9 огней: темнота

      — Хан войны? Кто это?       Услышав этот вопрос, Архат несколько удивилась. Ей при всей своей зрелости такие вопросы казались детскими и нелепыми.       — Серьёзно? То есть, вы не знаете, к кому пришли? Взгляните, что внутри пещеры — там как раз стоит Хан войны.       Затем женщина удалилась как можно скорее. Огонь Венеры, не понимая, что происходит, хотела побежать за ней — её речь казалась уж больно мутной. Но девушку, кажется, остановил ленивый голос Дарлин:       — Если я не ошибаюсь, то Хан войны — это один из древних хранителей Марса. Не с моего, конечно, поколения, но с какого-то. Его вполне себе могли здесь забальзамировать.       Стоило Огню Земли произнести последнее слово, как тут же Меркурий бросило в дрожь. Её хвостики дёргались сильнее, чем голова, и именно по ним Огонь Юпитера поняла, что её подруга трясётся от страха.       — Мерк, ты чего? Ты ж такой воин — первая апгрейднула силы, первая побывала на другой планете, первая… Первая вообще превратилась, то есть даже раньше меня. Ты ж наш первопроходец, Мерк! Не зря ж ты старше…       Огонь Марса неожиданно закашляла, причём нарочно, как бы давая понять, что она здесь. Когда на жёлтую волшебницу повернулись, она недовольно бросила:       — Юпи. Так-то самая старшая в нашей команде я.       Юпитер, однако, мало что смущало в этот момент.       — Пф-ф, и что? Оксана, прекращай вести себя как пуп земли. В конце концов, мы же пришли в гости к трупу! Поэтому нам надо сейчас туда пойти и почтить этот воинственный труп. Ух, надеюсь, что его бальзамировали хорошо.       Бодрая и весёлая, она потащила трясущуюся Меркурий за её хвостики. При этом, похоже, не догадываясь, что подругу пугает как раз тема про мёртвых.       Кое-как, но волшебницы всё же собрались и отправились в пещеру. Там было темно, из-за чего Огонь Юпитера стала наседать своей подруге:       — Мерк, твоё время пришло. Жги.       Меркурий от страха завыла. Рыжая волшебница словно и не хотела знать, почему всё происходит именно так, как оно и происходит. Пока не услышала бухтящую Огонь Нептуна.       — Юпитер. Ты… Ты в курсе, что далеко не каждый человек будет спокойно относиться к теме мертвечины?       Но девушка словно была непреклонна.       — Пф-ф, а что тут страшного? Ну труп и труп. Что он сделает, укусит?       Следом за Нептун ворчать начинала Венера.       — Ну не знаю, Юпи. Иларис так-то тоже однажды умерла.       — В смысле? Она ж живая.       Неожиданно девушки услышали, как Огонь Марса стала громко смеяться.       — Вай, так это ж хорошо! У Хроноса наконец-то есть лоно.       Затем Марс пустила по потолку пещеры маленькие шарики света. Они, словно звёздочки, осветили это ужасное место, и волшебницы, наконец, увидели красиво обставленную стену, к которой когда-то поставили большой скелет. Немного посмотрев на него, жёлтая волшебница на удивление бодро выпалила:       — А, ой. Он же весь в пыли!       Внезапно она подбежала прямо к нему. Огонь Марса принялась буквально сдувать всю ту пыль, что копилась на скелете несколько веков. Через пять минут ей удалось превратить это пыльное чудовище в красивую хрустальную статую, от которой не хотелось отводить глаз. Причём как из-за красоты, так и из-за ужаса: хрустальный скелет стоял весь собранный, даже с полным позвоночником, но без головы; тем временем одна из его рук «держала» длинную чёрную трость, на которой красовался красиво декорированный хрустальный череп. Нетрудно было догадаться, что череп был той самой потерянной головой.       Огонь Марса привлёк цветок на этом черепе. Он был примерно того же цвета, что и заколка в волосах самой Марс. Блондинка хотела было потрогать этот цветок, но она услышала выкрик Дарлин:       — Стой, не трогай! Это же скелет Хана войны.       Молчание. Марс остановилась с рукой, уже почти потрогавшей этот цветок. Где-то недалеко стояла Уран и косо смотрела на эту статую.       — Эм. Это… Хан войны? Земля, это же просто скелет.       Огонь Земли сняла шляпу и стала нервно ею обмахиваться, будто в её руках была не большая шляпа, а веер.       — Да, скелет. Но если мне не изменяет память, то туда поселили его душу. А она как раз может сидеть где угодно: в позвоночнике, в черепе, в том же цветке…       Пауза. Жёлтая волшебница жадно смотрела на цветок на черепе. В какой-то момент она, наконец, не сдержалась и сняла его. На что тут же услышала:       — Марс, фу!       Испугавшись этого выкрика, блондинка машинально отбросила декор в сторону. Огонь Венеры после этого вновь стала ворчать.       — Оксана, тебя не учили, что ли, что без спросу чужое трогать нельзя?       Марс начала ныть подобно маленькому ребёнку.       — В смысле? Это труп. Его декорации ему не принадлежат.       — Да что ты! Это в любом случае не твоё!       — Так и не его тоже! Вообще ничейное! Значит общее!       — Хах, ты правда так считаешь? Окса, откуда?       — Как откуда? Ты забыла, что ли, что мои волосы обычно цвета Советского Союза? Тебе сейчас сам Ленин напоминает, что ничейное значит общее.       — Какой, нафиг, Ленин? Твои волосы длиннее Сочи.       — Какой? Такой! Мой батя лысый!       В порыве гнева Огонь Марса не заметила, как её рука коснулась непосредственно черепа. В результате девушку сильно напугал грозный рык, который сопровождался вспышкой в глазницах. Когда она отскочила от этого скелета, его рука несколько зашевелилась, тем самым скелет стукнул «посохом» по полу. Череп на трости рычал и слегка крутился. Видя всё это, Огонь Земли начинала сердиться.       — Марс, ты что, глухая? Агрх! Твою мать…       И без того напуганная Меркурий начала суетиться. За ней печально наблюдала Плутон, которой больше было интересно, что происходит, чем страшно из-за того, что происходит. Поэтому она задала Земле вопрос:       — Дарлин. А… А что такого странного в этом скелете? Ну, или хотя бы в посохе…       Посох? Точно, посох властелина войны наверняка олицетворяет собой смерть. Именно с этой мыслью Огонь Земли смотрела на оживший скелет Хана войны, думая, что с помощью его посоха можно добыть символ смерти для некогда своего оружия.       — Марс! Раз уж ты потрогала это чудище — не могла бы ты тогда отобрать у него посох? Что-то мне подсказывает, что этот посох ещё может пригодиться.       Огонь Марса замешкалась, услышав это. Из-за этого она пропустила удар скелета и упала. Плутон, душа беспокойная, тут же побежала к скелету, попутно крича:       — Оксана, держись! Я разобью этого Хана!       В этот момент она наколдовала на его ногах две массивные ледяные корки. Но вот незадача — он буквально через несколько секунд подпрыгнул и пошёл дальше, но уже на берцовых костях. Дарлин, видя всё это, в какой-то момент закричала:       — Не разбейте череп! Возможно, что именно он является Абсолютным покоем.       Спасать Марс кинулась Юпитер. Несильным энергетическим потоком она оторвала от ходячего хрусталя руку с посохом, на котором при падении чуть не разбился череп. Из-за этого череп на трости повернулся так, чтобы глазницы смотрели наверх, после чего зарычал сильнее. Оставшаяся часть скелета продолжала куда-то идти. Тогда Юпитер, уже не переживая за череп, кинулась колошматить весь остальной хрусталь. Марс начала кричать:       — Юпи, ты ж поранишься!       Разгневанная рыжуля бросила:       — Похуй. Я уже поплакала с порезов Хорпии — хватит.       Тем временем к посоху подбежала Уран. Зеленоволосая не знала, что делать с этой вещью, хоть и понимала, что в любом случае это нельзя оставлять без присмотра. Девушке не нравилось, что чем сильнее светятся его глазницы и чем сильнее он рычит, тем активнее он сопротивляется Огню Юпитера. Единственная в этой команде с техническим складом ума, она быстро уловила взаимосвязь поведений черепа и остального скелета. Наступив на хрустальную руку, она всё же взяла посох и холодно процедила:       — Прости, Дарлин.       В следующую секунду она ударила череп об стену. Хрусталь разлетелся на тысячу осколков с громким звоном. Как только он разбился — тут же остальные части Хана войны сами «взорвались», чудом не убив никого своими осколками. Правда, эти осколки сильно исцарапали лицо Огня Юпитера, из-за чего девушка с кровавой паутинкой на лице начала возмущаться.       — Холли, ты охренела? Череп должен был выжить.       Уран стала огрызаться в ответ.       — Да что ты. А ничё, что ты щас чуть не умерла из-за этого? Нет уж, одной потери нам много, вообще-то.       Затем девушка стала осматривать трость, которая осталась у неё в руках. Палка была с выцарапанными на ней письменами, которые, похоже, что-то значили. А на одном из её концов была небольшая вставка из красного самоцвета. Вспоминая, какого цвета цветок, с помощью которого превращалась Венера, зеленоволосая обратилась к Огню Земли:       — Дарлин. Кажется, я знаю, чем на самом деле является Абсолютный покой.