Неопределенность

      Двое пилотировали вертолёт. По правде говоря, пилотировал один из них, а другой боролся за место летчика. Снейк, в чьи руки попал вертолёт, был не очень то умел в своей сфере, что и злило второго:       —Объясни мне, почему именно ты на месте пилота?-нервно спрашивал Филипп, удивляясь тому, что в этом вертолете почему то два сидения, но должно быть одно, все же этот транспорт предназначен для военных целей.        —А почему бы и нет? В чем проблема, ты мне совсем не доверяешь?-обидчивым тоном Снейк приподнимает брови, до складок на лбу.        —Напомни ка мне, а кто уже разбивался чуть ли не насмерть, впервые пилотируя? Я все же переживаю за нас. Но как тебя вообще взяли в лётчики?-последнюю фразу он решает не говорить вслух, не стоит отвлекать своего приятеля от важного дела.        Неужели этим зажравшимся людям с самым высоким званием жалко было предоставить еще одно оборудование?  Но Филипп никогда не узнаёт о том, что Снейка и не взяли лётчики.        —Хах, переживаешь за нас? Скорее только за себя.-подёргивает плечами Снейк.  Но все же нужно не отвлекаться от миссии. Они приходят к союзу, в молчании, не требуя друг от друга объяснений.        Они летели над городами Южного Вьетнама. Филипп со скуки рассматривал маленькие постройки, словно они и не были настоящими, стоит протянуть руку, и маленький город у тебя на ладони. Он сжимает руку в кулак, тем самым превращая их в прах в своём сознании. Небо напротив, было большим и бескрайним, попав в этот мир бродячих облаков, желание вернуться в грязный, запылённый город тут же угасало, как спичка на холоде в зимний вечер.        В этой стране синего неба и облаков было так спокойно, невозможно было вспомнить о причине своего пребывания здесь. Они начнут атаковать, пока другие об этом не догадываются.        Все это действо Филиппу напоминало партизанскую войну, но где не тихо прячутся на территории противника, а идут напролом, заявляя о себе при приходе.        Скорее всего, когда это время настанет, они не будут задумываться о смерти чужих людей, скидывая снаряды и не чувствуя причастности к исходу событий. Это примерно как выстрелить в кого-то. Спускаешь курок, проделываешь незамысловатые действия, вскоре вздрагиваешь от громкого выстрела, в ту же секунду дергая рукой от отдачи в тяжёлом пистолете. Другое дело-придушить руками, забить до смерти, настолько, что это сломит не только чужое бездыханное тело, но и человечность в убийце.        Северный Вьетнам настал быстро. Они ускорились и уже были готовы спускать снаряды. Жилые города и не задумывались о нападении. Бомбежка была организованна на границе между Северным и Южным Вьетнамом, так как Северу удалось взять земли Юга. США была за Южный Вьетнам, тем временем как Север был за идеологии СССР. Единственное что беспокоило наших американских летчиков, так это то что США не объявляло войну Вьетнаму. Они были вне закона.        Филипп отвлёкся от мыслей когда взглянул на своего приятеля, который уже принялся сбрасывать снаряды. Привстав со своего кресла он вцепился в управление вертолёта и закричал:       —Подними этот долбанный вертолёт! Мы близко к земле, военная часть севера нас заметит! - вырывая управление у цепких рук он ушёл в панику. - Совсем дурак? Убьешь же нас!       Руки Снейка задрожали от резких действий другого. Они боролись за управление, пока Снейк отговаривался что он знает лучше. Они летели близко к земле зигзагообразной дугой.        Харрис отчитывал своего напарника, как вдруг он оборвался на полуслове.  Его голова врезалась в правую часть вертолёта, он и вздохнуть не успел, как потерял сознание. 

***

      Его трясло из стороны в сторону, а ноги сгинались в колене, подволакивая грязь к берцам. Он увидел перед собой своего напарника, у которого был очень взволнованный вид. К чему были его волнения если… Харрис оглянулся вокруг, не увидев синее небо за окном. Он увидел лишь разбившийся самолёт, сломанные окна и руины чужих городов.        —Случилось кое-что не поправимое, - виновато заговаривал Снейк, пытаясь открыть деформировавшуюся дверцу, встряхнув с себя кучу осколков стекла. -Возможно, я был неправ…       Тело ломило от падения, но переломов Филипп у себя не заметил. С его стороны вертолет выглядел менее плачевно, так что он спокойно вышел. Его напарник, после тщетных попыток открыть с своей стороны, последовал за ним.        Филипп раскинул руки, с нескрываемым раздражением сказав:       —Возможно?! Как ты смеешь еще сомневаться в этом!  - демонстративно развернувшись, Филипп рукой очертил все вокруг, пустынные поля и руины города в далеке. - Все еще не видишь где мы? Ты погубил наши жизни, ты это понимаешь?!       Снейк лишь смотрел флегматичным взглядом и молчал, перебрав весь свой вес на одну ногу.       —Но мы уже разбились, этого не изменить. Нам нужно укрыться где-нибудь, пока вражеский вертолет не заметил нас. - поволок ноги Снейк в сторону руин и обломков, подтвердив догадки Харриса, что тот хромает. В этот раз Снейк был прав.        Проходя по гнилой, сожжённой траве, на горизонте виднелись редкие постройки и худые деревья. Бесцветная трава, хмурое небо, укрытое темными густыми тучами и холодный ветер были сопутниками в этот мертвый, небольшой город с разрушенными зданиями. Когда Филипп подошёл ближе, все это казалось ему нереальным, но он прекрасно видел отломленные куски построек, сложившиеся в огромную кучу мусора, под которой уж точно были трупы несчастных горожан.        Филипп не раз бывал на миссиях и выполнял их отлично, но он не задумывался о последствиях. Он давно уже забыл задать вопрос «для чего?», но вспомнил только сейчас. Для чего я здесь, для чего сражаюсь, для чего война? По началу все это было лишь для почета, чтобы его считали настоящим героем страны. Он прошел бы все испытания, тяжелейшие тренировки в армии, не перечил бы выше стоящим лицам. Стал сильным как и телом, так и душой и разумом. Но сейчас он чувствует как довел свое тело до предела, а в голове еще никогда не было такой путаницы.        Шёл он очень неторопливо, чтобы хромающий Снейк шел с ним поравнявшись. Было очень не спокойно, ведь путь предстоял через полностью открытую местность, и только тучи словно прикрывали их сверху от лишних глаз, хоть это было не так. К завываниям ветра подключился едва слышный стук. Чем слышнее второй становился, тем больше затихал ветер. Пока не дошло осознание.        Ошарашено вскинув голову вверх к источнику, Филипп схватил Снейка и побежал с ним. С вверху на них летел вражеский вертолет. Снейк бежал так быстро, как мог, превозмогая режущую боль в несгибаемой лодыжке, от чего он вскрикивал при каждой резкой боли. Оба тяжело дышали и были до смерти напуганы. Одни в чистом поле, против полностью вооруженных врагов. У них не было шанса. Глотки и легкие горели, сердце до боли бешено билось, мышцы сводило от такой боли, что хотелось просто упасть намертво. Забежав за до смешного маленькую стенку разрушенного дома, что находился ближе других развалин, они оттягивали смерть.        Стоило только упасть на обломки кирпичей и всякого мусора, тяжело дыша, как Филипп начал смеяться в истерике. Снейк вытащил флягу сильно дрожащими руками, отпив в последний раз. Он молчал, потому что ком в горле не давал сказать хоть что-либо. Тем временем Филипп все еще громко хохотал, несдержанно, во всю голосину, до боли и спазмов в животе. Дошло до того, что тот начал стучать рукой по полу.        —Ну разве это не смешно, Сники, бежать как угорелые в открытом поле! А куда бежать?! - смотрел в трещины стен Филипп, отвернувшись от напарника. Харрис смотрел на груду кирпичей и по какой-то причине ему захотелось укрыться ими, как одеялом. - Ты чего молчи-       Оглушающий выстрел. В один миг стены окрасились хаотичными брызгами, в том числе щедро брызнув Филиппу в глаза. Голову расшибло до неузнаваемости, мозги разлетелись, у правой руки покоился пистолет.        Выхватив пистолет Снейка, Филипп совершил очередной побег до следующих руин, оттягивая свою смерть. Он даже не знал, что это ему давало.