Эви из Пустоши

Омлет. И больше ничего. Когда попадаешь из обычной жизни в волшебный колледж для волшебных людей, то ожидания в принципе повышаются – магии под силу практически все. Только, похоже, не разнообразный рацион. Эви уже не знала, чего ожидала от столовой в колледже – может хотя бы того размаха, как обычно бывает в фильмах про магические школы. Там все в пафосно украшенном зале каждый день пируют, изучая кухни мира, напевая песенки о том, как прекрасна жизнь. Первый же облом произошел еще на входе: Эви все еще застегивала свои сережки на ходу (она бы успела собраться, если бы Йен не стоял уже в 7:05 возле ее комнаты, подгоняя световыми посланиями ее выйти поскорее), когда морская болезнь студенческой столовой накрыла ее с головой. Железные длинные столы стояли ровными рядами во всю длину зала, замечательно гармонирует с темно-синими стенами, расписанными под морскую тематику – кое-где были вырисованы осьминоги, выглядывающие из-за волн (они так делают?). Такими же синими были подносы на металлических столах. Мало кто из студентов уже успел проснуться и спуститься к завтраку, но с каждой минутой количество людей возрастало, а Йен хотел прийти пораньше, чтобы потом… еще раз прийти пораньше. Только уже на уроки. Зато у парня энтузиазма было, хоть отбавляй: бодрым шагом он провел ее до стойки с едой, где весь выбор упирался в либо омлет, либо его отсутствие (Эви выбрала второй вариант), а потом так же бодро повел ее усаживаться за столик рядом с окном, выходящим на лес, сквозь который не пробивалось и луча света, оставляя пространство в сумерках. Парень на свой поднос положил еще пару булочек, с учетом на Эви, и стакан чая. А с нее хватило и простого составления компании за завтраком. Прошло минут пятнадцать, прежде чем столовая забилась практически на половину – все неспешно заходили с центрального входа, видимо, прекрасно осведомленные о богатстве выбора. — За что они так ненавидят людей, - вопрошала Эви, когда за их столик уже успели подсесть Флинн и пара его друзей, в сопровождении своих друзей. Ирма же не спешила объявляться. — Знаешь, мне кажется – только кажется – что проблема тут в тебе, - проговорил Флинн, обводя вилкой пространство вокруг себя, - По моей гипотезе, ты вообще ешь только при крайней необходимости. — И только печенье, - добавил Йен. — У тебя какие-то слишком завышенные требования к еде, подруга. Не то, чтобы она была согласна. Ей всегда казалось, что если бы не спортивные диеты и бесконечные ограничения и контроль со стороны родителей, то она бы пошла в гастрономический отрыв, сметая все на своем пути и мирно радуясь жизни. Но за месяц жизни у Хольтов она только сбросила в весе – правда была в том, что она слишком привыкла к своим диетам. И не совсем понимала, как теперь войти в строй. Поэтому, привередливость стала ее визитной карточкой. — Всем доброе утро! – приятный голос раздался откуда-то сбоку. Это была Лекси, пробирающаяся к ним через ряды. Со слов Флинна, она предпочитала сидеть со своей командой, а не с ним, и это его немного раздражало. Вот только теперь она ставила свой поднос рядом с местом Йена, усаживаясь на скамейку напротив своего парня. — Госпожа Санторо, какими судьбами! – высокопарно встретил ее Флинн, сразу отвлекаясь от своей тарелки и с грохотом бросая вилку на стол. — Все резко решили прийти со своими парами. Бесит, - эти слова, сказанные с раздражительностью в голосе, не совсем подходили под образ Лекси, которая в своем светлом зеленом платье и с белым ободком на голове смотрелась, словно принцесса, живо разбавляя серость обстановки. У нее на подносе не было ничего, кроме чая, - Мало того, что они занимают место команды, так еще и вступать отказываются, - девушка спрятала голову в руки и продолжила говорить, хоть звук и был приглушенный, - И я все еще без пятого участника. Флинн уже протянул руки через стол, касаясь ими волос девушки, которая быстро их скинула, выпрямляясь обратно. — Я, собственно, зачем пришла, - резко переключилась она на деловой тон. Как говорил сам Флинн, именно этим она его завораживала – умением быстро приходить в себя, настраиваясь на соревновательный лад за секунду, - Эви! - она, неожиданно для девушки, обратилась к ней, наклоняясь над столом, - Ты придешь пробоваться в команду? В мою команду? Пожалуйста? Флинн за тебя поручился, хочу увидеть, на что ты способна. — Да я сама хочу увидеть, - так же неожиданно для себя отвечала она через Йена, который был теперь препятствием между их диалогом. И как человек умудрялся так долго есть этот несчастный омлет? – Ситуация совсем отчаянная, что Флинн меня рекомендует? — Да брось ты, - быстро вклинился тот, - До твоего запаса комбинированных заклинаний даже мне далеко, - с этими словами он повернулся обратно к Лекси, - Отвечаю, она прирожденная. Еще до артефакта могла справлялась с чарами на блике. А какие она защиты построить сможет! Эви машинально бросила взгляд на свои перчатки, которые сегодня были черного цвета, к запястью перетекая в белый, и поежилась, продолжая выслушивать похвалы Флинна, которым едва ли могла поверить. — Вот как от сердца отрываю! – с жестами заявлял он, - Я бы ее на место Атласа поставил с удовольствием, но тебе нужнее. — Мне и правда нужнее, - сделала акцент Лекси, продолжая смотреть на Эви. — Не понимаю, - решила спросить та, - Почему бы вам обоим не собрать одну общую команду? — Потому что наш троп – от врагов к любовникам, - с улыбкой заявил Флинн. — Только попробуй назвать меня любовницей, вот хоть в каком контексте, - Лекси пыталась звучать грозно, но улыбка ее выдавала. Отвлекаясь от парня, который явно гордился своим выпадом, она продолжила, обращаясь к Эви - Завтра, во вторник, после всех лекций – поле для тренировок наше. Буду тебя ждать. На этом девушка встала, взяв поднос в свои руки, и направилась обратно, к своему столу, поставив Эви перед фактом. Ей сложно было отказать. Хотя она и хотела попробовать свои силы в стартах, ей казалось, что Флинн ее перехвалил. А теперь у Лекси будут завышенные ожидания от нее. Она ведь даже ни разу не играла в старты, просто помогала Флинну заколдовывать и расколдовывать блик - так они называли мяч – и добавляла препятствий во время его тренировок, когда тот просил. Едва ли это можно было назвать опытом. Теперь, помимо нервов из-за первого учебного дня, в ней поселились переживания по поводу стартов. Просто класс. Эви решила проводить Лекси взглядом до ее столика, чтобы увидеть состав ее команды. И первой, кого она заметила, была хорошо знакомая ей розововолосая девушка. Она живо ткнула Йена в плечо, обращая его внимание: — Это же Ирма, - сказала она, указывая на компанию из шести человек, к которым подсела Лекси. Сестра Йена сидела справа от другого уже знакомого ей человека – Айра что-то увлеченно рассказывал остальным сидящим за столом товарищам, среди которых Эви снова увидела знакомое лицо, - А это тот парень, который был в моей комнате, - проговорила она так, чтобы только Йен ее понял. Она уже успела пожаловаться на вчерашнее своему другу, который лишь томно вздыхал на протяжении всего рассказа, заключая, что «такими темпами они не уживутся». Факт. Как же ей было неприятно видеть Лину за столом команды Лекси. Когда Эви уходила утром, соседка еще спала и даже не показывала признаков жизни, так что та думала, что Лина и не собиралась сегодня просыпаться, несмотря на шумный будильник Эви. Но теперь ее соседка была при полном параде – яркий макияж и в меру яркий наряд. Видимо, она все-таки прислушалась к ней, раз надела высокие черные сапоги. Сидела она на коленях у того темноволосого большеглазого парня. — Еще один М, - быстро и с пренебрежением начертил в воздухе мелким шрифтом Йен, отворачиваясь от компании, за которой они с Эви так бдительно наблюдали. — М? – переспросила Эви жестами, возвращаясь к компании. Очень часто Йен сокращал слова до первых букв, если то были имена нарицательные. Обычно из контекста сразу было понятно, о ком идёт речь, но в этот раз она не совсем улавливала значение буквы, пока не присмотрелась к сидящим за столиком парням. Двое из них были с темными волосами, практически одного оттенка, большими карими глазами и одинаково смуглой кожей. — Мориарти? – произнесла вслух Эви. Йен кивнул. — Твоя подруга – девушка М старшего, - Йен непривычно сильно нахмурил брови, превращаясь в сварливую версию себя, которую Эви заставал лишь во время их с сестрой споров. Ребята за их столиком не обращали внимания на их разговор – Флинн уже что-то воодушевленно рассказывал своим друзьям, которые сконцентрировали все свое внимание на капитане. Йен и Эви продолжали свой диалог, девушка старалась бесшумно шевелить губами, чтобы оставить все сказанное между ними. — Что тебе сделали Мориарти? Почему ты их так ненавидишь? — Украли мою сестру, - резко выводил ответ Йен, не обращая внимания на тактичность. Его поднос уже был пуст: оставалась лишь та запасная булочка, которую он упорно предлагал Эви, - Она была другой. Год назад. А я не знал про него. Йен снова сфокусировал взгляд на сестре в попытке испепелить ее и ее компаньонов, которые весело и беззаботно проводили время за завтраком: незнакомый ей рыжеволосый парень громко хохотал, стуча по столу, пока Айра что-то рассказывал. Эви решила, что опыта столовой на сегодня ей достаточно, поэтому она быстро поднялась со своего места и, ткнув в плечо Йена, чем вывела его из транса, подняла его за собой. Парень быстро схватил свой поднос со стола и направился за ней, пока девушка выходила из-за скамеек, попутно привлекая внимания Флинна. Тот проводил их взглядом, выкрикивая стандартные напутствия по типу: «Не умрите со скуки на первой лекции!» До начала занятий оставалось чуть меньше пятнадцати минут, о чем Эви напомнила своему другу. Он в свою очередь, успел потерять счет времени, и теперь заставлял ее бежать от корпуса общежития до левой части здания по улице, на которой было светло и ясно. *** Когда Эви предположила, что из Лины вышла бы хорошая актриса для фильма ужасов, она просто не знала о других кандидатах. А именно – о профессоре Эркле. Если сфотографировать ее и показать кастинг-директору любого хоррора – ее бы загребли с руками. На роль той самой ведьмы, вылезающей из телевизора. Аудитория на первой лекции представляла собой огромный амфитеатр, вмещавший в себя человек двести – может даже больше. А в самом его центре стояла женщина, возраст которой трудно было определить – ее черты лица скрывали густые черные волосы, растрепанные во все стороны, будто последствие неудачного электрического заклинания. Наряд ее прекрасно сочетался с образом ведьмы –безразмерное серое платье в пол. Женщина довольно быстро металась по своей сцене, из-за чего шлейф платья драматично гнался за ней. Когда часы, которых Эви не видела, но четко слышала, пробили ровно восемь, грубый голос пронесся по всей аудитории, потрясая самые дальние ряды. — Те, кто не знают пять сотен базовых заклинаний – вон из моего класса. Было ли такое заклинание, которое заставляло предложение звучать настолько…холодно? Морозный ветер словно заполонил весь амфитеатр, пробегая по многочисленным рядам учеников, заставляя всех поежиться. Йену, сидящему слева от девушки, было особенно некомфортно. — Меня зовут Имоджен Эркле и я учу волшебников в этом колледже вот уже шестьдесят лет, поэтому я знаю, что среди вас предостаточно имбицилов, которые и двух символов связать не смогут – а такие не стоят моего внимания. Эви почувствовала, как Йен схватил ее за предплечье. Дыханье задержала вся аудитория. — Теория комбинаций и критического мышления, - продолжала женщина, быстро вышагивая по периферии сцены, - В мое время этому учили только достойнейших. Теперь передо мной сброд из двухсот семидесяти шести человек. На первой лекции вы не узнаете ничего нового, а я – да. Профессор подняла над головой свою руку, занося волшебную палочку над головой. Замысловатый жест заставил ее артефакт болотно-зеленого цвета сверкать в потемках аудитории. Женщина принялась медленно покачивать руками из стороны в сторону, словно дирижер, очерчивая круг над собой. Эви завороженно наблюдала за действием, параллельно снедаемая страхом. Эркле становились все более резкими. Она долго муторно выводила все новые символы в воздухе, циклично повторяя их. Эви заучивала последовательность, пытаясь понять цель этих чар – но то был слишком сложный вид заклинания, чтобы с ним разобраться. Тут девушка начала замечать кое-что – как и все студенты в аудитории. Прямо перед ее глазами в воздухе рядом с ней стал материализоваться куб света. Точно такие же появлялись рядом с другими учениками, набирая очертания. Спустя пару минут стало очевидно, что куб света был ни чем иным, как кубиком Корсара – той самой игрушкой, с которой коротал время Йен. Эви мысленно осудила себя за то, что ни разу так и не потренировалась в его сборке во время пребывания у Хольтов. Теперь она видела, как Йен пару раз моргнул от удивление, вглядываясь и не веря своим глазам. Девушка решила протянуть руку вперед – и в ту же секунду кубик упал на ее раскрытую ладонь, теряя в яркости. Профессор Эркле уже закончила со своими чарами и сложила руки на груди, пока все остальные студенты ловили раздаточный материал. Йен немного боялся протянуть руку вперед, пока Эви не смерила его осуждающим взглядом – иногда его просто нужно было взять на слабо. Спустя время профессор продолжила оповещать всех присутствующих о своих планах. — Куб Корсара. Вы все когда-то его держали в руках, если только выросли не в пещере. В нем 54 комбинации. У вас ровно час. Время пошло. Это была вся инструкция. Эви почувствовала, как Йен, сидевший рядом с ней, сделал глубокий вдох, и уже через секунду он подкинул кубик в воздух, вернув его обратно на уровень глаз. Она много раз наблюдала за этим процессом, а теперь ей было необходим по памяти все воспроизвести. Цель она помнила – правильно исполненное заклинание окрашивает один из квадратиков в нужный цвет, и так необходимо раскрасить все стороны. Она продолжала наблюдать за соседом еще некоторое время, пока тот принимался медленно встряхивать куб с помощью легкий импульсов. С этим заданием работали похожие чары, что она наложила на расписание в своей комнате вчера вечером – никто, кроме владельца, не мог его считать. Но Эви продолжала бездейственно наблюдать за другом, пока тот увлеченно накладывал заклинание за заклинанием на куб, а маленькие квадратики по одному окрашивались в красный цвет. Йен успел разобраться с целым рядом, когда внезапно запнулся на выведение одного из символов и потерял контроль над кубом, уронив его к себе на колени. А самое обидно – прежде окрашенные квадратики вновь вернулись к первоначальному цвету. А значит работу нужно было начинать с начала. Парень в шоке переводил взгляд с неудачного задания на Эви, от чего его брови взлетели еще выше: — НАЧИНАЙ! – именно такими буквами вывел он послание, одновременно наступая своей ногой на ее кроссовки. Эви резко очнулась и стала оглядываться по сторонам: все уже успели приступить к занятию – кто-то сокрушался над кубом, кто-то успешно собрал целую сторону… Пока она тупила. Последовав совету, она принялась разбираться со своим заданием, подбрасывая куб в воздух и фиксируя его перед собой. Йен сделал то же самое. Прежде, чем приступить к заданию, она, словно готовясь к прыжку, затаила дыхание, закрепляя взгляд на кубе. Она обязана справиться. Сопровождаемая ударами своего сердца, она принялась за работу. Первое, что появилось над левой верхней клеткой куба, было слово «Карамель». У нее ушла ровно секунда, чтобы вспомнить о нужной комбинации – одно из тех тонких заклинаний, в котором необходимо было правильно расставить акценты, чтобы не учинить взрыв, совмещая «сахар» и «огонь». Эви осознала, что уже почти полминуты не делала вдохов. За ее плечами был всего лишь месяц практики, а один прокол мог стоить многого – возвращения к началу. «Ты можешь сделать хоть миллион отвратительных прыжков. Но твоя задача – шесть идеальных» Почему-то слова тренера вспомнились ей именно сейчас. 54 идеальные комбинации. При условии, что она вспомнит все необходимые символы. — Поехали, - вслух проговорила она и принялась за работу. Своими руками в перчатках она стала выводить линию за линией, черту за чертой, поочередно соединяя элементы одного символа, заставляя его плавно перетекать в следующий, завершая комбинацию. С ее последним жестом верхний квадрат стал медленно окрашиваться желтым цветом, что означало верность выполненного задания. И переход к следующему квадрату. Эви решила не отвлекаться, полностью сфокусировавшись на цели. Она не оглядывалась даже на своего друга, который сопровождал свои действия нервным постукиванием ногой. Девушка старалась идти медленно, вникая в каждое задание, чтобы не налажать при считывании поставленной задачи. Забавно, как магия теряла всю романтику, когда дело доходило до решения тривиальных задач на сообразительность. Эви успешно справилась с одной стороной, переходя к следующей, не запнувшись ни разу, пока Йен еще разбирался со вторым рядом красных квадратов. Акценты давались ему с трудом – он очень медленно выводил символы, когда каждая секунда была на счету. Девушка решила долго не отвлекаться и приступила к стороне синего цвета. Она оказалась попроще, на ее сборку ушло гораздо меньше времени, чем на предыдущую. Эви быстро перешла к следующей стороне, выводя символ за символом, пока не собрала половину всех граней. Руки начинали затекать – одновременно было необходимо контролировать куб, удерживая в воздухе, и накладывать чары. Девушка чувствовала, как магия переливалась сквозь ее едва ощутимый артефакт непрерывным потоком – таких длинных практик у нее еще не было. Чуть меньше половины времени прошло, все студенты продолжали усердно корпеть над своим заданием, профессор Эркле пропала из виду, спрятавшись за трибуной, стоявшей посреди сцены. Но внезапная яркая вспышка света привлекла внимание всех присутствующих в аудитории. Эви завершила еще одну грань прежде, чем повернуться вслед за остальными учениками – где-то на переднем ряду сидел парень, вскинувший руки вверх в победном жесте - его куб Корсара был полностью собран. — Имя, - громко объявила профессор, вставая из-за своего места. — С-с-салли, - парень заикался, его было едва ли слышно, - Салли П-пратт. Страх начал закрадываться – у нее оставалось еще две грани, у ее соседа чуть больше, а кто-то уже успел безупречно выполнить все действия. К ее ужасу, Эви заметила, как начала терять контроль над кубом – он слегка накренился вниз, разворачиваясь другой стороной. Было необходимо собраться с мыслями. Проигрывать себе ей не хотелось. Пока она полностью сфокусировалась на белой стороне, среди студентов никаких обновлений не происходило – все продолжали корпеть над своими незавершенными работами с разным процентом успеха. Следующий о своей победе объявил Айра Мориарти - они с Ирмой сидели несколькими рядами ниже Эви и Йена, когда яркая вспышка обозначила их место. Только к этому моменту у Эви оставался один квадрат – завершающая комбинация «сквозной луч», которую она как раз практиковала вчера. Девушка закончила последнее движение – резко провела указательным пальцем по мизинцу – и чары пришли в действие, не просто окрасив последнюю клетку, но и заставив весь куб светиться с той же силой, что и у предыдущих ребят. Эви почувствовала облегчение, когда взгляды студентов стали прикованы к ней и ее световой завесе. Она повернулась к своему соседу. Йен оказался ослеплен чересчур яркой вспышкой и резко потерял контроль над своим кубом – тот стал падать вниз, словно в замедленной съемке. Девушка машинально вскинула руку и легким потоком воздуха вернула кубик на место, пока Йен в растерянности потирал глаза. Эви не опускала руку, даже когда услышала голос преподавателя привлек ее внимание: — Имя! – Тон ее теперь был холоднее, намного тише. — Эви Эдвардс, - произнесла она. — Отстранена от занятий по моему предмету. Дверь там, - своим тонким длинным пальцем с острым ногтем, словно копьем, она теперь указывала на выход. Йен не слышал этой фразы, а считать по губам он едва ли мог – его взгляд был прикован к Эви и ее руке, которая продолжала контролировать его куб, предотвращая от аннулирования всей его работы. Но переведя взгляд на ее испуганное лицо, он догадался, что происходило. Он резко перебил связь Эви с магическим предметом одним движение, позволяя ему падать вниз, теряя краску. — Это я виноват! – слова появились перед лицом Йена, трактуя его жесты спустя мгновение. Парень поспешил встать на месте. Эви потянулась к нему, пытаясь усадить. Разуму с трудом удавалось обработать все происходящее. — Терпеть не могу жуликов и лгунов, - отвечала ему профессор, - Ты — быстро сядь. А девчонка — вон. Яркая вспышка света полностью растворилась в воздухе. Эви протянула вперед руку и поймала кубик с полностью раскрашенными гранями, встала с места и, положив руку на плечо соседа, усадила Йена. — Виновата, признаю, - последнее, чего ей хотелось, это заставлять друга отдуваться за этот инцидент, - На долго я отстранена? — На семестр, - отвечала бесстрастным голосом профессор Эркле. Эви пыталась не терять самообладание. Она чувствовала, как сотни внимательных глаз теперь изучали ее, полностью забыв о своей работе. — Я выполнила задание, - она держала куб на вытянутой руке, смотря прямо на преподавателя, которая бесформенной фигурой стояла несколькими рядами ниже. Кажется, она ей еще в кошмарах будет сниться. — Меня не волнует, - отвечала та, - Жулье. Меня предупреждали о потеряшке Эдвардс, а ты еще и отличиться решила. — ОНА НЕ ВИНОВАТА! – появилось ярко-красное сообщение от Йена в воздухе. Эви поспешила развеять буквы простым заклинанием. — Мы не в детском лагере, чтобы всем помогать. Самозванок, которые срываются в первый же день, я учить не собираюсь. Все молчали. Никого не волновали слова, сказанные Имоджен Эркле. Все благоговейно слушали, не пытаясь ничего сказать в ответ. Может главной героине пристало отстаивать свои права, держаться за свое место и спорить, доказывая свою невиновность. Или хотя бы молить о помиловании. Но Эви молчала громче всех. Это ведь и правда была ее вина – она не должна была помогать своему другу. Она и не собиралась – но вышло все само собой. Видимо, она это заслужила. Отстранение в первый же день. Она стала тихо пробираться, стряхивая руку Йена со своей, сквозь ряды из учеников, провожающих ее взглядом, в котором читалось искреннее недоумение. Преподаватель не сказала ни слова, так что девушка преспокойно покинула аудиторию, выйдя сквозь боковую арку в коридор.