Особенности эволюции в параллельном мире-3. Яд исцеления.

Хара окружала густая молочная мгла, безмолвная и неподвижная. Разбитое болью тело не двигалось, словно чужое. Время замерло в этом странном месте, оставалось лишь лежать, шевеля носом, ловящим отголоски непривычных запахов. Пахло собственной кровью, каленым железом и мертвым камнем. Вскоре к ним присоединился другой, от которого захотелось инстинктивно сжаться, поджимая хвост, словно нашкодивший щенок. Мгла расступилась, и перед юным оборотцем встал Зверь. Свет далекой луны играл в белоснежном меху, укрывал мощную фигуру драгоценным одеянием, янтарные глаза смотрели пристально и понимающе. Хар приподнялся на трясущихся лапах, низко склоняя голову в жесте почтения. Пришло время исполнить свою часть договора. «Благодарю, Отец. Я готов следовать за тобой отныне и навеки» Лунный Волк фыркнул, обдавая горячим дыханием, и ткнул носом в бок, заставляя снова свалиться на землю. Огромный шершавый язык прошелся по лопатке, по глубокой рваной ране на боку, по сломанной лапе. Хар тонко заскулил от волны почти забытого родного тепла. Величественный и грозный прародитель вылизывал его, словно новорожденного сына, и от его прикосновений утихала боль, затягивались раны, свалявшийся окровавленный мех становился чистым и блестящим. «Возвращайся к своей стае, дитя. Вырасти и стань сильным, дабы никто больше не смог одеть на тебя ошейник». «Но я же… Клятва…» Хару казалось, он и вправду поглупел до новорожденного щенка и мог только жалко лепетать бессвязные слова. В глазах Лунного Волка вспыхнули золотые огоньки, огромная пасть растянулась в клыкастой улыбке. «Родитель не возьмет жизнь ребенка за просьбу о защите. Прости, дитя. Мы слишком далеко и пока не можем защитить всех. Скоро…» Мгла снова начала сгущатся, липкая и подвижная, как живое существо. Лунный Волк вскинул голову и оглушительно рявкнул, отгоняя необычный туман. Обернулся и толкнул лапой в грудь прижавшего уши потомка. Перед глазами Хара все завертелось, будто катился по крутому склону. В свое тело его буквально вышвырнуло, солнечный свет и разноголосица ударили десятком кинжалов. Юный оборотец выгнулся, с мучительной судорогой сбрасывая звериный облик. И тут же на нем повисло что-то легкое, теплое и пушистое, всхлипывающее и порывающееся то ли обнять, то ли добить острыми кулачками. - Я вернулся, Зули, - в осторожных объятьях комочек пушистой энергии утихомирился, превращаясь в знакомую сестренку. – Все уже хорошо. Не плачь, ну же. - Но ты… И дядька Рарк… Вас чуть не убили. - Чуть не считается, - ворчливо прогудели откуда-то из-за спины. – Раз все очнулись и успокоились, подъем. Нужно уходить отсюда. Наконечник глефы Рарк вынул, перевязанная с помощью Зули рана кровила и дергала тупой болью, однако на ногах он держаться мог. Самая младшая в их отряде погорельцев взяла на себя подготовку к походу: стянула несколько сушившихся на ветвях за сараем пропахших гарью сорочек, принесла из конюшни покрывало, на котром раньше спал Рарк и даже ухитрилась поймать одного из разбойничьих рыыхов, не успевшего убежать. Инструменты из кузни орк наказал не трогать – не хотел больше работать с тем, что принадлежало клятому работорговцу. Заработает на новые сам или пойдет помощником к городскому кузнецу. - Это ты его, дядька? – Хар дернул головой с сторону лежащего неопрятной кучей Харуша. - Я, - поняв, о ком толкует парень, подтвердил Рарк, помимо воли сжимая кулаки. - Чтоб ему век блуждать в безлунной степи, - ответил Хар неожиданно спокойно, словно речь шла о неприятной повседневной мелочи. Гнев выгорел, поводок крови исчез, его мучитель мертв, а его семья уцелела – незачем больше травить себя бессильной злобой. А месть… Время назад не отмотаешь, родителей к жизни не вернешь. – Спасибо. - За такое не благодарят, - Рарк покачал головой. - А с этим разбойничком что делать будем? – Хар тоже не хотел обсуждать почившего родственника, бередя плохие воспоминания. – Он хоть живой? Помянутый разбойник, оказавшийся эльфом, зашелся мучительным кашлем, подтверждая свою принадлежность к миру живых. Рарк присел рядом, легонько прижав пытавшегося отползти парня к земле. Эльф пискнул и затих. - Совсем молодой, а уже с этими выродками. Нужно было отправить его к дружкам, - Хар кровожадно оскалился. Услышав его слова, эльф обреченно закрыл глаза, не делая попыток больше сопротивляться. Упавшая балка сломала ему кости обеих ног, прокушенная правая рука лежала безжизненной веткой. - Он меня защитить пытался, - неожиданно вмешалась Зули. – Просил не трогать. Тот разноглазый дроу его даже ударил. Девочка указала на темное пятно синяка, разползшегося на всю скулу, особенно заметное на бледной коже. Подрастерявший пыл Хар развел руками. - Ты старший, дядька Рарк. Как решишь, так и будет. - Помоги сестре со сборами. Потолкую с нашим подранком и отправляемся. До Бриша недалеко, к завтрашнему вечеру доберемся. Хар ушел вместе с Зули шуровать по хозяейственным постройкам – следовало озаботиться запасом воды и какой-никакой пищей. Рарк умостился на коленях рядом с притихшим, как нохши под кустом, эльфом. - Имя у тебя есть, парень? Он не ждал ответа и не особо в нем нуждался. Будь эльф чуть старше, Рарк оставил бы ему немного воды, а дальше все в милости их Первоматери. И не заступись он за Зули, готовый пойти против своих. Судьба, она по-разному складывается. Кого-то, бывает, и ломает. - Майэлин, - произнес парень чуть слышно. - Речной цветок. Хорошее имя, - язык эльфов Рарк выучил давно, у его первого хозяина одна из жен была эльфийкой. Пальцы, привыкшие обращаться с железом, осторожно прощупали обе ноги, заставив парня зайтись тихим сулящим стоном. Рарк хмыкнул – переломы закрытые, через пару месяцев снова будет бегать наперогонки с ветром. А вот с рукой дела обстояли хуже. Зубы Хара глубоко взрезали мышцы, разорвали сухожилья и раздробили кость. С таким лучше к целителю, да толковому, вроде парнишки-эльфа, лечившего его самого. Хар говорил, мол, тот самый целитель приглашал их в свой клан, если попадут в Бриш. Рарк тяжело вздохнул. Гордость придется затолкать подальше – с двумя детьми и раненным на руках не до того. Но прежде следовало прояснить еще один вопрос. - Скольких ты убил, Майэлин? - Троих, - эльф шумно задышал, будто захлебывался воздухом. - Сколько из них угрожали твоей жизни? - Двое. Парень не врал, Рарк ощущал это нутряным чутьем. Не гордился и не ждал жалости. Рарку не впервые было видеть разумных, дошедших в отчаянии до полного равнодушия к своей дальнейшей судьбе – ведь хуже уже не станет. Но раз просил о спасении, воля к жизни еще не угасла. За пару часов до заката от дымящегося пепелища по тракту уходила группа из четверых разумных. Верхом на рыыхе восседала Зули, следя, чтобы эльфа в притороженной к боку животины люльке из покрывала не слишком качало. Рарк шел чуть впереди, опираясь на прочный шест из ветки кленовника. Хар вел рыыха под уздцы, временами цепляясь за густую шерсть на боку в надежде, что никто не заметит слабости.

***

Дыхание никак не желало успокаиваться, словно легкие пытались вытолкнуть малейшие частицы пропитанного запахом разложения воздуха. В мягком свете медблока произошедшее каких-то полчаса назад казалось кошмарным сном, жутким мороком. Но выходец из этих кошмаров неподвижно лежал на операционном столе, сражаясь за каждую минуту жизни. Ремни фиксаторов пришлось затянуть на максимум – запястья и щиколотки пациента были не толще молодых веток. Такое истощение организма уже смертельно само по себе и без отягощаюих факторов. Вытянув перед собой руки и убедившись, что дрожь прошла, я придвинул столик с инструментами. Плохо, что ассистента нет – привлекать мэтра Элластари не собирался, а Вит и Найрин сами слишком измотанны. Ничего, справлюсь. Должен справиться. Иначе сын страдал и надрывался напрасно. Разум погрузился в привычное трансово-сосредоточенное состояние, отсекающее посторонние мысли. Я впервые оперировал своего сородича в новом мире, хотя об анатомии и физиологии ай-фатин знал давно от Фарна и из самообследований. В обычном состоянии Травинка не получил бы таких травм или смог бы залечить самостоятельно в относительно короткий срок. Не важно, уже не имеет значения. Руки двигались заученно, зрение обострилось, будто резкость выкрутили. Поставить подключичную капельниицу – вены на руках спались. Разрез в седьмом межреберье. Сгустки свернувшейся крови забили плевральную полость, нужно дренировать. Похоже, данную травму Травинка получил относительно давно, регенерация еще работала и частично сгладила урон, только поэтому он не захлебнулся собственной кровью. …Время превратилось в бесконечную петлю. Проекция тела на биосканере стабильно светилась алым, в области головы становясь мутно-багровыми. С травмами легких и переломами я справлюсь, но это малая часть. У парня повреждение мозга и на органическом, и на ментальном уровне. Учитывая, что обнаружил при первичном осмотре, реанимировать его, возможно, будет более жестко, чем позволить вернуться в цикл Сееро. Упрямо прикусив губу, я поменял дренажную трубку, забитую коричневатыми сгустками, на более широкую, поставил вторую капельницу. Интенсивность алого немного снизилась, сердечный ритм выровнялся. Значит, препарат из моей крови сработал хотя бы частично. Что если сделать прямое переливание? У всех ай-фатин одна группа крови, резус-конфликта не будет. Готовой установки у нас нет, но можно взять кровь у меня и влить через капельницу. Надежнее, конечно, «подключить» Травинку к Фарну. Лечебный симбиоз способен полностью устранить куда более серьезные травмы, вплоть до перелома позвоночника. Оставим, как вариант на крайний случай. Нужно оборудовать второй медблок в Лесном доме. …Проверить и закрепить дренаж. Наложить фиксирующую повязку на правую ключицу. Сменить опустевший флакон капельницы на новый – у парня почти не осталось крови, пришлось вливать электролитный раствор. Установить тревожный маячок. Утилизировать окровавленные тампоны. Сложить инструменты в таз с антисептиком. Перед глазами летал рой черных мушек, ноги и спина превратились в рассохшееся дерево. Я переоценил свои силы. Нужно выпить воды и выйти на воздух на пару минут. Возле Травинки придется дежурить, пока Вит не придет в себя достаточно, чтобы открыть проход в Лесной дом. Порталом пользоваться не рискну, мы не проверяли, действует ли защитная магия для перемещения на обычных ай-фатин. Хорошо, что не запер дверь перед началом операции. Переступить порог оказалось сложнее, чем думал. Не дойду до кухни. Желудок вдруг скрутило резким спазмом, так что оборудованный рядом с медблоком туалет оказался кстати. Когда кишки перестали пытаться вывернуться наизнанку, стало немного легче. Напившись прямо из тазика для умывания и там же сполоснув руки и лицо, поплелся в сторону лестницы на задний двор. Дом как вымер, тишина гробовая. А, ночь же на дворе, точно. Надеюсь, младшие отдыхают, успокоительную микстуру раздал им сразу. - Силь, - периферическое зрение выхватило стремительное движение с левой стороны, оказавшееся родным мужем. Обнявшие за плечи руки стабилизировали траекторию. – Нужна помощь? - Нет… Я закончил операцию, - в ушах шумело, не уверен, что произнес вслух. – Подышу немного, и вернусь. - Все плохо? Кайрин был воином и мог и сам определить серьезность ранений. - Плохо. Но пока стабильно. - Идем-ка.       Меня настойчиво повлекли к заветной двери. На ступеньки свалился как мешок с навозом, жадно вдыхая чистый ночной воздух. - Принеси воды, пожалуйста, - гонять тоже уставшего Кая не хотелось, но притяжение земли стало непреодолимым. Вернулся Кайрин так быстро, будто телепортацию освоил, с моей любимой кружкой и стаканом. От кружки исходил густой мятный запах, и я покачал головой. - Мне еще дежурить. Боюсь отключиться. - Я посижу с тобой, - Кай опустился на ступеньки рядом, готовый поддержать, если вдруг решу отчалить в обморок. После пары глотков завязанные узлом внутренности окончательно успокоились, воздух уже не приходилось проталкивать в легкие с усилием. Благодарно улыбнувшись, отставил кружку и допил воду из стакана маленькими глотками. Утром нужно загнать на обследование всех участников нашей спасательной миссии. Не известно, не нахватались ли мы какой дряни в подземельях. По возвращению почти сразу занялся Травинкой, едва убедившись, что срочная помощь никому больше не требуется. - Как младшие? - Вит рвался к тебе, Най его едва успокоил, - Кайрин покачал головой с ласковой улыбкой. – Тайри забрал Вайлер, братец остатки резерва потратил на нашу юную гостью. - Эймари? – я вскинулся, обмирая от дурных предчувствий. – А с ней что? - Переутомление и последствия ментальной атаки, - поспешил успокоить Кай. – Сперва бегала как заведенная, помогала Виту, а потом свалилась. Тайри ее осмотрел и заверил, что ничего опасного. Дарай присмотрит за ней. От меня не укрылось, как заострились черты лица мужа, а губы сжались в жесткую линию. События последних дней ударили по нам всем и последствия еще дадут о себе знать. Запустив пальцы в волосы на затылке, потянул до боли и застонал. Блядь, а ничего же еще не закончилось. Эти твари сбежали, лови их теперь по всему Траэсу. Лабораторию мы уничтожили, но кто сказал, что она единственная. Желудок снова свело судорогой, пришлось силой воли отодвинуть мысли об отступниках, сосредоточившись на вдохах-выдохах. Совсем расклеился – блевать от плохих воспоминаний, как изнеженная барышня. Ночной ветер пах цветами и привявшей от дневной жары листвой. Почти как на границе Леса. Леса… Я идиот. Хлопнув себя по лбу, подскожил, заставив Кая шарахнуться от неожиданности. Наш задний двор – уголок Фарна, по сути, сотворенный и пронизанный магией Найрина и силой Вита. Можно попробовать… - Кай, можешь помочь мне перенести нашего пациента сюда? - Хочешь подключить его к симбиотической связи? –муж понял мою идею влет. – Без проблем. Говори, что делать. Состояние Травинки не изменилось за время моего отсутствия. Если бы не показания биосканера, его можно было бы принять за мертвеца. Осторожно убрав фиксаторы и дренаж, я снял капельницу со стойки. Если симбиоз не удастся, введу еще дозу своей плазмы. Кайрин без усилий поднял невесомое тело, завернутое в одеяло с согревающими рунами – терморегуляция у Травинки была сильно нарушена из-за массивной кровопотери и истощения. Подстраиваясь под мой шаг, чтобы не сместить закрепленную иглу, Кайрин вынес нашего пациента на задний двор. Я указал на полянку густой травы у корней старой глицинии. Растения откликнулись на призыв, сплетая подобие колыбели, в котрую опустили юного ай-фатин. Когда тоненькие прозрачные стебельки оплели Травинку, проникая под покрытую белесыми пятнами кожу, я выждал несколько минут и отсоединил капельницу. Надеюсь, все получится. Восстановим организм, и можно будет заняться рассудком. Травы сплелись в две высокие подушки-пуфа – от необходимости дежурить никто не избавлял. Я только сейчас заметил, что не снял хирургический фартук и косынку. Стянув спецодежду, сбросил рядом – утром постираю. - Почему он не восстанавливается? - мой лиммаю смотрел на лежащего в зеленой колыбели ай-фатин остановившимся взглядом, словно видел что-то другое, внушавшее болезненный ужас. – Из-за той магии мертвой земли? По правде говоря, с феноменом мертвой земли еще предстояло разобраться. Атавитайли не знал, как и когда Травинка попал к отступникам и проходил ли он через Мертвый Лес. Ради сохранения душевного равновесия любимого стоило бы промолчать, но Кай ждал ответа. - Из него слили почти всю кровь. Откачивали энергию. Ставили опыты, испытывая заклятия и яды растительного и химического происхождения. И несколько раз насиловали. Пребывание в отрезанном от влияния Фарна месте при таких травмах… Он жив лишь благодаря донорской поддержке Вита. Из горла Кайрина вырвалось нечто среднее между шипением и сдавленным рыком. - Силь, ты не огорчишься, если клан Эйри не станет отдавать отступников в руки правосудия? - Ничуть, - мышцы лица потянуло оскалом. Мы с Каем отлично друг друга понимали. Это будет не только и не столько местью, а скорее заботой о глобальной безопасности всего мира. - Принести тебе еще попить? Или… - О еде ни слова! – предупредил, вскинув руку. - Каф с медом и специями?       Я вздохнул, чувствуя благодарность и одновременно испытывая укусы совести от такой заботы. - Кай, иди отдыхать. Я позову, если что-то случится. Кайрин поднялся и скрылся за дверями в дом. Чтобы вернуться полчаса спустя с двумя дымящимися кружками в руках и легким пледом подмышкой. Кто бы сомневался! - Спасибо, солнце. Толстостенная кружка согревала занемевшие пальцы, стены дома ограждали от мира надежным убежищем. Сидящий рядом Кайрин задремал, опустив голову мне на плечо и тихо дыша в шею. Его кружка с недопитым кафом осталась в траве. Глядя, как с лица Травинки постепенно исчезают белые пятна, я бездумным жестом поймал растрепанную косу мужа, поглаживая густые жесткие волосы, словно четки для медитации. До рассвета было еще далеко.