Я, мой брат и наш парень

Ирка: Придурок, ты чё там натворил?       Олег смотрит на дисплей и хмурится, пытаясь собрать в кучу мозг со сна. Саша только что ушёл на работу, разбудив ко второй паре, и Олег, чтобы снова не уснуть, тут же потянулся к телефону для надёжности — а тут такое немногословное, но ёмкое сообщение от подруги, отправленное вчера ночью — как раз в то время, когда Олег ну очень был занят. Вы: В смысле?       Олег садится на кровати, зевает и с сожалением смотрит на вторую половину кровати — она ещё хранит отпечаток чужого тела. Сердце предательски вздрагивает в груди, вызывая вспышку тепла — Шепс невольно улыбается, вспоминая события вчерашнего вечера. По коже даже разлетаются фантомные касания, которые будоражат сознание. Ему дышится легко — даже предстоящий разговор с Димой не ощущается таким страшным, как совсем недавно.       Телефон оповещает о новом сообщении. Ирка: Дима злой, как чёрт Весь вечер вчера мозг делал — ему повезло, что у меня было хорошее настроение, и я решила пожалеть его душевную организацию Но на шутку про твой член в его заднице отреагировал не типично — сказал, тебе есть куда его сунуть и без него Так вот, Шепс Чё за херня???       Олег тяжело вздыхает. Окей, может быть он поторопился с выводом, что не всё так страшно. Омега явно не будет настроен на помощь для выхода из конфликта. Это немного злит, но Олег быстро затыкает это чувство в груди. Он просто перенервничал уже, вот и начинает просыпаться агрессия. Вы: А ты где его видела? Ирка: У тебя сдвиг по фазе? Я встречаюсь с его сестрой К Астрид вчера приехала время вместе провести Я так-то уезжаю завтра Вы: Блять, точно Может, встретимся сегодня? У меня всего одна пара до 12       Олег напрочь забывает, что Игнатенко ещё на выходных ему сказала, что обратно в Питер возвращается в субботу. Она и так прогуливала учёбу — не часто удаётся встретиться с друзьями всем составом. С бешенным темпом последних дней Олег напрочь выпадает из пространства, так что едва не забывает об отъезде лучшей подруги. Ирка: Мне слишком интересно, что между вами произошло — иначе я бы обиделась, что ты про меня забыл Буду ждать у универа       Олег отправляет на это «окей» и поднимается с кровати. Если он не хочет опоздать на учёбу, то стоит поторопиться.       Слова Иры поднимают в нём волну тревоги, которая почти исчезает за вчерашний вечер. Разрешив конфликт с братом, Олег, конечно же, невольно расслабляется, и, возможно, это слишком поспешно. Ему не стоит забывать, что с Димой у него всегда будут немного другие отношения. С ним одновременно проще и сложнее: их связь — чистый лист. Им легче выстроить новую модель поведения друг с другом, но у них и нет «подушки безопасности» в виде совместного прошлого.       Шепс не хочет себя накручивать, в конце концов, в нём живёт яркая надежда на то, что у него без особых проблем получится всё объяснить омеге, но подлое ощущение, что он строит себе воздушный замок — не отпускает его. Хочется сорваться с места, найти омегу и доказать ему свои чувства. Хочется обнять, говорить глупые слова, а потом целовать до потери памяти.       За своими мыслями Олег не замечает, как почти опаздывает на первую — точнее, вторую по времени — пару и влетает в кабинет ровно в десять пятнадцать, сразу же за зашедшим преподавателем. Он хочет было занять своё привычное место, но натыкается взглядом на Женю, который буквально сверлит его своими глазами. По чужому лицу не сложно прочесть какое-то агрессивно-пренебрежительное выражение. Шепс поднимается на ряд выше и садится рядом со старостой — девушка приветливо ему улыбается, но тут же снова концентрирует своё внимание на экране телефона.       К середине пары, когда градус незаинтересованности группы переваливает за пограничную отметку, Маша лениво тыкает его обратной стороной ручки по локтю, обращая на себя внимание.       — Если не секрет, что вчера делал? — интересуется она.       Олег понимает, что это простое любопытство от скуки, но невольно всё же напрягается, готовый защищать своё любыми силами. Он ещё до сих пор не знает, как себя вести с Жекой. Не в плане, что он собирается избегать его, а в плане… Шепс не очень хочет, чтобы вся группа узнала об особенностях его отношений. Ему ещё учиться с этими людьми почти четыре года.       — Решил прогулять, — отстранённо отзывается Олег.       — Так не интересно, — вздыхает Маша, — а почему?       — У меня было похмелье, — всё же говорит Шепс, решая, что в этом нет ничего особенного.       Какой студент не прогуливал институт из-за того, что на кануне перепил?       — О-о-о, — одногруппница оживает и чуть пододвигается ближе, — по поводу пил?       Олег хмыкает, чиркая на тетрадном листе какие-то узоры. Его немного злит такой интерес, но грубо отвечать нет никакого желания — с Машей у них за эти полгода сложились довольно-таки неплохие приятельские отношения, — но и рассказывать настолько личные причины совсем не хочется.       — Ковалёв вчера тоже помятый был, — продолжает говорить староста, — вместе были? Женя вздрагивает, услышав свою фамилию, но не поворачивается. Олег уверен, что тот слушает их разговор с самого начала.       — Я пил с подругой, — обозначает Олег, а потом хмыкает, — у нас был бэд-трип.       Маша тихо смеётся.       — С подругой… с девушкой в плане? С омегой?       — К чему такой интерес? — напряжённо спрашивает Олег.       Маша слегка мнётся, а потом придвигается слишком близко и шепчет на самое ухо:       — Справа, второй ряд, третья от прохода, видишь? — девушка аккуратно поворачивает его голову, — из семнадцатой группы, Карина зовут. Глаз на тебя положила, попросила узнать, есть ли у тебя кто-то.       Олег смотрит на довольно привлекательную блондинку. Пару недель назад он бы обязательно к ней пригляделся, но сейчас ему совершенно всё равно. У него уже есть лучший омега, который ему только может быть нужен, и ещё есть не менее прекрасный альфа.       — Не в моём вкусе, — уверенно отрезает Олег.       — А кто в твоём? — тут же спрашивает Маша.       — Толстый член, желательно два, — раздаётся вдруг насмешливый голос с парты перед ними.       И Олег с Машей тут же поднимают одинаково недовольные взгляды на Женю. Шепс едва сдерживает рванувшую внутри бомбой ярость, хочется сорваться с места и размазать свои аргументы по лицу Жеки, но Олег очень не хочет, чтобы на них обратили внимание и остальные — и так несколько человек подняли головы. Вот только он не учитывает, что сделать что-то может не только он.       — А у тебя проблемы с членом? — мило улыбается Маша, — ты как-то слишком сильно переживаешь о чужих размерах.       Жека возмущённо распахивает глаза, а Олег усмехается. Он бы не смог так ответить — чтобы и подкопаться было не к чему.       — У меня с размерами всё в порядке, — старается уверенно ответить Женя, но очевидно, что слова его задевают, так что он выбирает другую тактику: — или ты хочешь проверить, малышка?       — Фу, Ковалёв, какого ты о себе высокого мнения, — морщит нос Маша, — тебя только вчера кинули, а ты уже сегодня готов залезть в чужие трусы. Только я сомневаюсь, что в ближайшее время у тебя это вообще получится. По словам Алёны, хвастаться тебе особо нечем — об этом уже весь поток знает. Ну, это так, к слову тебе говорю.       — Сука, — цедит Женя, но отворачивается.       Видимо, он всё же понимает, что Маша может много чего ему сказать, и решает не лезть на рожон. Вот только Олег не понимает, что же такого произошло за прошедший день, так что с любопытством уставляется на старосту.       — Алёна его бросила? — тихо спрашивает он, хотя ему абсолютно всё равно на то, если бывший друг его слышит.       Может быть, это немного по-мудачьи, но в данный момент это не вызывает ничего, кроме чувства справедливости и удовлетворения. Кажется, карма всё же существует. Олег искренне рад, что Алёна всё же прислушалась к его нечаянно брошенной фразе и серьёзно поговорила с Женей.       — Со скандалом, — хмыкает Маша, — никто так и не понял, с чего началась их ссора, Алёна никому об этом не говорит, я знаю только, что причиной послужило потребительское отношение Ковалёва. Вот скажи, Шепс, ты считаешь, что все омеги шлюхи по природе?       — Что? — ошарашенно выдыхает Олег, — нет, конечно.       — А он так сказал, — заявляет Маша.       — Отвратительно, — с чувством произносит Шепс, с удовольствием отмечая, как краснеют кончики ушей Ковалёва.       Но он так и не оборачивается, чтобы опровергнуть свои слова. Олег немного удивлён, что в свою защиту Женя не стал обсирать самого Шепса, ведь, по сути, это его вина, что Алёна решила порвать отношения. Что-то Олегу подсказывает, что девушка поставила какой-то ультиматум Жеке, иначе он бы точно не держал язык за зубами. Олег думает, что обязательно купит Алёне коробку конфет.       — И всё же… — Маша внезапно склоняется ближе, — у тебя есть омега?       — Есть, — вздыхает Олег со снисходительной улыбкой, — на этом всё?       — Просто было интересно, — жмёт плечами девушка.       До конца пары они больше не разговаривают. У Олега в груди зарождается странное тянущее ощущение тревоги — есть чувство, что что-то грядёт. И он очень надеется, что не такое уж и страшное. Шепс то и дело кидает осторожные взгляды на Женю — тот сидит один на самом краю ряда. Нельзя сказать, что Ковалёв не ладит с одногруппниками, но порой его поведение очень многих раздражает — слишком гонористый. Учится на платном, потому что может себе это позволить, имеет квартиру в не самом плохом районе Москвы, и внешне хоть и выглядит как самый типичный парень с улицы, вырос далеко не во дворе. А потом ещё и начал встречаться с Алёной — второкурсницей, которая всегда у всех на виду в счёт социальной и научной деятельности. О них долго говорили — мало кто мог понять, что их могло вместе связать. Благодаря девушке он обзавёлся некоторыми связями. А теперь, когда пара рассталась, положение Жени очень сильно могло пошатнуться.       Олег уверен, что, скорее всего, Жека успел рассказать Алёне о чём они разговаривали, и девушка точно знает о состоянии личной жизни Шепса. Учитывая, что об этом до сих пор никто не знает, она как-то заставила Женю молчать. Но надолго ли? Это вопрос. И зачем ей это делать? Тоже непонятно.       — Слушай, — зовёт Олег, когда все начинают собирать вещи и поднимается шум, — а у тебя есть номер Алёны?       — А тебе зачем? — вскидывает заинтересованный взгляд Маша.       — Поговорить нужно, — отвечает Шепс, — так есть?       — Сейчас скину, — кивает Маша.       Олег благодарит девушку и прощается, уходя из аудитории. Их отпускают с пары раньше почти на двадцать минут, так что у него есть даже больше получаса до того, как приедет Ира. Едва оказавшись в тишине коридора, Олег делает дозвон Алёне, а потом пишет сообщение. Вы: Привет, это Олег Шепс Можешь сказать, где у вас пара сейчас?       Ответ приходит сразу же. Неизвестный номер: Привет, 3-43 А зачем тебе?       Олег тут же сворачивает в нужную сторону, через ступеньку взбираясь по лестнице, и печатает на ходу. Вы: Можешь выйти, пожалуйста? Есть вопрос       Алёна ему больше ничего не пишет, а, когда Олег оказывается около нужного кабинета, уже выходит из-за дверей. На девушке серая водолазка и широкие джинсы, волосы распущены и прикрывают часть лица. Это кажется странным для её обычного образа.       — Так чего хотел? — улыбается Алёна.       — Тебе Женя всё рассказал, да? — без предисловий спрашивает Олег.       — Не переживай, я никому не собираюсь рассказывать, — успокаивающе говорит девушка, — в чужие отношения не люблю лезть.       — Я не совсем из-за этого, но спасибо, — чуть улыбается Шепс, — скажи лучше, почему молчит Женя?       Олег не совсем понимает, зачем ему это знать, но, как говорится, предупреждён, значит, вооружён. Есть у него гнетущее чувство внутри, вот оно и подстёгивает на нелогичные поступки.       — А тебе надо, чтобы он говорил? — выгибает изящную бровь Алёна и упирается спиной в стену, откидывая волосы от лица, а Олег невольно замирает, — молчит и молчит.       В нём волнами поднимается злость.       — Что это? — напряжённо спрашивает он и тянется рукой к девушке, на что та легко её отбивает, — он тебя ударил?       — А ещё я не люблю, когда лезут в мои отношения, — чётко проговаривает Алёна, — спасибо, что раскрыл мне глаза, но с остальным уж я сама разберусь.       Олег рассматривает синяк на чужой щеке, пусть он и умело спрятан под косметикой. Шепс сразу понимает, зачем нужна водолазка — скорее всего под ней тоже что-то есть. Под его взглядом девушка нервно возвращает волосы на прежнее место. Олег чувствует, как от горячей ярости пульсируют кончики пальцев.       — Сильно? — только и спрашивает Олег.       — Стояла бы я сейчас здесь? — хмыкает Алёна, — всё в порядке, правда. Я сделала фотографии, так что, если Женя начнёт трепаться, я их опубликую.       — Так ты из-за меня молчишь? — Шепс даже отступает на шаг.       Это… это слишком большая цена за молчание.       — Не только, есть ещё причины, тем более, я не хочу лишней жалости от людей, — поясняет Алёна, — а так я ещё поимела с этого выгоду. Женю нужно проучить. Пусть понервничает. У нас с ним договор: я молчу про то, что он сделал, а он молчит о тебе.       — Спасибо, — Олег не находит, что ещё сказать, — может, я могу что-то для тебя сделать?       — Будешь моим должником, — подмигивает Алёна, — надеюсь, таких Жень мы с тобой будем встречать не очень часто.       — Это точно, — хмыкает Олег, — ещё раз спасибо. Обращайся по любому поводу!       — Конечно, — улыбается Алёна, — бывай.       Она машет ему рукой и скрывается за дверью аудитории. А с лица Олега сползает более-менее спокойное выражение. Он поджимает губы и нервно хрустит суставами пальцев. Он и подумать не мог, что Ковалёв может сделать что-то такое. Отзываться сексистски об омегах — это одно, такое сплошь и рядом, хоть приятного и мало, а вот поднимать руку на того, кто слабее тебя — это намного выше понимания Олега. Он просто ненавидит, когда такое происходит. Обострённое чувство справедливости всегда было его Ахиллесовой пятой. Поэтому Олег пишет короткое сообщение на номер Жени. Вы: Туалет на первом этаже. Сейчас.       Олег уверен, что Ковалёв не упустит шанса высказать всё то, что накопилось у него внутри. Вот только Шепс не собирается разговаривать. Его радует, что до конца пары ещё есть немного времени, этого как раз должно хватить.       Женя заходит в туалет почти сразу за Олегом, и Шепс тут же прописывает ему прямой удар в челюсть. Тот отлетает в стену рядом с дверью, болезненно мыча.       — Чё за хуйня?! — рычит Жека, вскидывая голову.       — Бью того, кто слабее меня, — зло ухмыляется Олег, — ты же тоже так делаешь.       — Эта сука рассказала? — Женя отрывается от стены, — не боишься, что я тоже не стану молчать?       — Сомневаюсь, — цыкает Шепс, — ты слишком труслив для этого. Тебе же хуже будет.       — Если я трус, то ты подстилка брата, — противно усмехается Ковалёв, — или это он тебе подставляется?       Олег ненавидит, когда задевают его близких. И он и так слишком долго себя сдерживает — Шепс срывается с места, с целью снова нанести удар, но теперь Женя этого ожидает, так что уворачивается и сам врезается кулаком Олегу в живот, а потом резко бьёт коленом по лицу. Резкая боль перекрывает в Шепсе последнюю рациональность. Он почти в слепую уходит от снова занесённой руки и делает подсечку — Женя предсказуемо валится на холодную плитку, не успевая смягчить себе падение, и врезается в неё лицом. Олег рывком переворачивает его на спину, приподнимает над полом за ткань толстовки и с силой бьёт кулаком.       Его неожиданно отрезвляет звонок телефона. Ира. Шепс раздражённо рычит и брезгливо выпускает Женю.       — Скажешь ещё одно лишнее слово или будешь лезть к Алёне, так просто не отделаешься, — угрожает Олег, — и последний дружеский совет, не будь таким куском говна.       — Иди на хуй, — гнусавит Ковалёв, но Олег это уже игнорирует и просто выходит из туалета, отвечая на звонок. — Что? — немного резко произносит он, осторожно дотрагиваясь до горящей огнём губы.       На пальцах остаётся кровь. Хочется вернуться обратно и закончить начатое, но, благо, ему некогда.       — Я не поняла, — слышится озадаченный голос Игнатенко, — ты что на меня кричишь?       — Прости, — тут же тушуется Олег, — сейчас выйду.       — Ладно, — хмыкает Ира и сбрасывает.       Шепс торопится забрать куртку из гардероба, ловя странный взгляд работающей там женщины, но у него нет никакого желания это анализировать. Олег выскакивает на улицу, тут же замечая одиноко стоящую Иру у ступенек. Он торопливо идёт к ней.       — И что это бы… блять, что с тобой? — Игнатенко тут же цепко хватается за его подбородок, с беспокойством осматривая лицо, — с кем успел?       — С одним мудаком, — хмыкает Олег.       — Я надеюсь, он выглядит красивее, чем ты, — с нервной улыбкой произносит Ира, хотя видно, что она, как и всегда, старается держать ситуацию под контролем и ни в коем случае не паниковать, — и не мёртв, желательно.       — Всё в норме, — отмахивается Шепс, отводя руку подруги, — пошли заскочим в какое-нибудь кафе, хочу умыться. И я тебе всё расскажу, идёт?       — Идёт.       Они быстро находят нужное место. Ира остаётся сделать заказ, пока Олег уходит привести себя в порядок.       — Минут через пятнадцать всё будет готово, — говорит Игнатенко, когда порядком посвежевший Шепс возвращается, — у тебя точно синяк будет.       — Хуже бывало, — фыркает Олег, — в тот раз помнишь, как я губу разбил?       — Это сложно переплюнуть, — Ира закатывает глаза, — а теперь рассказывай, раз говорить тебе не сложно. Кто тебя так вывел?       И Шепс решает пересказать подруге события последних дней, чтобы ответить на все её незаданные вопросы. Заканчивает он уже тогда, когда на их тарелках ничего не остаётся и им приносят чай. Ира задумчиво размешивает сахар ложечкой. По ходу его речи она несколько раз эмоционально высказывалась, но большую часть времени просто молчала, вслушиваясь в каждое слово.       — Думаешь, простит? — задаёт Олег самый волнующий его вопрос.       — Да тут и прощать в целом не за что, — Ира ободряюще улыбается, — нет, ну, правда. Ты не изменил, не обманул. Просто… так обстоятельства сложились. А Дима хоть и бывает стервозным, не будет высасывать проблему из пальца, — она усмехается, — по крайней мере, всерьёз. Мне кажется, он просто переживает. Видел бы ты его, мечется, места себе не может найти, хотя старается делать вид, что всё нормально.       — Я думал, он злится, — тянет Олег.       — Я тоже так думала, — кивает Ира, отпивает из кружки, — но теперь понимаю, что это просто защитная реакция на собственную тревогу. Он пытается найти объяснение ситуации и не может, поэтому реагирует агрессивно. Дима очень чувствительный, это я тебе говорю, как человек давно его знающий. Всё будет хорошо.       — Спасибо, — искренне улыбается Шепс, действительно ощущая облегчение в груди.       — Но почему ты до сих пор ему всё не объяснишь?       — Сегодня собираюсь, — говорит Олег, — а по телефону было… как-то страшно.       — Понимаю, — вздыхает Ира, — они с Астрид бывают очень… экспрессивные.       На это остаётся лишь улыбнуться.       — Так, значит, вы уже прям встречаетесь? — стреляет взглядом Шепс на подругу.       — Во вторник начали, — хвастающимся тоном сообщает Ира, — прости, тебе не написала, немного… не до этого было.       И улыбается она так довольно, что всё становится понятно. От понимания, что хоть у кого-то сейчас всё абсолютно прекрасно, становится тепло на душе.       — Переспали?       — И не один раз, — улыбается Игнатенко, — мне не было так хорошо ни с кем… очень давно. Астрид несколько сдержанная, думаю, это из-за менталитета, но она очень нежная и даже осторожная со мной. И это…       — Подкупает? — подсказывает Олег.       — Да! — восклицает Ира, а потом неловко оглядывается, — ой, слишком громко. Но, бли-и-ин, Олеж, со мной кроме тебя так никто себя не вёл.       — А я тебе давно говорил, что ты не умеешь выбирать себе партнёров, — насмешливо тянет Шепс, — кроме меня, конечно.       — Да уж, — фыркает Ира, — повезло Диме с такой-то самооценкой у альфы.       — Я тоже так думаю, — серьёзно кивает Олег, а потом они вместе смеются.       Игнатенко всегда положительно на него влияла. Своей неукротимой энергией, силой характера и стальной выдержкой. С ней всегда было легко. Наверное, Олег даже может назвать её своей родственной душой. Ему будет тяжело без Иры, но он знает, что, скорее всего скоро им придётся надолго расстаться.       — Прости за вопрос, — осторожно произносит Олег, — но как вы будете… Астрид там, а ты здесь?       — Закончу год, потом возьму академ, — Игнатенко чуть улыбается, — и улечу в Китай на два года, у Астрид контракт на работе. А потом посмотрим, может, вернёмся, может, нет.       — Не боишься, что всё так быстро?       — Боялась бы, если бы улетала вместе с ней уже сейчас, — отвечает Ира, — а так у меня ещё будет время подумать. В новогодние праздники хочу к ней слетать, потом снова она прилетит. Видно будет.       — Я очень рад за вас, — Олег накрывает ладонь Иры и аккуратно сжимает её пальцы, — надеюсь, всё будет хорошо.       — Я тоже, — Игнатенко впервые на его памяти смущённо потупляет взгляд, — очень хочу в это верить.       Они разговаривают ещё какое-то время, вспоминают прошлое, делятся планами на ближайшее будущее — просто отдыхают в компании друг друга. Олегу нравится, какой счастливой кажется Ира. Возможно, именно Астрид поможет ей остепениться и стать лучшей версией себя. Они ведь прекрасно дополняются в паре: Ира эмоциональная и горячая, а Астрид сдержанная и осторожная. Тем более, в Олеге есть эта несколько детская мысль, чтобы породниться с лучшим другом, вступив в брак за родственников.       Примерно в два часа Ире приходит сообщение на телефон, и она бегло его читает, а потом на её губах появляется улыбка.       — Астрид? — понимающе интересуется Олег.       — Да, — Ира быстро печатает ответ, и её наманекюренные пальцы мелодично стучат по экрану, — меня только что пригласили на свидание через два часа.       Точно. Свидание.       — Чёрт, — невнятно мычит Олег, — Ир, мне нужна твоя помощь.       Девушка поднимает на него озадаченный взгляд и складывает пальцы в замок.       — Слушаю.       — Мы тоже сегодня идём на свидание, — говорит Шепс, — и организацию предоставили мне. Сначала я думал просто забронировать столик в ресторане, но теперь мне кажется это слишком простым. И я просто не представляю, что можно сделать.       — Сегодня? — переспрашивает Ира, на что получает утвердительный кивок, — и ты раньше не мог об этом подумать?       — Из головы вылетело, — Олег неловко отводит взгляд, — я немного в панике, но при этом ничего не делаю.       — Придурок, — фыркает Игнатенко, а потом задумывается как минимум на пару минут, пока Олег терпеливо ждёт, — есть у меня одна идея… но там по деньгам — у тебя с ними как?       — Меня спонсируют, — хмыкнул Шепс.       Ему было немного неловко от этого факта, но Саша ещё во вторник, когда Олег завёл разговор о свидании, сказал ему, чтобы он и не думал переживать о материальной стороне вопроса.       — Почему у тебя сладкий папочка появился быстрее, чем у меня?       — Два, вообще-то, — фыркает с улыбкой Олег.       — Вот именно! — притворно возмущается Ира, но потом свободно откидывается на стуле, — короче, слушай.       Примерно через полтора часа Олег уже заходит домой, решив все проблемы по поводу организации свидания. У Иры оказываются ужасно полезные связи — какой-то друг её общего с хорошей знакомой друга работает в необходимой организации, и через полчаса болтовни с разными людьми Игнатенко выбивает ему сертификат на посещение, который придётся оплатить только по факту приезда.       Саши дома ещё нет, так что Олег переодевается и просто заваливается на кровать. Остаётся только одна вещь, которую он ещё не сделал. Приходится собраться с мыслями, а потом открыть нужное диалоговое окно в сообщениях. Вы: Привет Ты помнишь о свидании? Я надеюсь, что да, потому что я действительно хочу, чтобы оно состоялось Могу скинуть тебе адрес, куда подъезжать, а можешь просто приехать к нам Пожалуйста       Олег не знает, зачем пишет последнее сообщение и на что именно оно направлено, но пальцы сами набирают его. Он и так несколько раз стирает каждое своё слово, чтобы переписать фразу более удачно. Шепс нервничает. Он делает вид в переписке, что всё нормально, но они оба знают, что это не так. Олег не хочет извиняться по телефону, но и начать диалог как-то нужно.       Он лежит несколько минут в ожидании ответа, а, когда приходит оповещение, едва не роняет гаджет из рук. Вот только там высвечивается другой отправитель. Ангелина: Привет! Ну, что, ты как там? А-то молчишь!!!       Олег невольно улыбается. Вы: Привет) Сорри, забегался Всё хорошо, хотя пока и не отлично С Сашей помирились ещё вчера Ты как?)       Шепс выходит из диалога, гипнотизируя одинокую галочку над сообщением Диме и вздыхает. Может быть, омега просто занят. Вряд ли он принципиально решает игнорировать. А потом приходит новое сообщение от Гели. Ангелина: Думаю, что зря согласилась на собственную манипуляцию ((( Боюсь ехать в аэропорт, что пиздец И я рада, что ты помирился с братом) Вы: Ты точно справишься! Тем более, я точно знаю, что Даша заслуживает объяснений Ты себе потом не простишь, что так поступила И спасибо)       Олег снова покидает диалог, смотрит на иконку Матвеева, на которой тот стоит с гитарой, а потом и вовсе выходит с телеграма. Почти тут же всплывает пуш-уведомление от Гели: «С Димой как?», и Олег, чуть замешкавшись, нажимает, торопливо печатая ответ. Вы: Я нервничаю ужасно, если честно Хочу попросить прощения, но пока не знаю, как правильно подобрать слова Доверие — дело тонкое       Шепс выключает телефон и кладёт его на живот. Ему очень хочется, чтобы всё уже наконец стало хорошо. Неопределённость в отношениях с Димой заставляет чувствовать себя каким-то неполноценным. Будто чего-то не хватает. Олег знает, что его характер слишком сентиментальный для альфы, но он ничего не может с собой поделать. Он слишком быстро привязывается к людям, хотя это всегда сопровождается тревогой. Ему нужно подтверждение того, что он нужен в ответ, а сам он готов сделать всё для близкого человека, чтобы он чувствовал себя комфортно. Он не знает, с чем это связано, но есть ощущение, что так просто всегда было.       Вибрация и оповещение заставляют снова взять телефон в руки. А потом Олега обдаёт волной холодных мурашек, а сердце сбивается с ритма. Шепс резко подрывается на кровати, читая всплывающие друг за другом сообщения на экране блокировки. Он непослушными пальцами вводит пароль и открывает диалог с Димой. А потом с губ срывается обречённый стон. Последние сообщения он отправил не Ангелине. Обе омеги написали ему в один момент, и Олег просто нажал не на то всплывшее уведомление.       С замершим дыханием Шепс читает то, что написал ему Матвеев. Наш омега: Ну, привет Не прошло и суток, вау))))))))) Странная у тебя манера просить прощения — не прося его Хах) И то, что ты нервничаешь — целиком твоя проблема. Мне всё равно, на самом деле. С чего я должен вообще идти на свидание? Может, у меня поменялись планы?       У Олега эти сообщения вызывают натуральную тяжесть в груди. Слова омеги больно бьют в сердце. Шепс понимает, что этот холодный тон и пренебрежение — показательные, но от этого не становится легче. Хочется ответить как-то резко, но Олег лишь сглатывает. Писать, что он перепутал диалоги, максимально тупо, так что теперь нужно как-то выходить из сложившейся ситуации. Вы: Прости, что так долго молчал. И прости за то, что произошло — я честно могу всё объяснить! Только приедь, пожалуйста       Олег почти до рези в глазах всматривается в насмешливое «печатает», которое держится слишком долго. Секунды текут сладким сиропом, от которого аж скрепит на зубах. Наконец приходит ответ. Наш омега: Хорошо Я приеду к вам       Шепс выдыхает, и слабая улыбка трогает его губы. Нервное напряжение его, конечно, не отпускает, но он знает, что у него получится рассказать всё правильно. Осталось лишь дождаться. Олег открывает так и не прочитанное ещё сообщение от Ангелины и рассказывает, что только что произошло, и получает в ответ пожелание удачи.       Около двух часов Олег мается от неспособности что-либо сделать, а потом слышит, как во входной двери проворачивается ключ. Шепс подрывается с кровати и вылетает в коридор как раз в тот момент, когда в квартиру заходит Саша. А за ним Дима. Пульс тут же подлетает, но Олег старается сохранить внешнее спокойствие и мысленно убеждает себя, что всё будет хорошо.       Пока брат помогает омеге снять верхнюю одежду, Олег невольно любуется Димой. Оказывается, он слишком давно его не видел. Весь такой изящный даже в чёрном объёмном свитере, который скрывает все его татуировки. Хочется просто подойти и без слов заключить в свои объятия.       — Привет, — с улыбкой говорит Саша, когда замечает его.       А потом Олег встречается взглядом с двумя чёрными дырами глаз омеги. И он уверен, что там на секунду мелькает что-то похожее на нежность, но это тут же сменяется стылой изморозью. Вот только надежда уже пускает корни в Олеге, несмотря на то, что Дима просто молчит.       — Я чай согрел, — разрушает младший Шепс молчание, — будете?       — С радостью, — отзывается Саша, — на улице дубак.       Брат скрывается в ванной, а Дима наоборот тут же направляется на кухню. Олег считывает это за прекрасный момент, чтобы остаться наедине. Саша чётко дал понять, что не будет помогать, так что логично объяснять всё омеге пока они будут вдвоём. Скорее всего, Саша именно так и задумал, закрыв за собой дверь.       Дима останавливается на том же месте, где Олег и видел его последний раз в среду. Это вызывает ненужные сейчас ассоциации, когда омега выглядел враждебно. В прочем, сейчас он выглядит едва ли более располагающе: руки сложены на груди в защитном жесте, а взгляд направлен демонстративно в окно, где нет абсолютно ничего интересного.       — Дим, — начинает Олег, останавливаясь в нескольких шагах от омеги, — я хочу извиниться.       — Так извиняйся, — тут же хмыкает он, всё ещё не поворачиваясь, — кто тебе мешает?       Шепс сжимает ладони в кулаки. Ему не в коем случае сейчас нельзя выходить из себя.       — Я хочу извиниться за то, что заставил вас… тебя переживать, — мягко, но твёрдо говорит Олег, — потому что, на самом деле, в большем моей вины нет.       Дима на эту фразу тут же вскидывается, но это уже хоть какая-то реакция. Тёмный взгляд буквально прибивает к месту.       — Что значит нет вины? — натурально шипит Матвеев, — прийти чёрт знает с кем и чёрт знает во сколько — это для тебя пустяк?       — Ты можешь сейчас помолчать? — раздражённо повышает голос Олег.       Он на грани — просто не знает, как донести до омеги то, что он не хочет слышать. А брошенная фраза действует как оторванная чека гранаты. Запах вишни режет по рецепторам неприятной сладостью.       — Не смей затыкать мне рот! — цедит Дима, — вот этой вот своей омеге будешь так говорить.       — Ты мой омега, — едва сдерживает альфа-тон Олег.       В нём очень не кстати просыпается желание поставить более слабый пол на место, что Шепс даже пугается такого импульса внутри себя.       — Ой ли? — насмехается Дима, — правда?       — Дослушай, пожалуйста, — более спокойным голосом просит Олег, на что Матвеев поджимает губы, но молчит, — я не должен был игнорировать ваши звонки и сообщения, потому что это глупо и безответственно. Я знаю, что ты волновался, а потом случились… некрасивые обстоятельства.       — Почему же? — перебивает Матвеев, — обстоятельства были очень даже красивые. Длинноногие и блондинистые. Немного пьяные, конечно, но это не такая уж и проблема.       От беспомощности Шепс сейчас ловит себя на мысли, что было бы проще просто заткнуть омегу поцелуем и держать в руках до того момента, пока он не сдастся. Олег не понимает, что творится в его собственной голове.       — Мы даже не спали вместе, — с лёгким отчаянием произносит альфа.       — Какая жалость, — притворно сочувствующе тянет Дима, — мы вам помешали?       — Да нет же! — рыкает Олег.       — Так да или нет? — омега насмешливо выгибает изящную бровь.       — Нет, вы нам не помешали, потому что мешать было нечему, — чётко проговаривает Олег, — Геля моя подруга. Мы встретились случайно.       — И как давно вы знакомы? Сколько уже дружите?       Хочется сорваться и крикнуть, что ничего подобного совершенно нет, что омега зря разводит новую ссору, вот только Шепс знает, что так будет слишком просто, поэтому он собирает всю свою уже и так трещащую по швам от нервов выдержку.       — Со среды, — хмыкает спокойно Олег, и это, кажется, немного выбивает Диму из колеи, чем Шепс тут же пользуется, — я действительно был тогда у Жени. Мы поругались, потому что я рассказал ему о тебе и о Саше. О нас, — голос предательски дрогает, но Олег продолжает: — он воспринял это… негативно. Сказал, что всё это извращения и ещё… много чего. Я был зол, расстроен и растерян. Решил поехать домой, а в метро познакомился с Ангелиной. Она рассталась со своей омегой, — Олег видит, как глаза Димы удивлённо распахиваются, — да, ты не ослышался. Мы разговорились, потом выпили. Много выпили. За это я тоже должен извиниться — мне стыдно, что ты увидел меня… в таком состоянии. Прости.       — Это последнее, что меня задело, — цыкает Дима, но потом вдруг его тон смягчается: — все мы приходили домой пьяные.       От этих слов становится чуть легче. Олег даже позволяет себе немного улыбнуться. Матвеев ловит это выражение взглядом и, кажется, сам немного расслабляется.       — Я не мог отпустить девушку, тем более, омегу, ехать в таком состоянии через половину города, — всё же решает договорить Олег, — и привёл её домой. Она честно мне не нравится, — ноги сами делают несколько шагов, и Шепс осторожно размыкает руки омеги и берёт хрупкие ладони в свои, радуясь, что ему это позволяют, — мне ты нравишься. Я знаю, как это всё выглядело со стороны, особенно после того… после того, что ты мне рассказал. Но я никогда бы не поступил так с тобой. Да, я младше, но и у меня уже есть принципы — измена для меня не допустима. Если моё, значит моё. Так же и в обратную сторону. Прости, что дал возможность в этом сомневаться.       Дима смотрит на него с лёгким опасением, словно боится поверить в сказанное, но через несколько секунд молчания его взгляд заметно теплеет, и карие глаза перестают быть тёмными дырами и превращаются то ли в шоколад, то ли в терпкий коньяк. Матвеев сам крепче сжимает его пальцы.       — Наверное… я могу принять твои извинения, — не спеша говорит Дима.       По нему видно, что он ещё пытается сохранять своё отстранённое поведение, но в глазах читается, что простил. Уже простил. И от этого осознания дышать становится легче. Весь день беспокоящее раздражение рассасывается в груди.       — Наверное? — хмыкает Олег, делая несмелый шаг ближе.       Его сердце колотится сейчас так быстро, что, кажется, может вылететь из груди и вырваться из клетки рёбер.       — Наверное, — прищуривается Дима насмешливо, — если пообещаешь, что такого больше не повторится.       Хочется поклясться на чём угодно, но у Шепса невольно всплывают в голове слова брата про обещания. Он вздыхает.       — Не могу, — честно признаётся он, — но обещаю, что сделаю всё, чтобы давать как можно меньше поводов для тревоги и ревности.       — Я не ревную, — тут же отрицает Дима.       Смешной.       — Да, я знаю, — серьёзно кивает Олег.       Они оба усмехаются. Шепс может признать, что у них с Матвеевым разный уровень ревности по отношению к партнёру, но тем не менее, хоть поведение Димы и продиктовано разочарованием и страхом, что снова доверился не тому, оно всё же так или иначе подпитывалось и ревностью. И это нормально — каждый человек её чувствует, просто в разной мере. Это даже… льстит в некоторой степени.       — Можно тебя поцеловать? — спрашивает Олег.       — Быстро ты осмелел, — фыркает Дима, а потом дерзко вырывает свои пальцы из чужой хватки, — пока нельзя.       И отходит в сторону гарнитуры, чтобы достать кружки. Шепс медленно вдыхает и так же медленно выдыхает воздух. От эмоциональных качелей последних нескольких дней всё внутри него просто кипит. Он не может понять, почему именно сегодня так остро на всё реагирует. Олег старается сконцентрироваться на тёплом чувстве, что появляется после того, как Дима сказал, что может его простить. Омега действительно его понял, так что Шепс заставляет себя улыбнуться. Он просто устал, нужно успокоиться, в конце концов, сейчас всё правда хорошо. Без тревоги в сердце становится намного проще. Это радует. Дима больше не злится, у Олега получилось всё объяснить — он уверен, что ещё придётся ответить на некоторые вопросы, но это уже пустяки по сравнению с тем, что он уже смог пережить.       Шепс смотрит на то, как Матвеев деловито расставляет кружки, по-хозяйски свободно заглядывает в холодильник и достаёт сыр, колбасу и майонез. Точно. Олег как-то и не подумал о том, что Саша с Димой могут быть голодными — перекусить явно нужно.       — Давай помогу, — говорит Олег, отмирая.       — Помоги, — кидает безразличный взгляд из-за плеча Дима и освобождает ему место за столешницей.       И в данный момент Шепс прекрасно понимает фразу Саши, что омега ещё поморщит носом. То, что он его простил, не значит, что он всё забыл. Олег предчувствует, что ему ещё придётся пусть и немного, но помучиться. Что ж… в целом он не против.       Буквально через пару минут приходит Саша.       — На фронте затишье? — произносит он с лёгкой иронией.       — У нас перемирие, — отзывается Олег.       — Просто поднят белый флаг, — отрывается от нарезания хлеба Дима, — ущерб от виновной стороны ещё не восполнен.       Олег оборачивается на Сашу и ловит чужой насмешливый взгляд, а потом брат пожимает плечами мол ничего удивительного.       — Придуманное мной свидание может быть расценено как компенсация? — решает продолжать словесную игру младший Шепс.       В нём вспыхивает лёгкий азарт. Интересно, насколько у Матвеева хватит терпения держать… оборону.       — Зависит от уровня моей лояльности после мероприятия, — чуть растягивая слова говорит Дима.       — То есть, ты согласен пойти? — уточняет Олег.       — А ты куда-то уже нас пригласил? — вскидывает брови омега, откладывая нож.       Смотрит с лёгкой насмешкой, но в большей степени с любопытством и вызовом. Это заставляет кровь в венах ускорить свой ход. Такое независимое поведение Димы вызывает в нём какое-то непонятное желание доказать, что зря он так. И в то же время это чертовски нравится Олегу как альфе — это похоже на испытание. После того, как основные переживания покидают его сердце и остаётся лишь понимание, что всё происходящее сейчас больше похоже на игру, Олег ощущает внутренний подъём. Это дарит странную смелость.       — Я приглашаю вас на свидание сегодня в одиннадцать вечера, — говорит он с дерзкой улыбкой.       — Я за, — фыркает Саша, что всё это время наблюдает на них с насмешливым интересом и нежностью в глазах.       Кажется, ему не хватает только попкорна, чтобы полноценно смотреть мелодраму в реальной жизни.       — А я даже не знаю, — тянет Дима, — так поздно…       Саша внезапно начинает смеяться и в пару широких шагов оказывается рядом с Олегом и Димой. Он сгребает их уверенным движением в свои объятия и прижимает к себе. Младший Шепс видит, как омега довольно усмехается и доверчиво жмётся ближе, оплетая брата обеими руками за талию и утыкается носом ему в ключицу, чтобы оттуда стрельнуть взглядом на Олега. Тот хмыкает, а потом сам обнимает Сашу и Диму, крепко притягивая к себе.       В данный момент он чувствует только спокойствие.