Любовь. Смерть. Демоны. (рабочее, позже поменяется)

      — Ты знаешь, где твой брат?              Ночь. Вокруг темно. Лишь тусклый фонарик у дома освещает пространство. Акихиро и отец стоят на заднем дворе. Обычно они тренируются именно тут, но никогда так поздно. У Широ в руках его массивный меч, лишь отдалённо напоминающий утончённую катану. В семье Хирано во всех поколениях было принято растить всех мальчиков так, словно каждый из них станет охотником на демонов, а девочек обучали только в случае, если в семье не уродилось сыновей и у них была хоть какая-то предрасположенность. Будучи консервативной во все времена, даже если дочерей и обучали, то никогда не давали в руки катану, используя что угодно, кроме неё. И обучение было жёсткое, не каждый мог выдержать. Широ, горящий желанием стать сильнее и истребить демонов под чистую, выдержал, справился, Акихиро, желающий, чтобы от него скорее отвязались, и родители не ссорились, — нет.              На самом деле, отец был с ним гораздо мягче, чем принято в его семье. Кроме того, подержать катану он давал даже Юрико. Раньше обучение было направлено на использование массивного оружия, мощные удары и огромную физическую силу, Аки же наоборот владеет обычной катаной и обучение было больше направлено на скорость и чёткую отработку приёмов. Из-за бесконечного повторения одного и того же, приёмы хорошо запоминались, но есть ли гарантия, что каждый выполнялся правильно всё это время?              — Нет.       — Да что ты говоришь? — Широ поднял меч. — Почему-то я уверен, что он тебя предупредил. Не просто же так ты сутки где-то ошивался. Ждал, пока мы тут все успокоимся?       — Н-нет, меня друг к себе в гости пригласил после тренировки, поэтому меня не было, — Акихиро замялся, изо всех сил стараясь казаться, что он совершенно ничего не знает.       — Конечно, именно в этот день у тебя появился какой-то друг, хотя до этого ни слуху, ни духу, — отец вздохнул. — Ты знаешь, что этот поганец вытворил перед побегом?       — Мама рассказала.       — Вопиющая наглость! Я уже очень давно заподозрил неладное, но чтобы вот так? Мерзость!       — Прекрати, — Акихиро начинал злиться. Ему хотелось защитить брата. — Он свободный человек и имеет право любить того, кого ему вздумается.       — Это не любовь, а дурость и извращение! — тут он задумался и выдал. — А может ты и сам такой, раз его выгораживаешь?       — Д-да как ты…! — Аки, пару раз почти перешедший эту черту, был безумно зол на себя за то, что желал большего и прямо сейчас с удовольствием оказался бы в своём утреннем сне или вечером на кухне в интересной позе и отдался Юкио без задних мыслей. Эту злость он сейчас проецировал на отца. — Как у тебя вообще язык повернулся!              Раз уж они вместе вышли с оружием на задний двор, значит пришло время тренировки. И разъярённый парень хотел уже по своему обычаю бросится в бой, не разбирая дороги и не думая о приёмах, но до того, как тело пришло в действие, в разуме всплыли уроки Юкио, призывающие мальчишку контролировать свои действия и направить злость в руки и ноги, не давая ей захлестнуть разум и застелить глаза. Акихиро выдохнул, крепче сжал катану в двух руках. Он решил опробовать новый приём, которому научился.              Сконцентрировавшись, мальчик сделал прямой выпад вперёд и пустил густой туман по округе. Теперь он контролировал каждую мышцу в своём теле и чувствовал каждый вдох. «Держи себя в руках. Направляй свою ярость в удары и скорость. Сохраняй разум чистым. Если не получилось, попробуй ещё. Ты справишься, я верю в тебя» — Аки прокручивал в голове слова Юкио его же голосом. Он стал выполнять серию быстрых ударов концентрированным туманом, каждый из которых специально проходил мимо отца и рассеивался за его спиной. Мальчишка бегал в тумане, выпускал удары и радовался своему успеху, пока его не остановил Широ.              — Это что ещё такое?       — Это первая и вторая каты дыхания тумана! Здорово правда? — Аки радостно улыбался, глядя на рассеивающийся туман, который он смог создать сам.       — Какого чёрта? Ты должен использовать пламя! — Широ был очень рассержен из-за того, что сын сменил тактику ведения боя, которую отец вырабатывал в нём годами.       — Но я не хочу! — Акихиро вернул катану в ножны.       — Никого не волнует, чего ты хочешь, а чего нет, — мужчина раскраснелся. — Притаскивай сюда того, кто вбил тебе в голову всю эту ерунду.       — Никого я никуда не поведу, для чего вся эта ссора? — рыжик пытался сохранять самообладание и не поддаваться импульсивности своего отца.       — В таком случае домой можешь не возвращаться.       — Ч-что? — мальчик был в шоке от такого резкого и ничем не обоснованного изгнания.       — Либо тащи сюда своего учителя, либо больше никогда не сможешь переступить порог моего дома, понятно тебе?              

* * *

             Закончив свой рассказ, Акихиро сделал последний глоток чая и отложил пиалу. Было несколько причин, из-за которых он не хотел приводить Юкио в свой дом. Среди них было две основные причины. Первая — это Сумико, его мама. Аки боялся, что, если блондин будет рядом, он непременно будет вести себя как-то иначе, даже не замечая этого, из-за чего она обо всём догадается. Вторая, конечно, — Широ, его отец. Он буквально помешан на убийстве демонов и точно заставит Охару себя проявить. Аки вовсе не сомневается в навыках своего учителя. Вся эта суматоха с демонстрацией силы сама по себе может оскорбить блондина. Так думал мальчишка.              — Сейчас я никуда не пойду, светает, но вечером я с радостью провожу тебя до дома, — благо чай не считается готовой едой, поэтому демон мог спокойно его пить вместе с рыжиком, не раскрывая своей природы.       — Ч-что? — во время рассказа об их ссоре с отцом, Акихиро смотрел на узоры на стене и только теперь перевёл удивлённые глаза на хозяина дома.       — Я и сам хотел бы познакомиться с твоими родителями.       — Правда? Разве я рассказывал что-то про них? — Акихиро всё ещё был удивлён.       — Конечно. Прошлой ночью перед тем, как крепко уснуть в моих объятиях, ты много всего мне рассказал, — Юкио солнечно улыбнулся, едва сдерживая усмешку от вида засмущавшегося Аки.       — Т-ты сказал, что больше ничего странного не было! — рыжий заметно оживился. — Н-никогда больше не буду пить!       — Врёшь, — демон хитро прищурил глаза.       — Никогда больше не буду пить… так много.       — Вот, уже больше похоже на правду, — тут он уже позволил себе смешок.       — Вообще это твоя вина! — наигранно надулся и сложил руки на груди.       — Ладно-ладно, — он подсел ближе к мальчику и перестал улыбаться, возвращая прежнюю атмосферу. — Аки.       — М? — он тоже успокоился и смог настроиться обратно на полусерьёзный и душевный тон.       — Раз уж ты узнал обо мне кое-что, что я бы не хотел говорить… могу я задать вопрос личного характера?       — Да, конечно, что такое? — мальчик повернулся всем корпусом к товарищу.       — Почему ты красишь волосы? — такой простой вопрос едва не поднял бунт внутри Акихиро. Он мог бы отшутиться, послать его куда подальше или просто увильнуть от ответа, но…       — После того случая с демоном и, наверное, из-за интенсивных постоянных тренировок часть моих волос… седая, — он раздвинул пряди волос и показал немного отросшие корни. И вправду чёрного там гораздо меньше серебристого. — Возможно ещё на них сказывается краска.       — А почему именно рыжий?       — Впервые меня красил брат. Он сказал, что с моими глазами хорошо сочетается рыжий и покрасил меня в него. Родители очень злились, но мне понравилась эта небольшая шалость и я продолжил использовать этот цвет, — и тут ему стало грустно. Аки действительно было хорошо с семьёй, когда происходило хоть что-то, не касающееся тренировок, но почему-то от старательно всего избегал.       — Пойдём на кровать.       — Что?       — Иди сюда, сядь, — Юкио сел на кровать и похлопал по месту рядом с собой. Аки послушно сел рядом. — Когда мне плохо, лучшим лекарством для себя я считаю лечь головой кому-нибудь на коленки, и чтобы меня погладили. С тех пор как погиб мой муж, мне некому было помочь, но у тебя есть я. Иди сюда, тебе понравится, — блондин призывно похлопал себя по коленкам, вновь солнечно улыбаясь.       — Тебе это помогает? — Акихиро перевёл встревоженный взор на торчащий край бинта. — Думаю, тебе поддержка нужнее, чем мне, — схватил его и уложил головой себе на бёдра, смущённо отводя глаза.       — Ой… эхе-хе, — демон и сам засмущался от неожиданности.       — А расскажи мне про него, — рыжий осторожно стянул ленточку и стал мягко водить пальчиками по коже головы, массируя её и перебирая белые волоски.       — Про Рицу?       — Угу.       — Ну…              

* * *

             Началось всё очень много лет назад. Тогда ещё Охара Юкио был спокойным, умиротворённым и сдержанным юношей, которого сложно было задеть или вывести из себя. Только в демонической форме он мог позволить себе развлечься и помучить жертву перед убийством. Блондин продолжал убивать демонов по приказу и уже тогда убивал только «плохих» людей. Каждую ночь он брал меч и уходил почти до рассвета в лес, чтобы тренироваться. Обычно он был в полном одиночестве, ведь до ближайшей деревни полдня пути стандартным человеческим шагом, но уже две недели он каждый день чувствует запах маречи рядом с собой. С каждым днём всё ближе. И демон понимал, что за ним кто-то наблюдает, но никогда не придавал этому значение. Ему было не интересно кто это и зачем приходит каждый день. За всю свою жизнь Юкио успел обучить фехтованию большое количество людей и будет не против сделать это снова, если его попросят. И вот этот день настал.              Мальчик огрызался и явно выражал вспыльчивость, но по нему нельзя было сказать, что он хулиган. Рицу был хорошеньким милым мальчиком, которого легко было смутить. Когда что-то выбивало «почву» из-под его ног, он злился и огрызался, стараясь не показывать внутренние колебания: удивление, смущение, волнение. Терпеливый и чуткий Юкио замечал эти скрытые эмоции, стоило Рицу на секунду замешкаться. Как же случилось так, что демон полюбил человека мало того, что не интересующего его изначально, но ещё и так старательно ощетинившегося? Да, это произошло раньше того разговора в лесу, гораздо раньше.              В день их знакомства, Юкио привёл мальчишку к себе. Когда блондин был ребёнком, его семья жила на самом юге Японии, но теперь его дом находился ближе к центральной части, рядом с будущим Киото. Когда солнце зашло, он принёс из ближайшего поселения еду, которую заказал Рицу. Разложив её по местам, он поднялся на второй этаж, где в свежезастеленной кроватке мирно посапывал очаровательный мальчик. Чистое лёгкое домашнее кимоно было ему велико из-за того, что это была вещь Юкио, поэтому оно спало с плечика. Рицу спал на боку лицом к окну, обнимая при этом свёрнутое по длинному краю в трубочку одеяло. Свет луны блуждал его плечу, предплечью и оголившемуся из-за такой позы бедру. Тихий, расслабленный и спокойный Рицу больше не казался отталкивающим. И, окидывая взглядом комнату, Юкио остановил глаза на нём. Дольше, чем должен был.              Тук.              Сделав пару шагов ближе, он… улыбнулся.              Тук.              Непонятный жар в груди, который быстро распространился по всему телу.              Тук.              «Вау… что это? Неужели…? — он положил руку себе на грудь и замер. И в полной тишине он отчётливо слышал ушами и чувствовал ладонью, как его сердце… — Бьётся. Оно бьётся. Моё сердце». После этого он сразу покинул дом, решив отвлечься на тренировку. Каждый раз, когда он пытался сконцентрироваться на стойке, ударе или противнике в виде манекена, его отвлекали мысли о мальчишке, о сердце, которое забилось рядом с ним, о тепле, которое внезапно наполнило его тело и о странном чувстве уюта и расслабляющего спокойствия. А всё дело в том, что демоны не чувствуют ни тепла, ни холода, их сердце покоится, а остатки разума наполнены одним только голодом. Только демоны, помнящие о своей прежней, человеческой жизни, не только короткие обрывки, могут вернуть себе рассудок, но большинство могут вспомнить всё только тогда, когда перед глазами пролетает вся жизнь: перед самой смертью.              Несмотря на то, что Юкио из «разумных» демонов, ему никогда не доводилось влюбляться. Когда он был человеком, у него не было возможности даже из дома выйти днём из-за острой чувствительности к солнцу днём. Если быть честным, то его внешность и слепота не привлекли бы ни одну семью. Никому ведь не хотелось выдавать свою дочь за парня с такими… особенностями. А стоило ему прозреть, как было уже не до этого. Вот старший брат Юкио был нарасхват, но на его счастье родители давали право выбора, но каждый раз он выбирал младшего брата, которого не на кого было оставить. Блондина это удручало, и он старался всё делать сам, но часто травмировался по неосторожности, из-за чего брат снова и снова говорил о том, что на самом деле он сам не хочет жениться на неизвестной ему девушке и что Юкио не мешает ему в поиске избранницы. В итоге, блондин останется последним из их семьи: младшая сестра умрёт бездетной, старшая вместе с мужем и детьми, а старший брат так и не женится.              «Его же убьют, — подумалось демону, когда он пронзил манекен, — люди или демоны — не важно. Как же это лицемерно, — он усмехнулся, опуская глаза вниз и вытаскивая катану. — Обучить столько людей и отправить на растерзание демонам в полном спокойствии, а сейчас… — осмотрел лезвие. — Нет, я не имею прямого отношения к их смертям. Они сами изъявили желание истреблять демонов, а я сделал всё возможное, чтобы помочь им в этом, — провёл пальцем по острой кромке. — Затупился. Ты голоден, Кровопийца? Я тоже, — порезал себе руку и стал капать кровью на лезвие катаны. Она жадно впитывала тёплую яркую жидкость, становясь острее с каждым глотком. — Интересно, а если бы я кормил тебя людьми, а не собой, ты бы стала сильнее? Обрела бы физическую форму и разум? — катана перестала впитывать кровь, и парень обратился демоном, чтобы залечить рану. — Даже не думай об этом, ты создана рассекать демонов. Именно это ты и будешь делать».              Не найдя в себе силы собраться и позаниматься фехтованием, он вернулся домой. Уловив запах Рицу, не крови, а тела, сердце вновь стало биться. «Всё же попробую его переубедить браться за оружие. Может мы могли бы… подружиться? Я бы позаботился о его безопасности, а он бы просто был рядом… О чём я вообще говорю?» — блондин открыл окна, чтобы проветрить комнату. С рассветом, он начал готовить завтрак для своего ученика, ориентируясь на то, что нравилось кушать его дочерям триста лет назад. Потирая глазки рукой, замотанной в слишком длинные рукава, Рицу спустился на запах и звук готовящейся пищи. На кухне был и обеденный стол, за который мальчик сел.              — Доброе утро, — поприветствовал его Юкио.       — Угу, — буркнул мальчишка.       — Слушай, а тебе обязательно учиться именно фехтованию? Это очень опасный вид деятельности. Я хороший кузнец и мог бы…       — Агрх… — Рицу это разозлило. — Если ты не хочешь меня учить, то я пойду и поищу того, кто научит.       — Я не говорил, что отказываюсь тебя обучать. Успокойся, пожалуйста. Я спросил почему ты так этого хочешь.       — Уф, — мальчик вздохнул. — Все, кого я знаю, не жили больше тридцати лет. И я больше не проживу. А мне уже пятнадцать, — Рицу перевёл свой испепеляющий взгляд на парня. — И все эти пятнадцать лет потрачены бездарно, в никуда. И лучше я проживу ещё пять лет, сражаясь и защищая другого человека, себя или свои убеждения, чем также зря потрачу ещё пятнадцать оставшихся мне лет. Я хочу хоть чего-то добиться в этой жизни, а на какой-нибудь тихой непыльной работе едва ли я смогу себя проявить и на смертном одре сказать, что я не пустое место, — он стал кусать губы изнутри. — Я хочу оставить след после себя, хочу, чтобы обо мне помнили, хочу, чтобы… мои родители пожалели о том, что бросили меня и не забрали обратно, как мою младшую сестру, — он стиснул зубы, держа слёзы в себе изо всех сил.       — Ты готов начать сегодня? — Юкио внимательно его выслушал и проникся его историей, твёрдо намереваясь отныне хорошо его обучить и позволить его цели осуществиться.              

* * *

             — Как-то так мы и познакомились, — закончил Юкио.       — А сколько тебе было, когда всё началось? — Акихиро задумался о возможных не состыковках в его рассказе.       — Мне было 16, — попытался выкрутиться демон.       — И уже в таком возрасте ты так хорошо фехтовал, что мог сам обучать? — рыжик был очень удивлён.       — Да, — усмехнулся.       — А когда Рицу умер? — он продолжил копаться.       — Как и предсказывал, — вздохнул.       — То есть, в 20?       — Да.       — А тебе сколько?       — 22. Это случилось почти год назад.       — …прости меня, — Аки продолжил гладить его волосы.       — Что?       — Это произошло совсем недавно, а я тут тебе докучаю.       — Стой, подожди, — он выбрался из его рук и сел. — Всё хорошо. Я очень рад, что мне больше не приходится просиживать в одиночестве, а обучать тебя одно удовольствие, — мальчик даже засветился от таких слов. — Поэтому заканчивай ныть и пойдём покушать сделаем.       — А, да, хорошо. Я очень голоден.              Аки улыбался. И Юкио улыбался. На самом деле, мальчик тоже был рад тому, что больше не один. Точнее тому, что больше не хочет быть один. В запасах всё ещё лежала рыба, поэтому в течении следующих пары часов рыжий учился разделывать и готовить рыбу.              — На самом деле, я никогда не думал, что буду готовить, — начал Аки, когда приступил к нарезанию овощей.       — Когда я был маленький, мне сестра всё говорила, что меня женят на какой-нибудь девушке и я буду жить «припеваючи» и ничего по дому не делать, — Юкио прервал разделку рыбы, чтобы внимательно дослушать. — Но тогда я не знал, что она имела в виду, ведь у нас и отец готовил-убирал, и мама. Позднее я всё же решил, что так и будет из-за того, что меня ничему не учили, но… — он отложил то, что уже нарезал и взял морковь. — Как её резать?       — Соломкой. Я сам. Вытащи кости из рыбы, пожалуйста, — Аки кивнул и принялся за рыбу. Помыв руки, Юкио стал резать морковь.       — Но сейчас с каждым днём я всё меньше думаю о том, что так и будет. Моей сестре выбрали мужа, но ей было наплевать на то, за кого выходить. Главное, чтобы при деньгах, — он пожал плечами. — Она не хотела работать. Это замужество было ей нужно, чтобы она могла сидеть дома целыми днями и шить одежду. Она, вроде, любит это дело, — снова пожал плечами. — На самом деле, я не знаю, только краем уха слышал. Мужа её я не видел; не ходил на церемонию, но у неё, вроде, даже дочь есть. Её я тоже не видел. Да и не очень хочу, — он молчал несколько секунд. — Я имею в виду, что я не очень люблю общаться с людьми, а дети такие шумные, надоедливые, слюнявые, фу.       — А что насчёт твоего брата? — блондин увёл разговор в другую сторону.       — Его хотели свести с младшей сестрой Горо. Я же рассказывал про него?       — Кхм, наслышан.       — Даже слишком много рассказал, судя по всему, — опустил глаза. — Так хотели сделать потому что ему уже тридцать, а он ещё не женат. К тому же отец подозревал, что Хидэ что-то с Горо мутит, поэтому выбор выпал на его сестру, — выбранная тема для разговора на самом деле не очень нравилась Юкио, но его радовало то, что рыжий делится с ним подробностями своей жизни на трезвую голову, и внимательно слушал. — Но, знаешь, Сакура совсем немного младше меня. Когда она маленькая была, Хидэ с ней возился вместе с Горо. Я её ещё совсем малышкой помню, а брат-то мой взрослый почти был уже. Мне было бы дико жениться на девушке, с которой я нянчился почти с рождения. Брр, — его даже немного передёрнуло. — Вот и получается, что сестра у меня вышла замуж по расчёту, а брат женился по любви. Мама мне тоже говорит о том, что надо бы по любви.       — А отец? — Юкио стал обжаривать овощи.       — А что отец? По его мнению, у меня вообще не должно быть личной жизни, пока я охотник, хотя он ещё помладше меня был, когда Хидэ родился, — Аки надул губы от несправедливости, хотя и никогда до Юкио не задумывался о собственной личной жизни.       — На самом деле, я тоже так считаю, — блондин сглотнул. Голос стал спокойный и немного тоскливый. — Лучше так, чем, когда любимый человек умирает в юном возрасте от когтей и зубов безумных порождений голода и жестокости. Особенно, когда это происходит по твоей вине, — Акихиро изменился в лице, остановил движение рук и повернул голову на учителя. — Он обещал, что это будет последнее его задание, а после он сложит танто и мы будем жить как обычные люди. Но, знаешь, — он грустно усмехнулся, — это и правда было его последнее задание. Я был там. Когда я пришёл на помощь, он ещё был жив. Если бы меня не отвлекали те два демона, с которыми он сражался до этого, если бы я просто быстро убил их, а не поддавался на провокации, Рицу был бы жив.       — Ох, Юк… Охара… мне так жаль.       — Мне не нужна жалость, — перевёл на него глаза. — Мне нужно, чтобы ты сейчас рыбу порезал на широкие короткие полоски, я почти закончил с гарниром.       — Да, конечно, сейчас, — Аки начал аккуратно нарезать подготовленную рыбу. — Значит, ты считаешь, что мне не стоит строить отношения сейчас?       — Нет. Если сейчас есть кто-то, кто тебе нравится, то лучше действовать. Потом может быть поздно.       — Что значит поздно?       — Ну, вот будет нравиться тебе Сакура, например. А ты решишь сначала реализовать себя как охотника на демонов, стать столпом, а потом уже жениться, детей заводить и прочее. Тратишь ты на это всё, скажем, года три, возвращаешься домой, а она уже и замужем, и с ребёнком, и места для тебя в её жизни уже не будет.       — А если… заранее договориться?       — Не каждая девушка будет согласна годами жить в ожидании. Да и нет гарантий, что ты вернёшься живым и здоровым.       — А если… не девушка? — нависла неловкая пауза.       — Тебе нравится какой-то парень?       — Н-нет! — Аки передал нарезанную рыбу Юкио. — Просто в теории.       — И парень может не дождаться. Это зависит от человека, — блондин стал обжаривать рыбку. — Я, например, предпочёл бы сражаться вместе со своим партнёром, чтобы помочь ему скорее добиться своих целей. Но, — он добавил несколько специй к рыбе, — из-за некоторых обстоятельств я бы до последнего настаивал на отставке.       — Каких? — Акихиро достал глубокие тарелки.       — Например, если у нас был бы ребёнок, — рыжий с некоторым непониманием посмотрел на него, ставя греться воду для чая. — Если бы мы приютили ребёнка или моя девушка, или жена оказалась бы беременна.       — Почему?       — Потому что ребёнку нужны оба родителя. Ни к чему лишний раз рисковать, — блондин наполнил жареной рыбой и гарниром из овощей только одну тарелку, а вторую убрал на место. Стал нарезать лосось для сашими.       — Опять сырую рыбу будешь?       — Да. Кстати, у меня есть немного мяса. Днём мы с тобой приготовим самое вкусное блюдо в мире.       — Какое?       — Узнаешь, — и усмехнулся.              После сытного и вкусного завтрака, Юкио потащил Аки в просторную комнату и дал ему в руки деревянную катану. Поначалу Акихиро решил, что они пришли тренироваться, но блондин демонстративно стал закрывать двери и окна, а после протянул рыжему свёрнутые шарики ваты или чего-то подобного.              — Что? Зачем? — он совершенно не понимал, что происходит.       — Заткни себе нос. Будем работать с твоим страхом.              Сначала Акихиро хотел возразить и огрызнуться, говоря, что он не боится демонов, но они оба знают, что это не так. Рыжий поддался и перекрыл себе обоняние. После блондин достал пузырёк с демонической кровью и капнул ему и себе на пальцы. Аки в свою очередь с волнением таращился на то, что делает его товарищ.              — Я полностью изолировал эту комнату от внешнего мира, у тебя в руке оружие, — кивнул на деревяшку в форме катаны, — и здесь только мы вдвоём.       — А зачем…?       — Ты мне доверяешь? — мальчик сначала отвёл глаза, а потом робко кивнул. — Сейчас здесь сильно пахнет демонами, но в комнате находимся только мы двое и тебе ничего не угрожает, — он немного подумал и положил его руку себе на грудь. — Я обещаю, что с тобой ничего не случится, пока ты здесь со мной, — мальчик почувствовал сердцебиение. Чёткое. Ускоренное.       — Я… тебе верю, — «Сердце бьётся. Точно не демон. Мне вправду нечего бояться».       — Достань вату как будешь готов встретиться со своим страхом.              С этими словами Юкио отпустил руку своего ученика. С этим движением из Аки ушли остатки уверенности. Он действительно их боится и в каждом демоне видит того самого, с которым столкнулся много лет назад. Его голос и облик никогда не выходит из рыжей головы. Самое время другому демону врезаться в его память, не оставляя места для прежнего.              Добрый взгляд и ласковая, согревающая улыбка Юкио успокаивали мальчишку. Он твёрдо принял решение побороть свой страх и аккуратно вытащил затычки. В нос ударил острый демонический запах, тут же воссоздавший лик того самого демона, с которого всё началось. Глядя по сторонам, он видел его в каждом углу комнаты, в каждом затемнении, слышал в ушах его голос и чуть ли не закричал от нахлынувшего ужаса. Выронив катану из рук, Аки бросился в объятия блондина, в открытую ища защиты и поддержки. Юкио широко открыл глаза от удивления, когда мальчишка прижался к его груди и цепко схватился за его спину. Демон мягко сгрёб в охапку Хирано и прижал к себе, стал нежно поглаживать его, успокаивая.              — Тише-тише, я рядом, ты в безопасности, — мягко поцеловал его в волосы, опустив голову. — Тебя никто не тронет.              Охара нашёптывал ему нежные слова поддержи, уверял его, что он под защитой, гладил и обнимал. И это работало, Аки успокаивался. Со временем он смог совладать с собой, но предстоит ещё много подобных упражнений, прежде чем он сможет идти в бой также осмысленно бесстрашно как другие. Когда блондин решил, что на сегодня достаточно, он мокрой тряпкой оттёр кровь с их рук, открыл окна проветрить комнату и вывел мальчика из неё, плотно закрыв дверь. Акихиро, окончательно придя в себя, засмущался от такого длительного близкого физического контакта с предметом своего обожания. Они молча пришли на кухню.              — Итак, сейчас я познакомлю тебя с лучшим на свете блюдом, — он улыбался, словно только что несколько часов подряд Аки не боролся со страхом, а Юкио всё это время не держал его в своих руках.       — А… Охара, — рыжий не поднимал на него глаз, рассматривая пол, — я всё хотел спросить про твоё кольцо.       — Про это? — он расположил левую руку перед собой и посмотрел на кольцо, удобно расположившееся на безымянном пальце. — Давай начнём готовить, и в процессе я тебе расскажу.              

* * *

             Это был пасмурный день. Небо было затянуто тучами, которые не пропускали лучики света к земле, обзор застилал мелкий противный дождь. В такую погоду Юкио даже днём мог выходить на улицу, но этот день он проводил дома с Рицу, который дождь не любит. Они живут вместе уже месяц и в свободное от тренировок время Охара решил обучать его грамоте. Сейчас Рицу старательно выводил иероглифы по нескольку десятков раз, чтобы запомнить их написание, а демон подправлял его и направлял. Это был бы совершенно обычный день не достойный упоминания, если бы в дверь не постучали. Рицу сразу встрепенулся, поёжился и побежал в свою комнату.              — Хей? Что случилось? — Юкио встал со своего места       — За мной пришли, — брюнет шептал, хотя хотелось кричать. — Я ни с чем не спутаю этот запах и эти характерные по ритму и силе удары. Не сдавай меня, умоляю тебя.       — Я же говорил, что защищу тебя. Спрячься пока и не высовывайся, — блондин поправил волосы и одежду и открыл дверь незваным гостям. — Доброго дня.       — Здравствуйте, — никто никому не поклонился, заранее испытывая друг к другу презрение. Перед блондином стояла женщина с огромными с… серёжками и множеством украшений на юкате, позади неё двое суровых мужчин. — Мы разыскиваем сбежавшего мальчика. Его зовут Рицу, рост примерно 5 сяку и 30 бу*, при побеге был одет в чёрное лёгкое кимоно и гэты без таби. Предположительно шастает в этом лесу.       — Нет, не видел.       — Он мог незаметно для Вас укрыться в Вашем доме, позвольте… — женщина шагнула к двери, но Юкио перегородил ей проход.       — Не позволяю, — и блеснул катаной в ножнах. — И не советую вам прикасаться к моей частной собственности, — девушка сделала шаг назад.       — Хорошо. Если он Вам попадётся, приведите его по этому адресу, — она протянула клочок бумаги.       — Договорились, — взял записку. — А теперь уходите.              И закрыл дверь перед их носами. Бросив бумажку в огонь, греющий дом в такой холодный день, демон поднялся к Рицу, укрывшегося под одеялом. Юкио сел на край его кровати.              — Я их прогнал, можешь выходить.       — Д-да какой выходить? Холодно жесть, — брюнет высунул мордочку из-под одеяла.       — Разве? Мне не холодно.       — Тебе и жарко не бывает, — он вытащил руку из-под одеяла и положил её на тыльную сторону ладони демона. — Да ты же тёплый! — лёгкое прикосновение превратилось в цепкую хватку и мальчик, набравший небольшую мышечную массу за этот месяц, смог утянуть его к себе под одеяло.       — Т-ты что делаешь? — Юкио засмущался. А почему он тёплый, если он демон? Причина та же, что и у биения сердца. В него вдохнули жизнь.       — Ты обязан меня согреть, — мальчик развязал кимоно Юкио и запустил свои руки под него, обнимая ими голый торс демона. От такой наглости и вседозволенности Охара был в недоумении и растерянности, но всё равно сдался и мягко приобнял мальчишку. — У неё ужасные побрякушки, да?       — Что?       — Совершенно безвкусные цацки. Ей лишь бы побольше и подороже. Ворона, фу.       — Тебе не нравятся украшения?       — Ну… — мальчик на мгновение задумался. — Мне нравятся кольца.       — Кольца? Какие?       — Ну… эээ… если их буду носить я, то простые, без выпендрёжа.       — Совсем?       — Не знаю. А ты почему спрашиваешь? Ювелир?       — Нет, просто интересуюсь.              Следующие пару лет Юкио изучал ювелирное дело и смог изготовить специально для Рицу золотое кольцо с украшением из серебряной ветви глицинии. Эта идея пришла в его голову, когда они впервые гуляли в саду глициний, которые высадил Охара для того, чтобы они помогали ему в убийстве демонов. Рицу был в восторге от красоты этого растения и нарёк его своим любимым, а Юкио всю прогулку провёл с тряпкой у лица, стараясь не вдыхать её запах, от которого его даже передёргивает. И вот настал тот день, когда всё было готово.              — Милый, у меня кое-что есть для тебя, — демон достал небольшую бамбуковую коробочку.       — О, это мне? — он взял коробочку и открыл. У него даже глазки заблестели. Но он закрыл её обратно и крепко обнял возлюбленного. — Спасибо большое.       — Не наденешь?       — Сделай себе такое же, тогда надену.              Юкио был удивлён, ведь просьба ему показалась странной. На изготовление второго подобного кольца, но побольше, ушло куда меньше времени и уже через две недели блондин принёс оба кольца Рицу.              — Отлично. Дай мне своё, а моё оставь у себя.       — Что? Зачем?       — Мы обменяемся ими, когда поженимся, — и брюнет хитро улыбнулся.       — Когда мы что? — демон всё больше и больше поражался. Рицу вытащил церемониальное саке из укромного места. — Ты же не хотел жениться.       — Я думал о том, что никогда не женюсь до того, как встретил тебя, — Рицу подошёл ближе и взял Юкио за руку. — Ты — моё сердце. И я буду очень рад такой небольшой формальности, а что насчёт тебя?       — Конечно, — демон радостно засмеялся, взял его на руки и покрутил. — Я тоже буду очень рад.              

* * *

             — Значит, это кольцо что-то типа символа вашего брака? — уточнил Акихиро, ожидая миску с горячей едой на татами.       — Да, — тем временем Юкио красиво раскладывал кусочки мяса и яйцо, а после украшал зеленью.       — И ты всю жизнь так будешь?       — Как?       — С ним.       — А… — он ненадолго замер. — Нет. Я уже изрядно выстрадал эту ситуацию и положу кольцо на полку, когда полюблю снова.       — Значит, если я не увижу у тебя кольца, значит у тебя кто-то появился?       — Только если моя любовь будет взаимна.       — А почему утром ты был без кольца?       — Ам… у меня были проблемы. Мне было грустно носить его, — блондин положил перед допрашивающим миску с едой. Акихиро был даже слишком спокойным. «Так светит мне что-то с тобой или нет? Я ничего не понимаю» — он вздохнул.       — Очень приятно пахнет. А что это?       — Лучшее блюдо всех времён.       — Это я уже слышал. Называется как? — Аки взял в руки палочки, наконец улыбнувшись.       — Рамен. Приятного аппетита, — Юкио тоже улыбнулся и сел рядом с Аки, налив себе только чай.       — А ты не будешь?       — Нет, — сделал глоток чая. — У меня есть чай из глицинии, хочешь попробовать?       — О, боже, как вкусно! — Аки попробовал рамен и весь засиял.              Рыжий проигнорировал последний вопрос и стал уплетать еду за обе щеки так, что только за ушами трещало. Юкио был рад видеть, как Акихиро ест его еду, и невольно проводил параллели с Рицу, о котором он в последнее время вспоминает чаще обычного. Рицу с таким же удовольствием ел, пока Охара просто пил рядом чай. Акихиро также закрывался от него маской безразличия, агрессии и бесчувственности, являясь на деле милейшим созданием. Только делал он это не осмысленно в отличие от Рицу, который ловко жонглировал масками в зависимости от ситуации.              — Знаешь, по всем твоим прежним рассказам, я думал, что Рицу просто агрессивный нелюдимый мальчишка. Мне не верится, что на деле такой очаровательный, — и положил в рот последний кусочек ламинарии, который смог выловить из супа.       — А сам-то, — усмехнулся Юкио. Аки, задумавшись о том, что он тоже был колючий, а сейчас почему-то спокойный и весёлый, засмущался и отвёл глаза. — Все мы носим маски. Может я только делаю вид, что я весь из себя добренький и хороший, а на самом деле я усыпляю твою бдительность, чтобы запереть в подвале и издеваться?       — Что?       — Что? — блондин, смеясь, взял посуду и начал мыть.       — Уже стемнело, — Акихиро перевёл взгляд на окно. — Нам пора идти.       — Знаю. Не терпится увидеть твоего отца, — разложил посуду по местам. — Я переодеваться, не подсматривай, как в прошлый раз, — Аки фыркнул и засмущался, а Юкио усмехнулся и ушёл в комнату.       — Охара, — рыжий тихо подошёл к двери, за которой скрылась белая голова, — если он будет тебя провоцировать…       — Как провоцировать?       — Ну… на дуэль может вызвать или… — Аки осёкся, не зная, что добавить.       — Как ты, что ли?       — Д-да, — он прислонился спиной к стене. — Я хочу напомнить, что у него больная нога. А ещё для него все эти фехтование и борьба с демонами очень важны, поэтому…       — Если он скажет мне продемонстрировать мастерство владения мечом, я покажу всё, что умею. Уверяю тебя, он не разочаруется. В беседе я все подколы и придирки отпарирую. Нет ничего, что могло бы помешать нашему дальнейшему обучению и приятельским отношениям, если ты беспокоишься именно по этому поводу, — успокаивал его Юкио.       — Спасибо, — Аки выдохнул. Он боялся, что ситуация Хидэ и Горо может повториться с ним. — Надеюсь, что всё пройдёт хорошо.              Юкио вышел в привычной форме охотника на демонов и своей белой хаори с красными паучьими лилиями, под которой был скрыт танто, волосы забраны в высокий хвост, у основания которого были перетянуты чёрной ленточкой в несколько слоёв, её края свисали вдоль волос. Он был одет именно так, когда Акихиро впервые увидел его. Рыжему сразу вспомнилась их «дуэль» и то, как глупо он вёл себя на ней. Сейчас ему кажется, что будь он немного сдержаннее и расторопнее, точно хотя бы один удар да нанёс ему. Казалось бы, один удар, только один, но какое большое значение он имеет. Одного удара по цели хватит, чтобы одолеть демона и победить, одного удара мимо хватит, чтобы умереть и проиграть. Охотники слишком многое ставят на кон, отправляясь снова и снова в бой, но если не они, то кто спасёт беззащитных людей от кровожадных демонов?              Весь путь домой Акихиро провёл молча, раздумывая о том, зачем и почему он был втянут в это тысячелетнее противостояние и хочет ли он сам быть его частью. Юкио тоже молчал и просто наслаждался тишиной и компанией рыжего. Обычно охотниками становятся по своей воле из-за личной неприязни к демонам, реже это передаётся по наследству, как в семье Хирано, но и в таком случае ключевым моментом является эта самая неприязнь. Аки ненавидит демонов только из-за родителей, которые поторопились знакомить его с этими тварями. Ничего личного у него к ним нет, в отличие от Юкио, который достаточно от них натерпелся, будучи человеком. Но время для этой истории ещё не подошло.              Уже подходя к дому, Аки остановился и выдохнул.              — Ты готов? — Хирано не отводил глаз от отчего дома.       — А ты? — Охара встал рядом и повернул на него голову.       — Я чувствую запах своей сестры. Это очень плохой знак.       — Разве? — блондин втянул носом воздух. — А как пахнет твоя сестра?       — Мерзким грязным животным, не знающим меры и принципов.       — Что? У вас не очень отношения, да?       — Она только и может, что выстилаться перед родителями и покрывать нас с братом грязью. Даже замуж она вышла из своих мелочных меркантильных желаний сутками ничего не делать и на деньгах сидеть, — у Акихиро даже зубы заскрипели.       — Не беспокойся, с ней я тоже найду общий язык, если это будет необходимо. Я уверен, что у неё есть свои причины на разные действия. Моя средняя сестра тоже была не лучшей, но это из-за того, что она ревновала меня к нашему старшему брату. Может и твоя тебя ревнует?       — Мне наплевать. Я отказываюсь считать её своей семьёй.       — Мы идём?       — Идём.              У самой двери младший Хирано остановился вновь, поэтому за него постучался Охара. Немного погодя на пороге появилась Сумико и улыбнулась обоим мужчинам. После сразу узнала Юкио.              — Здравствуйте, мальчишки, — она перевела голубые глаза на блондина. — Ещё раз спасибо за помощь, Охара Юкио, — и поклонилась ему. Он улыбнулся и поклонился в ответ.       — Что? За что спасибо? — удивился Акихиро.       — Помнишь день нашего знакомства? Я с теми мальчиками милейшим образом беседовал из-за того, что они приставали к, как выяснилось, твоей маме.       — О… спасибо, — он перевёл глаза на товарища.       — Значит, Вы учитель Акихиро? Ой, проходите, проходите, — она пустила обоих в дом. Они оба зашли и разулись.       — Да, — и как всегда Юкио солнечно улыбался. — В день нашего знакомства, Аки вызвал меня на дуэль. Из-за этого я увидел сколько ошибок в его технике и решил помочь.       — Ошибки? Например? — они пошли дальше в дом.       — Например, нога в первом стиле была неправильно расположена. Я думаю, что это из-за травмы ноги Вашего мужа. Может, у него нога просто правильно не поворачивается в эту сторону и Аки это перенял.       — Нормально у меня нога поворачивается, — их милую беседу прервал появившийся грозовой тучей отец семейства. Взгляд Юкио сразу устремился на его ногу. — Куда смотришь?       — Как ты это сделал? — резко изменился как голосом, таки и мимикой. Теперь он спокойный и сосредоточенный.       — Сделал что?       — Какой это был стиль? — миссис Хирано поёжилась.       — Понятия не имею, — бросил мистер Хирано.       — Это был не к тебе вопрос, — он перевёл глаза на Сумико. — Так какой?       — Это третий стиль дыхания Тумана, — женщина отвела глаза от мужа, который непонимающе смотрел на неё.       — Хм, — блондин призадумался, глядя на повреждённую ногу. Он проецировал в голове круговой удар, который используется в этой технике. — У тебя какое оружие? Какая-нибудь утяжелённая катана или большой меч? А ещё скорее всего ты сделал его, когда ноги были в другой стойке.       — Это так, — мужчина хмыкнул. Аки тихо стоял в сторонке, не понимая, что происходит.       — Кажется, я знаю, как тебе помочь, — и повернулся к Сумико. — Я наслышан, что Ваш старший сын Хидэ врач. От него не осталось каких-нибудь реагентов, трав или чего-то подобного для синтеза лекарств или настоек?       — Да, конечно, пойдёмте.       — Эй, да что ты мог понять? Ты даже ногу не осмотрел, — начал возмущаться глава семейства.       — Я и так всё вижу, — он пошёл за женщиной к столу, за которым ранее работал старший брат Акихиро, и начал что-то изготавливать. — Семья Хирано из года в год славилась сильной физической подготовкой боевых единиц и громоздким мощным оружием. У Аки я ни того, ни другого не наблюдаю.       — Из-за изменившегося в последнее время характера атак демонов, я изменил тактику обучения на более выгодную. И, конечно, место имеет видение обучения со стороны моей жены.       — А как так получилось, что Вы, миссис Хирано, знакомы с дыханием Тумана, но не углядели его у Аки? — блондин был удивительно спокоен и сосредоточен. И голос его был почти монотонным.       — Когда мне было шестнадцать, — женщина, улыбаясь, положила руку на сердце, — у меня был… друг. Он продвигал идею использования стилей разных дыханий в одном бою и меня обучил нескольким. Я часто использовала защитные, вот и мой муж повторил один из них, чтобы уберечь меня, потому что Туман был быстрее по выполнению, чем аналогичный стиль Пламени, но без подготовки получил травму. Это была целиком моя вина, поэтому я старалась помочь ему восстановиться, но… так и не смогла.       — Был? Его убили?       — Да… вскоре после нашего знакомства он пал в бою, и я осталась единственной носительницей этой идеи, — она вздохнула. — Передать её Акихиро я не смогла из-за того, что мой муж усиленно обучал его только Пламени, хотя его катана и вправду не была красной, — спустя паузу она продолжила. — Думаю, моя очередь задавать вопросы, — Юкио кивнул в ответ. — Почему Вы так пристально рассматривали ногу моего мужа?       — Я наслышан о его ранении и с тех пор хотел на него взглянуть. Видите ли, я не просто обычный охотник на демонов, — он оторвался от того, что делал и снял хаори. — Вы слышали когда-нибудь о метке? — стал расстёгивать рубашку. Оба бывших столпа напряглись и недоверчиво посмотрели на него.       — Да что происходит-то? Я один ничего не понимаю? — не выдержал Акихиро.       — Наверное, ты не помнишь, но ты спрашивал про эти метки на моих рёбрах, — он задрал рубашку, показывая фиолетовые полумесяцы, так сильно выделяющиеся на белоснежной коже. — Это метка истребителя демонов. Особый таинственный знак, появляющийся на коже сильных охотников, которые похожи на знаки на коже демонов, только эти можно спутать с ожогами, родимыми пятнами или, как у меня, например, с синяками, и они появляются в форме, соответствующей дыханию, используемому мечником.       — А что это за дыхание такое? — недоверчиво спросил старший Хирано.       — Луна, — он бросил взгляд на мужчину.       — Но… как же так? — женщина растерялась. — Последний раз они появлялись триста лет назад. Почти никто уже не помнит о том, что тогда было. Неужели… снова родился человек с меткой и поведёт нас в последний бой против прародителя демонов?       — Ам… — демон растерялся и стал застёгиваться обратно.       — А что такого особенного в этой метке? — поинтересовался рыжий.       — При активации она даёт невероятную силу и скорость, — начал перечислять Широ. — Даже техника исполнения стилей становится куда лучше. Кроме того, она может раскалить клинок Ничирин, из-за чего по демонам будет проходить повышенный урон и на месте ран будут оставаться чудовищные шрамы, которые они никогда не залечат. А также то, что использовал сейчас твой друг. Эта способность называется «Прозрачный мир». С её помощью можно видеть все жизненные процессы внутри живых организмов, лучше реагировать на движения и воспринимать быстрое как медленное.       — А самое интересное, что при использовании метка может резонировать с другими сильными мечниками, например, столпами, и появляться и у них тоже! — подхватила мужа Сумико.       — Ой, это же круто! Я тоже хочу метку! — оживился Аки.       — Кхм, — Юкио вновь вернул себе образ спокойного и рассудительного. — Приятно, что вы оба знаете о ней, но самое главное вы позабыли, — он внимательно посмотрел на Аки. — Все обладатели метки умирают в 25 лет, поэтому даже не думай о том, что я поделюсь ей с тобой. Мудзан не стоит смерти моих товарищей и друзей.       — Фух, я уже подумала, что Вы демон, Охара, — усмехнулась женщина. — Демонам же нельзя произносить его имя. На моих глазах одного разорвало на части, когда он даже отдельными буквами называл его.       — Так вот почему ты не воюешь с остальными… — Аки грустно отвёл глаза, а потом встрепенулся и вернул их к Юкио. — Тебе же уже 22!       — Мне же уже 22, — повторил он и вернулся к столику.       — Значит… у меня мало времени, — Аки заволновался.       — Мало времени для чего? — блондин перевёл на него глаза.       — Мало времени для того, чтобы всему научиться у тебя, — он растерялся и пытался вывернуться.       — Ты всё умеешь, Аки. Я лишь учу тебя контролировать себя, бороться со страхами и подходящему для тебя стилю ведения боя. База у тебя хорошая, движения отточены, я лишь привожу всё это в порядок, — а потом подошёл к Широ. — Вот, это пить перед сном, это мазать на ногу.       — И как долго? — он недоверчиво покосился на лекарственные снадобья.       — Пока не закончится. Кроме того, я бы рекомендовал принять пару капель демонической крови или съесть небольшой фрагмент плоти, но с собой я такое не ношу, могу позже занести.       — Это ещё зачем?       — Милый, а ты не знаешь? — улыбнулась Сумико. Она поймала одну волну с Юкио и тоже блестит познаниями, которые обрела за свой долгий путь столпа Воды. — Когда человек употребляет плоть или кровь демона, сам ненадолго им становится, получая огромную силу и регенерацию.       — Да, но в отличие от полной демонофикации, этот эффект временный и его длительность зависит от количества поглощённых фрагментов исходного объекта или нескольких объектов, — блондин уже улыбался во всю, чувствуя ментальную связь, которая установилась между ним и Сумико. Приятно, когда тебя понимают.       — Ам… — мужчина растерялся.       — Ты сможешь нормально ходить. Нога тебя больше не побеспокоит, — подытожил блондин.              — Вы чего тут расшумелись?!              Вышла статная девушка. Высокая, с суровым взглядом, как её отец Широ, пышногрудая и голубоглазая, как её мать Сумико. Одета она была в кимоно с красивой отделкой из дорогих тканей, чёрные волосы были заплетены в высокую причёску, которая держалась на красивых дорогих кандзаси, а её кожа даже в домашней обстановке была сильно забелена по моде, а с лица не сходил традиционный яркий макияж. Сумико в свою очередь была в лёгком домашнем одеянии вовсе без макияжа, которым и в молодости никогда не пользовалась. А перед кем ей было красоваться? Демоны не будут снисходительнее за красивые глаза. Широ даже внимания на дочь не обратил. Он старательно втирал в ноющий участок ноги средство, сделанное другом сына. На самом деле, Широ всегда цеплялся за любую возможность снова начать бегать и прыгать, не испытывая при этом жуткой боли, но никто и ничто ему не помогало.              — А, блудный сын вернулся, — она фыркнула, осмотрев Акихиро сверху вниз.       — Ты чё тут забыла? — рыжий сложил руки на груди и поёжился от её неприятного тона.       — Как про братца твоего услышала, сразу приехала. Кто же, кроме меня, может позаботиться о бедняжке Сакуре? — сделала наигранно озабоченный тон.       — Почему-то я уверен, что она не нуждается в заботе и поддержке, — Акихиро отвернул от сестры голову.       — Как это? От неё сбежал жених! К тому же с её же родным братом. Я была бы вне себя от такого.       — Вообще-то, наш брат встречался с Горо уже тогда, когда и я, и Сакура ещё совсем маленькими были. А если уж я это знал, видел и помню, хотя, как ты знаешь, почти не общался с семьёй и дома только спал, то она и подавно должна была это знать, у неё с братом хорошие отношения, в отличие от… да, кхм, — Аки поймал на себе сочувственный взгляд Юкио. Нервозность немного отступила.       — Просто твой брат не хотел жениться, как и все мужчины сейчас, — она фыркнула.       — Я был женат, — блондин встрял в неприятный разговор с улыбкой, надеясь его разбавить. — И сделал бы это снова, — с этими словами перевёл многозначительный взгляд на Аки, от чего тот засмущался и сделал вид, что рассматривает рукоятку меча с цубой. Сумико взяла мужа под руку и повела на кухню, чтобы приготовить немного закусок для детей и гостя.       — Почему это был? А почему развелись? Характерами не сошлись? — язвила девушка.       — Я вдовец, — Юкио прикусил губу, не ожидая таких жестоких комментариев.       — Ой, — услышав об этом, с лица девушка сошла маска озлобленной язвы. — Мне… жаль. А что случилось? — теперь она звучала взволнованно и с сожалением за свои прежние слова.       — А что обычно случается с охотниками на демонов? — девушка вздохнула, понимая о чём говорит новый знакомый. — Я не справился, не смог спасти, — Акихиро положил руку ему на плечо, чтобы поддержать. — Пфф, нет, я уже достаточно потрепал себе нервы этим. Мне нужно проветриться, побеседуйте тут вдвоём, — и спешно удалился.              — Вот обязательно быть такой мерзкой? — огрызнулся рыжий.       — А это, что, ёбырь твой? Тоже в педерасты заделался? — Юрико вновь вернулась к прежнему состоянию.       — О чём ты вообще говоришь? — Акихиро раскраснелся от возмущения.       — Стоите тут, переглядываетесь, по имени он тебя зовёт. Думаешь, я слепа?       — Мы не переглядывались. А по имени себя я запрещаю ему звать, но ему, видать, нравится, когда я бешусь.       — Да-да, — она стала поправлять причёску. Акихиро тоже решил немного поправить волосы.       — Рядом с тобой в верхнем ящике моя расчёска. Дай мне её, пожалуйста.       — А в рот тебе не дать?       — Да пошла ты, — разгневанный парень сам подошёл и взял свою расчёску и стал поправлять волосы у зеркала.       — К слову, я с дочкой приехала. Твоя задача посидеть с ней, пока я общаюсь с родителями.       — Чего? Да с хрена ли? — рыжий повернул голову на неё.       — Ладно тебе, с племяшкой посидеть не можешь что ли? Семья твоя, — она тоже смотрела на него, но с презрением, излучая чувство собственного величия во все стороны. — Не брат, а мусор.       — Что я сделал-то тебе, за что ты меня с самого детства поносишь на чём свет стоит?! — воскликнул Акихиро, постепенно теряя над собой контроль. Тут сестра подошла совсем близко к нему и уставилась ему в глаза.       — Всё началось тогда, когда ты родился. «Ой, будь потише, Акихиро спит», — и ткнула его в грудь. — «Ой, я не могу с тобой поиграть, я тренирую Акихиро», — ткнула снова. — Акихиро то, Акихиро, сё. А я? Я тоже их ребёнок! Я не пустое место! Тьфу! — Юрико выпрямилась и сложила руки на груди. — Ой, а где, кстати, моя дочка? — и поспешила вглубь дома искать её. Акихиро, поражённый откровением сестры, поспешил за ней.              Пройдя вдоль главного коридора, брат с сестрой увидели Юкио и маленькую девочку у него на руках. Они вместе разглядывали большой рисунок глицинии у лестницы на второй этаж. Блондин что-то ей рассказывал и водил пальцами по рисункам, а девочка смеялась. Только завидев нового знакомого, Юрико вновь стала спокойной и доброй. Акихиро почему-то было приятно видеть то, как его учитель ладит с детьми, но всё хорошее настроение рассеивалось из-за лицемерия его сестры.              — О, вот вы где, — она улыбнулась. — Акихиро собирался с ней сидеть.       — Да с хуя ли? — он вновь возмутился.       — Не беспокойся, я тебе потом с твоими помогу.       — Если у меня когда-нибудь будут дети, — рыжий был взвинчен, но старался сохранять самообладание, как его учил блондин. — Я тебя к ним даже на расстояние вытянутой руки не подпущу.       — Ребят, ребят, — Юкио усмехнулся. — Я с ней посижу. Я делаю это всё то время, что вы там ссоритесь.       — Ма-ам! — запищала девочка.       — Что, милая? — Юрико была доброй и с дочерью.       — Можно мы во дворе погуляем? Братик сказал, что умеет плести венки и научит меня!       — Дорогая, уже поздно, пора спать ложиться. Не встанешь ведь завтра.       — Встану! И съем весь рис за завтраком!       — Обещаешь?       — Дя! — заулыбалась девочка.       — Тогда, ладно, идите.       — Ура, спасибо! — девочка слезла с рук мужчины и обняла маму. — Идём! — она взяла блондина за руку и повела во двор.       — Аки, тоже присоединяйся, — блондин улыбнулся ему и пошёл с девочкой на задний двор. Акихиро пошёл следом, показывая сестре средний палец.              Во дворе не было видно ни одного цветочка. Оно и понятно, темно уже. Поначалу девочка расстроилась из-за этого, но Юкио сказал, что и из травы хорошо получается плести, поэтому малышка побежала рвать траву. Блондин сел на крылечко и к нему подсел Акихиро. Какое-то время рыжий хранил молчание, раздумывая о чём поговорить и как начать. В его голове крутились мысли о том, что парнише рядом с ним осталось всего три года ходить по земле. Только переведя на него свои зелёные глаза, Аки уже чувствовал как кровь перераспределяется в его организме, оставляя лёгкий румянец на щеках.              Как бы мальчик не хотел списать всё это на простое животное влечение или то, что из-за хорошего к нему отношения он вдруг расфантазировался, он не мог отрицать, что с ним на самом деле что-то происходит, что путаются мысли, что в груди тепло и улыбка сама собой появляется при воспоминаниях о нём. И сейчас они сидят вдвоём, совсем близко. Длины одного пальца хватит, чтобы коснуться. И видя спокойное лицо Юкио, его умиротворяющую лёгкую улыбку, нервозность Аки проходит и он замечает, что даже молчать рядом с ним ему нравится.              — Значит, три года, да? — он отвернул голову от лица блондина к ребёнку.       — Не зацикливайся на этом, — голубоглазый перевёл взгляд на рыжего. — В мире очень много людей. Ты не останешься один. Хотя не то, чтобы ты стремился к обществу. В чём тогда проблема?       — Ну… — «В тебе проблема, в тебе, дурак!». — Как сказать… — «Слепой дурак!». — Ты же учишь меня и наставляешь. Кто ещё будет так делать? — «Сам я дурак. Ни первого шага, ни намёка. Одно отрицание и избегание самого себя и собственных чувств. Но где найти для всего этого силы?».       — А чему тебя учить? Мне хватит и одного года с лихвой, чтобы подправить все недочёты в твоей технике и обучить Туману.       — Всего год? — «У меня всё меньше времени…». — Так быстро? А что потом?       — А что потом? — повторил и усмехнулся. — Будем сражаться вместе, просто дружить или наши пути разойдутся. Какой исход тебя бы устроил?       — Думаю, никакой. На самом деле, я вовсе и не хочу сражаться. Я хочу жить спокойной мирной жизнью где-нибудь подальше отсюда. Например, на юге. Хочу сделать как мой брат: сбежать поздно ночью, и чтобы никто не знал где я, с кем я и что со мной. Но, знаешь, — Акихиро вздохнул и повернулся к блондину. — я не смогу сделать также.       — И не надо. Но и заставлять себя делать то, что ты не хочешь, не надо. Тебе нравится заниматься этим со мной?       — Нравится. Очень       — Вот и всё. Будем вместе бороться со злом. Не забивай себе голову глупостями.              К ним подбежала девочка с кучей травы, Юкио стал обучать её плести венок из травы и листьев. Акихиро посидел ещё немного и ушёл в дом поговорить с сестрой насчёт её признания. И за играми и весельем маленькой девочки и взрослого демона наблюдала лишь Сумико.