Она была так прекрасна

Сегодня, явно, не лучший день. Опаздывать я не люблю, но ещё больше я не люблю оправдываться за это. Придумывать отмазку — это не моё, но и сказать правду — слишком отчаянный шаг. Не скажу ж я, что я всю ночь танцевала стрептиз в клубе, а потом в беспамятстве поехала к Гере, который живёт совсем не близко к меду. И вот я сижу на последней парте с пучком на голове, тушью под глазами и пересохшими губами. Я пересекаюсь взглядом с Еленой Михайловной и понимаю, что мне не удалось спрятаться. — Кто следующий пойдёт рассказывать? Пятнадцать минут до звонка осталось. Встаю и молюсь, чтобы не запутаться в своих же ногах, плетусь к учительскому столу. — О, Ульяна, я думала, ты сегодня и не подойдёшь. И как я давно не видела эти глаза, сверлящие меня насквозь. От смущения я отвожу взгляд. Но, видимо, Елена Михайловна не хочет этого и поэтому поворачивает своей горячей рукой к себе. — Всё хорошо? Выглядишь, если честно, не очень. — Да, конечно, всё отлично. — Почему опоздала? — На автобус не успела. — Плохо врёшь, но ладно. Давай рассказывай, что выучила. И здесь начинается полная импровизация, и листок информации, который я выучила за урок, мне не помогает. — Уль, это очень плохо. Ты же понимаешь, что это даже не на тройбан? Мои глаза непривычно начинают слезиться; я смотрю в упор на неё и понимаю, что если пошевелю взглядом, то пролью слезу. — Если никто больше не будет рассказывать, то занятие окончено. Ульяна, останься, пожалуйста. Я прохожу к своему месту, как провинившаяся школьница, и смахиваю слезу. Собираю сумку и хочу слиться с толпой, чтобы выйти, но меня одёргивают за плечо. Рука плавно разворачивает меня к себе. — Я же попросила остаться. — Урок закончен, я не обязана! — Не повышай на меня голос! Я смотрю на неё уже мокрыми глазами и вижу некую заботу, отчего отпускаю свою маску равнодушия и падаю к ней на грудь. Я обхватываю её за талию и чувствую, как моё дыхание сбивается, а сердце готово вырваться из груди. Я ощущаю, как её руки дотрагиваются до моих выступающих лопаток. — Эй, ты чего? Уль, что случилось? Я отпускаю столь неожиданные объятия и выбегаю из кабинета. Настолько неловко мне ещё никогда не было. Вечер размышлений мне обещан. Но, оказывается, мне не до этого. Я обещаю себе не пить и выполняю своё обещание, но работать всё-таки нужно (песня two feet- Call me, i still love you). И это оказывается очень сложно, так как лица в зале для меня не размыты, и чувствуется напряжение в моём теле. Но я всё ещё выхожу танцевать последней, поэтому публика очень расслаблена. Плюс сегодня я танцую с девочкой на одной сцене, и всё внимание на неё. Я плавно кручусь около шеста. И медленно спускаюсь вниз, пуская шест между ягодиц. Кто-то свистит из зала. Это даёт дополнительную энергию, но ненадолго. Мои мысли обрывает мужчина лет сорока, который явно хочет, чтоб я к нему подошла. Медленно двигаюсь к нему и наклоняюсь. — Оголи плечико, красавица. Я ведусь на его просьбу и оголяю верх. — А теперь сними маску. — Нет. — Это было не предложение, а приказ. — Пошёл нахуй, мудак. Отхожу в центр сцены. Продолжаю танец и мысленно благодарю исполнителя песни, что она не такая длинная. У меня есть пара минут передохнуть, и, когда я ухожу со сцены, не наблюдаю в зале этой персоны. Я стою за сценой и пытаюсь прийти в себя, как вдруг меня резко одёргивают. — Что, играть со мной вздумала? Ты как разговариваешь? — Отвали. Я ж сказала. Я пытаюсь вырваться, но всё тщетно. Он кладёт свои потные большие ладони на мою талию. От чего хочется вывернуться наизнанку. Я начинаю биться — он лишь сжимает сильней свои грязные руки. — Ну же, малышка, пошли в приват. Как на зло, за сценой больше никого нет, хотя обычно здесь девочки ожидают своего выхода. Но вдруг из туалета выходит Гера. — Эй, чувак, какие-то проблемы? — Проблемы сейчас будут у вас. Она хамит гостю. — Мы разберёмся. А сейчас пройдите к вон тому столику, там девушка очень вас ждёт. — Так-то лучше, поставьте на место своих . Гера отводит меня в гримёрку, и только успевает захлопнуться дверь, я опускаюсь на пол и закрываю лицо руками. — Уль, это частые случаи. Нужно с ними поаккуратнее, понимаешь? — Я ничего не сделала. — Им нельзя хамить, что бы они ни сделали. Так будет хуже только для тебя. — Я ничего не сделала! — Я понимаю, просто нужно обходить конфликты, играть с ними, не давать лишнего, но и не грубить. — Я ничего, блять, не сделала! Я срываю с себя маску и парик и убегаю в туалет. Так больно и обидно. Я так жалко выгляжу и так противно себя чувствую; хочется забыться, напиться, но нельзя: я пообещала сама себе. Я пообещала. Сегодня, явно, не лучший день.