Этиология

***

ГОД СПУСТЯ

***

Выпад вперёд, тут же откатиться в сторону, потому что соперник уже готов выстрелить в твою голову. Где-то совсем рядом, на уровне нижних рёбер, слышится звук от чужого движения. Гарри нельзя допустить удара туда, после последней вылазки рёбра ещё не до конца срослись. Противник об этом знает, Гарри сам ему рассказал. Гарри перевёл дыхание, на это у него была всего секунда, а затем перекатился и вскинул палочку, на которой пальцы были сжаты до побеления. — Бум, — сказал он, сваливаясь на спину и смотря на — слава Мерлину — голубое небо. Рядом на весеннюю траву осел противник, такой же мокрый и уставший, как и сам Гарри. — Ты придурок, знаешь?.. Есть столько слов, ты выбрал самое тупое. Изо рта вырывался клуб пара — сейчас ранее утро, и хотя днём уже достаточно тепло, а снег растаял почти везде, по ночам было ещё довольно холодно — когда Гарри начинал смеяться, глупо улыбаясь небу. — В следующий раз попытаюсь придумать что-нибудь ещё более тупое. Хочу тебя порадовать, — Нотт, сидящий рядом, хмыкнул, но тоже расплылся в куда более сдержанной, но всё же улыбке. — Ты же знаешь, что мы можем прогуляться до ближайшего Фауста и попрактиковаться там? — Гарри закатил глаза и попытался сесть. Сломанные рёбра этому почти не мешали, но Нотт, мерзкий поганец, снова пихнул его в бок, из-за чего Гарри с недовольным кряхтением снова упал на промёрзшую за ночь землю. За этот год Нотт почти что стал другом. Тогда, ещё на гоблинской территории, весь грязный и пыльный, Гарри благодаря Мартину и Пэнси всё-таки смог выбраться из-под завала. Втроём они в мрачном молчании добрались до библиотеки, и на удивление больше всего поддержки оказал именно Нотт, почти что наравне с Гермионой. Он будто понимал состояние Гарри и не стал душить его вопросами или излишними словами поддержки. Молча положил руку на плечо, отогнал всех любопытствующих и спустя долгие часы сказал лишь: «С тобой всё нормально». Будто знал, что Гарри ощущал себя в тот момент чудовищем. — Убьём пару магглов, попрактикуемся в настоящей магии. Даже не придётся придумывать новые слова для обозначения заклинаний, — флегматично заметил Нотт, отвлекая Гарри от воспоминаний. — В конце концов, можем попрактиковаться и здесь… — Нотт поднялся на ноги и протянул руку всё ещё лежащему на земле Гарри. С кряхтением старого деда, Гарри поднялся на ноги, отряхивая джинсы от земли и налипших прошлогодних листьев. — Мы только перебрались в этот лагерь. Гермиона и Невилл головы всем нам открутят, если мы приведём сюда магглов, — Нотт поджал губы и скрестил руки на груди. — Нам осталось совсем немного до Хогвартса. — Эти маггловские… спукники… — Спутники. — Точно, — Нотт прищёлкнул пальцами, — портят нам всё веселье. Это открытие далось им большой кровью. Всё-таки гипотеза Гарри оказалась верной — магглы могли отслеживать их магию. Она выделялась всплесками огромной энергии, которую магглы научились отслеживать из космоса. Данные об этом хранились на одной из баз Фауста. Искали медь, а нашли золото. С этого момента их лагеря перестали настолько быстро находиться фаустами, зато появилась другая проблема. Оказалось — кто бы знал — магам тяжело выживать в лесу без магии. Впрочем, это были проблемы прошлого, и сейчас их почти уже не было. — Многие с тобой не согласятся, — улыбнулся Гарри, подходя к висящей на суку тряпке, заменяющей полотенце. Они занимались на самом краю недавно разбитого лагеря, чтобы никого не будить и не привлекать лишнее внимание. С того самого собрания у библиотеки, волшебники следили за каждым шагом своего невольного лидера, прислушиваясь к каждому его слову. Сила пропаганды в лице Малфоя принимала какие-то неприличные масштабы. — И кстати… Чувство после этого волшебства… — Дело привычки, — пожал плечами Нотт, и Гарри не захотел в очередной раз с ним на эту тему спорить. В первый раз этот разговор случился как нечто неизбежное, зависшее над головой, как Дамоклов меч. Нотт единственный знал об этой магии столь же много, если не больше, и, похоже, не хотел разговаривать об этом раньше только из-за пристального внимания гоблинов. Семья Тео была помешена на сохранении чистоты крови даже больше, чем те же Блэки. Они не принимали других чистокровных в свою семью, если у тех не было хоть капли крови Ноттов. Столетия инцеста помогли им сохранить крохи великой магии, которой обладали их предки. Однако, став семейной, эта магия стала скована ограничителями. Все, кто в этой семье мог использовать это волшебство, с детства ограничивались в использовании эмоций. Так магия становилась слабее, но гораздо стабильнее. О методах «подготовки», которые он пережил на себе в детстве, Нотт особо не распространялся. Но даже если такой «отмороженный» человек, как Тео, боялся касаться этой темы, Гарри и подавно не хотел об этом знать. Как бы то ни было, именно в таком подходе и крылось главное и единственное разногласие Гарри и Нотта. Тео прожил всю свою жизнь, почти не имея чувств, Гарри же отлично помнил, каково это — испытывать эмоции… Другой вопрос, что от тех эмоций, что он испытывал в последнее время, не грех было избавиться… Бесконечные рейды, суть которых была в истреблении магглов, независимо от их возраста и пола, уничтожение трупов волшебников, из которых выкачивают магию, битвы с отрядами гоблинов, которые периодически продолжали их каким-то неведомым способом находить, — и везде от Гарри ждали чуда. И он его давал. Только вот от цены за это иногда становилось дурно. Быть может, лучше вообще не выходить из этого состояния?.. Не чувствовать вины за кровь погибших по его приказу волшебников? Не мучиться кошмарами, в которых бесконечно мелькают лица уже погибших магов, спрятанных в капсулах?.. Хорошо ещё, что судьба магглов его больше не тревожила. Будто уловив его мысли, Тео улыбнулся, закидывая руку на плечо. — Ну что, лорд Блэк, какие у нас на сегодня планы?.. Гарри тяжело застонал, скинув со своего плеча чужую руку. Тео только ухмыльнулся, но не стал требовать ответа. В абсолютной тишине они прошествовали до лагеря. У самого входа их встретили направленными на них пистолетами и напряжёнными лицами — Гарри едва сдержал гордую улыбку. Они с Роном отлично выучили дозорных следить за округой круглые сутки. Это стоило им всего лишь двенадцати жизней тех, кто так и не смог научиться. Будто услышав мысли друга, Гарри почти сразу заметил Рона. Он тоже тренировался, но в основном на территории лагеря, не боясь случайной вспышки беспалочковой магии, которая могла привести к нападению с последующими неминуемыми жертвами. Так или иначе, Рон мог позволить себе раскидывать противников, не отходя слишком далеко от своей палатки. Он даже мог не бояться кого-то разбудить — все хоть мало-мальски здравомыслящие люди предпочитали жить в отдалении от ставшего мрачным Уизли. Рон так и не оправился до конца после гибели своей семьи. Можно сказать, единственным, что мотивировало его двигаться дальше, была только мысль о детях. Гарри даже ему немного завидовал. Рон почти всё время кипел эмоциями — в основном негативными, но это не столь важно, — в то время как у самого Поттера эмоциональный диапазон действительно стал меньше, чем у зубочистки. Ко всему прочему, прекрасно осознавая, что он не слишком силён в магии, Рон решил налечь на физическую подготовку и в купе со своим немалым ростом стал выглядеть действительно устрашающе. Видимо, люди вокруг действительно сошли с ума, потому что тут же нашлись согласные с таким подходом. По большей части это были грязнокровки или полукровки. Они тренировались день и ночь и довольно быстро стали хорошим подспорьем в вылазках. Конечно, по своей полезности они даже близко не были к тем, кому были доверены волшебные палочки, однако… Глупо было разбрасываться даже таким ресурсом. Рон тоже уже закончил тренировку и теперь приводил дыхание в норму, натягивая через голову уже почти потерявший всякий цвет свитер — в прошлом красный, ныне коричневый, — пока вокруг него стонали валяющиеся и избитые им волшебники. Обучение. При виде друга Рон не произнёс ни слова, но всё же кивнул, изгибая губы в попытке изобразить улыбку. Получилось чудовищно. Было больше похоже на оскал. Впрочем, Гарри не спешил жаловаться. Сам он тоже давно в зеркало себе не улыбался, а маги вокруг побоялись бы ему рассказать. Разве что Нотт или Драко… Но эти двое, скорее всего, намеренно бы молчали. — Лорд Блэк! — Гарри резко остановился и огляделся, тут же замечая спешащую в его сторону Паркинсон. Гарри не выдержал и всё же закатил глаза. Рядом стоял подозрительно довольный Нотт. — Удачи! — почти пропел он, быстро утекая в толпу только проснувшихся волшебников, которые то и дело сновали по лагерю. — Я знаю, ты меня слышишь! — крикнула Пэнси, когда Гарри попытался поступить также. Его план изначально был провальным, люди расступались перед ним, некоторые уважительно склоняли головы. Эти змеи… Они просто окружили его со всех сторон. — Моя фамилия Поттер, если ты забыла, — всё-таки остановился Гарри, дожидаясь, пока девушка его догонит. — Если бы ты был просто «Поттер», ты бы сейчас здесь не стоял, — сквозь одышку проговорила Пэнси. — А теперь обсудим твой план на сегодня. Дальше последовал поток информации, который Гарри даже не пытался слушать. Он и сам не понял, как Паркинсон оказалась кем-то вроде его секретаря. Секретарь на войне в лесу… Даже звучит смешно, но, видимо, сама девушка так не считала. Удивительно, но сплетница оказалась отличным источником информации. Она собирала всю информацию, а затем выливала её на Гарри в сжатом и ранжированном по важности виде. Удобно, когда все боятся разговаривать с тобой слишком долго. Пэнси всё говорила и говорила, её голос быстро стал белым шумом, который никак не мешал Гарри быстрым шагом двигаться сквозь лагерь. — Что там с пятой группой?.. — уточнил Гарри, маневрируя между спешащими людьми. — Вернулись вчера вечером. Потерь нет, — тут же отозвалась Пэнси. — Монтегю хотел с тобой встретиться и всё лично доложить. — А больше он ничего не хочет?.. — Я так ему и ответила, — задрала нос Пэнси, расплываясь в довольной улыбке. Все знали, что Грэкхем пытается заслужить одобрения Гарри. Все знали, что Гарри бесится от одного его вида. Впрочем, после Пирса Гарри пытался не судить даже таких больших идиотов слишком строго. Пэнси снова начала что-то тарахтеть. Кажется, что-то о раненых из пятого отряда и расположении уничтоженного хранилища Фауст, Гарри не особо слушал. Самое главное — не нужно их снова переформировывать, остальным займётся Малфой. Единственное, что… Гарри резко поменял направление, из-за чего девушка едва не споткнулась об очередной корень, выругавшись вовсе не как чистокровная леди. Гарри углублялся в чащу, встречая всё больше людей. Все они замирали при его появлении и опасливо опускали взгляд. Как будто он их убьёт за проявление неуважения. Их лагерь был совсем небольшой, не прошло и пары минут, как Гарри добирался до восточной границы. Перед ним предстало широкое здание с раздвижной крышей. Самое большое преимущество — оно было разборным. Отличное свойство для здания, которое нельзя оставить, а переезды на большие расстояния — часть новой жизни. После короткого стука он распахнул дверь, тут же оказываясь в толпе снующих ботаников. — Невилл! — крикнул он, оглядываясь по сторонам. При звуке его голоса люди вокруг замерли, и только пару секунд спустя откуда-то из дальних помещений выскочил Невилл. — Гарри, не пугай мне тут работников, мы и так ничего не успеваем, — Гарри улыбнулся и пожал плечами. Здесь он был бессилен. Невилл добрался до него буквально в два шага. Как он это делал, учитывая десятки грядок, горшков и парников, оставалось загадкой. Помещение почти всё время опрыскивалось водой, чтобы магические растения, привыкшие к магическому уходу, нормально росли. Гарри пробежался глазами по помещению, оценивая крепкость стен и потолка, а также конструкции, на постройку которых было потрачено неприлично много времени. Каждое растение требовало своего ухода, и будь у Гарри даже все на свете книги по гербологии, он бы не смог их вырастить. К величайшему счастью, у них был Невилл и ещё пятеро человек, способные правильно выполнять его команды. — Скажи мне, что у тебя всё готово?.. — умоляюще спросил Гарри, когда они зашли в пустую комнатку, заменяющую Невиллу спальню. Пэнси, как и всегда, осталась ждать на улице. Прежде чем ответить, Невилл протянул руку для рукопожатия. Она вся была в земле, но Гарри крепко пожал её. Только когда Гарри вытер грязную руку о штаны, Невилл заметил, что испачкал друга, тут же сильно смутившись. — Мерлин! Гарри, прости, я совсем забыл, что ковырялся в земле… — Забудь, — шикнул Гарри на засуетившегося друга. — Скажи лучше, ты вырастил те растения, о которых мы говорили? — Нет… В смысле, да, но не все… — заметив на лице друга раздражение, Невилл решил уточнить. — Какие именно тебе нужны?.. — Невилл… — Я знаю, ты не хочешь распространяться насчёт того, какой именно ритуал мы будем проводить, но… Мы знакомы с одиннадцати лет! — Невилл прямо посмотрел в зелёные глаза собеседника. Гарри недавно колдовал, и они всё ещё слегка светились в полутьме комнатушки, однако Невилл не отвёл взгляд, как это сделали бы остальные. — Я никому не расскажу! — Я знаю, — кивнул Гарри, ободряюще кладя руку на плечо Лонгботтома и сжимая её чуть сильнее, чем того требовал простой дружеский жест. Невилл заёрзал под его рукой, явно испытывая если не боль, то дискомфорт. — Именно поэтому я и рассказал тебе, что ритуал будет проводиться именно сегодня… — Невилл хотел было возмутиться, но Гарри прервал его, ещё сильнее сжимая плечо. — Ты сам сказал, что успеешь. Я тебя за язык не тянул. — Да, я… По моим расчётам мы должны были успеть, но… Спорыш ещё не зацвёл, хоть и должен сделать это до конца дня… — Так сделай так, чтобы зацвёл, — Гарри улыбнулся, скручивая внутри себя собственную магию. Этому фокусу его научил Нотт. Магия из всего тела концентрируется у самого ядра, и те, кто находятся рядом, начинают испытывать давящее, тянущее чувство, как будто и их магия стремится покинуть их тело. Невилл побледнел, по его виску скатилась капля пота. Гарри подождал несколько секунд и отпустил, похлопав на последок по спине. — Мистер Лонгботтом, с вами всё в порядке?.. — послышалось у него за спиной, и Гарри едва сдержал тяжёлый вздох разочарования. Эти идиоты переживают из-за всякой ерунды. На улице его уже ждала Пэнси, продолжившая свой доклад. От скуки Гарри даже начал прислушиваться к её словам, но быстро понял — в лагере всё по-прежнему — и снова погрузился в звуки окружающей его жизни. Мерзкое ощущение. Он находился среди шумной толпы, люди в ней болтали, радовались новому дню, волновались из-за предстоящего ритуала, обсуждая возможное время и место его проведения, люди даже боялись самого Гарри, а он… Чувствовал себя чужим на этом празднике жизни. Как будто с каждым днём он всё меньше был похож на них. — …от разведывательного отряда, — заключила Пэнси, пытливо заглядывая Гарри в глаза. На миг ей стало страшно от того, что она в них увидела. — До куда они уже дошли? — Эм… — Пэнси зарылась в бумаги в поисках ответа. — Почти до Ла-Манша. — Отлично, — кивнул Гарри. — Пусть возвращаются, — Пэнси кивнула, в её глазах горел вопрос, который она боялась задавать. С началом ритуала всё должно было измениться. Они наконец-то могли сделать что-то большее, чем просто уничтожение объектов Фауста. Да, это приносило пользу — читай, значительно усложняло жизнь магглам — но всё же проблему не решало. У них не хватало людей для полноценного сражения, но теперь перевод книги был почти завершён, и они могли начать делать хоть что-то стоящее. — Первый ритуал будет проведён сегодня вечером. Со второй половины дня можешь информировать людей, все чистокровные должны быть готовы к девяти. Пэнси издала какой-то жалкий звук, проглотив так и не сказанные слова. Теперь у неё в глазах горел восторг. Ещё бы, распространять сплетни намного интереснее, чем собирать их. Не успел Гарри ещё хоть что-то сказать, как Паркинсон исчезла в толпе, кажется, уже кому-то что-то рассказывая. Гарри покачал головой и уже в привычно-быстром для себя темпе добрался до собственного дома. Он был такой же, как и все. Почти что шатёр-палатка, но чуть более обжитая и свободная. Они не могли использовать магию, чтобы построить свои дома, и им потребовалось немало времени, чтобы научиться заново обустраивать свой быт. Все «дома» были кривые и неказистые, как будто построенные детьми, но всё же с каждым переездом они выходили всё лучше, среди волшебников появлялось всё больше людей, способных работать руками. «В основном в рядах грязнокоровок», — уточнил внутренний голос, страшно напоминающий голос Гермионы. Несмотря на все усилия бывшей Уизли, расслоение их небольшого общества становилось всё более выраженным. Гарри отогнал от себя эти мысли, предпочитая оставить эту проблему на Драко и Гермиону. Эти двое могли спорить об этом вечно. Об этом и ещё о сотне других вещей. — …А я говорю, что это твоя самая идиотская идея, Грейнджер! — Ты так говорил и про вылазку в Лондонскую библиотеку! И тем не менее сейчас Лиззи благодаря той книге смогла закончить перевод целой главы. — О да, точно! Твоя нынешняя идея всего лишь вторая в топе самых тупых идей этого года! — закатил глаза Драко, скрещивая руки на груди. Гермиона стояла напротив него с крайне оскорблённым видом, также скрестив руки на груди. Между ними стоял стол, заваленный картами и разными магическими кругами. С торца сидела Лиззи. Она пыталась не слушать чужой разговор, концентрируясь на перепроверке деталей предстоящего ритуала, но то и дело сбивалась. Слишком уж забавным ей казался спор. — Послушай, Гермиона, я просто волнуюсь о тебе, — Драко обошёл стол и аккуратно обхватил чужое тонкое запястье, пытливо заглядывая в карие глаза девушки. Ей не потребовалось много времени, чтобы обречённо покачать головой. — Представь, если бы я вдруг собрался отправиться в логово опасных хищников, да ещё совсем один… Я не хочу потерять ещё и тебя. Гермиона прикусила губу. Драко использовал подлый приёмчик, против которого сложно было найти аргумент. Однако, судя по хмурому взгляду, несмотря на нежные поглаживания второй руки, Гермиона не собиралась отступать. — И не потеряешь, — Драко поджал губы, но не стал отталкивать девушку, когда та крепко обняла его и ненадолго замерла в таком положении, слегка раскачиваясь в стороны будто в попытке успокоить. — Но я не могу доверить это никому другому. Я работала с оборотнями годами. Я справлюсь. Гермиона отстранилась и мягко улыбнулась, проводя по линии чужой скулы. — Я согласен, если ты согласишься… — почти без звука сказал Драко. Лиззи даже немного нагнулась в их сторону, чтобы всё лучше слышать. Гермиона же начала ёрзать в чужих руках. Разговор ей, очевидно, не особо нравился. — Нам всё равно нужно проводить и этот ритуал тоже… Мы можем стать его основой. — Ну, только если других вариантов не останется, — кивнула наконец Гермиона после долгой паузы и мягко вывернулась из чужих объятий. Она уже поворачивалась в сторону замершего в дверях Гарри, когда Драко снова перехватил её руку, возвращая в свои объятия. — Я предлагаю это не из-за того, что хочу упростить Поттеру поиск всех составных частей для ритуалов, — Драко нахмурился, а Гарри удивлённо приподнял брови. Эти двое так увлеклись друг другом, что снова не замечали ничего вокруг. — Я тебя люблю и хочу… — Здравствуйте, мистер Поттер! — громко поприветствовала Гарри Лиззи. Её щёки пылали от смущения, как будто это её поймали во время столь личного разговора. — Гарри! — воскликнула Гермиона с каким-то уж слишком большим энтузиазмом. Драко за её спиной, будто в противовес, выглядел мрачнее тучи. — Мы как раз тебя ждали… — Я заметил, — ухмыльнулся бывший аврор, за что тут же получил лёгкий удар в плечо от подруги. — Что там насчёт переговоров? — Движутся, — ответила Гермиона в абсолютно слизеринской манере, то есть никак. — Вейлы готовы пойти на уступки… но их условия всё ещё невыполнимы. — Они просто не понимают всей опасности для своего вида, — покачал головой Малфой. — Как по мне, мы просим не так уж и много за спасение всего мира. — Мистер Малфой, вы хотите забрать сердце одной из них, — встряла вдруг Лиззи. Эта информация всё ещё шокировала её и вызывала внутренний дискомфорт, противореча убеждениям о том, что правильно, а что нет. Драко повёл плечами. Ему всё это казалось глупостью. Цена была в его глазах абсолютно несоразмерной эффекта. Он больше расстраивался из-за волос Гермионы. Девушка обрезала их, когда они покинули Банк Гоблинов, и с тех пор не отращивала, ссылаясь на неудобство. — Гиганты?.. — Мирно точно нет, — ответил Малфой. С ними переговоры вёл именно он. Ему пришлось покинуть лагерь почти на месяц, а затем потеряться в лесу, потому что лагерь волшебников в очередной раз переехал. — Это было ожидаемо, — кивнул Гарри. Гиганты выбрали сторону Волдеморта и ожидаемо поплатились за это после проигрыша последнего. — Добудем иначе. — Я сегодня отправлюсь к оборотням, — сказала Гермиона, и Драко поморщился из-за тщетности всех своих попыток отговорить девушку. — Хочу попытаться хотя бы узнать их требования. — Не собираешь остаться на сегодняшний вечер? — уточнил Гарри, но Гермиона отрицательно помотала головой. — Всё равно участвовать мне нельзя. Так хоть какой-то толк от меня будет, — Гермиона опустила глаза в пол, чувствуя себя не в своей тарелке. Она уже собиралась уходить, чтобы быстро собрать вещи и улизнуть, пока Драко не начал снова задавать ей неловкие вопросы, но в самых дверях остановилась. — Кстати, Гарри. Кентавры согласны разговаривать только с тобой лично. — Лично?.. — удивился Гарри. Кентавры были довольно близки к магам, их права почти не были ущемлены. Вот уж от кого проблем не ожидалось. Гермиона на это только пожала плечами, выходя из шатра. Никаких подробностей она и сама толком не знала. Гарри же подошёл к столу, рассматривая тысячи рунических кругов на бумагах и мелкий убористый текст с деталями предстоящего действа. Всё должно было пройти идеально. Это уже вторая попытка, на этот раз всё точно должно получиться. — Что ж, давайте ещё раз прогоним детали…

***

Весенний воздух загустел, став липким, как перед дождём, но на небе не было ни облачка. Гарри потянулся так, что захрустели позвонки, и снова облокотился о дерево. Почти все уже отправились на место, но Гарри решил задержатся в лагере. Малфой, Нотт и Пэнси проконтролируют всё и без него, а Гринграсс и Мартин позаботятся о безопасности Лиззи. На душе было приятное волнение, как перед первым учебным днём. Впереди их ждали хоть какие-то изменения и реальный план, а это в их тяжёлое время было немалым. После молниеносной победы над гоблинами — те не ожидали, что у магов могут быть волшебные палочки — покинули Лондон, что было довольно сложно, когда у тебя за спиной сотни магов, большинство из которых вообще ничего не знает о жизни магглов. В первый раз они осели в пригороде, но их быстро вычислили, потому что они начали использовать волшебство для налаживания быта. Впрочем, именно благодаря этому все быстро убедились в обоснованности запрета на использовании магии в лагере. Они пытались разделиться на группы и перемещаться на маггловском транспорте, но их очень быстро вычисляли, а потому передвигаться пришлось исключительно пешком. Это усложнялось ещё и растущим количеством вещей. В конечном итоге им потребовалось несколько месяцев только для того, чтобы научиться выживать. Затем ещё примерно столько же, чтобы наладить жизнь. Были созданы отряды для вылазок, один разведывательный отряд, отряд снабжения и прочие. Обладатели волшебных палочек быстро заняли особое положение в их небольшом обществе, и почти все они оказались чистокровными. Это не нравилось Гермионе, однако уставшие до отупления маги, к удивлению Гарри, не стали спорить с таким положением вещей и просто смирились, и среди магов наконец-то воцарился мир. Всё ещё очень хрупкий, но скреплённый цементом из общей цели, страха и желания выжить. Лиззи тем временем продолжала свой перевод. Забрав из библиотеки Одберта все нужные ей книги, а затем получив оставшиеся после вылазки Гермионы в Лондон, девушка быстро продвигалась по страницам книги. Когда жизнь встала на привычные рельсы, Гарри рассказал магам об их настоящем плане, то есть о проведении ритуала, который должен будет помочь им уничтожить всех магглов. Конечно, нашлись несогласные. Они испугались высказать своё недовольство Гарри, зато Лиззи получила возмущений сполна. В попытке обезопасить её и книгу, Гарри приставил к ней Мартина, поселил в собственном шатре и провёл… Нотт назвал это «воспитательными беседами с элементами насилия». Книга волшебников прошлого оказалась просто невероятной. Она представляла собой что-то вроде летописи и самоучителя по древней магии одновременно. Описания сражений с гоблинами и другими расами за место на вершине мира очень интересовали Гермиону и Лиззи, самого же Гарри больше занимало практическое руководство к действиям. На одних из первых страниц объяснялась простая схема: проведи кучу мелких ритуалов, чтобы провести большой и решить свою проблему. Их нужно было проводить в определённый момент лунной фазы, в определённый месяц. Благо, что место можно было выбрать самим, хоть и для него был ряд условий. Первый ритуал требовал всего лишь кучи волшебных растений, которые росли в разных частях мира в разные сезоны года. Если ты можешь использовать магию — это совсем не проблема. Если ты живёшь в лесу и магия для тебя под запретом… Благо, у них был Невилл, который смог решить эту проблему. Дальнейшие ритуалы требовали всё большего. Они были направлены, по некоторой версии, на привлечения внимания Магии. И ставки с каждым ритуалом продолжали нарастать. В следующих ритуалах им нужны были части неразумных магических существ — единорогов, драконов, гиппогрифов и многих других представителей видов, которые жили в Магическом Мире. Проблемы начинались дальше — сердца. Они должны были принести в жертву сердца вейлы, оборотня, вампира, гиганта, русалки и дементора. Также нужны были и более гуманные вещи — венчание двух магов, например. Или представление ребёнка магии. Проблематично, но не так, как сердце дементора. Будто в ответ на его мысли, из-за угла строения появилась Гермиона. Она была одета в удобную одежду, а поверх была накинута походная мантия. Кажется, она хотела произвести на оборотней лучшее впечатление. — Хэй! — привлёк её внимание Гарри, и Гермиона испуганно заозиралась в попытке найти его. — Я здесь! — Гарри, — выдохнула она и поправила короткую выбившуюся прядку волос. — Что ты здесь делаешь?! Ты же должен быть там! Ритуал же вот-вот начнётся. — Всё в порядке, время ещё есть. Я провожу тебя немного, — Гарри попытался улыбнуться подруге, но, судя по её реакции, вышло как всегда криво и как-то неловко. Какое-то время они шли в тишине. Гермиона от волнения крутила в руках перекинутую через плечо сумку, а Гарри просто наслаждался моментом. Он не колдовал уже почти сутки, и собственные эмоции начинали просачиваться сквозь толщу льда, а потому прогулка с подругой была действительно приятным завершением этого ужасного дня, полного забот. — Ты тоже думаешь, что я поступаю глупо?.. — спросила наконец Гермиона, и Гарри даже немного выдохнул, он-то начал волноваться, что подруга чувствует себя некомфортно рядом с ним. — Да, — просто ответил он, Гермиона от него почти отшатнулась. — Но я понимаю, почему ты хочешь это сделать, и поддерживаю тебя. Гермиона чувствовала себя бесполезной, хоть и приносила пользы больше, чем подавляющее большинство. Это Гарри рассказал Драко. Блондин по-прежнему, как будто по привычке, наведывался к Гарри, словно они друзья, и трепался помимо дела ещё и о личном. Гермионе не доверяли волшебную палочку, не отпускали на задания — многие всё ещё не были уверены в том, что она не помогала магглам. Она ощущала себя лишней среди магов, а потому предпочла сконцентрироваться на волшебных созданиях. Присутствовать на ритуале, в котором она даже участвовать не имела права, она хотела меньше всего на свете. — Спасибо, — кивнула она и неожиданно продолжила. — Нет, правда, спасибо, что позволяешь мне всем этим заниматься. — Ты лучшая в переговорах. К тому же ты и правда со всеми ними лично знакома. — Драко с тобой не согласится, — опустила взгляд девушка. — Он просто волнуется о тебе. Ты же знаешь, у него больше никого не осталось. — У Рона тоже, — пробурчала Гермиона себе под нос. — Ты поэтому отказываешь Малфою?.. — уточнил Гарри, и Гермиона возмущённо уставилась на него. — Сколько раз он уже предлагал?.. Восемь?.. — Четырнадцать, — выдохнула девушка. — С каких пор ты стал защитником Малфоя? — С тех пор, как увидел, как ты светишься рядом с ним, — абсолютно серьёзно ответил Гарри, и весь запал Гермионы тут же потух. — В чём проблема?.. Уж мне-то ты можешь нормально это объяснить?.. — Я так не могу. Вокруг столько всего происходит, кругом смерть, наши дети всё ещё заперты в замке, а мы им даже помочь не можем… И Рон… Он едва справляется, и если я и его тоже брошу… — Ты не бросишь Рона, если выйдешь замуж за того, кого любишь, — прервал её Гарри. — Ему нужна поддержка близких людей. От этого ты ему близким человеком быть не перестанешь, — Гермиона замолчала, обдумывая сказанное, когда вдруг откуда-то из-за спины послышался звук барабанов, напоминающий биение чьего-то огромного сердца. — Кажется, тебе пора, — Гермиона подняла голову, разглядывая ночное небо. Звёзды за пределами городов были просто невероятными. — Да, — кивнул Гарри, тоже смотря на небо. — Будь осторожна, ладно?.. Когда ты примерно должна вернуться? — К завтрашнему вечеру. Мы договорились встретиться не слишком далеко, — Гермиона улыбнулась. — Не волнуйся, Драко дал мне палочку. — Вот ведь хорёк, — шутливо возмутился Гарри, уже отходя от Гермионы. Девушка тоже уже собиралась сворачивать на тропинку, ведущую в нужную часть леса. — Гермиона?.. — Девушка обернулась. — Не упусти возможность быть счастливой. У нас сейчас с возможностями напряжённо. Не став слушать ответ, Гарри скрылся в чаще леса, идя на звук. Тёмный лес расступался перед ним, лесная живность то и дело скакала под ногами или летала над головой. Своими приготовлениями они перебудили половину леса. Уже совсем скоро впереди стало заметно пламя огромного костра, а возле него — тёмную спину Невилла, выкладывающего растения в правильном порядке. Вокруг сновали люди, доделывали последние приготовления: проверяли чёткость вырезанных на земле кругов, правильность расположения костра, пересчитывали чистокровных и полукровок, которые должны были участвовать в ритуале. Стоило появиться Гарри, как все вокруг засуетились, всё вокруг пришло в движение, и уже к положенному времени, когда Луна зависла точно над их костром, все взялись за руки, напевая одним только голосом, без слов, единый мотив. Воздух вокруг зазвенел от магии, деревья зашумели, будто поднялся шторм. Ветер колыхал пламя, но когда Гарри вышел из круга и подошёл к пламени, вкладывая в него растения в нужном порядке, весь мир будто бы замер. Это странно, но никакие слова были не нужны. Никакое заклинание не могло объяснить Магии, что они от неё хотят. Только намеренье и жгучее желание. Гарри вложил последнее растение в пламя и опустился на колени. За его спиной послышался шорох — все последовали его примеру. Поляну наполнила тишина, и вдруг Гарри, сидящего с закрытыми глазами, на секунду охватил необъяснимый страх. Что-то огромное, действительно огромное, превосходящее его в тысячи раз, вышло из пламени, которое сразу погасло — Гарри видел это даже сквозь закрытые веки. Другие тоже это почувствовали — за спиной послышались вскрики и ругательства. Нечто прошествовало по всему кругу. Оно пахло озоном и холодом. Эти ощущения усиливались, когда оно нагибалось над некоторыми магами из круга. Если бы Гарри мог открыть глаза, он бы увидел — нечто заинтересовали полукровки. Оно принюхивалось к ним, будто ища какую-то определённую нотку. К Гарри оно подошло последним. Холод стал настолько ощутимым, что тело начало слегка колотить. Гарри вцепился в собственные брюки с такой силой, что те затрещали у него под пальцами. Нос обжёг усилившийся запах озона. Казалось, что если нечто дотронется до тела, то оно в миг заледенеет и разлетится на тысячу осколков, но когда это всё же случилось, Гарри вдруг почувствовал невероятный покой, как будто он снова шёл с Гермионой по ночному лесу, обсуждая её светлое будущее. Как будто он снова ехал в Хогвартс, готовый к новым впечатлениями и приключениям, которые его ждут. Как будто он снова шёл на любимую работу, с нетерпением ожидая то, что принесёт ему день. Тепло охватило его с головой, а затем вдруг снова вспыхнуло пламя, едва не опалив ему брови — оказывается, он согнулся и теперь почти касался лбом земли. Гарри с трудом открыл глаза. Кажется, уже было утро, и он мёрз в мокрой насквозь от пота рубашке.