Люмпен

Юнги просыпается ранним утром в тёплой кровати. Оказывается, снова просыпаться в постели просто невообразимо прекрасно. Память выдаёт моменты из счастливого детства, а глаза наполняются влагой, которая позже скатывается по худой щеке. Дверь открывается и входит та девочка, которая не очень была рада появлению Юнги в этом доме. – Как спалось? – Минджи подходит ближе и по её лицу видно, что она очень сожалела о своих вчерашних словах. – Прости за то, что вчера сказала. Для меня было правда неожиданно, что отец приведёт домой омегу. Я рада, что вы встретили друг друга. И если ты правда любишь его, то оставайся настолько, насколько захочешь. – Что? – Юнги совсем не этого ожидал. – Я не встречаюсь с твоим отцом. Я просто бомж, которому он предложил переночевать. – И ты согласился? – Минджи села на край кровати, закрывая рукой лицо. – Ничего не понимаю. – Твой отец сказал, что он какой-то там Пак Чимин, помогающий бездомным. – Это правда, но он никогда никого не звал к нам домой. Особенно на ночь. – Значит я правда ему нравлюсь? – омега задумывается, а Минджи смотрит на него с глазами, полные разочарованием. – Нравишься? С чего ты взял? – девочка резко встаёт с кровати, уже смотря с наглостью и неверием в эти слова. – Он мне сам сказал! Хватит уже злиться на меня, я ничего тебе не сделал. Я сегодня же уйду. Прямо сейчас. Юнги вылезает с такой мягкой постели, в которой хотел ещё хотя бы пять минуточек полежать и выходит из комнаты, глазами ища выход из квартиры. Но чёрт бы его побрал. Нихрена не помнит, откуда его вчера вели в эту комнату. Минджи просто проходит мимо и уходит, не поняв, почему гость остановился на полпути. Да даже если бы и поняла, то не помогла бы. Юнги решил долго не ждать и просто открывал все двери, намереваясь выйти в коридор, а потом и из квартиры. Это ему удалось. Вызвав лифт, Юнги со вздохом посмотрел на входную дверь, вспоминая доброту, которую никогда не забудет. Но имя Пак Чимин пора забыть. Ничего хорошего из этого не выйдет.

***

Пройдя около пяти кварталов, Юнги замечает выброшенную гитару около мусорки. Нет, он не может пройти мимо и не посмотреть, почему её выкинули. Юнги подходит, присаживается на корточки и внимательно осматривает гитару. Вроде бы никаких повреждений. Так зачем выкинули-то? Неожиданно в голове начинает играть какая-то мелодия, и Юнги помнит её до мельчайших деталей. Эту мелодию ему играла его мама и подпевала. Руки сами начинают дёргать струны, и улица перестаёт быть тихой. – Last Christmas I gave you my heart, – подпевает Юнги, как однажды делала и его мама. – But the very next day you gave it away. Он продолжает петь дальше с закрытыми глазами, даже не замечая, как сзади него образовывается толпа, которая слушала его пение с наслаждением и успокоением. Никто не обращал внимания на его порванную и старую одежду. Они просто слушали. Чимин тоже стоял там. Он единственный, кто не слушал, а смотрел с отвращением на оранжевую порванную шапку. Он не наслаждался, а осуждал человека за бедность. Юнги, закончив петь, застывает в немом шоке, когда слышит аплодирование. Он медленно разворачивается и удивляется такому большому количеству людей. Юнги смотрит на их улыбки и руки, которые бьётся друг об друга и создают звук хлопка. Им понравилось. Понимая это, Юнги невольно улыбается тоже. Почти каждый подошёл к омеге и вложил в его руки деньги. Не из-за того, что увидели, что он бездомный. Потому что они наслаждались его выступлением. – У вас очень хорошо получается. – подходит мужчина в наверняка дорогом костюме и тоже протягивает купюру в руки Юнги. – Слышали когда-нибудь про айдолов? – Юнги качает головой, показывая ответ «нет». – Это певцы. Я как раз занимаюсь подготовкой трейни. Мне очень хотелось бы увидеть вас на большой сцене и приглашаю пройти прослушивание. – Меня? – Вы видите здесь кого-то другого? – А я смогу? – омега начинает нервничать, будто уже сейчас идёт прослушивание. – Это уже зависит от вас. – мужчина протягивает визитку с номером и адресом. – Приходите завтра в три часа дня по этому адресу. Только, прошу вас, переоденьтесь. – Я приду! – кричит Юнги вслед уже уходившему мужчине. И не важно, что он даже адрес прочитать не может. Подойдёт к каждому прохожему, спросит, где находится это место и обязательно придёт. – Думаешь, справишься? – Чимин подходит вплотную, смотрит сверху вниз. – Справлюсь. – Юнги отходит назад. Этот человек не вызывает доверия. Почему – Юнги не знает. – Тогда удачи. – альфа кидает на асфальт деньги и уходит. – Я смогу… Лишь бы кто дал сил. Лишь бы не потух огонь. Лишь бы побежать и не устать. Лишь бы пойти и не утомиться. Расправить крылья и парить без тени страха. Всё в руках твоих…

«Фасад, которым мы прикрываемся, чтобы обмануть человека, никогда не обманет Бога, который видит сквозь наше лицемерие.» – Сандей Аделаджа

Богатство, бедность, выгода, внешность, лицемерие…