Dalton mess

Блейн нисколько не изменился – очаровательно скромный, целиком отдающийся ремеслу или искусству и… слишком чист и хорош. Особенно для кого-то вроде него. Себастьян тоже не изменяет себе. Предпочитает отступить в сторону, зарываясь головой в песок и посыпая эту самую голову пеплом. Безумный мир, словно издеваясь, раз за разом сталкивает их друг с другом. Ковыряя вилкой кажущийся безвкусным десерт из ближайшей к офису пекарне, Себастьян вздыхает. Блейн-Блейн-Блейн. Себастьян, поморщившись, оставляет попытки и отталкивает пластиковую тарелку в сторону. Пресно, скучно и приготовлено не Блейном. У него есть номер телефона. Прежде, едва получив его, он бы уже секунду спустя отправил что-то на грани пристойного, не обращая внимания на то, что адресат сидит прямо напротив. Прежде он, не задумываясь, наведывался в ресторан своего визави каждый день. Он бы не останавливал себя, уже совсем скоро страстно накрывая губы своими и наслаждаясь хриплыми стонами. Крепко прижимая к себе и вслушиваясь в гулко бьющееся сердце у его собственного. Чувствующееся как свое, бьющееся в такт. Все положения, законы и правила, действующие для остальных, не распространялись на Блейна Андерсона. Себастьян, смахнув со стола остатки дурацкого десерта прямо в урну для бумаг, пытается сосредоточиться на работе. Запала хватает буквально на несколько мгновений. - Мистер Смайт, - вдруг оживает коммутатор голосом Ширли. – Мисс Доловэй уже здесь. Трент, с которым он виделся вчера за ланчем, успел прожужжать за неполный час ему все уши о том, как он восхищен тем, что Блейн переоборудовал ресторан, полученный в наследство от дедушки в духе академии Далтон. Случайно узнавший об этом первым Себастьян благоразумно промолчал и изобразил удивление перед другом. Судя по общему чату Соловьев, те уже устроили паломничество в несчастный ресторанчик и ни за что не простили бы ему утаивание, столь сакральной для них, информации. - Мисс Доловэй? – спрашивает он, нажимая на кнопку и совершенно не понимая, о чём речь. Трент в его подсознании все ещё, кажется, в сотый раз рассказывает о том, какой видит свою свадьбу в ресторане Блейна. И, учитывая, что Трент ещё даже ни с кем не встречается на данный момент, это несколько безумно. – Это… “Та, что разводится в седьмой раз, - тут же появляется сообщение на экране ноутбука в чате с его помощницей. – Подарок от Джима”, - напоминает там Ширли, добавляя несколько закатывающих глаза смайликов. - Точно, - отзывается Себастьян, вспоминая о назначенной на одиннадцать встрече. Чертыхаясь, торопливо ищет на столешнице тонкую папку, переданную ему коллегой. Обычно не занимающийся бракоразводными процессами и составлением брачных контрактов, Себастьян был вынужден Джимом, укатившим на юбилей своей матери в Делавэр. - Мисс Доловэй, - он улыбается, поднимаясь навстречу вошедшей в кабинет женщине. – Прощу, присаживайтесь. Давно разменявшая седьмой десяток, Джун Доловэй выглядит нисколько не утомленной жизнью, напротив, цепкий и уверенный взгляд выдает деловую хватку, а зеленые глаза, подчеркнутые серьгами с изумрудами, сверкают энергией. - Я ожидала Джима, - недовольно поджимая тонкие губы, дамочка садится в предложенное кресло. – Привыкла вести дела с ним. Себастьян, вернувшийся за свой стол, позволяет себе неопределенно пожать плечами. Джим, вероятно, забыл её предупредить, но всё, что от них требуется, это заверить окончательные бумаги о разводе. - Ну, что ж, - хмыкает мисс Доловэй, в то время как он открывает папку, скользя взглядом по составленным Джимом формулировкам. Джун кажется ему знакомой, но он никак не может припомнить, где мог видеть её. – Ваша помощница посочувствовала мне, можете себе представить. Себастьян чуть приподнимает бровь над очками, даже отрываясь от текста. Определенно он видел её за пределами фирмы. Возможно, на одном из приемов его отца, возможно в репортажах новостей. И, Ширли, определенно, сглупила, пытаясь иронизировать над тем, кто выглядит так, будто может вышвырнуть тебя из Нью-Йорка одним щелчком пальцев. - А Вы? – вдруг произносит Доловэй, поправляя лацкан своего жакета. Себастьян невольно скользит взглядом по покрытой глубокими морщинами обратной стороне ладони женщины, но даже несмотря на это, с трудом вериться, что ей за семьдесят. – Вы мне сочувствуете, мистер Смайт? - Нет, - коротко отвечает Себастьян, перелистывая страницу и всё пытаясь вспомнить, где же он видел собеседницу. – Думаю, Вас можно скорее поздравить. Она тихо смеется. Откидывается на спинку кресла и, наблюдая за тем, как солнечный свет яркими бликами отражается в её коротких рыжих волосах, Себастьян, наконец, вспоминает. Джун Доловэй – эксцентричная и крайне богатая светская львица, без которой, кажется, ничего не происходит в мире искусства Нью-Йорка. И которая, по слухам, пересказанным ему Трентом вчера, ещё много лет назад предупреждала Блейна, который в тот момент был её протеже, о Курте – о его натуре и о том, что он приведёт его к краху. Что, в конечном итоге, и случилось. А ещё Трент упоминал о том, что в субботу в одной из частных галерей Манхэттена, принадлежащей ей, будет прием, на котором в числе гостей будет и Блейн, но билетов, к величайшей трагедии его друга, уже не достать. - Вы умны, - отсмеявшись, мисс Доловэй тянется к предложенной ей ручке. – Давайте скорее заканчивать, мистер Смайт. Это была моя последняя попытка замужества. И, кажется, самая неловкая и утомительная. Увольте, больше не хочу. Мне пора праздновать. Они справляются буквально за несколько минут. Оправляющая полу клетчатой юбки Джун, вдруг, поднимает на него взгляд, словно вспомнив о чем-то важном. - Джим Мастерс в качестве бонуса к своему гонорару всё пытался уговорить меня дать личный номер телефона моего хорошего друга, - она тонко усмехается уголком губ. – Вот уж не знаю, чего он хотел, возможно, считал, что мистер Андерсон наемный рабочий и желал переманить его в другой ресторан, но он ошибался... Себастьян с трудом сдерживает фырканье. Помешанность Джима показалась бы ему смешной, не будь он сам так одержим.  Вот только Джим был одержим кухней и, быть может, возможностью сколотить состояние на найденном таланте, в то время как Себастьян был просто одержим самим Блейном. - Ещё Мастерс пытался меня отговорить от развода и, кажется, тоже немного сочувствовал, - продолжает мисс Доловэй. – И, я помню свои слова о том, что это последний развод, но, если что-то вдруг изменится, я бы теперь хотела вести дела с Вами. На стол, извлеченные из аккуратной бархатной сумочки, ложатся два матовых прямоугольника, в которых Себастьян не сразу узнает билеты. - Буду рада видеть Вас в качестве моего гостя, мистер Смайт, - улыбка Джун и, сказанное, уже почти от самых дверей: - Приходите. Уверена, Вам понравится.