Flashes of intimacy

Нил все еще в спортивных штанах. Он все еще переводит дыхание. Он все еще лежит здесь, в темноте, в постели Эндрю, со сброшенными на пол простынями и одеялами. Эндрю пошел приводить себя в порядок. Нил не уверен, означает ли это взять какое-нибудь бумажное полотенце или принять душ. После секса Эндрю иногда отстраняется, а иногда становится мягким, в зависимости от того, уклоняется ли он от уязвимости или уступает. Нил в любом случае не против. Он не против подождать здесь, чтобы понять, какая сейчас ночь. Он скоро узнает. Если включится душ, или послышится телевизор, или зажужжит микроволновка — тогда Нил сосчитает до десяти, до ten, до zehn, до dix, а потом он тоже встанет, и ночь продолжится. После секса Нил иногда может только лежать, а иногда наполнен энергией, в зависимости от его собственного уровня адреналина, предшествующего истощения и уровня креативности Эндрю. Этим вечером Нил определенно контролирует свои конечности. Он мог встать, мог натянуть рубашку и подняться на крышу или в супермаркет, в отдел замороженных продуктов. Его сердце все еще быстро бьется, колотится так, что Нил дергает ногами от беспокойства. Пока что Нил не встает. Для начала он хочет посмотреть, что сегодня за ночь. Оказывается, сегодня «порядок» означает мокрое, намыленное полотенце. Возвращаясь с ним, Эндрю включает лампу. Он садится на край матраса и грубо вытирает живот Нила, затем неопределенно бросает полотенце в сторону своей корзины. Глаза Эндрю не отрываются от лица Нила. Он выглядит спокойным, но не замкнутым. На нем все еще нет рубашки. Когда Нил приподнимается на локтях, Эндрю толкает его обратно на подушки, кладя руку ему на грудь. Нилу не удается скрыть улыбку. Эндрю закатывает глаза, но затем перекидывает колено через ноги Нила и усаживается на него сверху. Его щека покоится на груди Нила. Его ладони обхватывают трицепсы Нила. Слишком быстрое биение сердца Нила усиливает ощущение надувания грудной клетки, давление, которое почти причиняет боль. Он высвобождает одну руку, чтобы зарыться ею в скользкие мягкие волосы Эндрю. Вздох Эндрю теплым дуновением касается обнаженной кожи Нила, и тот наклоняет свое лицо так, чтобы прижаться губами к макушке. Эндрю требуется всего несколько минут, чтобы заснуть. Нил слишком взвинчен, чтобы сделать то же самое. Он все еще мог отправиться на пробежку. Он мог присоединиться к Кевину на корте, или заняться стиркой, или написать эссе, которое он должен сдать в конце недели. Но он не встает. Он будет терпелив, считая вдохи Эндрю и рисуя узоры на его волосах. Нил может быть глуп, но не дурак; в такую ​​ночь он не будет тем, кто отстранится первым.