Этиология

— И давно ты тут сидишь? — спросил Нотт, подсаживаясь на ступеньки прямо на то место, где около часа назад сидела Пэнси. — Если ты из-за поцелуя с Пэнси, то не бери в голову. Она вечно хочет того, кто на вершине пищевой цепи. — Спасибо, моя самооценка взлетела до небес, — спокойно ответил Гарри, наблюдая за гостями, которые всё больше разбредались по домам. — Просто дурацкие мысли из головы всё не идут. — Говорил же тебе, такие мероприятия не для нас, — ответил Нотт, сидя с прямой спиной даже на потрёпанных ступеньках теплицы. Некоторое время они сидели в тишине, не прислушиваясь к тихой музыке или разговорам уходящих гостей. Гермиона и Драко тоже уже ушли, на одной из скамеек посапывала Молли, укрытая тёплым одеялом, принесённым кем-то из гостей. Вскоре за ней пришёл Мартин с зевающей Лиззи. Встретившись взглядом с Гарри, он указал пальцем на девочку, и бывший аврор одобрительно кивнул. Однако, стоило ему перевести взгляд на Лиззи, и та сонно отвела взгляд, что показалось довольно странным. Гарри проводил их взглядом до самого поворота, а затем вернулся к наблюдению за оставшимися гостями и тухнущими буквально на глазах светлячками. — А какие для нас? — хмыкнул Гарри. Внутри зияла пустота, которой он раньше не замечал. — Скучные приёмы, баллы… ну, может быть, рабочие встречи, — Нотт улыбнулся, но в глазах у него смеха не было. Тёмные провалы оставались спокойными, и это давало Гарри ощущение, что он всё ещё ближе к людям, чем к бездушным магам прошлого. — Ты никогда не говорил… каким было твоё детство? — спросил вдруг Гарри, и Нотт кинул на него удивлённый взгляд. Раньше Гарри слишком волновался о его душевном равновесии, чтобы спрашивать, но теперь, похоже, ему стало достаточно наплевать на эмоции — свои и чужие — чтобы утолить своё любопытство. — Как у всех чистокровных, полагаю. Куча правил и требований, дополнительное образование о традициях магического мира и конкретно нашей семьи… Но тебе не это интересно, да? — горько улыбнулся Тео. — Сначала учат контролю. Отец часами заставлял меня стоять истуканом, не проявлять ни капли эмоций. Часами он пытался вывести меня на эмоции, и был крайне недоволен, если я проявлял их… — Нотт отвёл взгляд, перед глазами у него проносились, видимо, не самые приятные воспоминания прошлого. — Если ты холоден снаружи, постепенно холодеешь и внутри, — Тео повёл плечами, как будто ему действительно холодно. — Много позже началась магия. И побочные эффекты от неё… — Гарри поморщился, Нотт ухмыльнулся. — Ну это ты и сам знаешь, мой Лорд. — Заткнись, — пихнул его локтем в бок Гарри. Нотт пакостно ухмыльнулся. — Ну а как тебя ещё называть?.. Тёмный Лорд, как есть, — Нотт откинулся спиной на ступеньки, складывая руки на животе. — Используешь магию, которую мог использовать он, хочешь истребить магглов, в твоём подчинении сотни волшебников, смотрящих тебе в рот… Гарри недовольно посмотрел на Тео, и тот примирительно поднял руки, не продолжая разговор. — Он действительно использовал эту магию?.. — уточнил Гарри, замедляя шаг. — Да, — уверенно ответил Нотт. — Если честно, отец ненавидел его, — Гарри удивлённо приподнял брови. — Он говорил, что ему тошно подчиняться полукровке, идеи которого не менее безумны, чем он сам. — Но тогда зачем?!.. — не выдержал Гарри. Сразу после Второй Магической Войны, когда его то и дело вызывали в качестве свидетеля по делам Пожирателей Смерти, Гарри ни разу не задал этот вопрос, потому что слишком боялся получить на него ответ. — А зачем я тебе подчиняюсь? — фыркнул Нотт. — Наша семья годами сопровождает тех, кто может использовать эту магию. — Ты тоже можешь её использовать. — Но не так, как ты, — Тео сжал кулаки, но тут же разжал их, пиная попавшийся под ноги камень. — Чем больше контроля и безопасности, тем меньше силы. Некоторое время они сидели в тишине, и Гарри лениво следил за разбредающимися гостями. Некоторые из них, поймав его взгляд, почтительно кивали — он отказывался называть это поклоном. — Насмотрелся?.. — скучающе спросил Нотт и поднялся на ноги, хрустнув коленями. Гарри поднял на Тео взгляд и кивнул, тоже поднимаясь на ноги. Не сговариваясь, они двинулись к поляне, где обычно занимались. Лагерь на их пути был пуст, никто не пялился на них, как это было обычно. Это приносило некоторое спокойствие. Не надо было стараться следить за собой. — Что, даже не спросишь, как там кентавры?.. — спросил Гарри с ехидной улыбкой. Обычно они с Ноттом ходили на разного рода вылазки вдвоём, так что в этот раз Гарри ожидал от друга интереса и был удивлён, не получив его. Нотт ухмыльнулся, мол «Ты же всё равно расскажешь». — Дай угадаю, надежды новоявленной четы Малфой не оправдались. — Что-то вроде того, — кивнул Гарри. — Они попытались сдать нас магглам. Нотт кинул на Гарри многозначительный взгляд, ясно говорящий «я же говорил», и Гарри закатил глаза, толкая Нотта локтем в бок. — Нам не нужны союзники, от них больше проблем, чем толку, — Нотт озвучил эту мысль уже, должно быть, в тысячный раз. Только в этот раз Гарри был склонен с ним согласиться. — Что теперь? Пойдём мстить за твою подружку-грязнокровку?.. Вдруг под лунным светом мелькнула рыжая макушка, приковывая к себе взгляд Гарри. Нотт продолжал что-то говорить и вроде даже что-то спросил, но Гарри, слишком увлечённый своими мыслями, не мог ему ответить, и вскоре Нотт оставил попытки продолжить разговор, молча ожидая «возвращения» своего собеседника. — Тео, скажи, кто-нибудь из лагеря… вызывает у тебя… сомнения? — спросил Гарри, не отрывая взгляд от рыжей макушки. Нотт остановился на полуслове, вопросительно изогнув тёмную бровь. — Да, — тут же ответил он. — Все, если честно, — Гарри был настолько удивлён ответом, что даже на пару секунд выпустил Рона из вида. — Это один из побочных эффектов. Ты уже должен был почувствовать… Все они кажутся другими, как будто отдаляются от тебя, — Нотт смотрел прямо перед собой, спрятав руки в карманах штанов, и его непроницаемый в ночной темноте взгляд казался почти пугающим. — Это довольно подозрительно, как ни посмотри. — То есть если я предложу тебе сейчас проследить за Роном, ты не посчитаешь меня сумасшедшим?.. — Нотт пожал плечами, лицо его, как и всегда, почти не выражало эмоций. Не ожидая ответа, Гарри, пытаясь издавать как можно меньше звуков, рванул вперёд, довольно быстро догоняя Рона, но не приближаясь слишком сильно. Рыжий всё время оглядывался, что было подозрительно, иногда останавливался, чтобы прислушаться, или резко менял направление, будто пытаясь сбить кого-то со следа. Гарри с Тео предпочли занять выжидательную позицию за одной из палаток. Вдруг Рон снова резко свернул и заскочил в одну из палаток. Если бы Гарри не следил за каждым его шагом, мог бы и вовсе потерять его из виду, так быстро он это сделал. Тео вопросительно глянул на Гарри, и тот кивнул, первым выходя из их укрытия. — Думаешь, он там что-то прячет?.. — тихо уточнил Тео, когда до палатки оставалось ещё достаточно много, чтобы их не услышали. — Электрический прибор мы бы почувствовали. — Может, и нет, — ответил Гарри, у которого от напряжения сводило мышцы челюсти, и сам себе не поверил. Это объясняло всё. И то, как часто их в последнее время обнаруживают, и то, что Рон сам отказался от собственной магии, предпочитая оружие, и даже его переменившееся отношение к ситуации. Смысл ему переживать из-за детей и родственников, если они мерзкие ведьмы?.. Когда Гарри взялся за полог палатки, он уже не сомневался. Рон — предатель. Он уже был готов к этому, принял это и был готов действовать. И понимание, что сжирающие его при взгляде на бывшего друга сомнения прекратятся, вызывало у него почти физическое удовольствие. И когда он приоткрыл полог палатки, увиденное почти разочаровало его. Гарри тут же отскочил в сторону, утягивая Нотта за собой. Увиденное всё ещё стояло у него перед глазами. И да, если задуматься, это тоже могло всё объяснить. Рон был не один, но с ним был вовсе не маггл. С ним была девушка. Гарри видел её несколько раз в лагере, она, как и многие другие, всегда опускала голову при его появлении, поэтому до этого момента он ещё ни разу не видел её лица полностью. Она работала в теплице, но, судя по тому, что имени её Гарри за этот год так и не узнал, ничем особенным она не выделялась. До сегодняшнего вечера. Рон целовался с ней, прижимая её к одной из опор палатки. Девушка отвечала ему не менее пылко, но поразило Гарри вовсе не это. В конце концов, они были взрослыми людьми, которые вольны заниматься чем захотят. Большая ладонь Рона покоилась на её животе, который, лишённый фартука, в котором обычно ходили все вовлечённые в работу в теплице, сильно выделялся. Она была беременна. И да, это объясняло состояние Рона. Вот почему он так хотел поскорее вернуться в лагерь. Вот почему стал таким счастливым и отстранённым от общего дела. В груди тут же разлилось мерзкое чувство разочарования. Гарри некоторое время поражённо смотрел перед собой. Рядом не шевелясь сидел Нотт. Гарри не переставал думать о том, чем эта новость грозит его лагерю. Маленький ребёнок посреди войны. О чём они вообще думают?.. Как они собираются быть скрытными с бесконтрольно испускающим магию младенцем на руках?.. Или они намерены покинуть лагерь? Какой бы Гарри не имел авторитет, наверняка найдутся те, кто захочет отправиться за ними. Да, это будет верная смерть, но даже если на такой риск пойдут несколько человек, они станут ощутимой потерей для лагеря. Шок сменился гневом, а гнев — отвращением. Рону совершенно наплевать. Он получил то, что хотел и потерял — семью — а то, как это скажется на всех остальных, его совсем не волновало. Через какое-то время Нотт поднялся на ноги и ободряюще похлопал Гарри по плечу, вырывая его из мыслей. — Бывает, — только и сказал он. Тео уже сделал несколько шагов вперёд, когда Гарри окликнул его, тот тут же обернулся. — И часто у Волдеморта такое бывало?.. — Чаще, чем хотелось бы всем Пожирателям. — Вампиры следующие, — Нотт удивлённо приподнял левую бровь, но Гарри не стал ему ничего объяснять. Постояв минуту или две, Тео в конце концов пожал плечами, кивнул и скрылся в темноте лагеря. До своей палатки Гарри в итоге добрался только к рассвету. Не то чтобы путь был так долог… Просто мысли всё не желали выходить из головы, и ноги сами собой несли его дальше. Когда он вошёл в свою палатку, то, как и всегда, заглянул в ту часть, которая была отведена Лиззи. Девушка спала, крепко прижав к груди бумаги. Это показалось странным. Стол стоял всего в паре метров, зачем брать с собой бумаги в постель? Гарри, вспомнив её странный взгляд после свадьбы, попытался вытянуть из её рук листы, но стоило приложить чуть больше усилий, как девушка начала ёрзать в постели, просыпаясь. Не найдя в себе сил на уговоры и объяснения в случае, если девушка проснётся, Гарри оставил попытки вырвать из чужих пальцев листы и изо всех сил попытался избавиться от мысли, что вокруг него одни предатели. Наверняка Лиззи просто переводила допоздна. Взгляд снова скользнул на помятые листы бумаги в девичьих руках. «Взгляну на них позже», — решил для себя волшебник и аккуратно оторвал левый верхний уголок у страниц, чтобы потом найти их в куче таких же листов. Гарри провёл рукой по волосам, крепко сжимая отросшие пряди на затылке. Его собственный разум играл с ним в дурацкие игры. Он ощущал себя сумасшедшим параноиком, осознавая, что его подозрения не обоснованы и строятся лишь на догадках его воспалённого магией мозга, и всё же от осознания этого легче не становилось. Попытки заснуть ни к чему не привели, разве что кровать превратилась в бесформенную кучу ткани, являя взору изодранный матрац. На улице светало, глаза щипало от желания заснуть, но тело и возбуждённый разум отказывались засыпать. С тяжелым вздохом Гарри всё же сдался, когда часы на его запястье показывали около пяти утра. Гарри сел на скомканном одеяле и проследил пальцами за капелькой, скатившейся по внутренней стороне ткани палатки. Просидев пару минут, он всё же вышел на улицу, кутаясь в тонкую ткань куртки. Жмурясь от лучей встающего солнца, Гарри и сам не заметил, как дошёл до главного входа, рассчитывая встретить там дежурящего мага, однако возле самых ворот его ждал кое-кто другой. — Флёр?.. Девушка — а иначе её было не назвать, несмотря на то, что ей уже перевалило за сорок — обернулась и действительно оказалась бывшей соперницей Гарри по турниру трёх волшебников. На её прекрасном всё ещё молодом лице темнели синяки под глазами, губы как будто бы стали меньше, всё время поджимаемые от бесконечных невзгод и тяжб, а кожа лица стала как будто бы серой. Несмотря на разительные перемены во внешности, при взгляде на Гарри Флёр улыбнулась, и улыбка на краткий миг сделала её лицо снова прекрасным. — Гарри! — француженка подошла ближе, аккуратно беря бывшего аврора за руки. Вейлы не любили слишком близкого физического контакта, а такое прикосновения можно было считать очевидным проявлением любви и симпатии. — Я так рада тебя видеть, — Флёр улыбнулась, но глаза её снова стали печальными и как будто бы серыми, а не привычно голубыми. — Что ты здесь делаешь? — удивился Гарри, слегка ободряюще сжимая чужие руки в своих. — Как ты нас нашла? — Гарри аккуратно отвёл девушку к небольшой скамейке, выделенной для дежурившего мага, и посадил рядом с собой, заглядывая в глаза. — Мистер Малфой нам его сообщил, — Гарри тут же нахмурился. Какого чёрта Малфой на лево и на право сообщает местонахождения их лагеря?.. — …после того, как мы согласились выполнить вашу… просьбу. Гарри удивлённо уставился на давнюю знакомую. Та была с пустыми руками. На похудевших плечах болталась мантия — уже явно не по размеру, хотя Гарри помнил девушку в ней несколько лет назад — и даже если одежда была волшебной, вряд ли сердце могло прятаться в кармане. — Как ты сюда добралась?.. — спросил Гарри, невольно кидая взгляд за плечо Флёр, будто ожидая увидеть там машину или карету. — На пегасе. Их у нас мало осталось, но для меня одного выделили, — француженка тоже быстро обернулась и продолжила. — Он, наверное, уже улетел обратно. — Как там дела во Франции?.. — Гарри кривовато улыбнулся, чувствуя себя не в своей тарелке из-за почти что светского разговора после полутора лет безумия. — Ужасно, как и везде, — сморщила нос девушка. — Волшебники попрятались, кто смог, а те, в ком есть кровь вейл… Нам магглы предложили… более терпимые условия, — выражение лица вейлы ясно показывало «насколько» терпимые условия им предложили. — Почти все предпочли бежать… Нас осталось немного, — Флёр вздрогнула и обхватила себя за плечи тонкими руками. На белых кистях явно виднелись синие вены. — Но почему тогда вы согласились?.. — спросил Гарри и тут же прикусил себе щёку, ругая себя за глупость. Какая разница, почему согласились?.. Согласились и ладно. Вейлы почти все покинули Британию ещё во время столетней войны, а во Францию попасть возможности у них практически не было. Если только вплавь через Ла-Манш в надежде, что их не заметят магглы и не подстрелят при приближении к берегу. — Я согласилась, остальные не смогли меня разубедить, — ответила девушка и опустила голову, сжимая в кулаки полы своего плаща. — Билл. Он… — девушка всхлипнула, и Гарри почувствовал себя беспомощным и бесполезным, как и всегда при виде чужих слёз. Если тебя никогда не успокаивали, как ты можешь уметь это делать?.. Пока он неловко пытался решить, стоит ли обнять не любящую физический контакт вейлу, Флёр вытянула носовой платок из рукава и вытерла набежавшие слёзы. — Они схватили его… и Мари. И я просто… Я попыталась связаться с Молли и Артуром, но они тоже не отвечали, — девушка снова всхлипнула, не поднимая взгляд на своего собеседника. — Если бы у меня остался хоть кто-то… Если не мама и папа, то хотя бы мой Билл или его семья… Но они все погибли, а я больше не могу, и я… — Флёр резко вскинула голову и выпрямила спину, глядя прямо Гарри в глаза. — И я решила, что хочу помочь. Мне не для кого продолжать бороться, поэтому я настояла и мы согласились, — Флёр засуетилась, доставая из кармана небольшой кинжал с красивой резной ручкой. — Сердце. Оно здесь. — сказала Флёр и коснулась ладонью своей груди, часто вздымающейся от дыхания. В руки Гарри Флёр впихнула кинжал, но тот на короткий миг замер, осознавая ужасную истину, о которой Флёр и не догадывалась: не вся семья Уизли погибла. Один представитель этого семейства спал буквально в сотне метров от них. Спал с женщиной, ждущей его ребёнка, который может всё разрушить. Должен ли Гарри сказать ей?.. Но ведь тогда она может передумать… Будет ли у них другая возможность заполучить сердце вейлы? Чёрт возьми, сердце кентавров уже вырезано. Сколько оно сможет храниться? У них нет времени, чтобы уговаривать вейл снова, у них нет времени добираться до Франции и искать их там или на территории Великобритании. Время уходит, а вместе с ним и возможность закончить весь этот кошмар, который обрушился на их головы полтора года назад. Гарри решительно сжал кинжал в руке. Резная рукоятка больно впилась в ладонь, но он не чувствовал боли, и даже проснувшаяся вдруг совесть снова замолчала. Если Рон наплевал на их общее дело, решив заняться своими эгоистичными желаниями, то и Гарри вовсе не обязан заботиться о его чувствах. Гарри пообещал. Он пообещал магам провести ритуал и закончить всё это. Избавить их от магглов, вернуть им их жизни. И если ради этого нужно обмануть женщину, которую он почти и не знает… Что ж, так тому и быть. Флёр смиренно закрыла глаза и схватилась кончиками пальцев за края скамейки с такой силой, что те побледнели. Гарри прижал клинок к её груди, помня, как быстро умер кентавр, и резко воткнул лезвие, разом обрывая чужую жизнь. Флёр не издала ни звука, лишь вдруг обмякла и завалилась на Гарри, упираясь ещё тёплой макушкой ему в плечо. Позади послышались шаги, затем шорох и извинения — вернулся часовой. — Прошу прощения, мой лорд, я отошёл, чтобы доложить вам… — Предупреди Невилла, что я к нему скоро зайду, — перебил Гарри, не поворачивая головы. Маг за его спиной замялся, наверняка удивлённый тем, что Гарри сидит с какой-то девушкой, но всё же поспешил выполнить приказ. Гарри тяжело вздохнул, и вдруг почувствовал лёгкий цветочный запах волос девушки в своих руках. Он вспомнил этот запах: им был пропитан дом семьи Уизли. Флёр вечно приносила цветы и дарила благовония семье своего любимого.

***

Через час или около того — примерно столько потребовалось нерасторопному часовому, чтобы добраться до Невилла, разбудить его и объяснить, что от него требуется, и столько же потребовалось Гарри, чтобы вырезать сердце и оттащить тело на приличное расстояние в лес — Гарри добрался до теплиц. С его руки неприятно капала кровь, он даже не пытался его прятать от ранних пташек, попавшихся ему на пути. Маги, встречавшиеся ему на пути, почтительно склоняли головы, отводя взгляд, и начинали шептаться, стоило ему сделать пару шагов вперёд. Невилл выглядел сонно и недовольно, но как только увидел, с чем пришёл Гарри, тут же засуетился, раздавая команды своим немногим подчинённым. Среди них Гарри заметил теперь уже знакомую девушку. Гарри попытался рассмотреть её повнимательней, задерживаясь взглядом на животе. Под его взглядом девушка сильно побледнела, из-за чего стала окончательно похожа на бледную моль, но Гарри так ничего ей и не сказал, молча покинув теплицу.