От судьбы не убежишь, Поттер!

– Здравствуй, – человек резко развернулся, ища между стволами деревьев обладателя голоса. – Ты боишься. – Покажись! – маг выхватил палочку из глубоких рукавов мантии, та слегка заискрила. Множество щитов один за другим окутывали человека в фиолетовом тюрбане. – О, я вижу ты подготовлен. Неужто в соседних деревнях уже поползли слухи? Я не так много показывался ближайшим жителям, – Квиррел заметил смазанную тень между парой молодых дубов. Красная вспышка сорвалась с палочки, переламывая одно из деревьев. – Это не вежливо, маг. Ты ведь даже не знаешь, кто я. – Знаю, – возразил Квиррел. – Тот-кого-нельзя-называть! Этот лес пропитан темной магией, которая ведёт к этим горам. Значит Дамблдор был прав и ты не умер в ту ночь! Хриплый голос зашипел и один из щитов взорвался снопом жёлтых искр. – Дамблдор! Конечно, этот старик всегда был подозрителен ко мне и стоило догадаться, что он не поверит в мою смерть. Но, он ничего не узнает, если ему никто не сообщит, – пока голос говорил, щиты вокруг мага один за другим лопались, словно мыльные пузыри. Квиррел почувствовал, как к нему подползает что-то липкое и противное. Страх начал давить на эмоции смелого мага, пытаясь вытеснить все остальное. Замешкавшись на секунду, он поднял все возможные окклюменторные щиты, отгораживаясь от излюбленного воздействия Темного Лорда – ментальной атаки. Следующий выпад мрачной тени, появившейся из ближайших кустов, Квиррел отбил, теряя ещё один щит. – Дамблдор знает где я и придет сюда, если я не вернусь к нему. Ты в любом случае будешь обнаружен. – О, тут ты не прав, предатель крови! – Квирелл почувствовал, как один за другим ментальные барьеры трещат и разлетаются, словно под неудержимым катком, а тьма, обволакивающая со всех сторон выжигает дыры в оставшейся хлипкой защите мага. Огненные проклятия, взрывы, множество заклятий никак не могли отогнать тьму и в какой-то момент она поглотила мага полностью. Дамблдор задумчиво смотрел в полный стакан сливочного пива. Именно в этом трактире, в небольшой деревушке близко к горам и остановился его друг и помощник Квиринус Квиррел, выполняющий задание для директора. Короткого взгляда в глаза бармена хватило, чтобы подтвердить это, а от официантки удалось узнать, что комната молодого мага пустует чуть меньше недели. Заплачено было наперед, поэтому хозяин трактира не волновался. Уже привычный выход на связь каждые 24 часа не состоялся два дня назад. Стоило отреагировать раньше, но связанный по рукам и ногам из-за очередных попыткой чистокровных магов понизить возможности отличающихся от них волшебных существ Дамблдор лишь вчера смог заняться пропажей своего сторонника. Именно пропажей, потому что за это время никаких вестей от Квиррела не поступало. Некоторое время понадобилось на получение межконтинентального порт-ключа и поиски этой деревушки. Дальнейшие свои действия Дамблдор прекрасно понимал: поиск по следам мага, благо подробные записи ближайших действий были у Квиррела в дневнике, найденном в его комнате. Выйдя из трактира, директор посмотрел на мелькающие вдали на горизонте горы и двинулся из деревни, в поле, заканчивающееся лесом, по которому и рыскал Квиренус, выполняя поручение Альбуса. Квиррел аккуратно приоткрыл один глаз, осматривая место, где проснулся. Со всех сторон острый камень, полумрак – он был в пещере, единственным источником света в которой было дневное солнце, слегка освещающее проход. К магу подползла небольшая змейка, со слоящейся кожей, которая хлопьями отваливалась от тела при движении. – Не притворяйся, маг. Я чувствую, что ты пришел в себя, – зашипела змея, а голос раздался в голове Квиренуса. – Прошло уже достаточно времени, но твоего дорогого Дамблдора все нет. Странно, не находишь? Квиррел промолчал. Мозг болел от шипящего голоса, к этой боли добавлялась слабость и голод. Соображать было практически невозможно. Он лишь надеялся, что Тот-кого-нельзя-называть будет неправ и Дамблдор появится в ближайшее время. Как и на то, что это ближайшее время наступит до смерти мага. Словно росчерк молнии, голос в пещере гаркнул: – Круцио! – и Квиррела выдернуло из полусонных мыслей. Тело изогнулось и затряслось, горло сжало и он мог только мычать. Глаза распахнулись от нестерпимой боли, чуть ли не вываливаясь из глазниц. – Теперь то наверное ты будешь посговорчивее, – из змеи постепенно просачивался густой черный туман. Размером с человека, он завис в паре сантиметров над воздухом, создавая еле заметный силуэт, и лишь два красных глаза следили за дергающимся на холодном камне магом. Через секунду боль исчезла, как и труп змеи, осыпавшийся пеплом, как только туман перестал слоиться из нее. – Смотри каким я стал. Жалкий дух, тень былого могущества, лишь отпечаток, оставшийся от величайшего мага в истории. Но ты, ты мне поможешь это исправить. – Ник-когда! – заикаясь прошипел Квиррел. – Т-ты от м-меня нич-чего не-е п... п... получишь! – подобный диалог повторился после нового пробуждения Квиррела. От пыток Круцио он потерял сознание, но вот новый приступ боли вывел его из забвения. Красная пелена застилала глаза, зубы стучали, разбиваясь в крошку, а голос Волдеморта крушил то немного, что осталось в голове Квиренуса к этому моменту. – О, мой дорогой друг, тебе не нужно мне помогать. Мне поможет твое тело, – мерзко засмеялась тени, все ближе подплывая к магу. Нужно было полностью сломить волю волшебника, иначе духу Волдеморта не занять место в его теле и вот он достиг этого и теперь... – Конфринго! – от входа в пещеру полетел сгусток огня, взорвавшийся внутри тумана. Тот заорал, отползая в дальний конец. – Дамблдор... – прошипела тень, в следующий момент выплюнув: – Авада Кедавра! – черная тень сгустилась, ее край позеленел и оторвался от общей массы, устремившись в сторону старого мага. Гарри ехал по коридорам Хогвартса. Мадам Пинс отказалась давать все выписанные Дамблдором книги сразу и сегодня мальчик забрал последнюю. Отчего-то ему захотелось прогуляться, а не звать домовика, и поход в библиотеку стал удачным предлогом. Возможно потому, что четыре стены постепенно приедаются или потому, что сегодня прекрасная погода – солнце неожиданно выглянуло между непрекращающихся февральских дождей и студенты поспешили насладиться этими солнечными часами, что сильно мешало Гарри читать. Сегодня должно быть занятие с Дамблдором, но приглашения в его кабинет, которые он отправляет к каждой новой встрече, не было. Думая, что директор забыл выслать его, Гарри не спеша двигался в сторону кабинета. Не будем обманывать, Гарри нравились эти занятия. Если игнорировать очень странную манеру общения директора и приноровиться пресекать его постоянное желание оставить "на потом" практически любой сколько-нибудь сложный материал, то старик становится хорошим учителем. Учитывая его многолетний стаж преподавателя трансфигурации и то, что на пост директора абы кого не берут, это уже не так удивительно, но, почему-то, за образом светлого мага теряется и забывается та часть директора, которая отражает преподавание. Самое главное в этих занятиях то, что Гарри наконец смог прикоснуться к миру, который его окружает и понемногу все лучше чувствует пространство вокруг него. Дамблдор говорит, что это следствие объединения с магией. Если это так, то мальчику было непонятно, почему волшебников, похожих на него так мало. Тот же Дамблдор как то рассказывал: чтобы уловить след чужой магии нужно множество лет тренироваться и даже в таком случае это все равно остаётся очень сложным делом, доступным далеко не всем волшебникам. Существует отдельная каста магов – ищейки, которые имеют колоссальный контроль над своей магией и запредельную чувствительность, их обучают ещё с подросткового возраста улавливать чужой магический "след" и используют для, так сказать, не совсем легального поиска людей. Распространение такие маги получили лишь на континенте, где магический мир обширнее и прогрессивнее, чем на островах. Возможно, и про ситуации, схожие с ситуацией Гарри там больше известно. Дамблдор, как и Флитвик, пытались что-то разузнать, но магов с островов не любят и пока ничего стоящего найдено не было. Факты всплывали в голове мальчика один за другим, логически следуя друг за другом, пока мальчик не вынырнул из своих мыслей, упёревшись в стену. Коридор шел направо и налево, а прямо перед ним стояла статуя на резном постаменте. – А, хм... – Гарри замер перед гаргульей, задумчиво уставившись в ничего не выражающую каменную морду страшного создания.– Пароль. Э... Лакричные конфетки? Лимонные дольки? Тишина. Статуя как стояла на своем месте, так и стоит. – Ты хоть возмутись, что ли, – буркнул Гарри и задумался. С самого утра его как будто тянет в кабинет директора. Решив подольше поспать, мальчик был резко разбужен несильным толчком. Проснувшись, он не увидел никого, кто мог это сделать и решил, что сильно дернулся во сне. А потом появилось это необъяснимое желание попасть к Дамблдору в кабинет. Сейчас, стоя перед статуей у Гарри складывалось ощущение, будто он идёт на запах чего-то вкусного, он чувствует, как этот запах проходит через горгулью и идёт дальше, по небольшой лестнице, через плотную дубовую дверь и заканчивается около стола директора. Очень вкусный запах, настолько, что непроизвольно выделилась слюна, такой... – Тыквенный пирог? – удивился Гарри, узнав запах и сразу же скривился. – Такая гадость. Гарри привлек скрип, он посмотрел на горгулью, которая нехотя сдвигалась в сторону, открывая проход. Задев пару рун на подлокотнике, мальчик на несколько дюймов поднялся в воздух и спокойно пролетел по лестнице, схватился за ручку кабинета и так же быстро попытался отдернуть руку. Но ладонь будто приклеилась, металл постепенно нагревался, а Гарри чувствовал, как водоворот магии в груди постепенно иссыхает, видел и отчетливо ощущал, как магия течет по руке и проникает в ручку, создавая жар, который ее и нагревал. Потянув сильнее, Гарри наконец смог оторвать ладонь, коляска отъехала назад, но инерции и резко остановилась на краю самой верхней ступеньки. Посмотрев на руку, Гарри разглядел на светлой, никак не поврежденной, коже несколько символов, которые очень быстро исчезали. Точно такие же, но очень нечёткие, будто Гарри смотрел без очков, горели на ручке. Подъехав, мальчик толкнул дверь, которая легко распахнулась. Символов уже не было ни на руке, ни на двери, но вот чувство опустошенности неприятно стягивало грудь, словно опустевший магический водоворот, точно желудок, пытался втянуть в себя любую возможную пишу, даже если это был сам организм. Просидев с закрытыми глазами, пока не убедился, что магия внутри него постепенно вновь зажигается и наливается цветом, Гарри осмотрел кабинет. Директора не было, ничего в интерьере не изменилось. Рассматривая странную колбу с песком двух цветов на одном из шкафов мальчик краем глаза заметил слабый отсвет в центре комнаты. Резко повернувшись, он ничего не увидел. Начав подробнее осматривать центр, ковер и ближайшие кресла, Гарри все чаще казалось, что прямо посередине помещения находится что-то, что он не может увидеть. Остановив кресло в, как мальчику казалось, точке, где происходили все вспышки, Гарри пару раз неуклюже махнул рукам, словно пытаясь что-то поймать. Удивительно, но это дало плоды – мальчик заметил, что его руки оставляют практически невидимый след из синих искр. Чем дольше он находился в той точке, тем отчётливее Гарри казалось, что постепенно проступающее новое ощущение он уже где-то чувствовал. Маги описывали это как "тебя схватили и тянут в районе пупка, пытаясь протащить через тонкий шланг", а сам Гарри вдобавок к этому чувствовал, как бешено циркулирует магия в его организме, а ее центр – ядро, раскручивается так, что превращается в плотный шар, чтобы в какой-то момент резко вспыхнуть и... Тихий хлопок нарушил тишину комнаты, в множестве стеклянных поверхностей отразилась голубая вспышка. Коляска сходила с ума, руны то вспыхивали, то гасли, заставляя предмет дёргаться, слегка подниматься в воздух и с силой опускаться на пол. Наконец, кресло полностью погасло, потеряв своего хозяина и в кабинете воцарилась тишина. Гарри на секунду увидел, как мир вокруг него закружился, чтобы затем погрузиться в темную воду густой магии, создавшей прямой проход между кабинетом директора в Хогвартсе и густым зеленеющим лесом рядом с горами. Упав с высоты человеческого роста, Гарри чудом не разбил очки, успев подставить руки. Земля вперемешку с травой отпечаталась на плотном свитере, в котором очень быстро стало жарко. Ещё не успев подняться, он услышал громкие взрывы. Приподнявшись на руках, Гарри осмотрелся. Он был на небольшом земляном участке, рядом проходила незаметная каменистая тропа, которая в паре десятков метров ниже заканчивалась широкой площадкой и входом в пещеру. Именно оттуда и доносились звуки: у входа стоял слишком знакомый седой волшебник в лиловой мантии, а из пещеры на него нападала... тень. При столкновениях с щитами Дамблдора, тень начинала шипеть и слегка искриться, иногда от нее отлетали цветные сгустки в сторону директора, которые он то принимал на щит, то подставлял под них различные объекты, выхваченные их окружения. Сам же Дамблдор орудовал массовыми заклинаниями: взрывы, столбы пламени, ледяной дождь и любые другие чары, способные накрыть непонятный туман как можно большей площадью. Гарри замер, не зная, что делать. Он был без своей коляски и практически не мог двигаться без ее помощи. Обидно осознавать свою полную зависимость от предмета, но сейчас Гарри закинул эти мысли как можно дальше. Было ясно: если директор не победит, то и мальчику придет конец – не страшная тень, так жители леса загрызут беспомощного подростка. Значит, нужно помочь. На этом моменте Гарри потряс головой. "Мне бы кто помог." – остановил свои мысли Гарри. Дамблдор, с каждой секундной этой нежелательной, но неизбежной дуэли, становился все более хмурым. Том оказался намного сильнее, чем мог предположить Альбус даже в самых худших прогнозах. Планируя поиски и отправляя на проверку Квиррела директор ожидал увидеть слепок души, недопризрака, что-то эфемерное, с помощью чего Бегущий от Смерти смог бы привязать себя к этому миру. Но никак не полноценного духа, сохранившего пусть и часть, но сил своего тела. А добавляя к этим возможностям обширные познания Волдеморта во многих областях магии, получается грозный противник даже в нынешнем его состоянии. Конечно, Дамблдор сдерживался – он не мог позволить убить Квиррела, из-за чего приходилось обходиться не самыми убойными заклинаниями из своего арсенала, да и маг часто отвлекался на защиту бессознательного тела, чем во всю пользовался Темный Лорд. И все же, Дамблдор теснил Тома. Тень уменьшилась на треть по сравнению с первоначальным объемом и видимо имела некий минимальный размер, потому что ответных атак в виде заклинаний становилось все меньше, вместо чего Волдеморт больше использовал свое тело как оружие – кидался на директора, выстреливал туманными сгустками и потом всасывал их обратно, пытался, словно огромными щупальцами смять светлого волшебника в тисках. Альбус, не смотря на свое преимущество, медлил. Взрывы, треск огня, шипение сгорающего живого тумана, выкрики заклинаний – любой звук в голове директора отражался, преображаясь в глубокий голос Сибиллы Треллони, и все, что сейчас слышал Альбус, словно отбойным молотком, припечатывалось словами пророчества. Он верил в то, что именно Гарри суждено одолеть Волдеморта и искренне не понимал того, что сейчас происходит. В то же время он не мог отпустить темного мага, как и потерять своего товарища. Тем временем Темный Лорд пытался уловить изменения в обстановке. Будучи духом он намного острее ощущал мир вокруг и отчётливо слышал близкий хлопок, но никто не приходил. Не было помощи директору, никто не кричал и не пытался аппарировать из места стычки двух магов. Волдеморт начинал паниковать. Директор оказался настроен намного серьезнее, чем рассчитывал дух. Что-то неуловимо изменилось в старом маге с Первой Магической Войны и это не нравилось Тому. Конечно, светлый маг не решится убить его, Дамблдор на такое не способен, но ведь это не значит, что он не сможет довести состояние Волдеморта до такого, что его душа станет настолько эфемерной, что сама вырвется из плена крестражей. Темный Лорд внутренне содрогнулся от этой мысли. Альбус не знал о такой возможности и именно это незнание было опасным. Оставалось только не тратить силы на попытки убить директора и вынудить его отпустить Волдеморта. Или убить. В том, что выберет Дамблдор, Темный Лорд не сомневался. Предприняв ещё одну попытку атаковать беззащитное тело мага, дух тем самым попробовал отвлечь Дамблдора и нанести подлую атаку. Которая вновь провалилась, оттолкнув Волдеморта в пещеру. Тем временем, воспользовавшись заминкой, Дамблдор указал на небольшой камень под ногами палочкой, что-то беззвучно прошептал, тот сверкнул, чтобы потом, последовав резкому взмаху палочки, полететь в Квиррела. Догадываясь, что сейчас произойдет, Темный Лорд взревел, метнувшись тенями к магу в тюрбане, но не успел: коснувшись того, камень вспыхнул голубой вспышкой и Квиррел исчез. В эти несколько секунд Дамблдор был слишком занят, да и не настолько внимательны люди, чтобы замечать подобные мелочи, но Волдеморт услышал. Отдаленный резкий вскрик, оттуда же, откуда принесло хлопок, похожий на телепортацию. Не имея лица, Темный Лорд видел все вокруг и заметил мелькнувшие волосы и руку человека над выступом в десятке метров выше. Отправив кусок своей тени в ту сторону, Волдеморт насел на директора, разозленный тем, что тому удалось спасти выбранное им тело. Гарри коротко вскрикнул и попытался оттолкнуться от земли, когда почувствовал, как на спине что-то зашевелилось. Перекатившись по небольшому склону от края выступа, он отчётливо услышал змеиное шипение. Приподнявшись на локтях, мальчик замер, наблюдая за змеёй, слегка раскачивающейся из стороны в сторону. Красные глаза, черный язык, выстреливающий из приоткрывшейся пасти, сетка черных капилляров по темно-зеленой коже. Гарри видел перед собой змею, но ее как будто не существовало. В месте, где находилось животное, словно была пустота, жадно тянущая энергию из окружающего мира. Тело змеи чуть напряглось, она слегка сжалась, словно пружина, и выстрелила собой, планируя одним рывком впиться острыми клыками в шею жертве. Глаза Гарри расширились от ужаса, сам он замер, не в силах пошевелиться, но магия внутри бурлила с момента, как мальчик почувствовал змею на своей спине. И именно в этот момент, когда голову Гарри полностью затопила паника, магия оказалась в полной свободе от разума. И тела. Гарри смотрел за происходящим как будто со стороны. Безразлично отметил резко вскинутую руку, которая поймала змею в полете; так же не особо удивляясь скользнул взглядом по множеству линий на руке, пробивающих своим светом кожу. Отдаленно ощутил, как в районе плеча тлеет то, что осталось от рукава свитера. Тем временем змея была и не против этой поимки. Гарри ощущал, как она с удовольствием тянет из него магию, постепенно становясь больше. Почувствовав лёгкую злость, Гарри сжал руку. С начала змея кровожадно зашипела, но постепенно в ее небольших глазах появился страх и верткое тело попыталось вырваться. Но рука сжималась все сильнее, магические каналы светились все ярче. В голове Гарри равнодушно пронеслась информация о них и он так же вспомнил, как видел точно такие же линии когда его обследовала мадам Помфри. Но тогда они были наполнены не его магией, в то время как сейчас он ощущал каждую клетку в руке, как она вся пульсировала, откликаясь на циркуляцию магии в организме. Ещё несколько секунд и змею переломило пополам, кровь брызнула, пачкая и без того не чистый свитер, стекая по руке и капая с локтя. Отбросив труп, мальчик практически перестал контролировать свою руку, которая повисла, лишь слегка дергаясь от судорог. Вся рука была красноватой, словно сгоревшей под солнцем, а плечо щипало – ожог практически затянулся силами магии, но не полностью, да и свитер продолжал еле заметно тлеть. Снять его одной рукой оказалось сложной задачей, после чего мальчик обессиленно рухнул на землю, не замечая мелкие камни и траву под голой спиной. Холода он не чувствовал – после случившегося от Гарри исходил еле заметный пар. Волдеморт, отслеживающий свой небольшой кусок, стелясь по земле, взлетел на выступ и увидел полуодетого мальчика, лежащего на земле. Тот слегка приподнял голову и Темный Лорд замер, не зная, злиться ему или радоваться. Перед ним был Гарри Поттер. Эти глаза и, конечно же, шрам он узнает всегда. Чёртовы зелёные глаза постоянно виделись Волдеморту в снах, если, конечно, духи могут спать, ведь это было последнее, что видел Том Реддл перед своей смертью. Обуреваемый яростью к ребенку перед ним Волдеморт полностью сконцентрировался на том куске себя, что был рядом с мальчиком и полетел в его сторону. Быть может, он сможет даже занять его тело и тогда потеря того мага уже будет не важна. Краем глаза, пока летел, он отметил труп змеи, в которой признал одну из своих специально выращенных особей для временного вселения. Видимо, они разбежались после взрыва в пещере, но это сейчас не важно. В центре тумана зажёгся зелёный огонь, который постепенно разгорался все сильнее, а появившиеся две красные точки впились в глаза Гарри. В этот раз не только Гарри испытал ужас, но и его магия замерла, как только он увидел две красные точки. В голове проносились все те сцены из кошмаров, а в голове мальчика повторялось лишь одно слово: "Смерть". Здесь, рядом с ним. – Авада Кедавра, – прошипел туман и Гарри словно отмер. Миллион мыслей пронесся в голове мальчика за тот момент, что зелёный огонь превращался в практически белый и кое-что он точно понял. Это не Смерть. И от этой мысли Гарри бы радостно рассмеялся, если бы у него было на это время, но слова тумана были прекрасно известны мальчику, много читающему книги и особенно, книги о различных заклинания. Проклятие смерти... Когда зелёный шар практически отделился от тумана, тот безумно заорал, начав дёргаться в воздухе. Дамблдор, не ставший себя утруждать вопросом "почему Волдеморт резко перестал атаковать и лишь лениво защищался", к тому же более не скованный присутствием в опасной близости Квиррела, взмахнул несколько раз палочкой над головой, что-то быстро прочитал на латыни и из-под земли вылезли колючки, протыкая тень, цепляясь за клочья тумана, и, в итоге, прижимая духа к земле. Волдеморт вновь разделил свое сознание, пытаясь вырваться из плотных оков и в то же время вновь нависнув над Гарри Поттером. Дамблдор чувствовал, как его обширный запас магии постепенно подходит к концу. На старческом, морщинистом лбе выступили капли пота, рука с палочкой несильно тряслась, а взгляд прищурился, чтобы разглядеть через лёгкий туман на глазах своего врага. Гарри с испугом смотрел на заметавшуюся тень, боясь шелохнуться, а потому никак не сдвинулся до момента, пока непонятный дух вновь не навис над мальчиком. Да и какой смысл бежать? Без коляски и черепаха будет быстрее, не говоря о летающем существе. Момент, когда туман рванул на мальчика, разевая свою черноту словно огромную, клыкастую пасть, Гарри видел до мелочей отчётливо. Вот туман немного растягивается, вот его слои разлетаются в стороны от скорости, вот пропадают красные точки глаз, уступая место пасти. В последнюю секунду Гарри подумал о том, что именно его любопытство привело его сюда. Необъяснимое ощущение, которое он так и не сможет понять, его постоянно куда-то ведёт, подсказывает... видимо, зря, или некачественно. Или Гарри неверно воспринимает подсказки своей волшебной интуиции, которая вновь что-то подкидывала уставшему разуму. Погружение, плотная магия, водоворот, рывок... Глаза Гарри широко распахнулись, туман врезался в камень, где секунду назад лежал Поттер, в то время как последний летел в яркой вспышке вниз по скале и радовался, что успел вытолкнуть остатки своей магии на то, чтобы подхватить так стараемо вырисовываемые его воображением ощущения. Не контролируя происходящее мальчик ударился об землю во время полета и потерял сознание, продолжив лететь до цели. Дамблдор опешил, чуть не выронив из ослабевших пальцев палочку, когда с выступа неподалеку в его сторону полетела огненно-красная вспышка, оставляя след из искр, оседающих и прожигающих ближайшую траву. Пролетела, ударившись о землю и отскачив вверх, упала врезавшись в землю у его ног, и с негромким хлопком рядом с Дамблдором появился тот, кого он точно никак не ожидал здесь увидеть. У его ног лежал Гарри Поттер, в царапинах и ссадинах, в одних штанах и без сознания. Вслед за нем, с небольшой задержкой, от того же выступа поплыла небольшая частичка черного тумана, что привело Дамблдор в ярость. Он давно не испытывал настоящей злости, но за последние месяцы произошло слишком многое. Ошибки одна за другой валились на старого мага. Вместе с Гарри Поттером Дамблдор вновь вспомнил Лили и Джеймса, которых не смог уберечь. Алису и Фрэнка Лонгботтом, которых не смог спасти и прочих знакомых и не очень магов, пострадавших в той войне. И жертвы продолжаются сейчас. Скольких людей убил Волдеморт в ближайших деревнях, пока они искали его? Что если бы Дамблдор не успел спасти Квиррела? Он уже корил себя за то, что не оставил все и не бросился за своим товарищем сразу же. Остаётся только радоваться, что Альбус смог спасти его и сейчас он в безопасности. И теперь Гарри. Вновь. Опять он не уберёг этого мальчика, и плевать на то, что его здесь никак не должно было быть. Дамблдор сейчас отвечает за него. С момента, как он забрал Гарри Поттера из больницы он перестал быть чужим для старого мага. Не важно, кто должен был заботиться о нем раньше, сейчас этим кем-то является он – Альбус Дамблдор. Это нужно было признать намного раньше, ещё в ту ночь одиннадцать лет назад, но... Дамблдор тряхнул головой, отгоняя мысли, и принялся создавать всевозможные щиты вокруг Гарри и себя, в то же время достав из кармана мантии плотную бумажку с несколькими символами. В его пальцах она вспыхнула розоватым огнем, без дыма, без искр и пепла, за несколько секунд полностью сгорев, не причинив Дамблдору никакого вреда. Теперь остаётся надеяться, что помощь прибудет как можно быстрее. Сейчас в кабинетах профессоров зажглись особые свечи, а на пергаменте, зависшем над ними проступали имя того, кому грозит опасность и где он находится. А в кабинете директора служанка с портрета, увидела как красным засиял небольшой стеклянный шарик на выгравированной подставке, специально оставленный рядом с ее портретом и уже бежит сообщать всем о том, что директору школы чародейства и волшебства нужна помощь. Дамблдор, проведя свободные секунды за установлением максимальной защиты, был готов вновь атаковать Темного Лорда. В это время последний выбрался из колючек светлого мага. Оба волшебника были готовы ко второму раунду. Волдеморт сомневался. С одной стороны, прямо сейчас перед ним стоит его заклятый враг, потерявший бо́льшую часть своего запаса магии и тот, кого нарекло Пророчество победителем Темного Лорда. Альбус Дамблдор и Гарри Поттер были в нескольких метрах от духа, но он медлил. Было ясно, что этот бой дастся нелегко. Том был уверен, что именно сейчас Дамблдор способен его убить. То, как он смотрел на мальчика, а потом на Волдеморта заставило последнего похоронить надежды выйти живым из этой битвы. Дамблдор был готов убивать. Не во имя добра, справедливости, мести, нет. Он защищал ребенка у его ног, того, кого не смог защитить одиннадцать лет назад. Каждая секунда промедления и возможного боя увеличивала шансы того, что сюда нагрянут авроры. Осознавая это Темный Лорд принял единственное решение, позволяющее ему выжить, восстановиться и прийти вновь. Дамблдор смотрел, как его противник поплыл низко по земле в сторону гор. Сил гнаться за Волдемортом не было. Как и, честно говоря, желания. Этот день забрал слишком много сил у совсем не молодого мага. Он трансфигурировал из ближайших камней койку и леветировал туда Гарри, создавая мальчику теплое одеяло. В Албании в это время года достаточно тепло, но простыть из-за этого ещё проще, не заметив холодного ветра. Сосредоточившись на Гарри, светлый волшебник поочередно накладывал различные диагностические чары, мельком подлечивая порезы и ссадины. Все оставшееся время, до прибытия других волшебников, Дамблдор в фоне отслеживал состояние Гарри и был готов к отражению внезапной атаки Волдеморта. Расслабился он только когда оказался в таком родном и привычном кабинете директора, без сил упав в мягкое кресло. Гарри лежит в Больничном крыле и Альбус сможет проведать его завтра, а сейчас ему нужно поспать. Да, хороший сон и несколько восстанавливающих зелий ему точно не повредят, думал Дамблдор, засыпая в кресле, так и не заметив коляски, сиротливо стоящей в центре его кабинета.