Особенности эволюции в параллельном мире-3. Яд исцеления.

- У тебя ничего не изменилось.       Кайрин обвел взглядом комнату, напоминающую не то лабораторию не вполне вменяемого мастера артефактов, не то свалку безумного любителя хлама. Передвигаться по этому помещению он не рисковал, обоснованно опасаясь обрушить один из завалов вещей непонятного назначения, книг и предметов мебели. - Не вижу смысла. Меня устраивает моя жизнь, знаешь же. Хоязин комнаты – молодой худощавый дроу в не по сезону плотной одежде - перемещался в своеобразном лабиринте вполне уверенно, избегая приближаться к гостю и даже взглянуть на него лишний раз. Кайрин усмехнулся подобной наивности и устало вздохнул. Силь был прав – этим летом, кажется, часть разумных их мира настигли приступы безумия. - Тайсари. Ты знаешь, зачем я пришел. Не отнимай время у себя и у меня. Вздрогнувший и шарахнувшийся при звуках собственного имени дроу уронил кусок горной породы, который крутил в руках, вызвав лавину на одной из гор хлама. - Кайрин, я простой работник склада. Считаю поступающие и отгружаемые на продажу тюки и ящики. Чем я могу помочь главе боевого клана? Вздохнув еще раз уже мысленно, Кайрин согнал с лица остатки благодушия. Преодолев разделяющее их расстояние одним неуловимым броском, прихватил бывшего соклановца за ворот. Тайсари побледнел так, что расчертившие правую щеку и скулу параллельные шрамы приобрели синюшный оттенок. - Я бы понял и принял, откажись ты от своих обещаний. Данных добровольно обещаний, - последнюю фразу Кайрин нарочно выделил, напоминая. – Но ты решил умолчать о важной информации. Как давно Линисса тебя раскрыла? Дрожащий, как иррик в когтях хищника, Тайсари внезапно вернул самообладание и зашелся невеселым смехом. - Если бы будущая кассиа-тана узнала о нашей маленькой договоренности, мы бы с тобой не беседовали.       Смех приобрел истерические нотки, и Кайрин разжал пальцы, выпустил пропахшую каменной пылью ткань. Злость не ушла полностью, однако больше не подталкивала вытрясти душу из нарушившего обещания. Потому что в светлых глазах напротив под виной и упрямством затаился огромный страх. Потому что требовать что-либо он, по крупному счету, права не имел. - Прости, Кайрин. Я не похож на тебя. Я лучше буду живым предателем, чем мертвым героем. - Как давно Сайкара позволяет наследнице вести себя в клане как рыыху в лаборатории алхимика? - А она не знает… Или не хочет видеть… Не знаю…. Подхватив ближайшую нашедшуюся под рукой книгу, Тайсари прикрылся ею как щитом. - Я понял, - Кайрин отступил на шаг и склонил голову. – Отныне ты свободен от всех обязательств передо мной, Тайсари ит-Край-Катраи. Благодарю за помощь. Тайсари дернул головой, словно от удара, издал хриплый звук, будто его душили. - Кай… Кайрин. Около года назад Линисса долго искала что-то в клановой библиотеке, в разделе, посвященному медицинским изысканиям. А после приблизила к себе Грайрана. Я не предал этому значения, прости… - Нет. Это ты меня прости, Тайсари. Если беда придет за тобой, ты знаешь, где меня найти. - Предложишь мне покровительство своего клана? – насмешка прозвучала горько и жалко. - Да. Не оборачиваясь, Кайрин бесшумно закрыл за собой дверь. Он помнил Тайсари тонким нескладным подростком – будучи ровесниками они часто сталкивались на занятиях и на уроках боевой подготовки. Помнил, как нес его, во время вылазки в горы сорвавшегося с обледенелого склона. Помнил забивающий дыхание запах крови, быстро замерзающей на морозе, и жалобные стоны, становящиеся все тише. Возможно, сумей он вернуться быстрее, целители смогли бы помочь Тайсари лучше. После сильного удара головой у того что-то сдвинулось в разуме, энергичный и любознательный подросток стал пугливым и дерганным, могущим подолгу застывать на одном месте с остановившимся взглядом или наоборот, метаться в подобии припадка, не способным ни на чем сконцентрироваться. Один из наставников посоветовал Тайсари заняться рукоделием – безопасным и требующим внимательности делом, помогающим успокоиться. Едва встав с постели после травм, Тайсари сам пришел к Кайрину, давая обещание отплатить за спасенную жизнь. И держал это обещание, делясь информацией, наблюдая, передавая клановые новости. Да, Тайсари почти не рисковал, потому что ничего секретного или могущего навредить клану рассказать не мог. А у сына кассиа-таны, лишившегося отца, почти не было союзников. Но все равно… На языке загорчило отвратительно знакомо. Имел ли он хоть какое-то право упрекать Тайсари, когда сам долгие годы просто пользовался давним долгом? Пользовался чужой благодарностью в своих целях, не задумываясь? - Поднимайся, братец. Мы идем в библиотеку клана.

***

      Сперва заявленный трактир, он же разбойничий притон, показался буреломом с вкраплениями мусора. По мере приближения очертания строений вырисовывались четче, однако менее убойным впечатление не стало. Главный дом, выполняющий собственно роль трактира, напоминал располневшую избушку на курьих ножках, окурженную выводком из нескольких наскоро сляпаных хозяйственных построек. Шесть невыскоих свай героически удерживали тяжесть двух этажей и съехавшей набекрень двускатной крыши. Нехарактерная для Обитаемых земель архитектура вызывала вопрос, какие грибы употреблял проектировщик этого творения. - Говорить буду я, - вполголоса напомнил Сайларис, нервно дергая поводья своего рыыха и угрожающе глядя почему-то на Найрина. Природнику взгляды и неодобрение бывшего Главы Стражи были индифферентны – брачные узоры кололи холодом, от наскоро нанесенной маскировки одолевал зуд. Сайларис довольно грамотно подошел к вопросу работы под прикрытием. Так, мы с Наем, изображали тех, кем и являлись на самом деле, только находящихся в полулегальном положении. Мини-отряд из воина, мага и целителя ни у кого не вызовет вопросов. Для создания образа пришлось слегка подпортить свой внешний вид и состояние одежды, создавая иллюзию долгого и нелегкого странствия. Дабы исключить вероятность, что Найрина узнает кто-либо связанный с торговцами, я обработал его волосы свежим соком кленовника, превращая серебристую шевелюру в экзотичекую мешанину прядей всех оттенков неба. Смотрелось дико, но маги природы часто склонны к эксцентричному поведению, а разумному с таким цветом волос точно не станут задавать лишних вопросов. Во избежание. Я же немного растрепал тщательно заплетенную косу, повалял в пыли рубашку и штаны и придал лицу выражение мрачной задерганности. Точнее, позволил истинным чувствам проявиться для широкой публики. Внутри сомнительное заведение выглядело не лучше, чем снаружи. Есть или пить здесь что-нибудь не рискну даже со своим совершенным организмом, способным справиться с большинством ядов. О санитарных нормах, да и самой обычной уборке владельцы, похоже, отродясь не слышали. Правда, нескольких разумных с трудом поддающихся расовой идентификации заляпаные жиром столешницы, грязная стружка под ногами и подозрительного вида пятна на стенах совершенно не смущали. Собственно, эти пятна и копоть от большого очага в дальнем конце зала и составляли единственную отделку стен. Дышать я стралася пореже – для острого обоняния какафония запахов была сродни удару под дых. Сайларис прошествовал к стойке, не скрывая брезгливой гримасы, и бросил через плечо. - Чего встали? Сейчас пожрем и завалимся отдыхать. Я пока не определился, вести себя как послушный командиру подчиненный, или держаться на равных, потому придал лицу нейтральное выражение и, подхватив пребывающего в легком шоке Ная под локоть, двинулся следом. Нас провожали взглядами – не угрожающими, но слегка настороженными, изучающими. Выправку Сайлариса не скроешь никакой маскировкой, да и от Ная фонило силой. Появившийся из недр кухни оборотец являлся органичным продолжением сомнительного заведения. В пестром халате не первой свежести, не старый, но весь какой-то обрюзгший и вызывающий непреодолимое желание засунуть его в стиральную машинку вместе со всеми шмотками. - Чего изволят уважаемые таны? – темные, глубоко посаженные глаза мигом выхватили и добротную одежду, и хорошее оружие Сайлариса, одутловатое лицо расплылось в любезной улыбке. - Две лучших комнаты и ужин на троих, - бывший Глава Стражи выложил на стойку пару серебряных дархамов. – И пускай принесут бадью горячей воды. - Все сделаем, - при виде денег улыбка, кажется, готова была разорвать напополам не слишком привлекательную рожу. Оборотец смел монеты в поясной карман и заорал в сторону кухни. – Хар! Хар, отродье бездны, живо сюда! Появившийся на зов мальчик-оборотец бросил на трактирщика злой взгляд из-под падающих на лицо косо-криво обрезанных волос и склонил голову. - Где тебя носит, бездельник? Проводи танов в наши лучшие комнаты, - повернувшись к нам, трактирщик снова залебезил. – Хар подаст вам ужин и исполнит любые ваши пожелания. На данный момент единственным моим желанием было вбить зубы в глотку этому похабно скалящемуся существу, не иначе, как попущением их Лунной Богини топчущему землю. Потому что стоящий перед нами мальчишка едва успел вступить в подростковый возраст. У оборотцев нет таких ограничений на возраст согласия, как у дроу и эльфов, однако любителей слишком юных любовников и любовниц презирают повсеместно и считают неполноценными. А уж сексуальное принуждение является преступлением для всех рас Траэса без исключения. Одолеваемый постоянным страхом за сына и усталостью мозг выдал картину, что и с моим ребенком какой-то отморозок мог обходиться как с бесправной вещью, и маскировка оказалась в шаге, чтобы не полететь в бездну. От провала неожиданно спас один из заседающих за столом мутных типов. - Эй, красавчик. Симпатичных птичек с собой таскаешь, - судя по голосу, это создание когда-то было эльфом, увлекшимся «пыльцой солнца». – Поделись на одну ночь, я в долгу не останусь. Не успел я рефлекторным жестом сгрести, закрывая собой, Найрина, и высказать любителю прекрасного, куда ему следует скрутить и засунуть свои предложения, как Сайларис повернулся грациозным плавным движением. «Добрая» улыбка в сочетании с взглядом в стиле «вы все говно» плюс заметное и слепому мастерство воина заставили компанию за столом присмиреть. - Не советую, - от звучащего в голосе предупреждения даже меня пробрало. – Эти птички ваш хлев раскатают по бревнышку и солью сверху присыплют. Готов рискнуть? Рисковать дурных не нашлось. Похоже, в зале собрались мелкие сошки, пробавляющиеся случайными заработками, и нас просто прощупывали на всякий случай. Я волновался как бы пребывающего в душевном раздрае Найрина не триггернуло, однако природник держался молодцом. Хар вытащил из-под стойки примитивную масляную лампу и указал в сторону лестницы на второй этаж, почти не заметной из зала. Сайларис последовал за ним, я замыкал шествие, обострившимся чутьем отслеживая возможную опасность. Не то, чтобы всерьез опасался нападения местных завсягдатаев. Просто логика разумных с наркотической зависимостью непредсказуема. До комнат, расположенных в конце полутемного коридора, добрались без приключений. Оглядев предоставленные хоромы в свете еще трех заженных провожатым ламп, я скривился. Пол под ногами скрипел, словно жаловался на непосильную тяжесть бытия, с потолка бахромой свисали коконы бабочек-полуночниц, цвет постельного белья на видимой кровати наводил на ассоциации с давно не стиранными половыми тряпками. Если это лучшие комнаты, что же в остальных? Вдобавок в помещении витал едва уловимый неприятный запах. Стоящий рядом Найрин взрогнул и замер, словно боялся случайно коснуться чего-либо. Я его прекрасно понимал. Не страдая особой брезгливостью, и то предпочел бы ночевать в лесу под деревом. Зато комнаты оказались сообщающимися, вход во вторую перекрывала пыльная бумажная ширма. - Сейчас принесу ужин, - сообщил Хар, избегая встречаться с нами взглядами. – Чего желают таны? - Бутылку вина, две чашки травяного чая и мясной каши на всех, - распорядился Сайларис, не выходя из образа командира. – В чистой посуде. Парнишка-оборотец тряхнул лохматой гривой и бесшумно исчез за дверью. Я же первым делом полез открывать окно, являющееся несомненным плюсом сомнительных апартаментов. Найрин тоже отмер, сгрузил походный рюкзак возле кровати и принялся искать что-то в его недрах. Двигался природник слегка скованно и немного прихрамывал – за день в седле с непривычки наверняка натер все, что можно. - А рыыхов наших за ночь не уведут? – поинтересовался у Сайлариса, расположившегося за массивным, явно спертым из богатого дома столом. - У своих не воруют, Силь...ванестри. У них такое правило.       Бывший Глава Стражи пытался выглядеть непринужденно-расслабленным, но удавалось ему неважно. Он словно постарел за несколько дней, темные круги под глазами и залегшие у губ морщины только усиливали впечатление. От бравого красавца-вояки осталось блеклое подобие. Отчасти я его понимал, и от этого становилось лишь паршивее на душе. Был ли у него в целом мире еще кто-нибудь близкий, кроме дочери? Любовь мужа и родичей, забота наставника избаловали меня, заставив забыть об одиночестве. А теперь невольно пришлось вспомнить, каково это. Кроме родителей, у меня не было по-настоящему близких людей. Я не хотел думать об этом, не хотел понимать разумного, осознанно подвергшего опасности моего ребенка и косвенно причастного к жестокому убийству моих пациентов. Но мир никогда не делился на черное и белое. - Таны, ваш ужин, - видимо, наученный горьким опытом общения с не вполне адекватными разумными, Хар не спешил заходить. Найрин продолжал копошиться в рюкзаке, Сайларис медитировал, закинув ноги на край стола, потому открывать пошел я. Груженный подносом парнишка проскользнул в комнату, обмахнул стол относительно чистой тряпкой, не обращая внимания на бывшего Главу Стражи, и принялся расставлять чашки и тарелки. - Благородный Харуш просил передать, вода для купания согреется через час, - парнишка скромно держал очи долу, но по интонациям было ясно, что «благородного» Харуша он бы с радостью увидел в компании тварей бездны. – Желаете, чтобы я прислуживал за столом? Или… Юный оборотец держался спокойно, только руки сжались в кулаки, а на скулах проступили желваки. Не забитое и запуганное создание – молодой зверь, готовый вцепиться в глотку, но, увы, еще слишком слабый, чтобы попытка увенчалась успехом. Что удерживает его в таком дрянном месте, заставляя терпеть унижения? - Благодарю, Хар, - я выдал скупую улыбку, дабы не слишком выпадать из образа. – Ничего больше не нужно. Не забудь про воду. Поклонившись, парнишка схватил поднос и исчез со скоростью света. - Твоя доброта вернет тебя в объятья Лесной Матери до времени, - фыркнул Сайларис, принюхивась к своей тарелке и отодвигая не тронутой. Интонации невольного спутника совсем не понравились. – Иногда она хуже жестокости. Хочешь спасти всех, да? Взмахом руки прося вскинувшегося Найрина не вмешиваться, в упор взглянул на раскачивающегося на стуле Сайлариса, подмечая и дергающиеся губы, и темный нездоровый огонь в глазах. Кажется, у бывшего Главы Стражи травма, как-то связанная с детьми и сексуальным насилием. Однако копаться в глубинах чужого подсознания и чужой биографии в данный момент не было ни времени, ни желания. - Скажите лучше, тан Сайларис, каким образом вы собирались добывать информацию в этом гостеприимном месте? – идти на открытый конфликт в нашей ситуации стало бы неразумным шагом, потому предпочел перевести диалог в конструктивное русло. Придвинув к столу колченогий табурет, подозрительно хрустнувший под моим седалищем, заглянул в чашку с чаем. Чайшка действительно выглядела чистой, а напиток пах знакомыми травами, потому рискнул отпить глоток. Привкуса парлизующих ядов или сонного зелья, часто используемого грабителями, не ощутил, но есть здесь все равно не рискну. У нас с собой недельный запах походных пайков. Просто для усталых путников не заказать ужин выглядело бы странно. Закончивший свои геологические раскопки Най выложил на стол завернутые в вощенную ткань лепешки и тонкие ломти вяленого мяса и скромно примостился рядом со мной на последнем свободном табурете. - Спущусь вниз, к вечеру должно прибавится народа. Закажу бочонок пойла для всей компании и буду слушать, - сообщил Сайларис, меланхолично перекапывая ложкой свою порцию каши. – Вам лучше остаться в комнате. Гениальный план! Достойное продолжение той нелогичной и авантюрной затеи, которую мы реализуем последние дни. На задворках разума скреблось ощущение, что упустил нечто важное в самом начале, потому все последующие шаги уводят не туда. - С чего вы взяли, что местные станут откровенничать с незнакомцем? – спросил Сайлариса для проформы. Бывший Глава Стражи с выражением философской покорности судьбе рискнувший отведать каши, нервно дернул головой. - Брошу вскользь, что ищу найма. За хорошие деньги, пускай и со… сложными условиями. Упомяну, что предпочитаю работать с магами. М-да, план надежнее щвейцарских часов! Хотя, может что и выгорит. До поры до времени бывшему Главе Стражи выгодно сотрудничать с нами. Главное, не упустить момент, когда это изменится. Я же собирался совершить короткую вылазку в сторону Мертвого Леса, но сообщать о намерениях не спешил. Предупреждение Вайлера, что Сайларис может знать одного из отступников, гвоздем засело в голове. Потому об откровенности стоило забыть. Желание Сайлариса работать в одиночку играло мне на руку, хотя оставлять Ная не хотелось, равно как и тащить с собой. В руку ткнулся бутерброд из разрезанной лепешки, переложенной пластинами мяса. Под немного укоризненным взглядом Найрина я через силу сжевал предложенное, запив остатками чая. Упавшая в желудок еда породила неприятную тошноту – кажется, шутки про гастрит перестают являться таковыми. В дверь негромко постучали. Получив разрешение, Хар водрузил посреди комнаты деревяную бадью, которую, судя по налету на стенках, можно было использовать в качестве чашки Петри для анализа всех бактерийных эндемиков. Неужели посетители этого трактира настолько деградировавшие разумные и совсем нечувствительны к подобной антисанитарии? Несмотря на почти полное отсутствие заразных заболеваний и крепкий иммунитет население Траэса уделяло значительное внимание личной и общественной гигиене. Во многих Вольных городах, как в древнем Риме, работали общественные купальни, которые любой мог посетить за символическую плату. В домах и трактирах побогаче организовывались более продвинутые бани либо душевые с горячей водой. Перед трапезой посетителям трактиров подавали влажные полотенца или емкости для омовения рук. Половину косметической продукции, предлагаемой в Обитаемых Землях, составляли разнообразные шампуни, порошки для зубов, мыла и средства для купания. Мррах, содержавшую трактир в деревне вархов, удар бы хватил при виде такой грязищи. У тех же оборотцев пользовались популярностью паровые бани, где можно отдохнуть душой и телом, а для придания коже мягкости и упругости в ход шли солевые скрабы и притирания с ароматными маслами. Или весь неаппетитный антураж призван отпугнуть случайного путешественника? Успевший за время моих размышлений уйти, Хар вернулся с двумя ведрами кипятка, которые бухнул в бадью. По комнате расползлось облако пара, заставив коконы под потолком заколыхаться, словно диковинную ширму. Некоторые даже, по-моему, решили внепланово вылупиться. Нет уж спасибо, я лучше на разведку, в Лес. И, желательно, до рассвета. - Прошу прощения, таны, - парнишка попятился к двери, однако меня кое-что заинтересовало. Взгляд. Настороженнный, испытущий. Будто ожидающий нашей реакции. Все интереснее и интереснее. Неужели, нас провоцируют на безобразия? Нет, тут что-то другое. - Ничего страшного, - я поднялся и медленно двинулся к юному оборотцу держа руки открытыми ладонями вверх. – Ты хотел что-то спросить, Хар? Или что-нибудь поведать нам? Парнишка дернулся, словно инстинктивно порываясь сбежать, и вдруг сам шагнул навстречу. - Вы родичи молодого мага, попавшего в плен к пособникам Бездны, - в звонком голосе послышались отзвуки настоящего рычания. – Я расскажу вам о нем, если поможете моему дядьке.