А был ли мальчик?

Пока Питер одеревенело таращился на лишённого сознания Сириуса, леди Блэк уже успела призвать домовика и вовсю отдавала ему указания по поводу ванны, спальни, чистой одежды и прочего, для молодого господина. Вздрогнул, когда уродливый домовик, с длинным носом и глазами навыкате, схватил Сириуса за руку и с коротким, едва слышным хлопком исчез вместе с телом. - Мистер Петтигрю? - позвала леди с портрета. - Я... - Питер забегал глазами, наскоро соображая, - Мне следует помочь... - Кричер справится, - уверенно ответили ему. - Ну тогда... Я тогда поищу на кухне что-нибудь поесть. Он наверняка голоден. Питер сорвался с места, боясь услышать возражения. И вот сейчас он сидел на корточках, забившись между огромной древней плитой и каким-то шкафом. Здесь было очень пыльно, пахло многолетним запустением, и уж конечно, никакой еды давно не водилось. Ему просто нужно было время, чтобы прийти в себя, и место, где никто не услышит. Питер сидел, как в детстве обхватив руками колени и плакал, тихо всхлипывая. Тонкая рука Сириуса, такая костлявая, с чёрными, обломанными ногтями, его просто добила. Он плакал и вспоминал того Сириуса, грозного и великолепного, готового голой магией и силой воли разрушить любую гору на пути к своей цели. А подлая память подкидывала ещё и ещё, уже то, чего вспоминать совсем не хотелось. - Я говорю про Фиделиус. Вы же понимаете, что на меня никто не подумает? Питер тогда очень боялся, что Люпин заподозрит подвох, что Сириус откажется. Но Джеймс, по привычке небрежно смерив его с головы до ног брезгливым взглядом, сказал: - И верно. Никому в голову не придёт. Питеру бы радоваться, что всё так легко вышло, а он в этот момент возненавидел тупого, надменного Поттера ещё сильнее. Хотя, куда уж? И только Сириус тогда хлопнул его по плечу: - Умно, друг мой, ничего не скажешь. Они даже распланировали, как Поттер и Петтигрю напоказ разругаются, чтобы уж точно его никто не взял в расчет. Да уж, это было легко. Обидные слова выдумывать не приходилось, сами на язык лезли. Лили о плане не знала. Она с жалостью смотрела вслед уходящему Питеру, прижимая к себе ребёнка, полусонного, в каком-то белом, с синими полосками костюмчике. Сейчас казалось, что материнское сердце чуяло, чем всё это кончится. Ерунда. Если б чуяла, собрала бы вещички и убралась совсем из Британии, куда-нибудь в Америку, ведь Люпин предлагал... Вот, другое воспоминание проносится с зелёной вспышкой. Питер, крысой выглядывая из-под детской кроватки, с ужасом осознаёт, что сейчас произошло. Он боится дышать, боится, что его найдут тут, и тогда рухнет всё. Над головой заходится в неистовом плаче ребёнок. Из-за этого уши закладывает и не слышно больше ничерта. Но, кажется, пара сапог с вычурными пряжками, повернувшись на высоких каблуках, медленно исчезает за дверью. Палочка! - опомнился Питер, - Я должен забрать палочку! Высунул нос из-под кроватки и... Лили лежала на полу, за кроваткой, будто устало прикорнув. И хорошо, что он не видел её лица. Ребёнок орал, заходясь всхлипами. Следовало поспешить... А вот эта груда тряпья, сухо пахнущая отголосками огня и дорогих мужских духов, это ведь... Палочка! Надо её найти! Питер сунул нос под одну из складок, потянул зубами деревянную рукоятку, замирая от ужаса, что его застукают здесь. А потом, вместе с ней, длинной и неудобно цепляющейся, чудом втиснувшись в им же прогрызенную нору под кроваткой, скатился через весь лаз в простенке, и вывалился под кустом в маленьком саду, где всё ещё не подмёрзли посаженные Лили цветы, какие-то низенькие, все в красных и синих бархатных граммофончиках. Палочка казалась очень тяжёлой, цеплялась за всё подряд. Но он бежал и бежал, опасаясь перекидываться в человеческую форму прямо сейчас. Нельзя останавливаться! Нельзя оборачиваться... И только когда догнал шибанувший в нос запах псины, запутался в лапах, подвернул правую переднюю и покатился куда-то в овраг. А следом его заклинанием, принудительно выдернуло в человечью ипостась. Это было больно. Очень. Разумеется, они трое, ещё в Хогвартсе, нашли и опробовали это заклинание друг на друге. Из любопытства. Но чтобы вот так, намеренно... Питер задыхался, ворочаясь на подламывающихся руках, а над ним рычал Сириус: - Тварь! Подлая тварь! Ты убил их! Не я, - хотел сказать Питер. Но прокушенный язык едва ворочался во рту. И палочка - её нельзя потерять. Иначе весь план пойдёт прахом. И не только его. Тело вскинуло в воздух, вверх тормашками. Сириус стоял перед ним, грозный и прекрасный. Растрёпанные длинные чёрные кудри, испачканная в пепле белая манжета оторвалась и свисает с вытянутой руки. Пора бы действовать, но Питер отчего-то совсем позабыл, зачем это ему надо. Будто весь мир замер в небытие. Круглые глаза друга кажутся огромными и чёрными от ненависти. И ещё что-то... Да ведь это боль блещет в них линзами слёз. - Стоять! - вдруг раздаётся резкий окрик, - Опустите оружие! Поднимите руки! Питер шлёпнулся о землю. Хорошо, что трансформация забрала на себя все прочие ощущения. Болеть у него будет потом. Ох, как же будет всё болеть! - Не надо, Сириус, - едва слышно попросил он неизвестно о чём. Но палочка Блэка уже направлена в грудь маггловского полицейского. А за спиной местного стража порядка стоит белый с чёрным автомобиль. Ещё один полицейский целится из пистолета. Откуда им знать, что у них нет ни шанса? По обочине дороги, несмотря на поздний час, начинает собираться толпа. - Сириус, - Питер всё-же умудрился встать, качая головой. Бесполезно. Вспыльчивый как порох Блэк его уже не слышал. Палочка... Вот она... Питер лишь нагнулся подобрать палочку Лорда. И дальше события понеслись со стремительной быстротой, будто все вокруг только ждали этой команды. И сложно было сперва угадать хоть что-то в мельтешении тел, криках, грохоте... - Ох, Сириус, - опасливо припав к земле, прошептал Питер. Машина взлетела в воздух, взорвавшись уже в паре ярдов над землёй, озарив улицу и испуганные лица синим пламенем. Мгновение потрясённой тишины. И снова крики. Лишь бы Сириус не пострадал, это самое главное... Освещённая пляшущим огнём фигура Блэка. Он машет палочкой, будто дирижёр в оркестре. Он сейчас весь в битве, в аффекте. И глаза совсем дикие. Он и раньше плохо разбирал, когда следует остановиться. Но это уже слишком. Слишком. Что-то с ним совсем не так. Со всё тем же ожесточением Сириус развернулся к наконец явившимся аврорам, готовый обрушиться самыми мощными, фамильными заклинаниями и на них. Но тут замер, словно потеряв все причины вообще быть здесь. Короткий взгляд в сторону... бывшего друга. Какой-то виноватый взгляд, совсем растерянный. Питер всё понял. После всего случившегося, это было вообще не больно. И палочка Лорда послушалась его как родная... Позже, неторопливо рыскающие, полусогнутые, чёрные фигуры в масках невыразимцев, исследуя развороченную мостовую, среди изуродованных двенадцати трупов магглов, найдут только палец - всё, что осталось от Питера Петтигрю и его объявят погибшим... О подробностях задержания Сириуса он тоже узнал гораздо позже. Смех сквозь слёзы и дикие крики - так бывает, когда рассудок с трудом отходит от заклинания, безжалостно грубо воздействовавшего на психику. Кто-то очень постарался. Питер, с большой долей вероятности знал - кто. И для чего - тоже понимал. Отвлекали внимание. Чтобы меньше потом было вопросов по существу. Что ж, всё сошлось одно к одному. Питеру опять повезло. При минимуме собственных затрат... Подожди, как там батюшка говаривал, земля ему репейником? "Пусти дуракам нужное слово, и гляди, как все всё делают за тебя, сами." Редкостный пакостник был батюшка. И кончил плохо. Но научить кой-чему успел... Считай, в самом деле, все всё сделали за Питера. Но так, как он и хотел. Хорошо ли это? Плохо ли?.. Питер утёр слёзы. Домовик Кричер на этот раз предпочёл не появиться рядом, а тактично прошаркал длинными босыми ступнями от самой двери, давая гостю время. Встал напротив, равнодушно тараща круглые свои глаза на непотребно опухшего от слёз, сидящего на полу мага. - Кричер приготовит завтрак, - скрипуче сообщил домовик, - В доме есть продукты. Кричер всё сделает сам. Господину не следует утруждаться. Питер, по стенке, поднялся на ноги. - Как... он? - Молодой господин Сириус в своей спальне, - длинный нос понимающе качнулся сверху вниз, - Кричер, по приказу хозяюшки Вальбурги, снял сковывающее заклинание и наложил усыпляющее. Так будет лучше для... - немного каркающего ворчания, - непутёвого молодого господина. - Хорошо, - кивнул Питер, - Это хорошо. Он пытался прикинуть, не убедить ли леди Блэк переоборудовать для содержания Сириуса подвал. А то ведь, как только проснётся... - Если господин Петтигрю желает, то Кричер подготовит гостевую спальню, - продолжил домовик, - Критчер приготовит тёплую ванну, если пожелает господин Петтигрю. - Нет, нет. Господин желает... - Питер мотнул головой и опомнился, - Я собирался уйти. У... У меня дела. Только переговорю с леди Блэк. И я хотел убедиться, что с господином... что с Сириусом всё в порядке. - Разве господин Петтгрю не останется на завтрак? - удивился домовик. Он сейчас больше походил на степенного дворецкого в десятом поколении, невзирая на одеяние из застиранной мужской рубашки с закатанными рукавами, тряпкой болтающейся на нём ниже колен. - Ннет. Питер плохо понимал, как вообще следует общаться с этим существом, которое походя снимает заклинания и перемещает в любом направлении что угодно. Опыта у Питера такого не было. Но остановившись в дверях, он всё-же развернулся к Кричеру, вдруг вспомнив слова, оброненные портретом леди Блэк. Вляд ли у него хватит смелости задать вопрос ей самой: - Скажи пожалуйста... - Питер помялся, выбирая слова, - В доме есть ещё кто-нибудь? Только что подчёркнуто вежливый и учтивый домовик, тут же отвернулся от гостя и прошаркал к одному из шкафов, бросив небрежно через плечо: - Кричеру неизвестно. - А... Регулус, - неуверенно продолжил Питер, - Ты не знаешь, что с ним стало? - Кричеру неизвестно! - уже сердито отрезал домовик, - Ежели госпожа Вальбурга пожелает, так скажет. - Ясно, - пробормотал Питер. И вышел из кухни. Регулуса Питер знал плохо. Он был младше на три года и мало общался с братом. Даже в Хогвартсе они вряд ли обменивались хоть парой слов за целый учебный год. При встрече Сириус резко задирал подбородок, стекленея глазами, а Регулус опускал голову и отводил тоскливый взгляд. Ещё Питер помнил, что свои блэковские длинные чёрные кудри Регулус, в отличие от брата, предпочитал завязывать в хвост. И вообще был всегда аккуратен и отстранён ото всех на свете. А после Хогвартса их вовсе разнесло по разным лагерям. Потом Сириус загремел в Азкабан, Регулус же... Вот это совсем не было известно Питеру. Сперва он считал, что верный, приближенный к самому Лорду пожиратель, погиб в одной из уличных стычек. Но на поверку получалось, что просто пропал однажды без следа. Тогда стали шептаться, что сам Лорд уничтожил мальчишку за какую-то провинность. Пожиратели вообще много чего такого рассказывали друг другу про Лорда, как дети пугают друг друга страшными историями. И ведь верили! Питер не верил. Не таким Лорд был человеком, чтобы ни с того, ни с сего, убить наивного, по-блэковски пылкого Регулуса, жадно ловящего каждое его слово. А ещё, Питер знал наверняка, что Лорд тайно нанимал одного человека найти пропавшего младшего Блэка. Не нашли. И сам Питер видел, что Лорд от этого расстроился. Но как-то так расстроился, будто знал уже, где он, только возвратить отчаялся, и решил... отпустить, что ли? Питер проплёлся мрачными коридорами до портрета и встал перед ним. - Отчего же вы не желаете позавтракать с нами? - спросила леди Блэк. Выходит, Кричер умудрился ей уже доложить. - Мне следует возвращаться, госпожа, - Питер чуть поклонился, - Благие дела требуют платы. - Понимаю, - кивнула женщина, - И искренне благодарна вам за спасение моего сына. С сомкнутых пальцев у неё теперь свисал белый обшитый кружевом платочек. Может, и она плакала? Но по лицу всегда сдержанной леди, разумеется, ничего было не понять. - Что вы... Совсем бы не стоило... - Питер смущённо ссутулился, - Я хотел ещё обсудить безопасность Сириуса... - Вы можете оставить его здесь совершенно спокойно, - леди скупо улыбнулась, - Я позабочусь о том, чтобы он не смог покинуть пределы дома. Надеюсь, как только у вас появится возможность, вы вернётесь. Вам двоим многое следует обсудить. - Сомневаюсь, - вздохнул Питер, - что Сириус настроен хоть что-нибудь обсуждать со мной. - Мне тоже следует поговорить с ним. Я это сделаю, пока вас не будет, - леди чуть качнула головой, насколько позволял высокий и глухой, чёрный воротник, - Надеюсь, я смогу повлиять на него, убедить, чтобы он дал вам шанс объясниться. - Бесконечно благодарен, - Питер вновь поклонился. - О, это самое малое, что я могу для вас сделать. Сириус бывает горяч, но я уверена, он поймёт. К сожалению, он с детства был слишком внушаем. И этим воспользовались, - она сделала паузу, - Будьте осторожны. - Я постараюсь, - пообещал Питер, - Мне есть, ради чего жить.