель. — В девять вечера? Буду ждать тебя прямо здесь. Камилла внимательно посмотрела на него и прохладно ответила: — Я подумаю. И ушла. — О, это было грубо, — несколько разочарованно пробормотал Марсель. — Либо я потерял сноровку, либо ты, — фыркнул Клаус, отпивая алкоголь из стакана. — Ладно, есть более срочные проблемы. Кто-то убил шестерых моих полуночников, и знаешь, периодически туристы так напиваются, что падают в Миссисипи. Сегодня таких двое. Клаус ухмыльнулся, вставая и следуя за Марселем.       Дверь громко ударилась о стену, возвещая о приходе нетерпеливого гостя. Скарлетт замерла, облокотившись о перила и глядя вниз. Ребекка ворвалась в дом, яростно сверкая глазами. — Какой сюрприз, — хмыкнула Скарлетт. — Выглядишь немного… разозленной. — Скарлетт! — воскликнула Ребекка и мгновенно поднялась на второй этаж, заключив подругу в крепкие объятия. — Давно тебя не видела. — Рада, что ты здесь, — Скарлетт чмокнула ее в щеку и улыбнулась. — Что случилось? Ребекка сразу помрачнела и провела рукой по черному платью, разглаживая складки и убирая невидимые пылинки. — Элайджа перестал отвечать мне. Он хотел, чтобы я приехала, но я отказывалась, а он все говорил, что Нику нужна помощь… В общем, мне кажется, Ник что-то с ним сделал. Скарлетт хмыкнула и скрестила руки на груди. — Я даже знаю что. Он заколол его и отдал Марселю. — Что? — Ребекка побледнела и отступила на шаг. — Не может быть… — Он сам сказал мне. С тех пор прошло три дня, и мы еще ни разу не говорили, — ответила Скарлетт. — Элайджа обещал мне рассказать о том, что происходило почти три года, пока нас не было в Мистик Фоллсе, но он не успел. Надеюсь, ты просветишь меня, потому что я ни черта не понимаю. — Конечно, — сразу согласилась Ребекка. — Но сперва нужно найти Элайджу. Вообще-то я не хочу задерживаться здесь, не понимаю, как ты выносила моего брата почти три года. И кольцом обзавелась, забыв позвать меня на свадьбу. — Удивляется женщина, которая была рядом с ним на протяжении веков, — фыркнула Скарлетт. — Кстати, была очень скромная незапланированная церемония, так что извини, я и сама была приглашена лишь за минуту до начала. Ладно. Какой план? Ребекка хитро улыбнулась и подошла к зеркалу, чтобы подкрасить губы. — Сейчас я встречусь с Марселем и попробую забрать Элайджу, а если не получится, то сожжем этот город дотла. — Отлично, пойду за бензином и нужным заклинанием.       Дом снова опустел, и Скарлетт потерла лицо руками. Ей предстояло навестить ведьм Французского квартала. Послание она и правда получила. Никаких кровавых надписей на зеркале в ванной или выпотрошенных черных кошек над дверью. Просто клочок бумажки, переданный смуглой ведьмой-экскурсоводом. До полуночи было еще много времени, Клаус снова болтался с Марселем, Ребекка отправилась угрожать договариваться насчет Элайджи, а дом остался в ее распоряжении. Она ничего не хотела сейчас больше, чем узнать хотя бы что-то, поэтому она толкнула дверь в спальню и подошла к вещам Ника, не испытывая угрызений совести. Разве она не заслуживала узнать хоть что-то? Быстро перебрав одежду и ничего не найдя, она убедилась, что все выглядит так же, как было до ее вмешательства. Потом перешла к письменному столу. Все ящики стола открывались легко и содержали в себе всякую ерунду вроде чистых листов, платков, карандашей и учетных книг, которые Клаус никогда не заполнял. Нижний же был заперт. Но никакой замок не мог бы сдержать ведьму, поэтому Скарлетт без проблем получила доступ к содержимому ящика. Там лежал конверт и коробочка с бутылочками с кровью. Опустившись на пол, Скарлетт достала письмо, написанное на листке, вырванном из тетради, и прочла: «Слышала, Элайджа отказался отдать тебе лекарство, а значит, ты вновь примешься мстить мне. Поэтому я расскажу тебе кое-что, после чего у тебя не останется времени на меня. Я слышала, что в Новом Орлеане есть ведьма, Джейн-Энн Деверо, которая плетет против тебя интриги. Эта проблема достаточно серьезна, чтобы в благодарность за информацию ты оставил меня в покое. За пять веков я износила слишком много красивых каблучков. С любовью и ненавистью, Катерина». Впервые в жизни Скарлетт ощутила к Кэтрин что-то вроде сострадания. Она еще раз перечитала письмо, неизменно цепляясь за последние строчки. С любовью и ненавистью… — Ты мастер слова, стерва, — хмыкнула она. — Что за лекарство? Ни Кэтрин, ни тем более письмо не могли ответить ей. Входная дверь хлопнула, и Скарлетт, встрепенувшись, быстро сунула письмо в конверт и запечатала ящик. Когда Клаус вошел в комнату, она стояла у окна, положив локти на подоконник, и выдать ее могло только слишком быстрое биение сердца. — С возвращением, бывший король и плохой брат, — сказала Скарлетт, обернувшись. — Ты, кажется, волнуешься. Из-за меня? — он дразняще улыбнулся. — А ты, кажется, чему-то радуешься. Чему? — У меня был отличный день. Еще немного, и я верну свой город, — широко ухмыльнулся он. — Я подобрался к новообращенному, который еще не успел испить вербены, а еще любезно попросил о помощи милую барменшу, которая нравится Марселю. Теперь у меня есть шпионы, которые помогут мне устроить революцию. Скарлетт мрачно посмотрела на него, все еще испытывая злость. — Что не так, любовь моя? — Клаус медленно приблизился к ней, подцепив ее подбородок. — У меня пальцев не хватит, чтобы все перечислить, — холодно ответила Скарлетт, отбрасывая его руку. — Видел сестру? С первого этажа донесся громкий голос Ребекки: — Никлаус! Ты, подлый кретин, спускайся! Живо! — Вот прямо сейчас отправлюсь на ангельский голосок и увижу. Закатив глаза, Клаус на вампирской скорости вышел из комнаты и спустился к сестре. Скарлетт последовала за ним. — Ты хоть представляешь, что ты натворил?! Ты отдал нашего брата Марселю, у которого есть оружие против ведьм. Я помешала его свиданию с симпатичной блондинкой, и он решил показать мне, что позволяет ему властвовать, — гневно прошипела Ребекка, едва дыша от ярости. — И что это? — Кто это, — резко исправила она. — Это ведьма. Очень сильная. Я такой мощи никогда не ощущала. Даже ты, Скарлетт, не можешь сравниться с ней. Ее зовут Давина, и она легко вышвырнула меня в окно. И… Вот черт! Эта сучка стерла мою память о местоположении. Ты хоть представляешь, что она может сделать с Элайджей? Ты не укрепил позиции, а ослабил их, идиот, — выплюнула Ребекка. — Сколько еще раз Элайджа простит тебя? Я найду его во что бы то ни стало. Поможешь мне? Клаус тяжело дышал, его взгляд потемнел, пальцы подрагивали. — Во что бы то ни стало, — ответил он.       В баре было шумно и людно. Скарлетт опустилась на высокий барный стул и положила голову на руки. Она словно оказалась в каком-то кошмаре. Ребекка пыталась найти Элайджу, а Клаус не позволял ей вместе со Скарлетт использовать заклинание поиска, чтобы «не подрывать доверие Марселя». Вот тебе и «во что бы то ни стало». Единственное, что было относительно хорошо, так это то, что впервые за три дня они хотя бы немного поговорили, и Скарлетт собиралась обсудить с Клаусом все после того, как вернется с кладбища. Ее бесили недомолвки, вместо многоточия она хотела поставить твердую точку. — Плохой день? — спросила барменша. — Плохой век, — отозвалась Скарлетт и подняла голову. — Ками. Это сокращение от Камилла? — Да, пришлось написать так, потому что раньше пьяные гости начинали говорить со мной на французском, — она очаровательно улыбнулась она, и ее голубые глаза сверкнули. Скарлетт фыркнула и без особого интереса пробежала взглядом по бутылкам. — Что хочешь выпить? Виски? Пиво? Вино? Водку? Кстати, можешь рассказать о своей проблеме. Я психолог… Бармен с дипломом психолога, как бы банально это ни звучало. — Что-то безалкогольное. Вокруг происходит какая-то ерунда, и я и так плохо соображаю. — Пина колада? — Скучная классика. У вас в барной карте есть безалкогольный Лонг-Айленд… Даже не знала, что такие делают, — хмыкнула Скарлетт. — Давай его. Насчет проблемы… Мне кажется, мой муж — козел. Или я вдруг разучилась находить с ним общий язык. Или стала слишком мягкой и сентиментальной. Знаешь, раньше я была сукой, каких свет не видел, а теперь чувствую себя домохозяйкой в розовом халатике, гуляющей с тупой болонкой, подстригающей розы и пускающей слюни на садовника соседки. — Очень… интересное сравнение, — улыбнулась Камилла, смешивая необходимые ингредиенты. — Давно женаты? — Неделю, — мрачно ответила Скарлетт, принимая стакан. — Ну и мерзость. С градусами он получше. Ками поперхнулась смешком и закашлялась. — Что есть то есть. Так бывает. После того как наденут кольцо на палец, мужчины не видят больше необходимости в ухаживаниях. Долго встречались? — Почти три года. И он был милым. — А кто садовник? — Пока никто, но я без проблем кого-нибудь присмотрю, если все так продолжится. Ай, ладно. Черт с ними. Ты и сама кажешься грустной. В чем дело? Кто-то обидел тебя. Ками поколебалась, не зная, стоит ли делиться бедами. Но решила, что ничего такого в этом нет. Не зря ведь говорят, что рассказать о проблеме незнакомцу проще, чем близкому. — Я встретила очаровательного парня, который явно не тот, кто мне нужен. Мне нужны хорошие парни, а он плохой. — Терзаемый демонами и сломленный? Ками едва заметно вздрогнула и кивнула, резко побледнев. — Ты в порядке? — спросила Скарлетт обеспокоенно. — Д-да… Не беспокойся. Сальваторе бросила взгляд на часы, до встречи оставалось двадцать минут, и выложила несколько крупных купюр. — Без сдачи. — Это слишком много за один коктейль. — Считай, что это плата за психологическую консультацию. Пока! Удачи с парнем.       До кладбища Скарлетт добралась быстро и без проблем, успев как раз ко времени. Софи открыла калитку, пропуская ее на священную землю, и проводила к тому же склепу, что и в прошлый раз. Ведьм здесь теперь было больше. Намного. Одна из них передавала ей записку, другая, полная чернокожая женщина, вызывала какое-то неприятное чувство и смотрела слишком враждебно. — Итак. Софи обещала мне какую-то информацию. Какую же? — Ты узнала что-то про город, Марселя и прочее? — спросила женщина. — Ты кто? Как мне тебя звать? — Агнес. — Ах, та самая, которая что-то там увидела и узнала. Оружие Марселя — Давина. Вы явно хотите заполучить ее, чтобы использовать против вампиров. А она, кажется, не слишком хочет этого. Почему? Никто не ответил ей. — Играем в молчанку? Знаете, мне надоело. Я снова трачу время впустую, поэтому пошли все к черту, я сваливаю. Не ждите от меня помощи, потому что вы бесполезны, — жестко сказала Скарлетт и пошла к выходу, но голос Агнес остановил ее. — Вы с Клаусом разминулись. Он приехал сюда раньше, хотя его путь был длиннее. Спроси его, куда он ездил и с кем познакомился. Чтобы он не солгал тебе, я скажу. Клаус был в городе Мистик Фоллс и встретил там волчицу — Хейли. Скоро она приедет в Новый Орлеан, ее судьба связана с судьбой Клауса. И очень прочно. — Это все? Как это должно повлиять на меня? Может он и встретил Хейли, но это лишь рябь на воде, которая никак не трогает меня, — холодно ответила Скарлетт. — Тогда я скажу вот что. В их союзе родится ребенок, надежда Майклсонов, носящий ген вампира и оборотня. Подумай, кого ты поддержишь? Сестер или вампиров? — вкрадчиво спросила Агнес. Скарлетт шагнула к ней. — Вампиры не размножаются. — А гибриды? Оборотни? — вмешалась Софи. Скарлетт дернула подбородком и медленно сказала: — У меня с роду сестер не было. Только братья. Я могу в любой момент уехать и послать вас всех, не принимая сторону. Так что не думай, что можешь давить на меня, ведьма. Закончив, она окинула их высокомерным взглядом и ушла, чувствуя еще большую ярость и растерянность.       Клаус снова что-то самозабвенно рисовал, когда Скарлетт появилась за его спиной. Он отложил палитру и кисть и обернулся, внимательно глядя на нее. — Ответь мне на один вопрос, Клаус Майклсон. Где ты был за день до приезда в Новый Орлеан? — Почему тебя это так волнует и злит, любовь моя? — спросил он, подходя ближе. — Ответь мне. Клаус недовольно вздохнул и качнул головой. — В Мистик Фоллсе. Это так важно? — Ты не сказал мне, что был в городе, где живут мои братья, которым ты подпортил жизнь. Что ты там делал? — Это допрос? — он улыбнулся, но в его глазах блеснула злость. — Да. — Одна девушка искала меня. Мне стало интересно, и я поехал в Мистик Фоллс. Она представилась как Хейли и рассказала душещипательную историю о том, что ищет семью. Показала тату на плече, и выяснилось, что я уже видел подобную. Ее семья, ее стая… Они живут как раз возле Нового Орлеана. Я сказал, что она может обращаться ко мне, если вдруг решит приехать, потому что я смогу использовать стаю в своей войне. Ты довольна? Скарлетт помолчала, раздумывая. Ей не давал покоя предсказанный ребенок, но кто сказал, что это не может быть лишь бредом старой ведьмы? Или попыткой стравить их? — Ладно. Спасибо, что все рассказал. — Тогда теперь твоя очередь. Марсель сообщил, что ты использовала магию сегодня. Зачем? — Вскрыла замок на нижнем ящике твоего стола, чтобы вытащить на свет несколько скелетов. В следующий раз использую отмычку, чтобы Марсель не нервничал, — едко ответила она и развернулась к выходу. Клаус мгновенно оказался рядом с ней и обнял ее со спины. Его губы коснулись ее уха, горячий шепот опалял кожу: — Или можешь просто попросить, любовь моя. Он развернул ее к себе лицом и коротко поцеловал в губы. — Мне не нравится, что мы ссоримся. Нам нужно объединиться, чтобы поставить мир на колени. Никаких секретов? — Никаких секретов, — согласилась Скарлетт, прижимаясь к его груди. — Тогда вот наш план. Я попрошу Марселя вернуть Элайджу. — В следующий раз пропускай букву «А» с глупыми и несработающими идеями и переходи к следующей по алфавиту. — Буква «Б» — война.

***

      Софи сидела на диване, скептически приподняв бровь и слушая план Майклсонов. Безумный и кровавый. Как всегда. Она явно не горела желанием участвовать в поиске Элайджи, поэтому первый вопрос ее звучал логично и подозрительно: — Почему Скарлетт не может использовать заклинание? — Потому что мне нужно безграничное доверие Марселя, а значит, моя жена не должна нарушать правил, — ответил Клаус. — Но я не могу колдовать, ведь за это полагается смертная казнь! — Только если другая ведьма не произнесет более серьезное заклинание, — сказала Ребекка. — Я видела шекспировскую парочку вчера. Правая рука Марселя и юная Кэти. Кажется, в ваших рядах предатель. — Что? Кэти не предательница! Она молода и влюблена и не заслуживает смерти, — вскинулась Софи. — Разве? — ухмыльнулся Клаус. — Твою сестру убили на площади. Разве она не пыталась бежать? Софи побледнела и тихо ответила: — Ее поймали в трюме парохода, который должен был идти вниз по Миссисипи. — А кто заведует портами? — Тьерри…       Клаус смотрел, как Тьерри играет на трубе. Милое зрелище. Марсель стоял рядом, гордый талантом своего друга. Он улыбался и изредка поглядывал на Майклсона, невольно мечтая о его одобрении. — Знаешь, я думаю, ведьмы могут начать восстание, поняв, что несколько твоих полуночников убили, а виновный так и не найден. Тебе стоит сразу поставить их на место. Марсель удивленно приподнял брови, раздумывая, а потом кивнул. — Да, ты прав. Я отправлю послание. Тьерри! Устрой вместе с парнями погром в квартале ведьм сегодня вечером.       Темно-синее платье сидело как влитое, подчеркивая тонкую талию и стройность фигуры. Темные волосы легкими волнами ниспадали на плечи, и Скарлетт с трудом сдерживала улыбку, чувствуя горячий взгляд Клауса. — Выглядишь восхитительно, — сказал он тихо, склонившись к ней ближе, чем было необходимо, чтобы перекрыть громкую музыку. — Ты тоже ничего, — весело улыбнулась Скарлетт, поправив воротник его белоснежной рубашки. Клаус перехватил ее ладонь и невесомо поцеловал пальцы, прежде чем сосредоточиться на Марселе и плане. Проследив за взглядом Ребекки, Скарлетт досадливо поджала губы. Огромный Новый Орлеан оказался настолько тесным, что барменшей, приглянувшейся Марселю, оказалась именно Камилла, сделавшая прошлым вечером отвратительный безалкогольный Лонг-Айленд. Одетая в белое платье с крыльями за спиной, она и правда походила на ангела, спустившегося с небес. И вовсе не заслуживала роли разменной монеты в игре сверхъестественных существ. Ребекка мило улыбнулась ей и отошла в сторону. В сторону Марселя. Скарлетт проводила ее задумчивым взглядом, добавив это в список того, о чем следует узнать. Пунктов снова стало слишком много. — Моя сестра права. Ты прекрасна, дорогуша, — сказал Клаус с улыбкой. — Ты знакома с моей женой? — Да, мы виделись вчера, — улыбнулась Ками, и Скарлетт проигнорировала вопросительный взгляд Клауса. — Но, кажется, я так и не узнала твоего имени. — Скарлетт Сальваторе, — она протянула руку. — Камилла О’Коннелл. — Очень приятно. Взгляд Ками остановился на Марселе, о чем-то спросившем недовольную Ребекку. Не нужно было быть Шерлоком, чтобы почувствовать искры не до конца пережитого романа. — Ревность тебя красит, — усмехнулся Марсель. — Это давняя история, — подтвердил догадку Скарлетт Клаус. — Я начинаю думать, что твоя сестра — та еще стерва, — вздохнула Ками. — Она изобрела это слово, — рассмеялся Клаус. Марсель повернул голову и удивленно уставился на Камиллу. Во взгляде его разгоралось пламя восхищения и интереса. Не медля более ни секунды, он подошел к ней, едва замечая окружающих и ослепительно улыбнулся. — Кто тебя пригласил? Это что-то вроде рабочего мероприятия, и я бы хотел позвать тебя, но… — заговорил он быстро и сумбурно. — Я найду чем заняться, — легко ответила Камилла. — Думаешь, я брошу тебя одну? Ну нет. Потанцуешь со мной? — предложил Марсель, когда заиграла приятная мелодия, и гости стали разбиваться на пары. Ками расцвела, словно дивный цветок, и протянула ему руку, позволяя увести себя в центр зала. — Позволишь? — спросил Клаус, мягко утягивая Скарлетт за собой и не дожидаясь ответа. Музыка обволакивала. Платья тихо шуршали, вампиры тихо смеялись, безмятежно попивая шампанское и болтая. Ребекка сверлила Марселя и Ками взглядом, не скрываясь, а Скарлетт решила, что сейчас не время думать о чужих взаимоотношениях. Клаус прижимал ее к себе, и она чувствовала приятное тепло его тела и сладковатый, немного терпкий парфюм. Кажется, все проблемы отступили, они снова были вместе, почти как прежде. Все стало лучше, чем несколько дней назад. Скарлетт надеялась, что план сработает, Элайджа вернется, и все снова наладится. Она прижалась щекой к груди Клауса, и он положил подбородок ей на макушку, продолжая плавно покачиваться в такт музыке, словно лодка на волнах.       К Марселю подошел лохматый чернокожий вампир и что-то прошептал ему на ухо, указывая на Тьерри, стоявшего с видом нашкодившего кота. На миг Скарлетт стало жаль его. Глупый Ромео. Влюбленный идиот. — За что умирать, если не за любовь? — прозвучали в голове насмешливые слова Клауса. И правда. За что? — Прости, — сказал Марсель Ками и направился к Тьерри, резко прижал его к стене и стиснул руки у него на горле. Вид у Камиллы стал совсем несчастный. Испуганный. Глаза заблестели от непролитых слез разочарования. Скарлетт захотелось утешить ее, но она осталась рядом с Клаусом. Марсель, поборов первую вспышку гнева, поднялся вместе с Тьерри на второй этаж и принялся взволнованно говорить о правилах. Убийство себе подобных карается смертью, а значит, Марсель не может отступиться от своего же закона. И никакая любовь к ведьме или верность дружбе не сумеет спасти Тьерри. За спиной Клауса показался Джош, новообращенный вампир, попавший в лапы Клауса, и взял у Майклсона конверт. Ребекка кивнула и ушла. Джош поднялся на второй этаж и протянул конверт Марселю. Скарлетт знала, что внутри. Заклинание для создания дневных колец. Она стояла у Клауса за спиной, когда тот бережно вкладывал страницу из гримуара в конверт. — Он замурует его, — проговорил Клаус. Скарлетт кивнула. — Слышала. Камилла ушла. — Ее сердце разбито. А сейчас разобьется еще одно. Или больше, чем одно.       Марсель и другие вампиры повели Тьерри на улицу, намереваясь доставить его к месту наказания. Клаус взял Скарлетт под руку и повел за собой. Они замерли у приоткрытой двери, глядя на процессию. — Я чувствую магию, — сказала Скарлетт, и один из фонарей взорвался, на миг ослепив вампиров. — Значит, Давина тоже, — закончила она. Кэти шла по улице навстречу Марселю, Тьерри и другим, выставив руки вперед. Ее магия заставляла окна лопаться, а фонари — взрываться. Вампиры схватились за головы и рухнули на колени. Марсель с трудом поднялся, а потом снова упал. Вдруг что-то придало ему сил, и он встал, ровно пройдя еще немного. — Давина… — прошептала Скарлетт. На миг растерявшись, Кэти усилила воздействие, заставив Марселя упасть к ее ногам, и выхватила кол. — Умри, мерзкая тварь, — прошипела она, занося руку. — Нет, Кэти! — крикнул Тьерри. Клаус сорвался с места, и Скарлетт успела ухватить лишь воздух. — Стой! — было слишком рано. Софи не успела закончить заклинание. Но Клаус уже сломал Кэти шею, и ее мертвое тело кулем упало на пыльную дорогу. Тьерри подполз к ней, рыдая, но ничего уже нельзя было исправить. Его Джульетта погибла в попытке защитить его. Скарлетт на миг встретилась взглядом с Клаусом. Конечно. У него был свой план, которым он забыл поделиться с ней и, вероятно, с Ребеккой. Поэтому она развернулась и ушла, не дожидаясь его.       Ребекка медленно шла по улице, чувствуя себя разбитой и подавленной. Их план провалился, а Элайджа все еще в руках ведьмы. Хотелось расплакаться от обиды и разочарования. Заметив фигуру Марселя, она быстро развернулась, чтобы не сталкиваться с ним. — Ничем не могу помочь. Приятно было предаваться воспоминаниям, Ребекка Майклсон. — Не смей трогать Ками! — Теперь это моя комната. Как и все в этом городе. Его слова вихрем проносились в голове, причиняя боль. Она вздрогнула, едва не врезавшись в Марселя, возникшего перед ней, и недовольно поджала губы. — Преследуешь меня? — спросила она резко. Марсель сделал шаг к ней, заставляя отступить. А потом снова и снова, пока она не уперлась спиной в столб. Он был так близко, а его взгляд скрывал столько страсти, что Ребекка готова была поддаться, простить все. Каждый поступок. Каждое слово. Его дыхание коснулось ее шеи, и ей на миг показалось, что сейчас он поцелует ее, как много лет назад после тренировочной дуэли. Но вместо этого он сказал: — Может, ты просто стоишь у меня на пути?