Осторожно! Люди

— Я не просто идиот, — Пран забаррикадировал себя в пещере, предварительно выдворив Луиса и Вая. — Я космический идиот, — кивает он самому себе, а затем запуская обе руки в волосы. У Прана никогда не было привычки разговаривать с самим собой. Теперь это время настало. — Есть ли кто-то в подводном и надводном мире тупее меня? — задается вопросом он. — Я так не думаю, — тут же отвечает он. — Я имею в виду... — он взмахивает руками и замирает посреди пещеры, уставившись на нижнюю часть своего тела. — Хвост!.. — констатирует он. — А у него ноги!.. — снова констатирует он. — Русал! — тычет он пальцем себе в грудь. — Человек! — он тычет пальцем куда-то в общем направлении суши. — Оба мужчины, к тому же, — сокрушенно качает он головой. — Не то, чтобы это имело значение... Когда уже есть хвост и ноги... — он вздыхает и трет переносицу. — Если бы я специально выбирал самый неподходящий объект для первой влюбленности, я бы до такого не додумался, — он поджимает губы и обессиленно плюхается на пол. — У меня гораздо более скучная фантазия. Оказавшись на полу, Праном вдруг овладевает непреодолимое желание выругаться. Но так как он хорошо воспитан, он делает это мысленно. Выругавшись один раз, он чувствует некоторое облегчение и желание выругаться еще раз. Следующие десять минут он проводит на полу, матерясь у себя в голове. Очнувшись от матерного куража, Пран с удивлением обнаруживает, что большую часть времени материл Пата. Странно... Он точно помнит, что начинал с себя. Впрочем, не то чтобы его это расстраивало: Пат реально бесит, и это все его вина. Если бы он сегодня не спас Прана, Пран был бы уже мертв, и у него было бы ровно ноль проблем! Пран вздыхает и с минуту обдумывает плюсы самоубийства, затем машет рукой и заваливается спать. И плевать, что 3 часа дня! Ему нужна энергия, чтобы противостоять собственной тупости. *** — Мне снова тебя покрывать, да? — с убитым видом уточняет Вай. — Просто скажи, что я должен делать. Пран зависает вниз головой напротив мутного зеркала, которое нашел в обломках корабля, и сосредоточенно разглядывает свое отражение. — Вай, как думаешь, я привлекательный? — Я предпочитаю кого-то с клешнями, — отзывается Вай. — О-о-о, — понуро блеет Пран. — Я думаю, у меня странное лицо. — Нормальное у тебя лицо, — с легким раздражением отрезает Вай. — Почему ты вообще висишь вниз головой? — Мне кажется, вниз головой мое лицо выглядит менее странно. Вай закатывает глаза и громко стонет. Пран переворачивается и смотрит на друга. — Ок, — говорит он. — План такой: ты ненавязчиво упоминаешь при королеве, что мне пошло бы на пользу немного развеяться. — Ох, “ненавязчиво”! — саркастично отзывается Вай. — Ага. Что-то вроде: “Пран выглядит осунувшимся. Мне кажется, он слишком близко к сердцу принимает проблемы совета”. — А дальше? — страдальчески вращая глазами, спрашивает Вай. — А дальше ты находишь идеальное решение, — пожав плечами, отвечает Пран. — Взять меня завтра в трехдневную командировку инспектировать моллюсков. Вай меряет Прана изучающим взглядом. — И ты планируешь три дня предаваться разврату с тем человеком? Пран коротко кашляет и избегает смотреть Ваю в глаза. — Пран! — возмущается Вай. — Да или нет? — Возможно? — разглядывая что-то на полу, говорит Пран. — Как разврат можно планировать? Он сам собой происходит. Или не происходит. — В вашем случае он происходит, — заверяет его Вай. — Ты не можешь этого знать, — возражает Пран, по-прежнему не глядя Ваю в глаза. — Я видел, что вы сегодня творили у корабля, — укоризненно говорит Вай. — И как вы друг на друга смотрели. Пран вздыхает и устало трет переносицу. — Я не знаю, Вай. Вся эта ситуация такая странная. — Что в ней странного? — недоумевает Вай. — Разве 7 лет назад не то же самое было? Я уже привык. — Не то же самое, — качает головой Пран. — Тогда мы были просто друзьями. Вай громко фыркает, пуская пучок пузырей. — Вы никогда не были просто друзьями. Ты кретин, если думаешь иначе. Пран бросает на него непонимающий взгляд и хмурится. Вай в порыве фрустрации вскидывает к небу клешни. — Пран, вы и 7 лет назад друг на друга точно так же смотрели, — объясняет он. — А когда ты заявил ему, что вы больше не увидитесь, и сбежал, он плыл за тобой. — Погоди, что? — Пран застывает на миг, затем подплывает ближе к Ваю. — Он плыл за мной в тот день? — Угу, — кивает Вай. — Километра два. И нырял еще, искал тебя, пока не выбился из сил. Я позвал дельфинов, и те пасли его на всякий случай, но он сам сумел до берега добраться. — Я... не знал, — растерянно бормочет Пран. Вай смягчается и тычет ему в плечо клешней. — Теперь знаешь, — он задумывается над чем-то, затем добавляет: — Сегодня он тоже за тобой нырнул. Плыл следом, пока у него воздух не закончился. Пран встревоженно вскидывает голову. — Да в порядке с ним все, — небрежно бросает Вай. — Что ему будет? *** — Слава Будде, ты здесь! — взъерошенный Пат спрыгивает со скалы в воду и заключает Прана в крепкие объятия. — Эй! — возмущается Пран, аккуратно отлепляя от себя человека. — Не трогай меня без спроса. — Вчера ты меня не спрашивал, когда решил “потрогать”, — смеется Пат, но больше не настаивает на объятиях. Он опирается ногой о какую-то подводную часть камня и прислоняется к нему спиной. — Гм, — Пран отводит взгляд. — Это были только губы... Пат стаскивает с себя намокшие верхние одежды, демонстрируя голые плечи с синяками в форме отпечатков пальцев Прана. Пран делает вид, что не имеет к этому отношения. — Нужно поговорить, — начинает он. — Ты приплыл сказать, что я тебе нравлюсь? — с усмешкой уточняет Пат. — Что? — иронично вскидывает брови Пран. — Я смотрю, ты о себе хорошего мнения. Пат пристально глядит на Прана, и его широкая улыбка чуть опадает, а на лице появляется что-то похожее на нежность. — Ты так изменился, Пран, — говорит он. — Повзрослел. Ты... стал еще красивее, — Пат замолкает, внезапно выглядя странно подавленным. — За тобой наверное русалки бегают? Пран прячет глаза за упавшим на лицо локоном волос. — Это не твое дело, — отвечает он. — Это мое дело, — возражает Пат. — Ты меня поцеловал, Пран. — Я это сделал только потому, что ты смотрел на меня своими жалобными глазами детеныша выдры, — возмущается Пран. — Погоди, что это был за взгляд? — оживляется Пат. — Так? — он строит карикатурно жалобную рожицу. Пран морщится. — Может, так? — Пат выпучивает глаза и делает брови домиком. Пран тяжело вздыхает. — О, постой, я знаю, — он прекращает кривляться, слегка подается вперед и заглядывает русалу в глаза. — Эти 7 лет без тебя мне было так чертовски одиноко, Пран. Пран хватает его за затылок и тянет на себя, пока их губы не встречаются. Они не осторожничают: тут же сплетаются языками, посасывают, прикусывают и стонут друг другу в рот. Прану кажется, что губы Пата заряжены электричеством, и там, где они касаются кожи, Прана пронзает порция разряда. Хвост Прана против ведома своего владельца закручивается по спирали. Обе руки Пата оказываются в волосах Прана, и тот на всякий случай вжимает его в морскую скалу, чтобы парень не пошел ко дну. Они отстраняются на несколько секунд, чтобы отдышаться, и заходят на второй раунд. В этот раз Пран впервые позволяет Пату перехватить инициативу и повести в поцелуе. Это оказывается на удивление приятно. Тело Прана вибрирует наслаждением, и он готов продолжать в том же духе еще пару часов, когда отстранившийся на подышать Пат осоловело шепчет: — Черт, это в самом деле сработало. И Пран вспоминает, что приплыл сюда поговорить, а не целоваться... По крайней мере, это была официальная версия. Не исключено, что он себя обманывал. С Праном такое случается, когда дело касается Пата. Под протестующий скулеж Пата, Пран отстраняется и приводит волосы — и мысли — в порядок. — Пат, гм, ты думал над всей этой ситуацией? Или, гм, я один тут думаю? Пат моргает, затем хмурится, пытаясь сосредоточиться. — Ты про ваш закон, который запрещает целоваться... то есть, общаться с людьми? — И про него тоже, — кивает Пран. — Ты знаешь, что меня сослали в Южно-Китайское море? Я вернулся пару месяцев назад. — Постой... — Пат зависает, и Пран почти слышит, как вертятся шестеренки в голове человека. — Ты говоришь, что провел там 7 лет? — Ага, — Пран закусывает губу и глядит на садящееся на горизонте солнце. — И вопрос сейчас стоит: куда и насколько меня сошлют в следующий раз? И что сделают с тобой? — Пран, прости, — бормочет Пат. — Тебя сослали из-за меня. Пран бросает на парня недоуменный взгляд. — О чем ты? Ты даже о законе нашем не знал, как ты мог оценить последствия? Это моя вина: я имел представление, чего мне это будет стоить, и все равно выбрал видеться с тобой. Пат молчит и смотрит на него нехарактерно серьезно. — Пран, — наконец, выдает он. — Я думаю, нам нужно пожениться. Пран раздраженно закатывает глаза. — Пат, мы с тобой даже не одного биологического вида. Пат подается вперед и ловит Прана за руку. — Тебя это беспокоит? — спрашивает он. — Пран, я научусь делать тебе приятно. Ты не пожалеешь. От этих слов Прана пробивает горячая дрожь. — Я знаю человека, — продолжает Пат. — Он шаман. Он сможет провести обряд. Это что-то вроде соединения двух душ. Он говорит, что после такого обряда нас никто не сможет разлучить. Пран чувствует, что теряет нить разговора. — Что за шаман? Это магия? Откуда ты его знаешь? — Ну, мне нужно было чем-то занять себя, пока я не мог с тобой видеться, — пожимает плечами Пат. — Вот я и нашел шамана, который поможет нам быть вместе. Пран честно пытается сдержаться примерно две с половиной секунды, прежде чем начинает смеяться. Пат хмурится. — Ты мог бы и потактичнее быть, — бормочет он. — Чувствую себя идиотом. — Нет, это я идиот, — глаза Прана блестят от смеха и он наклоняется вперед, чтобы чмокнуть Пата в нос. — Все это время я думал, что ты вернулся к своей обычной жизни и вспоминаешь меня как мимолетное приключение, а ты оказывается планировал нашу свадьбу. Пат краснеет и отводит глаза. — Кто-то же должен был это сделать, — бубнит он себе под нос. Пран умиленно гладит человека по голове, затем выражение его лица становится более серьезным. — Ты хочешь сказать, этому шаману действительно все равно, что мы разных биологических видов? И, э, одного пола? — уточняет он. Пат кивает. — Он говорит, это что-то вроде контракта между двумя душами. Если души совместимы, то он поможет заключить контракт. А у душ нет пола, биологического вида, национальности и прочей чепухи. — И ты уверен, что наши души совместимы? — Пран, не тупи. — И после этого нас не смогут разлучить? Человек снова кивает. — Пат, насколько это опасно? Пат задумчиво жует губу. — Он, э-э-э, говорит, что будут последствия. Какие именно — зависит от конкретной пары. У всех они свои. Но он говорит, что это не что-то плохое. Это скорее “корректировки”, которые в будущем помогут нам лучше подстроиться друг под друга. Он говорит, что эти корректировки на самом деле сделают нас счастливее. Пран прикрывает глаза, заранее чувствуя, что это какая-то подстава. — Я хочу встретиться с этим шаманом, — говорит он. — Можешь устроить?