Надежды судьбы

      Хейли опустилась на диван в гостиной, и Скарлетт, медленно обойдя ее, словно хищница на охоте, устроилась в кресле напротив. Ее внимательный взгляд скользнул по гостье, проникая под кожу, температура в комнате упала на несколько градусов. Хейли нервно постучала тонкими пальцами по колену и дернула уголком губ. — Почему ты искала его? — задала вопрос Скарлетт, разрубая тишину. — Клауса, — добавила она, заметив вопросительный взгляд Хейли. Та немного замялась и закусила губу, решая, что сказать. В итоге она вздохнула и ответила честно: — Один человек сказал мне, что первородный гибрид может знать о моей семье что-нибудь. Ему не было смысла лгать — у нас был уговор, и я свою часть выполнила. Он рассказал, как связаться с Клаусом, я так и сделала. Потом Клаус приехал, мы пообщались, и он заметил мое родимое пятно, — Хейли обнажила участок кожи на плече, и Скарлетт увидела, о чем она говорила: отпечаток, похожий на полумесяц. — Клаус сказал, что поможет найти семью, если я приеду. И… — Хейли запнулась. — Я так долго искала информацию, а оказавшись в шаге от нее, испугалась. Но после того, что я сделала, мне не было смысла оставаться в Мистик Фоллс, я стала врагом для них. — И что ты сделала? — спросила Скарлетт, приподняв бровь. Хейли снова замялась, ее карие глаза взглянули с мольбой, но не встретили ни сочувствия, ни понимания. — Предала всех и убила гибридов, чтобы они стали жертвой для темной магии, — глухо сказала она. — Я достаточно рассказала и только для того, чтобы ты не видела во мне врага. Мне не нужны дополнительные проблемы. Скарлетт нахмурилась и пропустила ненужные пояснения мимо ушей. Как могла она пропустить такое? Забыть о городе, где остались ее братья. И ради чего? Вот черт! — Что за темная магия? Хейли открыла рот, чтобы ответить, но на лестнице послышались шаги, и она отвлеклась. — Что ты здесь забыла? — недовольно спросил Клаус, спустившись и заметив волчицу. Она тут же поджала губы и скрестила руки на груди. — Приехала узнать о семье, ты обещал помочь, — ответила она. — Хорошие гости предупреждают о визите. — Ну, а я в отчаянии, — сухо отозвалась Хейли. Скарлетт перевела на Клауса взгляд и прохладно улыбнулась: — Он поможет. Можешь занять комнату на втором этаже. Поднимись по лестнице и поверни налево. Последняя дверь. — Спасибо, — отозвалась Хейли и последовала указаниям без лишних вопросов. Когда она ушла, Скарлетт поднялась и подошла к Клаусу и замерла рядом с ним. Она не заметила ни их волнения, ни странных переглядываний, стало быть, все в самом деле закончилось на разговорах. Однако стоило уточнить: — У тебя с ней что-то было? Глаза Клауса гневно вспыхнули, а губы зло скривились. — Хочешь знать спал ли я с ней, любовь моя? За кого ты меня принимаешь? — в его голосе ледяными иглами просквозили ярость и обида, и Скарлетт прищурила глаза. — Слухи разные ходят… — И ты решила поверить им. Им, а не мне. И это после клятвы последовать за мной в Ад, если потребуется! Именно в момент, когда я окружен врагами, ты решила усомниться во мне! — прорычал Клаус. Скарлетт медленно обошла его по кругу и коснулась пальцами его груди, скользнула по животу вниз. Какой талант пропадает. А ведь мог бы играть в шекспировских пьесах. Вот где его ждал бы великий успех. Она шагнула вперед, прильнула к нему, как кошка. — Мне жаль, если я тебя расстроила. Но не забывай: я растопчу твое сердце, если ты попытаешься разбить мое, — прошептала Скарлетт ему на ухо. — Вот какими мы стали? Хочешь обратиться против меня? — Не хочу, Клаус. Но ты даешь мне много поводов сомневаться. Не стоит. Резко развернувшись, она сняла с вешалки куртку и зашнуровала ботинки. — Ты собиралась спать. — Ага, уснешь с вами. Придется смотаться за снотворным. Она хлопнула дверью и зашагала по улице. Дурацкий город. Просто отстой. Вытащив телефон из кармана, она покрутила его в пальцах, прежде чем набрать номер Деймона. Несколько гудков, и вот его сипловатый голос, от которого сердце у Скарлетт екнуло. — Кто? — Это я… Он положил трубку. Скарлетт возмущенно открыла рот. Серьезно, блин?! Ну и пошел он! Хотелось пнуть что-нибудь или кого-нибудь, закричать. А зачем сдерживаться? Она остановилась и завопила, выплескивая всю ярость, всю обиду. Висящий на одном из домов флаг вспыхнул, и Скарлетт торопливо щелкнула пальцами, потушив его. Ой-ой. Прохожие даже не обернулись. Кто-то открыл окно и тоже заорал. Словно по цепной реакции еще несколько человек подхватили это, завизжали, но радостно и пьяно. — Да заткнитесь вы! — рявкнул кто-то. — Сам заткнись! — Да я ребенка уложить не могу из-за вас! — Дебилы! — За пингвинов в Гренландии! Скарлетт передернула плечами. Вот блин. За пингвинов, кстати, можно и выпить. Она купила воду со вкусом лимона в прозрачной пластиковой бутылке. На вкус — химическая гадость. Скарлетт сделала несколько глотков и поморщилась. Свет фонаря заслонила темная фигура. Марсель сделал к ней шаг. — Блин, да можно в этой крошечной деревне от вас хоть на час скрыться? Ты в курсе, что площадь этого города почти тысяча квадратных километров? — И на каждом из них запрещено колдовать. Глаз у Скарлетт начал дергаться. — Да я только флаг потушила, чтобы пожар 1666 года не повторился уже в Новом Свете! — А сперва ты его подожгла. — Не поджигала. Не специально во всяком случае. Это виноват ты и твой дружок, который еще мой муж. От вас уже нервы ни к черту. А еще ваша ведьминская секта масла в огонь подливает. Марсель сделал к ней еще один шаг, нагло вторгаясь в личное пространство. Сунув руки в карманы, он со страдальческим видом поднял глаза к небу, вздохнул так тяжело, что Скарлетт засомневалась, не случился ли у него припадок. А то вот так помрет, придется искать колокол, чтобы позвонить. — Я отстроил этот город после побега Майклсонов, установил правила, систему наладил. Но вот вы снова явились. Я проявил гостеприимство, но в ответ получил только плевок в лицо… — Где кнопка перемотки? — бесцеремонно перебила его Скарлетт. — Конечно, не стоило ждать понимания от кого-то вроде тебя. Короче. Еще одна твоя выходка, и я убью тебя, несмотря на то, что жена Клауса. Скарлетт издевательски рассмеялась и качнула головой. Ее глаза вспыхнули янтарем, но Марсель не придал этому должного внимания. — Считаешь, я прячусь за ним, как за щитом? — поинтересовалась она, а потом вскинула в руки, и мусорные баки взмыли в воздух. — Что происходит? Инопланетяне решили украсть новоорлеанские отходы? А, нет, это всего лишь я. Она вдруг отскочила подальше, хитро прищурившись. Баки поднялись выше, а потом на огромной скорости устремились друг к другу, с грохотом врезались и перевернулись, осыпая Марселя лавиной мусора. Его яростный крик слился с ее веселым смехом. Скарлетт отпихнула подкатившуюся к ее ногам банку из-под колы. — Вот настолько я уважаю тебя, твои правила, твою систему и твои сраные запреты. Не указывай мне, что делать, мальчик, а то душок после такого душа будет меньшей из твоих проблем. Стряхнув с плеча банановую кожуру и что-то еще, что он никак не хотел идентифицировать, Марсель намеревался уже сделать шаг к этой стерве, но врезался в преграду. — Думаешь, тебе это сойдет с рук? — Именно. А сейчас я покажу тебе одно из моих любимых заклинаний. Скарлетт произнесла слова и помахала Марселю. Он против своей воли повторил это движение. Потом Скарлетт развернулась и пошла прочь, Марсель сделал то же самое и через несколько шагов влетел в кирпичную стену. — Упс! — Скарлетт поморщилась, едва сдерживая смех. Это было не по плану, но жизнь решила угостить ее лимонадом. Тряхнув рукой, она освободила Марселя от чар и смылась под его громкие ругательства.       В баре было людно. Вполне нормально для вечера пятницы. Подождите… Сегодня ведь понедельник… Отмахнувшись от этих мыслей, все-таки жизнь одна, а дней в неделе в семь раз больше, Скарлетт села на стул и махнула Камилле. — Виски. Двойную порцию. Музыка грохотала так, что не было слышно собственных мыслей. Алкоголь разлился на языке, оставляя приятную горечь. Но к горлу подступила тошнота. Скарлетт задумчиво провела пальцем по ободку стакана, решив, что с двойной порцией погорячилась. Стареет, что ли? Проблемы с алкоголем в семье Сальваторе определенно были, но только не с тем, чтобы быть не в силах его пить. Гены должны были подталкивать ее к беспробудному пьянству и тусовкам в клубе анонимных алкоголиков, а тут что-то явно пошло не так. Долбанный Орлеан, будь он неладен. Ее взгляд остановился на барменше, которую все тянули в разные стороны: Клаус, Марсель, сейчас вот пьяные гости. Идея сформировалась очень быстро. — Кажешься очень удрученной, — заметила она, наблюдая за тем, как Камилла натирала бокалы. — Ну, что-то определенно не клеится. Ты говорила о семейных проблемах в прошлый раз. Алкоголь в твоем стакане означает, что… — Все стало еще сложнее, да. У тебя бывают перекуры? — Я заканчиваю. Сейчас меня сменят. Скарлетт кивнула и отодвинула стакан. У нее было время разложить все факты по полочкам, чтобы понять, каких не хватает. В Мистик Фоллс кто-то приносит жертвы для темной магии, там же ищут загадочное лекарство. Или уже нашли, если быть точнее. Но что это за лекарство? Нахмурившись, она постаралась как можно точнее вспомнить слова Кэтрин. Раз Клаус не получил желаемого, то он снова примется мстить, если только на горизонте не замаячит дело поинтереснее… Он ненавидит Кэтрин за то, что она обратилась в вампира и не дала ему использовать кровь двойника. Птички напели, что Елена тоже стала вампиром не так давно, а значит, Клаус со своими гибридами снова в пролете. И раз ему так хотелось получить лекарство, то оно… что? Лечит от вампиризма? — А зачем я голову ломаю, если могу просто спросить у Элайджи или Ребекки? — Чего? — мужчина, сидевший рядом, обернулся к ней. — Так, мысли вслух. — А я не прочь узнать, о чем ты думаешь. Я Уилл. — А я не знакомлюсь, — ответила Скарлетт и пошла за Камиллой. — Но приятно знать, что я все еще в форме. Хотя когда я в этом сомневалась?       На улице стало понятно, насколько душно было в баре. Шум остался за закрывшимися дверьми, и Скарлетт облегченно вздохнула. Они пошли по освещенной желтыми огнями улице. Камилла сунула руки в карманы и пнула смятую банку от содовой. Мимо пронесся автомобиль, изрыгающий отвратительный рэп. — Не люблю этот город, — призналась Скарлетт. — В нем всего слишком много. Особенно сверхъестественных тварей. Как же они все ее достали за такой короткий период времени. Противные засранцы. Плетут свои интриги и делят не пойми что. Когда она говорила о веселой жизни, полной приключений, она уж точно не включала в это пирамиды из трупов, конкурсы а-ля «у кого клыки больше» и беготню по подвалам и чердакам. И по склепам, как это вылетело из головы? — Куда мы идем? — поинтересовалась Скарлетт. — На кладбище. Ну вот, опять. Все дороги ведут в какую-то задницу. Большое спасибо. — Ты типа Ганнибал Лектор? Проведешь психоанализ, а потом приготовишь из меня шашлык? — Не буду я из тебя шашлык готовить, — фыркнула Камилла. — Ты же тощая, возни больше. — Фу, доктор, как непрофессионально. Они остановились возле могилы. Скарлетт посветила фонариком на телефоне и хмыкнула, увидев красные буквы, складывавшиеся в одно простое и понятное слово: «Убийца». Она присвистнула. — Это что за шедевр наскальной живописи? — Это могила моего брата. Однажды он обезумел, зарезал других семинаристов и покончил с собой на глазах дяди Кирана. Эта боль терзала меня долгие месяцы, но сейчас ее нет. Ничего. Пусто. Я чувствую себя мертвой. Поджав губы, Скарлетт мотнула головой. Что ж. Придется действовать, чтобы не остаться в дураках. — Ты ведь не считаешь, что он сошел с ума? Камилла подняла на нее настороженный взгляд, отступила на полшага. — Ты уже знаешь больше, чем хотела бы. И ты пишешь мемуары моего мужа, так? — Кто ты такая? — Я та, кто поможет тебе разобраться, если ты поможешь мне. Камилла скрестила руки на груди и дернула подбородком. Скарлетт же наклонила голову, наблюдая за ней, как удав за кроликом. Потом она достала из кармана браслет и потрясла в воздухе. Подвески тихо звякнули. — Ты ведь хочешь освободиться? Выбросить Клауса из своей головы, чтобы он не шарился там, не управлял твоими мыслями? — Ты предлагаешь мне поменять шило на мыло. — Ну, у мыла функций больше. В этом браслете вербена. Он ничего больше тебе не внушит, как и остальные вампиры. Но взамен ты должна будешь рассказать мне все, что узнаешь от него и от Марселя. Чем больше информации, тем лучше. Камилла сглотнула. Посмотрела на браслет, потом на Скарлетт, нервно переступила с ноги на ногу. Дерьмо. Она ведь просто хотела жить нормально. — А как быть с тем, что Клаус уже внушил мне? Я хочу избавиться от этого. — Я помогу, — соблазнительно улыбнулась Скарлетт. — Но только если ты будешь мне полезна. Уж прости, за все надо платить. — Я считала тебя хорошей, — прошипела Ками, забирая браслет. — Постарайся, чтобы я была хорошей, потому что с моей плохой версией лучше не встречаться. Ее сложно пережить. Обратно они шли в напряженном молчании, но Скарлетт была довольна. Один шпион есть. Еще парочка, и она будет играть наравне с остальными.       Из маленького ресторанчика на улицу выплескивалась приятная музыка, кто-то очень умело играл на саксофоне. Вот и нашелся единственный плюс Нового Орлеана. По стене поползла длинная тень, и Скарлетт закатила глаза. — Ты теперь будешь все время за мной таскаться? — возмутилась она и обернулась, ожидая увидеть Марселя. Вместо него обнаружилась светловолосая девушка в белом платье. На вид ей было не больше двадцати. Одна из ведьм, сразу поняла Скарлетт. — Наконец-то я нашла тебя. Мы еще не говорили наедине, — сказала девушка звенящим голосом. — И не будем. Передай своим сестрам, или в каком вы там родстве состоите, чтобы катились к черту. Сами решайте свои проблемы. — Я пришла не от них. И ты будешь отвечать на мои вопросы, если не хочешь умереть, — улыбнулась девушка. Больная. Явно. Скарлетт со счета сбилась, сколько раз ей угрожали смертью. Совсем тут все двинулись, что ли? Теперь у нее дергались оба глаза. То ли началась дискотека века, то ли нервная система включила аварийку. — Где Давина Клэр? — спросила девушка. — Не знаю. В заднице у себя поискать попробуй. Ведьма кивнула, покусала губу. — Да, что ж. Стоило тебе сказать по-хорошему. — И что же ты сделаешь? Будешь пытать меня своими жалкими угрозами или заколдуешь, чтобы Марсель тебе голову оторвал? — Нет, посмотрю, сколько органов успею вытащить из твоего тела, прежде чем ты умрешь. Может, тебе повезет и Клаус ответит на мой вопрос раньше, чем ты начнешь молить о смерти. Тогда я убью тебя быстро. Скарлетт хотела показать девчонке, где раки зимуют, но тут в шею ей вонзилась игла. Жар растекся под кожей, она оступилась. Вот дерьмо. — Забирай ее, — приказала девушка. На запястьях Скарлетт сомкнулись кандалы, а на голову надели мешок. Кровь кипела в венах. Резкий удар, и весь мир выключился.

***

      Марсель вышел из душа, все еще злой и раздраженный. Влажная кожа блестела в свете ламп. Закрепив на бедрах полотенце, он облокотился на перила балкона и посмотрел на внутренний дворик, залитый лунным светом. Все было тихо, только ветер шелестел в листьях деревьев и пахучих розовых кустов. Этот дом и этот двор слишком нравились ему, чтобы он их уступил. Все это принадлежало ему по праву. Никто не свергнет его. Никто! Вдруг до его слуха донесся стук каблуков, а нюх уловил аромат ванили. Сердце предательски забилось чаще. В одно мгновение он оказался внизу, стоящим перед Ребеккой Майклсон. Взгляд скользнул по ее светлым волосам и облегающему черному платью. Как бы он ни пытался лгать себе, чувства никуда не делись. — Надо же, сама Ребекка Майклсон удостоила меня чести встретить ее в этом маленьком дворике. Чем обязан? — Я пришла попрощаться. Хотела сделать это лично. Он ощутил, как сердце ухнуло куда-то вниз. Разве не этого он хотел? Чтобы Майклсоны убрались подальше, а Камилла оказалась поближе? Но образ Камиллы померк в сиянии Ребекки. Марсель таял перед ней, как масло на горячем хлебе. — Лично? В прошлый раз ты просто сбежала, — мрачно усмехнулся он. Сердито цокнув каблуком, Ребекка развернулась, чтобы уйти. — Куда же ты? Хотела попрощаться, так прощайся. Марсель поймал ее за руку и резко развернул к себе. Ребекка уперлась руками в его обнаженный торс, невольно скользнула пальцами по темной коже и подняла глаза. Дыхание перехватило от близости, а в следующий миг Марсель прижал ее к стене, чтобы жадно поцеловать. А потом вдруг оказался сидящим на стуле, а Ребекка забралась к нему на колени. — Хороший способ сказать «прощай», — одобрил он, снимая с нее платье.       Небо уже окрашивалось в розовый на горизонте. Город притих, готовясь к новому бурному дню. Ребекка подхватила с вазы яблоко и повертела его в пальцах. Протянула Марселю. — Не люблю яблоки. Напоминают о днях, когда я был рабом. — Это давно в прошлом, — она погладила его по руке. — Сегодня было хорошо. — Да, может, останешься? — Нет, я хочу уехать. Ты можешь отправиться со мной. Париж, Лондон, Стокгольм. Выбирай любой город. Она подняла на него полные надежды глаза. Пусть хоть в этот раз он выберет ее. Ее, а не свои амбиции. Но Марсель покачал головой с тошнотворным, жалким выражением лица. Ребекка всучила ему яблоко и ушла, задев плечом. Она чувствовала себя полной дурой, пока надевала платье и уходила. Ну и пошел он! Счастливо оставаться! А у нее впереди целый мир и сотни нормальных парней. Хлопнув дверью, она села в машину и провернула ключ в замке зажигания. Телефон завибрировал в сумке. Поборов желание выбросить его, Ребекка приняла вызов. — Элайджа, я уже… — Скарлетт пропала, — раздался в трубке голос брата. — Ты нужна здесь. Швырнув телефон на заднее сиденье, Ребекка яростно ударила руками по рулю, и машина протяжно засигналила.