6 get you
19 августа 2024 г., 12:00
Примечания:
Рики и Сонхун говорят о том, что произошло между ними накануне, и в течение всего дня происходят странные вещи.
Рики отправляется на занятия танцами, которые, к счастью, проходят перед самым перерывом. Он предвкушает разговор с Сонхуном с самого утра, но, похоже, время терпит.
Они с Чонвоном только что закончили с литературой и направляются в зал, который используют в студии. Они кланяются в знак приветствия учителю, прежде чем Рики замечает Харуто, сидящего у стены. Он улыбается, опускаясь на пол рядом.
— Привет, Рики, — Харуто с улыбкой приветствует его, а затем смотрит на Чонвона. — Привет, Чонвон-а.
— Привет, Хару, — машет рукой он, а затем возвращается к своей танцевальной сумке, чтобы взять обувь.
— Тебе не терпится на урок? — спрашивает Харуто у японца.
— Хм, я не знаю… ты всё ещё злишься на меня? — Рики вспоминает их утренний разговор и решает немного поддразнить.
— Это зависит от того, являюсь ли я по-прежнему семидесятидвухлетним стариком с дефицитом железа? — Харуто прикладывает палец к подбородку и смотрит в потолок с напускной задумчивостью.
— Я не устанавливаю правила. Это ты любишь баранью кровь, аджумони, — Рики хихикает и, наклоняясь ближе, шепчет так, чтобы Чонвон его не услышал.
— Ты будешь танцевать один, понимаешь? — Харуто громко фыркает, игриво отталкивая Рики от себя и ласково закатывая глаза.
— Нет, ты не сделаешь этого, — Рики с улыбкой подталкивает Харуто локтем в бок, зная, что тот ему не откажет.
— Ты прав, — старший вздыхает, но потом соглашается.
— Мне нужно попить воды перед занятиями, так что я скоро вернусь. Тебе что-нибудь нужно? — Харуто поднимается с пола и берет бутылку с водой.
— Спасибо, Хару, — Рики берет свою бутылку с водой, наполненную менее чем наполовину, и протягивает её старшему с благодарной улыбкой.
— Я тебя понял. Я скоро вернусь, — подмигивает он, забирая бутылку и, развернувшись, спешит покинуть тренировочный зал.
Чонвон тоже смотрит ему вслед, а затем снова поворачивается к Рики, наклоняя голову вбок, как любопытная кошка.
— Похоже, вы с Харуто близки, — говорит он, задумываясь над их отношениями.
Рики медленно кивает, хотя тон старшего кажется ему немного странным — ведь они сблизились только из-за чего-то общего между ними. Всё из-за секрета, которым они не могут поделиться с другими, потому что знают, что это принесет им самим и окружающим их людям. Им легче общаться и чувствовать себя в безопасности, потому что им нужно что-то скрывать. Конечно, Рики доверяет ребятам и считает, что с ними он может быть самим собой, всё-таки полувампир — это тоже часть его самого. Но с Харуто они могут быть по настоящему честны друг с другом.
— Да, я думаю, у нас много общего. Он очень классный, с ним легко говорить обо всем. Он мне нравится, — Рики объясняет с небольшой улыбкой.
— Это хорошо. Он хороший парень, правда, немного плейбой, — Чонвон только хмыкает и делает глоток воды.
Рики хмурится: он совсем не видит в Харуто «плейбоя», и ему кажется странным, что Чонвон говорит об этом. Пока он никому не причиняет вреда, то, что он делает — его дело.
— Чонвон, неправильно так говорить, даже если это правда. Это его дело, и меня это не очень волнует, раз он никому не мешает, — говорит Рики, и в его голосе отчетливо слышится разочарование.
Чонвон явно замечает это, его глаза расширяются, а затем он пристыженно смотрит на него.
— Извини, Ки, ты прав, я виноват.
— М-м-м… — Рики хмыкает и отворачивается от него, чтобы размяться. На самом деле он не сердится, просто немного разочарован.
Он понимает, что, вероятно, отреагировал слишком остро, но ничего не может с собой поделать. Рики достаточно натерпелся слухов и гадостей, когда люди не имели права их распускать. Ему не нравится, что Чонвон так поступает с кем-то другим. Харуто возвращается в студию и улыбается ему, ставя бутылки с водой рядом с их вещами.
— Спасибо, — Рики благодарит его, прежде чем перейти к выполнению сплита.
— Не за что, — отвечает Харуто, а затем садится на пол рядом, чтобы тоже размяться.
𖤓𖤓𖤓𖤓𖤓
Рики, честно говоря, очень нравится танцевать с Харуто на протяжении всего занятия. Он имеет свой индивидуальный и неповторимый стиль и является сильным танцором. Учительница разучила со всем классом короткую хореографию, но хочет, чтобы они добавили к ней свою собственную уникальную работу с партнером, чтобы показать её на уроке в понедельник на следующей неделе. Она также упомянула, что на выступление придут старшеклассники, так как они тоже репетируют новый номер в своем классе. Рики пищит в предвкушении, ведь там будет Сонхун, а ему, честно говоря, доставляет удовольствие смотреть, как танцует старший. Он такой элегантный, но в тоже время его движения резкие и мощные. Вчера Рики приходилось всё время напоминать себе не засматриваться на старшего во время танца. В мгновение ока, учитель просит всех в последний раз перед окончанием урока проделать индивидуальную работу, чтобы потом они могли принять душ и переодеться перед началом перерыва. Мысль о перерыве напоминает ему о предстоящем разговоре с Сонхуном, от мысли об этом у него сводит желудок и кружится голова. Хотя старшеклассник заверил его, что их разговор не повлечет за собой ничего негативного, он не может не нервничать. Г-жа О разрешает трем парам одновременно исполнять номер. Рики с Харуто, Чонвон с Тэхёном и две девушки по имени Казуха и Чэвон, с которыми он познакомился в клубе, становятся в строй. Хореография, безусловно, носит интимный характер, в ней много моментов тесного контакта и работы партнеров, но Рики очень комфортно с Харуто. Старший слишком вежлив — постоянно спрашивает, не низко ли лежит его рука на бедре или талии, не испытывает ли он в какой-то момент дискомфорта. Рики немного ниже него, и тот явно сильнее, что не удивительно, ведь Харуто — полноценный вампир. Он легко сможет поднять Рики на руки. Они спокойно танцуют, балансируя между резкими, элегантными и очень плавными движениями. Оба улыбаются, слегка забавляясь тем, что класс аплодирует, когда они почти идеально выполняют финальный подъем — Рики перегибается назад через плечо, а Харуто кружит их, прежде чем опустить его на пол, и они переходят в конечную позицию. — Отлично сработано, ребята. Рики и Харуто, вы очень хорошо танцуете вместе, — хвалит их госпожа О, когда все отходят в сторону. Ребята благодарно улыбается похвале, садятся на пол и выпивают воду. Харуто поднимает руку, чтобы отбить кулачок. — Отличная работа, партнер, — Харуто подмигивает, что заставляет Рики слегка улыбнуться. — Спасибо. Ты тоже неплохой напарник.𖤓𖤓𖤓𖤓𖤓
— Итак, когда мы можем встретиться, чтобы поработать над выступлением? — Харуто спрашивает после того, как они оба приняли душ. — Нам разрешено пользоваться комнатами для тренировок здесь, в студии, так что просто дай мне знать, какой у тебя график. — Мы можем начать завтра днем, после танцевальной практики? — предлагает Рики, поправляя сумку на плече. Он, честно говоря, поторопился с подготовкой, чтобы успеть встретиться с Сонхуном, так как с нетерпением ждет их разговора. — Я не против. Если тебя нужно будет подвезти домой, попроси и я подброшу тебя, — Харуто кивает, собирает свои вещи, и они выходят из раздевалки. — Спасибо, только напиши мне, когда закончишь занятия, чтобы мы могли встретиться, — Рики говорит старшему. Они снова выходят в студийные залы и направляются к выходу. — Ну, для этого мне нужен твой номер, Ниши, — говорит он с ноткой юмора, поднимая бровь на младшего. — Вот черт, точно! — ахает Рики, хлопнув себя по лбу за забывчивость, останавливаясь. — Дай мне свой телефон. — Такой требовательный, — шутит Харуто, закатывая глаза и передавая ему устройство. На экране появляются знакомые японские иероглифы, и Рики замечает обои, на которых Харуто вместе с каким-то парнем. Тот прижимается носом к его щеке, а японец широко улыбается. Рики тихонько хихикает, глядя на фотографию, а затем нажимает на контакты и быстро добавляет свой номер. — Это твой парень? — слегка поддразнивая, спрашивает Рики. Он отдает Харуто телефон, и они снова начинают идти по коридору. Впервые за всё время, Харуто выглядит смущенным. Он краснеет, убирая телефон в карман. — Да… то есть, нет? — он вздыхает. Кажется, что он одновременно взволнован и слишком смущён. — Всё сложно. — Почему? Он тебе нравится? — осторожно спрашивает Рики, не желая лезть на рожон, но не в силах унять любопытства. Кроме того, интуиция подсказывает ему, что Харуто, возможно, нуждается в совете по этому вопросу. — Да. Правда, но просто… Я не знаю, как сказать «ты мне нравишься», понимаешь? Думаю, он чувствует тоже самое, но мы так долго дружим, и наша связь такая сильная, понимаешь? У нас хорошие отношения, и я не хочу их разрушать, — Харуто тяжело вздыхает. Он понижает голос до шепота, когда они приближаются к выходу, и останавливается, прежде чем повернуться лицом к Рики. — Он человек и… — Он не знает? — Рики заканчивает за него шепотом. Харуто хмыкает и опускает глаза вниз, становясь похожим на побитого щенка. Рики не нравится видеть, как подавленно выглядит старший. Понятно, что ему нравится этот парень, но их тайна осложняет ситуацию. Однако, многие люди спокойно относятся к этому, его мать узнала о том, что её муж — вампир, довольно рано после того, как они познакомились. Сначала она была очень шокирована, но потом приняла его, потому что отец Рики ей очень дорог. Рики искренне надеется, что так же будет и с ним, и он хочет, чтобы так было с Харуто. — Хару, если ты ему нравишься, очень-очень нравишься, он примет тебя таким, какой ты есть. Конечно, возможно, он будет немного напуган… — Рики шутит, пытаясь разрядить обстановку, и успешно, видя, что Харуто слегка улыбается. — Но если ты ему правда нравишься, он будет поддерживать тебя. Не напрягайся слишком сильно, просто поработай над тем, чтобы сказать ему об этом. — Спасибо, Ниши, — Харуто снова улыбается и обнимает его. — Не за что, Хару, — Рики легонько похлопал его по спине, а затем смотрит через плечо старшего. И только тут он понимает, что Сонхун сидит в нескольких метрах от них у выхода и, несомненно, стал свидетелем их разговора, хотя и не мог ничего слышать. Однако он очень внимательно наблюдает за ними, его глаза, как ни странно, сузились на Харуто, и Рики стало интересно, с чем это связано. — Привет, Сонхун-хён, — Рики здоровается со старшим, и в груди появляется ощущение тепла, ведь он ждет его здесь, внизу. — Привет, Рики, — Сонхун машет рукой с небольшой улыбкой, вставая со своего места. — О, Сонхун-щи. Привет, — Харуто вежливо приветствует его, в его голосе слышится удивление. — Привет, Харуто-а, — говорит он, его голос странно тихий, и Рики готов поклясться, что он с недовольством смотрит на парня. Может, у них взаимная неприязнь, о которой он не знает, потому что Сонхун со вчерашнего дня бросает на Харуто странные взгляды? — Я собираюсь украсть у тебя Рики, если ты не против, — заявляет Пак, нежно обнимая Рики за плечи и слегка оттаскивая его от Харуто. Его поведение, мягко говоря, вызывает вопросы, и он не считает себя сумасшедшим, думая, что это собственничество. — Нет проблем, Сонхун-щи. Увидимся позже, Рики, — Харуто смотрит на них, а затем бросает на Сонхуна взгляд, который Рики может охарактеризовать только как удивленный и слегка забавный. — До встречи, Хару, — Рики машет ему рукой на прощание, а затем оборачивается к Сонхуну, выражение лица которого заметно смягчается. — Пойдем, Ки. Я хочу тебе кое-что показать, — на его губах озорная улыбка и он ведет его прочь от выхода. Рики сразу же задается вопросом, куда они идут. Сонхун ведет его через здание к задней двери, о наличии которой он точно не знал. Он открывает её и выводит его наружу, на задний двор школы и перед ними забор из цепей, отгораживающим их от тихой дороги рядом. — Куда мы идем? — с любопытством спрашивает Рики, пока Сонхун ведет их вдоль забора. — В то место, которое я хочу тебе показать, — Пак ухмыляется, поднимая часть забора, которая Рики даже не заметил, что отделилась от другой. — Хун-хён, ты что, всерьез предлагаешь мне сбежать из школы на третий день моего пребывания здесь? — спрашивает Рики, одновременно шокированный и удивленный. Это так волнующе, будто это их маленький секрет, и любопытство разгорается всё сильнее. Рики любит острые ощущения и, безусловно, тот ещё проказник, но он никогда не делает ничего бунтарского, что могло бы навлечь на него неприятности, например, не прогуливает школу. Он никогда не делал этого и был уверен в том, что, скорее всего, никогда и не сделает. — Я несколько раз прокрадывался на переменах, и меня ни разу не поймали. Ничего страшного, если ты не хочешь, но у нас есть время, и я точно смогу вернуть тебя к следующему уроку. Что скажешь? — спрашивает Сонхун, протягивая Рики руку. Рики понимает, что после того, что случилось в прошлой школе, ему лучше держаться подальше от неприятностей или потенциальных проблем. И, возможно, Сонхун оказывает на него не самое лучшее влияние, но Рики очень хочет пойти с ним. Его подростковый период самый скучный и мучительный из всех возможных, и сейчас он наконец-то заводит друзей и веселится. Он хочет насладиться этим, и, конечно, хочет насладиться временем с парнем, в которого влюблен. — К черту, — говорит Рики и берет его за руку. — Пойдем. Пак осторожно протаскивает его мимо сломанного забора и снова опускает его в прежнее положение. Они всё ещё держатся за руки, пока Сонхун тянет его за собой по тротуару, и Рики, конечно, безумно нравится это. Рука старшего очень удобно лежит в его, их большие и теплые ладони переплетаются друг с другом. Они идут в уютном молчании, пока не наконец доходят до здания, расположенного недалеко от школы. Оно полностью сделано из кирпича и выглядит вполне прилично, если не считать грязных окон и больших ворот гаража с металлическими ставнями. — Что это за место? — с любопытством спрашивает Рики, разглядывая здание. — Увидишь, — старший подмигивает ему, затем вставляет ключ в навесной замок на нижней части двери и слегка приподнимает её. — После тебя, просто подержи её, когда будешь проходить, — мягко инструктирует Сонхун. Рики приседает и с легкостью проскальзывает в проем, едва успев окинуть взглядом пространство позади себя, после чего приподнимает дверь, чтобы Сонхун мог проскользнуть внутрь. Как только он оказывается внутри, Рики отпускает дверь. Он оборачивается и осматривает окружающую обстановку — солнечные лучи проникают через окна, давая немного света. По внутреннему убранству Рики понимает, что это гараж. Вокруг валяются различные инструменты, бутылки, банки и несколько автомобильных запчастей. — Это гараж моего отца, — говорит Сонухун. — С тех пор как он умер, это стало моим безопасным местом, что весьма иронично, потому что он умер здесь. Это просто… мне кажется, что часть его всё ещё со мной. Сердце Рики болезненно сжимается при столь откровенном признании. Очевидно, что это место очень много значит для Сонхуна, и он тронут тем, что тот делится с ним этим. Но в тоже время на сердце тяжело от того, что это то самое место, где он потерял своего отца. — Твой отец умер здесь? — Сонхун кивает, и Рики видит, как блестят его глаза в тусклом свете комнаты, но старший быстро смахивает их. — Мы были здесь, работали допоздна, а потом… кое-что случилось, и его не стало. Смерть — то, к чему никто и никогда не может быть готов. Рики понял это, когда внезапно потерял бабушку всего через несколько недель после их переезда сюда из Японии. Однако то, как Сонхун описывает смерть своего отца, так неожиданно, и заставляет задуматься о том, что же произошло на самом деле. Он чувствует, что в этой истории есть что-то ещё, но не хочет давить, поэтому просто притягивает Пака к себе, тепло обнимает и нежно гладит по спине. — Мне очень жаль, Сонхун, — сочувственно шепчет Рики. — Спасибо, Рики, — фыркает старший. Они остаются в таком положении некоторое время, прежде чем Сонхун отстраняется, и Рики чувствует его неуверенность. Ему искренне хочется, чтобы он побыл в его объятиях подольше, но они сильно ограничены во времени. Рики всё же поднимает большой палец, чтобы вытереть слезы под глазами старшего, хотя они так мило блестят в тусклом свете, отчего кажется, что на коже у него блестки. — Пойдем, я хочу показать тебе, для чего я тебя сюда привел, — Пак снова берет его за руку и ведет через металлическую дверь к лестнице. Они поднимаются вверх, их шаги гулко разносятся по помещению, пока они не достигают двери на самом верху. Сонхун открывает её и она ведет на крышу. Свет снаружи сразу же попадает на лицо Рики, и он задыхается от восторга, глядя на открывающийся отсюда вид на город: видны верхушки зданий, рекламные щиты и машины на улицах. Можно только представить, как невероятно всё это выглядит ночью. — Ух ты! — Рики восторгается, подходя к краю. Он садится, любуясь открывающимся отсюда видом. Сонхун улыбается, садясь рядом с ним, и нежно кладет свою руку поверх его, отчего по позвоночнику пробегают мурашки. — Здесь я всегда чувствовал себя спокойнее: просто смотря на город. Что-то в этом такое умиротворяющее, что помогает мне думать или избавляться от ненужных мыслей. Работа с отцом всегда приносила мне удовольствие, но здесь, наверху, я чувствую себя на своем месте. Месте, где я могу забыть о мире и просто смотреть на него некоторое время, — объясняет он, взгляд сосредоточен на открывающемся виде отсюда. — Здесь спокойно, — Рики соглашается и его охватывает чувство безмятежности, несмотря на бабочек в животе от ощущения руки Сонхуна. Он считает, что пребывание здесь, рядом с ним, ещё больше успокаивает. Между ними царит уютная тишина, и Рики не может не думать о том, насколько это интимное чувство. Как будто он видит другую сторону Сонхуна. Ему нравится, что тот доверяет ему настолько, что привел сюда и рассказал о своем отце и о себе. Кажется, что он узнает Сонхуна с разных сторон, и ему интересно, захочет ли старший узнать его таким же образом — захочет ли он узнать его всего и при этом не отвернуться. — Значит… вы с Харуто очень близки, — Пак вдруг озвучивает свои мысли. Его тон до боли напоминает то, как Чонвон говорил с ним сегодня утром. Рики клянется, что поведение Сонхуна по отношению к старшему японцу уж очень напоминает ревность. Рики в шоке смотрит на него. — Пак Сонхун, ты ревнуешь? — спрашивает он, слегка удивленный таким открытием. Сонхун краснеет от смущения и быстро пытается прикрыть лицо ладонями, что подтверждает подозрения Рики. — Не может быть, Хуни-хён! Ты что, ревнуешь меня к Харуто? Мы же просто друзья! — говорит Рики сквозь смех. — Вы так быстро сблизились и, кажется, хорошо подходите друг другу. У Харуто репутация человека, который может заполучить почти любого и не задерживаться с ним надолго, понятно? Я просто… — щеки Сонхуна остаются розовыми, пока он пытается оправдаться. Он замолкает, как будто пытается сдержаться, чтобы не ляпнуть лишнего, но Рики хочет услышать его объяснения. — Ты просто что? — тихо спрашивает он. Старший тяжело вздыхает, розовый оттенок уходит с его щек, и он поворачивается к нему. Его карие глаза блестят в солнечном свете и наступает очередь Рики краснеть от интенсивного зрительного контакта, несмотря на то, насколько мягким является взгляд. — Я не хочу, чтобы он получил тебя. Такое ощущение, что Рики забывает как дышать. Это так похоже на признание, и голова идет кругом от искренних слов Сонхуна. Он открывает рот, желая сказать что-нибудь, что угодно, но все мысли словно улетучиваются и он не может подобрать слова. — Мне очень хотелось поцеловать тебя вчера, — старший тихо признается. — Ты такой остроумный, обаятельный, один словом — великолепный. Как только я тебя увидел, у меня голова пошла кругом. Всё, что я видел перед собой — тебя. — Ты заинтересовал меня, Рики, — продолжает Сонухн. — И я знаю, что это слишком рано, но я хочу узнать тебя получше. Я хочу узнать о тебе всё, но это должно происходить постепенно. Я никогда ни к кому не испытывал таких чувств, но всё во мне говорит о том, что ты особенный, Рики. — Я хочу узнать тебя получше, и тогда, надеюсь, если ты тоже этого захочешь, мы сможем стать чем-то большим, чем просто друзья, — говорит он, и, в конце концов, румянец возвращается на его щеки. Сердце наполняется теплом от слов Сонхуна; ему ещё никогда никто так не нравился и ни к кому не тянуло так, как к нему. Он рад, что они разговаривают о произошедшем. Старший делится своими чувствами по поводу их почти-что поцелуя, и он в шоке от того, что их чувства идентичны. Рики хочет узнать его поближе и проводить с ним больше времени, чтобы они могли, как красноречиво сказал старший, «стать чем-то большим». Рики тихо смеется, его щеки краснеют, а затем он широко улыбается. — Ты нравишься мне с самого первого дня. Я никогда ни к кому не испытывал таких чувств, как к тебе, но с тобой мне так комфортно. — Я тоже хотел поцеловать тебя вчера, — Рики признается, и это вызывает улыбку на губах Сонхуна. — Но эти чувства для меня тоже в новинку, и я не хочу торопить события. Я надеюсь, что мы сможем «стать большим», когда узнаем друг друга лучше, как ты выразился, — заканчивает Рики с застенчивой улыбкой, изо всех сил стараясь не смотреть в глаза Сонхуну. Он стесняется зрительного контакта, но рука на подбородке не дает ему отвернуться. — Я рад, что ты чувствуешь тоже самое, — с улыбкой говорит Сонхун. — Я привел тебя сюда, потому что это важное место для меня, и я думал, что если мы хотим узнать друг друга получше, то это хорошее начало. — Да, да, — Рики соглашается, румянец окрашивает не только щеки, но и кончики ушей. — У меня определенно есть кое-что для тебя, чтобы ты тоже узнал меня получше. — Ну что ж, когда ты готов поделиться ими, я буду рад услышать, — Сонхун улыбается ещё шире и убирает руку с подбородка Рики. Рики решает немного поддразнить его, особенно после признания. — Ну, во-первых, перестань ревновать к Харуто. Он мне не интересен, и поверь мне, я ему не интересен. Он хороший друг, и с ним очень легко общаться. — Я тоже, — Сонхун отвечает раздраженно, что заставляет его рассмеяться, прежде чем ласково покачать головой. — Ну, есть одна вещь, которую он знает обо мне, и не то чтобы я должен был с ним делиться. У него похожая ситуация, поэтому он понимает лучше, чем кто-либо другой. Я хочу однажды рассказать тебе об этом, хён, но я не знаю, как ты к этому отнесешься и захочешь ли ты, чтобы я был рядом после этого, — Рики с тревогой опускает глаза вниз, не зная, имеют ли смысл его слова. Сонхун берет его руку в свою, и переплетает их пальцы, а затем сжимает её. Рики наконец поднимает глаза и видит, что старший смотрит на него такими нежными и заботливыми глазами, будто он может доверить ему почти всё. — Рики, что бы это ни было, я никогда не буду тебя осуждать. Ты можешь рассказать мне об этом, когда тебе будет удобно, но ничего страшного, если ты не готов говорить со мной сейчас. Когда ты будешь готов — я выслушаю. Я не оттолкну тебя, что бы это ни было. Я не отказываюсь от своих слов, которые говорил тебе: я не хочу, чтобы ты снова переводился. Я хочу, чтобы ты был рядом, Ки. Обещаю, что так будет всегда, если только ты не сделаешь что-нибудь непростительное, в чем я сомневаюсь, — Сонхун шутит в конце, что заставляет Рики тихо рассмеяться. Но в голосе Сонхуна звучит такая искренность, как будто он правда имеет в виду каждое своё слово. Рики хочет однажды рассказать ему правду о себе, и думает, что так и будет. Кажется, что всё будет хорошо.𖤓𖤓𖤓𖤓𖤓
Оставшаяся часть дня пролетает быстро, и за обедом ребята были рады узнать, что они поговорили о произошедшем между ними. Рики, конечно, не удивился, но в итоге стал похож на помидор. Прозвенел последний звонок, и к нему быстро подбегают Сону и Чонвон. Они берут его за руки и ведут в сторону спортивного комплекса, расположенного неподалеку от танцевальной студии. — Куда мы идем? — растерянно спрашивает Рики, недоумевая, куда его ведут старшие. — Ну, Рики-я, у нашей группы есть традиция, и раз уж ты теперь в ней, то ты её часть, — улыбается Сону, ведя его вокруг здания на большое поле за ним. Он видит, как в дальнем конце несколько студентов играют в хоккей на траве, а Джейк, Джей и Хисын, похоже, играют дружеский матч по футболу неподалеку от правой стороны поля. — Привет, ребята, — обращается Чонвон к старшим. Джейк пытается пробить мимо Джея в сторону Хисына, но мяч попадает в ногу Рики. Правила отца о запрете на занятия спортом громко звучат в голове, но он смотрит на мяч и испытывает огромное искушение поиграть с ними. Он всегда любил футбол и спорт в целом, и ему удавалось хорошо контролировать свои силы. Может быть, было бы не так уж плохо присоединиться к ним. — Рики-сан, ты играешь? Если хочешь, можешь присоединиться, — говорит Джейк с улыбкой. — Рики-я, пожалуйста, замени меня! Из меня ужасный футболист, — Сонхун умоляет, дуя губки. Если раньше Рики не хотел присоединяться, то теперь, когда старший так на него смотрит, он не может ему отказать. — Хорошо, Хун-хён, — говорит Рики с забавной улыбкой. — Веселись, принцесса, — Сонхун улыбается и забирает у него его сумку, после чего отходит в сторону вместе с Чонвоном и Сону. Рики, стараясь не покраснеть, переходя на сторону поля Джейка, ведь именно он играл с Сонхуном, а остальные трое садятся на трибуны с вещами. — Ребята, вы играете во что-то конкретное или…? — спрашивает Рики, начиная немного поигрывать мячом, уже успев позабыть, что такое футбол, так как отец запретил ему заниматься спортом. Всё, чтобы он никогда не раскрыл свой секрет. — Не совсем, — отвечает Джей. — Честно говоря, мы просто болтали, передавая мяч туда-сюда и иногда пытаясь забить его в ворота, — он показывает жестом на ворота, находящиеся в нескольких футах от них. Рики хмыкает, продолжая немного жонглировать мячом. — Черт, ты хорош в этом, Ки. Я полагаю, ты футбольный фанат? — спрашивает Джейк. — Честно говоря, я люблю многие виды спорта: футбол, теннис, боулинг, бадминтон. Но баскетбол и футбол, безусловно, мои любимые, — Рики кивает, после чего отбивает мяч австралийцу. — Не может быть! — с восторгом говорит Хисын, когда Джейк передает ему мяч. — Это и мои любимые виды спорта. А ты занимался каким-нибудь спортом в своей старой школе? — Кроме уроков физкультуры — нет. Даже тогда в меня обычно пинали мяч или попадали сразу несколько мячей для доджбола, так что это не было весело. Танцевальный клуб поначалу нравился, но школе было на него наплевать, да и вообще им наплевать на всё, если честно. — Похоже, что в старой школе твои одноклассники были уродами, — подводит итог Джейк. Его тон напоминает тон обеспокоенного родителя, что немного забавляет Рики. Он правда похож на «маму» вместе с Джеем. — Так и было, но я расскажу вам об этом в другой раз, — Рики пожимает плечами, не желая усугублять атмосферу разговорами о своем прошлом. — Это понятно, Ки, — говорит Джейк. — Когда я приехал сюда, люди смеялись надо мной за то, что я с трудом говорю на корейском. — Тогда Хисын прискакал, как твой рыцарь в сияющих доспехах, и защитил тебя от этих уродов, — Джей поддразнивает и отбивает мяч Рики, который смеется над этой ремаркой. Он подмечает, как складываются отношения в группе, и видит, что между Хисыном и Джейком, а также Чонвоном и Джеем есть что-то более чем платоническое, но он не спрашивает об этом. Впрочем, он сомневается, что они будут против рассказать. Джейк краснеет и смотрит на Хисына, подмигивающего ему. — Я увидел симпатичного парня в беде и поступил соответственно. Я не жалею о своих действиях, — старший в шутливой форме заявляет, пожимая плечами. — Вы с Джейк-хёном вместе, Хисын-хён? — с любопытством спрашивает Рики, и двое старших кивают в ответ. — Да. Он признался мне на мой день рождения на втором курсе; мы познакомились на ознакомительном дне за год до этого, и сдружились, но Хисын тот человек, к которому меня тянуло, — краснея рассказывает Джейк. — Но не только мы: Чонвон и Джей тоже встречаются уже два года, — объясняет он, что отвечает сразу на оба вопроса Рики. — Вы «все»? — спрашивает Рики. — Я, Хисын, Джейк и Сонхун, — Джей объясняет. — Мы присоединились к группе в один год, и я дружу с Сонхуном и Хисыном ещё с начальной школы. Но Джейк очень сдружился с нами, что нас удивило, ведь мы были таким сплоченным трио. Мы рады, что у нас есть Джейк, но только не говори ему об этом, — Пак заканчивает шепотом, отчего Джейк начинает ворковать. — О, Джей, ты меня любишь! — он не теряет времени, чтобы поддразнить старшего. — Конечно, в твоих мечтах, Джейк, — Джей закатывает глаза, но Рики видит в них нежность. Он посылает мяч обратно Рики, который смеется над их препирательствами. — С вами так весело. Мне нравится проводить время вместе, — искренне размышляет Рики, наслаждаясь их обществом, ведь он не так часто общался с ними, как с Сонхуном, Сону и Чонвоном. Хисын и Джейк одаривают его искренними улыбками, а Джей с нежностью смотрит на него. — Оу, Рики-я, ты очарователен, — Хисын такой ласковый с ним, что ему становится тепло внутри. — Нам тоже нравится проводить с тобой время. Правда, не так часто, как с другими, но мы хотим узнать тебя получше. — Да, ты классный парень, Рики-сан, — Джейк добавляет. — Я рад, что мы наконец-то можем побыть с тобой. — Итак, Ки, давай узнаем друг друга поближе. Любимый футболист? — Джейк немного играет с мячом, а затем бросает его Рики. — Легко. Неймар. Бразилия — определенно моя любимая команда, — он недолго думая отвечает. — О, хороший выбор, — Хисын, получив мяч, отвечает. — Я бы выбрал тоже самое. — Я тоже болею за Неймара, — добавляет Джейк. — Франция — определенно моя команда, — Джей говорит им. — Вы просто не можете превзойти MBappé. — Знаешь, у тебя хороший вкус, Джей-хён. Он точно входит в мою тройку лучших, сразу после Месси, — Рики улыбается, передавая мяч обратно Хисыну. — Я знал, что ты мне не зря нравишься! У тебя есть вкус! — Джей радуется с яркой улыбкой. Они болтают, обсуждая спорт и рассказывая старые истории. Рики получает удовольствие от этого — он так давно не расслаблялся и не дурачился. Приятно снова испытать такие ощущения, а ещё приятнее делать это с друзьями. Старшие помогают ему почувствовать себя более желанным гостем в их кругу. Рики кажется, что за время, проведенное вместе, они стали ещё ближе.𖤓𖤓𖤓𖤓𖤓
— Ну что, ребята, повеселились? — спрашивает Сону, когда они присоединяются к ним на трибунах. Они хором отвечают «да» и садятся на скамейки. Рики, конечно же, рядом с Сонхуном, Хисын с Джейком, Чонвон с Джеем, а Сону рядом с ними. — Чонвон-а, ты не собирался рассказать мне, что встречаешься с Джей-хёном? — Рики дразнит его с притворно обиженным видом, доставая из сумки бутылку с водой, чтобы попить. — Ну ты же умный, Ки, и я знал, что ты догадаешься, — Чонвон закатывает глаза и смотрит на младшего. — Конечно, Ян, конечно, — Рики закатывает глаза и ставит свою бутылку в сторону. — Итак, Рики, ты провел здесь уже три полных дня, — Сону меняет тему разговора. — Что ты думаешь о Белой Розе? — Ну, буквально всё лучше, чем в моей старой школе. Мне здесь очень нравится. Приличная еда в кафетерии, хорошие учителя, продуктивные занятия, хорошие люди, — Рики оглядывает их, дольше других задерживая взгляд на Сонхуне. — Сегодня у меня впервые за целую вечность был урок танцев, и я нашел себе отличного партнера по танцам — Харуто. — О, я уверен, что Сонхун не слишком этому рад, — Джей поддразнивает, а тот в ответ отмахивается от него. Рики лишь смеется над ними. — Ну, тут ты прав, просто кое-кто сильно ревновал, не так ли, Хун? — спрашивает он с наглой ухмылкой. — Он ревнует со вчерашнего дня в танцевальном клубе. Я никогда не видел, чтобы он так на кого-то смотрел, — подхватывает Чонвон, присоединяясь к разоблачению Сонхуна. — Так вот почему ты был таким странным сегодня утром? — Рики спрашивает его. — Ты упомянул, что Хару — плейбой, как будто предостерегал меня. — Вони, ты пытался защитить честь Сонхуна, чтобы у него был шанс с Рики? Ты слишком милый, — воркует Джейк, глядя на парня с кошачьими глазами. Чонвон пожимает плечами, но на его лице появляется небольшая ухмылка, и Сонхун смеется, наклоняясь вперед, чтобы отбить кулачок с ним. — Ты отличный помощник, Вон-а. Я ценю твою работу. — Ты же знаешь, что я на твоей стороне, Хуни-хён, — он пытается подмигнуть, но у него не получается. Рики сильнее смеется над его тщетными попытками. — Чонвон, ты пытался подмигнуть? — Рики спрашивает сквозь смех, потому что старший действительно пытался подмигнуть, но у него ничего не получилось. Это больше похоже на чихание, чем на подмигивание. — Пошел ты. Я пытался, ясно? — отвечает он, слегка обидевшись. — Лучше не надо, — говорит Рики, его смех начинает стихать. — Отродье, — Чонвон тихонько огрызается, хотя на его лице всё ещё читается веселье. — Это очень мило, что ты сделал это для Сонхун-хёна, — Рики искренне говорит об этом. Он правда восхищен, ведь раньше никто не заботился о нем подобным образом. Он поворачивается к Сонхуну и улыбается ему. — Не думаю, что у Харуто были бы большие шансы; он милый и простой в общении, но я не знаю... мне нравятся парни пониже ростом, — Рики шутит, обращая внимание на рост Сонхуна, хотя тот, несмотря на разницу, точно не коротышка. Парни смеются, а Сонхун в притворной обиде смотрит на него, а потом пихает в бок. — Ну, когда ты ростом с фонарный столб, для тебя все маленькие, Рики, — он дуется, пытаясь сдержать смех. — Даже если я ниже тебя ростом, я сто процентов смогу тебя поднять. — Правда? — Рики с вызовом спрашивает у него. Он знает, что может поднять Сонхуна без усилий, но ему хочется увидеть, сможет ли это сделать старший. Он обратил внимание на его мускулы с самого начала знакомства, и хотя он довольно стройный, Рики сомневается, что его так легко поднять. — О, я чувствую вызов и сильное напряжение, так что вы можете либо поднять друг друга, либо поцеловаться. Любой из вариантов кажется приемлемым прямо сейчас, — говорит Сону, а остальные с интересом наблюдают за ними, явно наслаждаясь их динамикой. Рики сильно краснеет на ремарку Сону, а Сонхун лишь ухмыляется и берет его за руку. — Ну что ж, принцесса, я принимаю твой вызов. — Ну что, кто первый? — Рики поворачивается лицом к нему. Ребята наблюдает за ними, после того как они отошли на несколько метров от них. — Я позволю тебе поднять меня первым, красавчик, — Сонхун предлагает с игривой ухмылкой. — У меня такое чувство, что ты намного сильнее, чем кажешься. — Так ты хочешь, чтобы я поднял тебя над головой или просто поднял? — Рики фыркает и разворачивает его так, чтобы он мог как следует ухватиться за него. — Пожалуйста, подними его над головой! — Джейк обращается к нему, а потом хихикает. — Так будет смешнее, если он упадет. — Не волнуйся, коротышка, я не дам тебе упасть, — Рики смеется, а затем весело качает головой. Сонхун краснеет, его щеки становятся розовыми, а Рики кладет одну руку ему на талию, а другую — под колени и легко подхватывает на руки. Старший оказывается тяжелее, чем он ожидал, но в этом, скорее всего, виновата его мускулатура. Увеличение силы не означает, что Рики не чувствует веса предметов — он чувствует, но они, конечно, легче, чем для обычного человека. Однако поднять Сонхуна, конечно, несложно. Ему удается поднять его над головой, как гирю, около двадцати раз, прежде чем он чувствует напряжение мышц и осторожно опускает старшего на землю. — Отличная работа, Рики, — хвалит Хисын, впечатленный тем, как легко он это сделал, в то время как остальные выражают аналогичное мнение. — Я впечатлен, — Сонхун признает, когда встает на ноги. — У тебя определенно больше мышц, чем я думал, под этой рубашкой. — Но пусть профессионал покажет тебе, как это делается, — говорит он, а Рики слегка хихикает. — Конечно, хё-ах! — не успевает он закончить фразу, как Сонхун поднимает его, как будто он ничего не весит. — Ты легче, чем я ожидал. Ты достаточно ешь? — тихо спрашивает он, искренне обеспокоенный тем, как легко он поднимает Рики на головой. Его рука крепко удерживает японца за талию, заставляя кожу нагреваться под теплыми ладонями, а другая за бедра. — У меня просто небольшой аппетит, не беспокойся, — Рики заверяет его, когда Сонхун снова прижимает его к своей груди. — Похоже, всё то время, что Сонхун проводит в спортзале, приносит свои плоды. Посмотрите на него! — Джей явно впечатлен увиденным. Сонхун с легкостью поднимает Рики вверх-вниз. Однако он останавливается на девятнадцати, что делает младшего явным победителем. — Я выиграл! — восклицает Рики после того, как Сонхун опускает его на землю. — Это было очень близко, Хун-хён. Хорошая работа, — с наглой улыбкой говорит Рики, похлопывая старшего по плечу. — Судьи? — спрашивает Сонхун остальных. — Рики определенно победил, — Сону оглашает результат. Сонхун стонет, а Рики победно улыбается, но вдруг его снова поднимают на руки. Старший крепко обнимает его, после чего возвращается на трибуны и садится на третий ряд, усаживая Рики рядом с собой — его рука остается на талии, и кожа становится теплой от прикосновения. — Я получу за это бонусные очки? — ухмыляется он, бросая взгляд на Рики, а затем снова на остальных. — Мои коллеги-судьи? — Сону смеется и обращается к остальным. — Да, Сонхун победил, — Джей пожимает плечами. — Мы ни на секунду не сомневались в тебе, приятель, — смеется Хисын. — Серьезно? — возмущается Рики, хотя ничуть не расстроен, ведь это было дружеское, глупое и, честно говоря, довольно милое соревнование. Ему нравится, что старший может так легко поднять его; в конце концов, ему втайне нравилось, когда с ним нянчатся. — У нас тут демократия, Рики-сан. Человек проявил себя, — Джейк шутит. — Какой кошмар. Вы определенно необъективны, — Рики закатывает глаза, а затем кладет голову на плечо Сонхуна, потому что ему так удобнее и больше нравится. — Мир несправедлив, юный Рики, — Чонвон говорит об этом с преувеличенной мудростью в голосе, а затем хихикает, что заставляет Рики смеяться в ответ. Он рад, что они веселятся; он уже давно не делал ничего подобного.𖤓𖤓𖤓𖤓𖤓
— Спасибо, что подсказал мне, где взять протеиновые батончики, — говорит Сонхун, поднимаясь на крыльцо дома Рики. По пути сюда они остановились у магазина, расположенного недалеко от дома, чтобы Рики мог выполнить своё обещание и рассказать, где их можно купить. То, как обрадовался Сонхун, увидев коробку со сладостями, было, честно говоря, очень мило. Младшему захотелось купить ему всё до единого, чтобы улыбка не сходила с его лица. — Конечно, Хуни-хён. Это меньшее, что я могу сделать, учитывая, что ты подбросил меня до дома, — улыбается Рики, отпирая входную дверь и входя в дом. — Мама, папа? Сола, Конон? — спрашивает Рики. Не получив ответа, он понимает, что никого из членов его семьи нет дома. — Наверное, они ещё не вернулись, — говорит он старшему, снимая ботинки и ставя их на полку для обуви. — Ну, я могу побыть у тебя, пока они не придут, — Сонхун ухмыляется, явно заигрывая с ним. Рики понимает, что в реальности отец взбесится, если узнает, что Сонхун остался с ним, когда никого нет дома. Видимо у него начинается период бунтарства, либо ему очень нравится проводить время с Сонхуном, и он быстро соглашается. — Конечно, я не против, — Рики кивает в знак согласия. — Моя мама всё равно сегодня работает допоздна, так что будет здорово, если я немного побуду у тебя, — Сонхун говорит. — Давай я возьму свою сумку, чтобы, надеюсь, начать делать домашнее задание. Он бежит к машине, а Рики смотрит, как он берет свой рюкзак и спешит обратно в дом, закрывая за собой дверь. Они поднимаются наверх, в спальню. Младший открывает окно, чтобы впустить внутрь свежий воздух, а Сонхун устраивается на кресле-мешке и достает несколько книг. Рики снимает пиджак и вешает его на спинку кресла, а затем закатывает рукава рубашки. — Чем занимается твоя мама? — с любопытством спрашивает Рики. — Она менеджер по маркетингу, — отвечает старший. — У неё своя фирма, которую она открыла задолго до моего рождения. У неё свой график работы, но она любит принимать участие в проектах. С тех пор как мы потеряли отца, она работает немного больше, чем обычно, думаю, это помогает ей отвлечься. — Значит, она реже бывает дома? — Рики сочувственно хмыкает. — Нет, честно говоря, наоборот. Она стала больше работать из дома, потому что хочет быть рядом с моей сестрой и мной. Приятно, что она рядом, — Сонхун качает головой, снимая пиджак и вешая его на спинку стула. — У тебя есть сестра? — спрашивает младший, так как впервые услышал о ней. — Да, есть, — Сонхун улыбается. — Ей уже пятнадцать. Её зовут Йеджи. — О, какое красивое имя; она на год старше моей младшей сестры Солы. — Ты не говорил, что у тебя тоже есть сестра, — улыбается старший. — На самом деле у меня их две, одна старше, другая младше. Конон учится в университете, так как окончила школу на год раньше, но я думаю, что она примерно твоего возраста, — отвечает Рики, устраиваясь на кровати и доставая учебник по математике и тетрадь. — Хм, я запомню, — Сонхун хмыкает, открывая свой учебник. После этого они погружаются в уютное молчание, Рики удается понять большую часть математики, но алгебра никогда не давалась ему легко. Проходит уже больше часа, а он всё ещё не справился с четырьмя самыми сложными вопросами, которые оставил напоследок. Рики хмурится, сосредоточив взгляд на уравнении, но ему никак не удается продвинуться вперед. Сонхун уже давно закончил работу над домашним заданием по химии и не может оторвать взгляд от Рики, любуясь его боковым профилем: губы выпячиваются, как у утки, когда он стучит карандашом по тетради, брови нахмурены, светлые волосы падают на лицо, несмотря на то, что он отодвигает их рукой. Очень мило. Не удержавшись, он поднимается с места и подходит к кровати, садясь рядом с Рики. Подросток настолько сосредоточен, что даже не замечает этого, и Сонхун улыбается, заправляя его волосы за ухо. Рики удивлен прикосновением, но поворачивается, чтобы посмотреть на Сонхуна. Он видит в его взгляде неподдельное восхищение; его глаза двигаются по лицу, заставляя младшего покраснеть. — Что? — робко спрашивает Рики, слегка сжавшись под пристальным взглядом. — Ничего, — он качает головой, завороженно глядя на Рики. — Ты просто очень красивый, когда сосредотачиваешься. — Ну, я так сосредоточен только потому, что у меня всё плохо с алгеброй, — смущенно говорит Рики, показывая на свою тетрадь. — Хочешь помогу? — предлагает Сонхун, глядя на работу младшего. — Да, пожалуйста! — говорит он со щенячьими глазами, ведь правда устал от решения уравнений. Сонхун хихикает, глядя на то, как мило выглядит младший, а затем перестраивается так, чтобы лечь на живот рядом и лучше видеть уравнения, которые пытается решить Рики. По сути, он прижимается к боку Рики, и неожиданно ему становится трудно сосредоточиться на задании, а не на теплом теле рядом. — А, понятно, — понимающе комментирует Сонхун, беря в руки второй карандаш. — Значит, нужно перемножить эти два числа, а потом разделить то, что получится на три… — Сонхун начинает объяснять, и Рики удается довольно хорошо понять всё, пока они вместе решают уравнения. — Вот и всё, — объявляет старший, и Рики в шоке смотрит на него, потому что тот закончил то, над чем он бился почти час, всего за десять минут. — Спасибо тебе, Хун-хён, — младший благодарит его, после чего скидывает учебники по математике на пол и перекатывается на спину, потягиваясь почти как котенок (что Сонхун находит просто восхитительным). Старший замечает, что на подушке лежит плюшевая утка, и у него возникает интересная идея. Рики смотрит, как он снова берет утенка в руки, и с любопытством разглядывает его, ожидая, что тот снова начнет дразнить его, как вчера, но Сонхун скрещивает ноги, садясь рядом, и осторожно сжимает утенка в руках. — Ладно, Ки, раз уж мы закончили работу, думаю, мы можем сыграть в небольшую игру под названием: «Передай плюш»? — Передай плюш? — Рики приподнимает бровь, глядя на него. — М-м-м, мы передаем плюш и задаем вопросы. Кто держит его в руках, тот и отвечает; думаю, это интересный способ узнать друг друга получше, — Сонхун улыбается, слегка подбрасывая утку в воздух, а затем снова ловя её. — Звучит заманчиво, — Рики соглашается с небольшой улыбкой. — Давай сделаем это. — Думаю, я начну с простого. Мой первый вопрос: когда у тебя день рождения? — спрашивает Сонхун. — Поскольку плюш у меня в руках, я отвечу: восьмого декабря. Он передает его Рики, и тот улыбается, удивленный тем, что услышал дату рождения Сонхуна. — Девятого декабря. — Не может быть! — удивляется старший. — Может, нам суждено встретиться? — Может, и так, — Рики хихикает, сжимая плюшевую игрушку. Он думает над вопросом, прежде чем озвучить его. — Любимая песня? Мои, наверное, Heartbreak Anniversary группы Giveon и Wasted Nights группы One Ok Rock, — он передает плюш Сонхуну. — Они в твоем стиле, — он хихикает. — А мне бы подошла песня Kill Bill от SZA. — О, ты фанат SZA? Мне нравятся парни со вкусом, — шутит Рики, хотя на самом деле он серьезен. Ему нравится, что у них схожие вкусы. — Я рад, что это так, — Сонхун подмигивает, прежде чем задать другой вопрос. — В детстве кем ты хотел стать, когда вырастешь, и кем хочешь стать сейчас? — Для меня это был профессиональный фигурист или профессиональный хоккеист, — Сонхун говорит, его глаза сияют и он с нежностью улыбается, словно вспоминая своё время на льду. — Потом школа стала отнимать много времени, и я думаю, что моя мечта изменилась. Так что теперь, как я уже говорил, я хочу стать тренером по фигурному катанию или физиотерапевтом. Я не думаю, что когда-нибудь смогу полностью оторваться от льда. Рики смотрит на него, восхищаясь тем, с какой страстью он говорит о фигурном катании. Это напоминает ему собственную страсть к танцам, потому что то, как Сонхун описывает невозможность полностью уйти со льда — то, что Рики чувствует в танцах. — То, что ты сказал, очень напоминает мне мои ощущения от танцев. Когда я был маленьким, я хотел стать профессиональным танцором и хореографом, да и сейчас хочу; я хочу открыть собственную студию, как у моих родителей, и создать своё собственное пространство, — Рики улыбается, когда старший снова передает ему плюшевую игрушку, и сжимает её. — Я могу представить, как ты это сделаешь. Ты целеустремленный, Рики, и так любишь танцевать; ты далеко пойдешь, Ки. Я это вижу, — Сонхун с нежностью смотрит на юношу.𖤓𖤓𖤓𖤓𖤓
Они задают друг другу вопросы, и по мере этого узнают всё больше и больше. Рики рассказывает Сонхуну о школе в Японии, а тот рассказывает о том, как они с ребятами подружились, что, как ни странно, привело к тому, что Джей влюбился в Чонвона. Они поделились историями о своих братьях и сестрах, о любимых воспоминаниях — Сонхун, в основном, катался на машине с отцом, получив её на свой день рождения, а Рики — о первом выступлении с сестрами, когда Соле исполнилось четыре года, и о выступлении с Shinee в Японии, которое старший воспринял с восторгом. Но они также коснулись и более серьезных тем. — Чего ты больше всего боишься? — спрашивает Пак и первым передает Рики игрушку, прежде чем ответить самому. Он явно желает услышать, что скажет младший. Рики давно знает, чего боится больше всего на свете, — того, что является его самым страшным кошмаром, который столько лет казался ему явью. — Я боюсь одиночества, — он признается. — Так долго я чувствовал себя одиноким, и у меня появился страх, что я всегда буду таким, что никто не захочет быть рядом со мной. Это пугало больше, чем что-либо другое, — объясняет Рики. Его голос слегка подрагивает в конце, когда он передает плюшевую игрушку обратно Сонхуну, чьи глаза полны печали и сочувствия. Старшему хочется забрать всю боль, плещущуюся в глазах Рики. — Я боюсь неудачи, как мне кажется, — Сонхун признается. Его голос звучит мягко, пальцы сжимают плюш, а глаза слегка блестят. — Не на экзамене или в чем-то подобном, но я боюсь подвести своих родителей, особенно отца. Он воспитал меня и дал так много. Я боюсь разочаровать его или причинить кому-то боль, потому что он всегда верил, что я буду стараться во всем, и я это делал. Я боюсь забыть эти уроки только потому, что его больше нет. Боюсь, что без него я не стану лучшей версией себя. — Сонхун… — тихо произносит японец, наклоняясь вперед и беря его за руку. Он не понимает, как тот может этого бояться, ведь он уже такой хороший человек. Рики знает, что он станет ещё лучше. — Ты не забудешь ничего из этого, поверь мне, не забудешь. Ты уже хороший человек. Твой отец вырастил прекрасного юношу, и ты всё ещё растешь, как и все мы. Мы будем совершать ошибки, но всё это — часть нашего роста. Сонхун фыркает, затем на его губах появляется небольшая улыбка, и он кладет свою ладонь поверх руки младшего. — Как, черт возьми, ты можешь быть таким мудрым? — Это семейная черта, — отвечает он, бесстрастно пожимая плечами, чтобы разрядить обстановку. — Они определенно научили меня быть тем, кем я являюсь сейчас. — Значит, они проделали большую работу, — говорит Сонхун, а затем смеется.𖤓𖤓𖤓
— Ну что, Рики, ты действительно хотел поцеловать меня вчера? — Сонхун поигрывает бровями и бросает ему игрушку, а Рики стонет и зарывается лицом в подушку, пытаясь скрыть свой румянец. — Да! Доволен? Я никогда раньше никого не целовал, но очень, очень хотел тебя поцеловать, — Рики отвечает, избегая зрительного контакта с Сонхуном. Он бросает ему плюшевую игрушку. — А ты хотел? — До сих пор хочу, — отвечает старший без промедления, с ухмылкой глядя на него. — Но мы же не будем торопить события, правда, принцесса? В конце концов, мы придем к этому. Рики хочет возразить и потребовать, чтобы старший поцеловал его прямо сейчас, или притянуть его ближе и поцеловать самому, но у него не хватает на это смелости. Это просто не в его стиле. Он считает себя храбрым человеком, но, конечно, не настолько храбрым для этого, поэтому Рики кивает в знак согласия. — Да, всему своё время, — он соглашается, стараясь успокоиться, чтобы не выдать, как его сердце вот-вот выскочит из груди. Сонхун собирается задать ещё один вопрос, как вдруг раздается стук в дверь, и она распахивается, являя собой мать Рики. — О, я не знала, что к тебе кто-то пришел! — Хината удивленно восклицает. — Привет, милый, я просто увидела туфли внизу и поняла, что ты дома. Я не помешала? — Нет, мама, всё в порядке. Это Сонхун, мой друг, который забрал меня во вторник, — Рики качает головой, улыбаясь маме. — Здравствуйте, госпожа Нишимура, — он приветствует женщину вежливой улыбкой и коротко склоняет голову. — Милый, зови меня просто тетя Хината. Приятно познакомиться, останешься ли ты на ужин? — спрашивает она. Рики совершенно не готов к тому, что Сонхун будет сидеть за одним столом с отцом и выдерживать его расспросы. А ещё он уж точно не верит в то, что сестры не поставят его в неловкое положение, поэтому в душе надеется, что старший откажется. Несмотря на то, что он бы хотел, чтобы тот остался. Но, к счастью, Сонхун отказывается. — Я должен вернуться домой и позаботиться о том, чтобы моя младшая сестра поужинала, но я бы с удовольствием поужинаю с вами в другой раз? — Конечно, дорогой, это было бы замечательно. Сейчас уже почти шесть, так что я понимаю, что тебе нужно домой, — с пониманием говорит мама Рики. Оба парня потрясены, услышав сколько сейчас время, так как даже не предполагали, что уже так долго вместе. — О, Боже, я даже не знал, что уже так поздно. Мне пора идти, но большое спасибо за предложение, тётя Хината. Я обязательно воспользуюсь им в другой раз, — Сонхун встает с кровати и собирает свои вещи. — Я провожу тебя, — Рики тоже встает с кровати и идет за старшим к двери. Мама Рики, попрощавшись с Сонхуном, отходит в сторону, чтобы пропустить их и они могли выйти из комнаты. Они спускаются по лестнице, Рики слышит её шаги в нескольких футах позади них: они подходят к двери, и Сонхун быстро натягивает ботинки. Рики отпирает дверь, и они выходят на крыльцо, дверь остается слегка приоткрытой, а оранжевый свет неба освещает их. — Это было здорово, Рики-я. Спасибо, что пригласил меня в гости, — мягко говорит Сонхун. — Я рад, что ты согласился остаться. Мне очень понравилось твоё общество, — Рики благодарит его. На губах Пака появляется небольшая улыбка, а на лице понимания. — Знаешь, я не успел задать свой последний вопрос. — Задавай, — Рики говорит ему, помня, что тот собирался что-то сказать до того, как вошла мама. Боже, похоже, что их постоянно прерывают на важном моменте. — Не хочешь присоединиться к нам с ребятами, чтобы покататься на коньках в субботу, а потом потусоваться у меня дома? — спрашивает Сонхун, явно предвкушая, что Рики ответит «да», и не похоже, что он вообще откажется. — С удовольствием, хён. Я с нетерпением жду этого, — отвечает он. Сонхун улыбается невероятно широко, наклоняется и целует Рики в щеку. Его губы задерживаются в этом месте на пару секунд, кожа как-будто горит от прикосновения. Он широко раскрывает глаза, и в голове происходит короткое замыкание. — Увидимся завтра, Ки, — старший только ухмыляется, отстраняясь, и сжимает руку Рики в своей. — У-увидимся, хён, — успевает прошептать он, когда Сонхун отворачивается и идет к своей машине. Рики, словно на автопилоте, заходит в дом и закрывает за собой дверь, а в животе у него порхают бабочки. Сонхун только что поцеловал его. Несмотря на то, что это поцелуй в щеку, Рики всё равно улыбается и подносит руку к щеке, на которой до сих пор сохранилось фантомное ощущение губ. Он поднимает глаза на маму, стоящую в конце прихожей, на её губах играет знакомая улыбка. — Он мне нравится, — искренне заявляет она. — Мне тоже, — соглашается он.
