Иллюзия счастья

      Настя с внезапной ясностью поняла: сейчас она не в силах сделать что-то еще, кроме как закрыть глаза и уступить сладкому головокружительному напору. Слишком давно ее не целовали. И слишком давно ее не целовали так сладко. У него были такие горячие губы. Нежные. Она почувствовала, как кончик его языка разжимает ее сомкнутые губы, проникает между ними, и тихо застонала. Поцелуй стал еще глубже. Одна рука давно опустилась ниже талии, вторая зарылась в волосы на затылке, не давая отстраниться.       Но все закончилось так же внезапно, как и началось. Новикова почувствовала, как кто-то с силой дергает ее за плечо, заставляя разорвать поцелуй. Помутневшим от плохо сдерживаемых эмоций взглядом она недовольно посмотрела на незнакомца. Потребовалось моргнуть несколько раз, чтобы окончательно прогнать эти чувства и убедиться в самом страшном: перед ней стоял сотрудник милиции.       — Что вы себе позволяете?       Пока девушка пыталась прийти в себя, Витя недовольно повернулся в сторону человека, который столь бесцеремонно нарушил их уединение. Выглядел он при этом не как человек, который минуту назад бежал через весь рынок в попытке скрыться от правоохранительных органах. Сейчас он действительно напоминал среднестатистического москвича, который просто хотел побыть наедине со своей спутницей. Об этом говорили его немного опухшие от поцелуев губы и растрепанные волосы.       — Извините. Ловим фарцовщиков. Не видели здесь парнишку лет двадцати, в светлой спортивной куртке и кепке?       — Ммм… Нет, вроде не видел такого. А ты, дорогая?       Пчёлкину невероятно повезло, что Настя была слишком шокирована событиями последних пяти минут, поэтому не могла связно мыслить. Она лишь просто отрицательно покачала головой. Видимо, милиционер и сам понял, что не дождется вразумительного ответа, поэтому поспешил ретироваться. Когда он исчез из поля зрения, Новикова вновь повернулась к Вите.       Только в тот момент она осознала, что он успел избавиться от кепки и олимпийки, по которым в нем легко можно было опознать того самого фарцовщика, за которым гналась милиция. Теперь его грудь, обтянутая белой футболкой, практически вжимала ее в ствол дерева. Осознание того, в какой позе находится, пришло слишком поздно. И в тот же момент щеку парня обожгла вторая за день пощечина.       — Ты совсем из ума выжил?       — Знаешь, Принцесса, лучше бы тебе впредь держать свои руки при себе.       — А то что?       Не успела Настя вымолвить эту фразу, как Витя снова подался вперед, прижимая ее спиной к дереву, которое и так за последние пару минут повидало многое. Ошибиться относительно того, что происходит, теперь уже было невозможно. Она чувствовала, что поцелуй не прошел бесследно для парня. Тем не менее, это еще не причина, чтобы терять голову. С трудом вскинув руки, она уперлась в грудь Пчёлкина, но это не возымело действия: подушечки пальцев коснулись его обнаженной кожи над воротом футболки, и девушка замерла, словно наткнулась на непреодолимое препятствие.       — Кажется, я так и не услышал от тебя вразумительного ответа, почему мне не стоит делать так, — Витя серьезно смотрел ей в глаза, пока его руки продолжали заниматься своим делом. Одна ладонь нежно гладила щеку. Вторая крепко сжимала талию. Все это действовало так гипнотически, что все мысли улетучились. Не хотелось думать, не хотелось разрывать зрительного контакта.       — Пчёла, ну где ты… Ух ты… Прошу прощения.       Обернувшись на незнакомый голос, вторгнувшийся в личное пространство, Настя узнала еще одного друга Оли, которого мельком видела в день знакомства с Витей. И лишь то, что он не уходил, а продолжал переводить насмешливый взгляд с нее на Пчёлкина, заставил ее действовать. Собрав всю свою решимость и растоптанную только что гордость, она с силой толкнула Витю. Когда тот отшатнулся назад, она поспешила выбраться из ловушки.       — Надеюсь, это была наша последняя встреча. И не думайте, что я рада хотя бы одной минуте, проведенной рядом с вами.       — Вау! А она тебя сделала!       Бросив на подошедшего парня взгляд, полный презрения за подобный комментарий, Настя отодвинула край палатки и вновь оказалась на центральном рынке. Прошло не больше десяти минут с начала облавы милиции, но все снова вернулось на свои места. Покупатели так же выстраивались в очереди, продавцы радостно считали выручку, дети бегали между рядами. И никто точно не догадывался о том, что происходило за палаткой. Никто не мог догадаться о том, что она так бессовестно позволила постороннему человеку целовать себя. Никто не мог видеть, что она сама прижималась к нему и явно хотела большего.       Чувствуя, как щеки заливает предательская краска, Новикова опустила голову и покрепче сжала в руках сетку с продуктами. Сейчас самое главное — добраться домой. Пожалеть себя можно и в одиночестве, спрятавшись ото всех в четырех стенах. Именно такими мыслями успокаивала себя Настя все то время, что шла от рынка до многоэтажки. Стоило мыслям вернуться к Вите, как она стискивала зубы и заставляла себя сосредоточиться на чем-то другом. Вон в соседнем дворе маленькая девочка выгуливает щенка. Вон молодая мама укачивает ребенка, который громко плачет.       И это помогло. Девушка даже стала надеяться на то, что сможет быстро забыть эту ситуацию. Но вера в это исчезла, стоило ей засунуть руку в карман сумки. Ведь там, помимо ключей, она нашла и бумажку, которой точно раньше не было. Купюра в 100 рублей. Сначала Новикова подумала, что просто обсчиталась. Она достала кошелек, где лежали 67 рублей, полученные в качестве сдачи после покупки продуктов. А это значит, что 100 рублей там точно быть не должно. Чувствуя, как быстро колотится сердце от волнения, Новикова опустилась на скамейку возле подъезда, и начала думать. Куда проще была ситуация, если бы ее наоборот обокрали. Но откуда в сумке могут появиться лишние деньги? Кто-то подкинул?       — Пчёлкин!       Ответ на поставленный самой себе вопрос пришел быстрее, чем девушка рассчитывала. Только этот человек был в непосредственной близости от нее и мог воспользоваться ситуацией, чтобы совершить подобный поступок. Но зачем ему это? Решил окончательно унизить? Мало ему было этой глупой попытки соблазнения у всех на глазах? Не насладился тем, что смог растоптать и унизить этим поцелуем за палаткой?       На глазах выступили слезы, которые Настя упорно игнорировала последние полчаса. Понимая, что может вот-вот поддаться порыву громко зарыдать прямо у всех на глазах, девушка подхватила сумки и поспешила скрыться в подъезде. Ей повезло подняться на нужный этаж, не встретив при этом любопытных соседей. Дрожащими руками повернув ключ в замке, Новикова прислонилась спиной к двери и скатилась по ней вниз. Оказавшись в безопасности, девушка наконец позволила себе пролить слезы и громко закричать. Не переставая проклинать день знакомства с Пчёлкиным, Настя вытащила из кармана деньги. Держа купюру двумя пальцами, она кинула ее на ближайший столик. Нужно как можно скорее вернуть деньги и дать парню понять, что он зря затеял игру. У Вити не получится ее купить, никогда. ***       Ночь выдалась тяжелой. Настя практически не спала. Пару раз она задремала, но практически тут же вскакивала с постели, ведь перед глазами вновь и вновь вставал образ Пчёлкина. Один раз он выступал в роли богатого бизнесмена, а она была его служанкой. Другой раз парень стоял рядом с друзьями и открыто смеялся, называя ее легкодоступной девушкой.       Поэтому нет ничего удивительного в том, что к моменту срабатывания будильника Новикова чувствовала себя просто ужасно. Она была раздражена из-за того, что Пчёлкин не дает покоя даже ночью. Безумно хотелось спать, но страх вновь во сне увидеть Витю победил. Насте пришлось принять холодный душ, чтобы смыть с себя остатки сна и настроиться на рабочий день.       Делая себе кофе, девушка уже решила, как поступит с деньгами. Прямого выхода на Витю у нее нет, и лучшим вариантом будет действовать через Олю. К счастью, у ее курса сегодня выпускной экзамен по профильному предмету. Успокаивая себя мыслью, что сегодня же отдаст деньги и навсегда вычеркнет из своей жизни Пчёлкина, Настя принялась собираться.       Черное платье без рукавов длиной до колена, простой пиджак голубого цвета и черные балетки. Из макияжа — лишь тушь для ресниц. Закрепив на голове голубой ободок, идеально дополняющий этот образ с недавно подстриженной челкой, девушка вышла из дома. Она знала, что день предстоит долгий и трудный. Но даже не представляла, насколько.       Экзамен у группы Суриковой был назначен лишь на одиннадцать утра. Еще никогда время не тянулось для Новиковой настолько медленно. Ей не хотелось трогать Олю до экзамена, и она решила выловить ее после успешной сдачи. Нервы сдавали. Девушка бросала взгляд на настенные часы в кабинете каждые пять минут. Начало казаться, что все вокруг просто издеваются.       Дождавшись, когда от начала экзамена пройдет пятнадцать минут, Настя спустилась на второй этаж и начала неотрывно наблюдать за дверью в аудиторию. Каждый раз, когда оттуда кто-то выходил, Новикова напрягалась и готовилась выйти из своего небольшого укрытия в виде огромного цветка в горшке. Преподаватели, оказавшиеся рядом, считали своим долгом завести непринужденный разговор, пожаловаться на ленивых детей и рассказать о планах на предстоящий отпуск. На все это она лишь улыбалась и невпопад кивала головой. Ситуация начинала напоминать цирк.       Лишь спустя еще час, когда ноги уже затекли, а проходящие мимо студенты начали подозрительно смотреть на нее, из аудитории вышла Сурикова. Не отдавая себе отчета в действиях, Настя решительным шагом направилась к выпускнице.       — … Я сама не ожидала, что все будет настолько легко!       Оля с радостной улыбкой на лице делилась с одногруппниками эмоциями после сдачи экзамена. Судя по всему, юная скрипачка только что получила очередную пятерку. На секунду Новиковой даже стало жалко портить ей настроение. Но при воспоминании о том, как сильно ей испортил настроение друг Суриковой, все сожаление исчезло.       — Добрый день! Ольга, можно вас на минуту?       Насте удалось в полной мере насладиться удивлением на лицах студентов. Даже когда они с Олей отошли в сторону, за спиной все еще слышались удивленные перешептывания. Стараясь не обращать на это внимания, Новикова улыбнулась.       — Анастасия Ивановна, вы хотели что-то обсудить?       — Я… — вначале Настя хотела разыграть сцену и поинтересоваться успехами в учебе. Но она осознавала, что Сурикова наверняка в курсе ситуации. Поэтому лучше без прелюдий. — Понимаю, что моя просьба может показаться странной, но не могла бы ты организовать мне сегодня вечером встречу с Пчёлкиным? Вчера он случайно положил мне в сумку свою вещь, и я бы хотела ее вернуть. Чем скорее, тем лучше.       — С Витей? — Оля пыталась скрыть удивление, но это у нее плохо получалось. — Д-да, я передам, что вы хотите срочно встретиться.       — Отлично! В районе Красиковой-Профсоюзной есть небольшой парк, я буду ждать его там к 20.00. И пожалуйста, пускай он не опаздывает, не хочу себе еще больше проблем.       Поблагодарив Сурикову за помощь, Новикова в спешке покинула второй этаж. Почему-то ее внезапно накрыла паника. Руки дрожали, перед глазами все плыло. Держась за стену, девушка с трудом дошла до ближайшего женского туалета. Ей пришлось упереться руками в раковину, чтобы выровнять дыхание и прийти в себя. Из зеркала, которое висело рядом, на нее смотрела незнакомка: покусанные от волнения губы, растрепанные волосы, а взгляд… Глаза блестели. Вот только Настя и сама не могла ответить на вопрос, почему. То ли от предвкушения встречи, то ли от злости на саму себя за то, что позволила Пчёлкину втянуть ее в этот непрекращающийся кошмар. ***       Ближе к вечеру Настя поняла, что это определенно не ее день. И даже коллеги были с этим согласны. На кафедре Новикова умудрилась пролить кофе на новое дело студента, разбить часы, сломать принтер, уронить кактус. Ближе к пяти часам, когда все собирались домой, девушка даже испытала облегчение. Она боялась вставать со стула, чтобы опять все не испортить.       Выслушав шутки коллег о том, что ей лучше действительно ни к чему больше не прикасаться, ровно в 17.00 она со всеми попрощалась и поспешила покинуть университет. Выходя на парковку, она все еще нервно оглядывалась по сторонам, но никакого Пчёлкина поблизости не было. Поэтому поездка до дома на автобусе прошла относительно спокойно. Конечно, если не считать постоянно ворчащих бабушек и потных толстых мужчин.       Считая, что день прошел хуже некуда, Настя уже без сил буквально заползла в подъезд. Волнение от предстоящей встречи никуда не ушло. В голове девушка прокручивала разные варианты развития ситуации. Начнется встреча определенно с того, что она кинет деньги к ногам Пчёлкина и даст понять, что ее не купить. А дальше уже как пойдет. Если Витя адекватный парень, то разговор на этом и закончится. А вот если он захочет поспорить… Что же, хорошо, что для встречи выбрано довольно людное место. Так меньше шансов, что ссора превратится в настоящий скандал.       От одного только взгляда на еду подступала тошнота, поэтому Новикова благоразумно решила отложить ужин до лучших времен. Вместо этого она включила воду в ванной с намерением хоть немного расслабиться. Вот только это нисколько не помогло. Несмотря на чертовки горячую температуру воды, ее все равно продолжала бить мелкая дрожь. Настя заставляла себя думать о наступившем отпуске, о прогулках по вечернему городу, о вкусном мороженом… Но мысли вновь и вновь возвращались к Пчёлкину. Понимая, что совсем скоро начнет сходить с ума, девушка вылезла из воды.       Она была уверена, что провела в ванной по меньшей мере час. Вот только часы на прикроватной тумбочке показывали, что прошло лишь двадцать минут. Крепко сжав полотенце, которое обмотала вокруг тела, Новикова с тяжелым вздохом опустилась на кровать. До встречи еще полтора часа, и это время может стать самым мучительным в ее жизни.       Тишина квартиры давила, нервы грозили сдать в самое ближайшее время. Решив не испытывать судьбу, Настя быстро сменила полотенце на белую футболку с джинсами, обула кроссовки и поспешила выйти в подъезд. Купюра, наспех сунутая в задний карман, буквально прожигала в нем дыру. Хотелось как можно скорее оказаться на свежем воздухе, подставить красные щеки прохладному вечернему ветру. Толкнув дверь подъезда, девушка испуганно отскочила назад.       — Настенька, куда же ты так спешишь?       — И-извините, Надежда Петровна, — придя в себя после неожиданной встречи, с трудом выдавила из себя улыбку. — А вы с рынка? Помочь донести продукты?       — Если тебе не сложно, внученька.       Надежда Петровна Панкратьева была пожилой женщиной, которая знала все обо всех в доме и жила на первом этаже. Она первой узнавала о новых романов подростков, решивших подержаться за ручки возле подъезда. Она первой делилась новостями о скором отключении горячей воды. И Новиковой не хотелось, чтобы в водовороте ее сплетен теперь звучало и ее имя. Поэтому нужно было как можно скорее избавиться от общества соседки. Подхватив два довольно тяжелых сетки с продуктами, Настя быстро взбежала по ступенькам и остановилась у нужной квартиры.       — Хорошего вечера, Надежда Петровна!       — Ну куда ты, внученька? Не зайдешь ко мне? Дочка вчера приходила, очень вкусный пирог с яблоками принесла.       — Я бы с радостью, но мне нужно бежать. Как-нибудь в другой раз.       — Ну хорошо, красавица. Беги к своему мужчине.       Настя обрадовалась, что к этому моменту успела спуститься с лестницы, иначе бы точно полетела с нее кубарем после такого комментария. Медленно обернувшись, она столкнулась с понимающим взглядом соседки, которая не забыла заговорщицки подмигнуть. Нервно рассмеявшись, Новикова покинула общество Панкратьевой. Хоть на улице и было довольно тепло, девушка чувствовала, как ее бьет дрожь. Пришлось обхватить себя руками, чтобы хоть немного познакомиться. Еще раз оглянувшись и убедившись, что Надежда Петровна не следит за ней, Настя все же направилась в сторону сквера.       Хоть девушка и старалась максимально замедлить шаг, все равно к месту встречи она подошла за двадцать минут до назначенного времени. С каждой секундой ею все больше овладевала злость. Девушка нервно ходила по дорожке рядом с единственной скамейкой на правой стороне от центральных ворот. Она то и дело посматривала на часы. Когда стрелка показала ровно восемь вечера, в поле зрения появился Пчёлкин. Он выглядел расслабленным, мило улыбался и шел вальяжной походкой. Это еще больше взбесило Настю. Она быстрыми шагами направилась навстречу, при этом на ходу вытаскивая ту самую купюру. Остановившись в шаге от друга Суриковой, девушка сунула деньги ему в руку.       — Как ты посмел попытаться меня купить? Забери это, и больше никогда не попадайся мне на глаза! — Витя, конечно, догадывался о причине этой встречи. Но он не ожидал такого приема.       — Стой-стой-стой, ты все не так поняла! — это была весьма глупая отмазка, но сейчас Пчёлкин не мог придумать ничего лучше. В попытке остановить Настю он схватил ее за запястье.       — Не смей так делать! — она выдернула руку и взглянула на парня так, словно он был настоящим преступником. Увидев холод в глазах девушки, он неловко опустил взгляд.       — Прости, больше так не буду! — чтобы показать серьезность намерений, Витя поднял руки вверх и сделал шаг назад. Недовольно поджав губы, Новикова все же осталась. — Эти деньги тебе. Я хотел извиниться за свое поведение. Знаю, что мы виделись всего несколько раз, но я постоянно чем-то тебя обижал.       — Еще раз повторю: тебе меня не купить.       — Я и не собирался! Просто… Просто увидел, как ты вчера смотрела на те красные босоножки. Ты ведь действительно хотела их купить. Пожалуйста, возьми деньги и сходи за ними! Для меня эта сотня ничего не значит. При удачном стечении обстоятельств я могу поднять такие деньги за один вечер.       — Мне. Не. Нужны. Твои. Деньги. Если это все, то мне нужно домой. А ты оставайся, может еще сможешь встретить какую-нибудь дурочку, что поведется на этот спектакль и прыгнет к тебе в постель, — Настя искренне надеялась, что Витя все правильно поймет и отстанет. Вот только Пчёлкин явно хотел другого.       — Почему ты не можешь просто выслушать меня? — Настя уже вышла из сквера, а парень все так же продолжил свою пламенную речь. — Знаешь, это уже даже выглядит смешно! Любая другая на твоем месте…       — Так иди и поищи себе любую другую! — даже не обернувшись, прокричала девушка.       — Хватит уже обвинять меня в том, о чем не имеешь даже понятия! С чего ты вообще взяла, что я собираюсь кого-то искать?       — С того, что парням с такой смазливой внешностью, как у тебя, от девушек нужно только одно!       — Не нужно судить о других только по своему неудачному опыту! — Пчёлкин и не догадывался, что с каждым подобным комментарием все больше усугубляет ситуацию.       — Не тебе об этом говорить! Тебе напомнить, что при нашем знакомстве ты пытался подкатить ко мне весьма банальным способом? — сейчас Насте было уже плевать, что они кричат на всю улицу. Слишком сильно ее раздражал этот самовлюбленный человек, идущий за ней по пятам. — И эта подачка в виде ста рублей показывает лишь то, что тебе плевать на чувства других. Ты привык откупаться деньгами! Все это неправильно. Неправильно и ужасно!       — Если бы ты не была такой упертой дурой, то спокойно приняла бы эти деньги! Это ведь просто смешно — устроить скандал на пустом месте!       — Знаешь, я слишком уважаю себя, чтобы брать чужие деньги. Но уверена, что ты легко найдешь более ветреную и более открытую девушку.              — Хватит, это уже больше похоже на какой-то бред!       Пчёлкину первому надоело выяснять отношения на глазах у всей улицы. В несколько широких шагов он догнал ее и сделал то, что она просила не делать — схватил за запястье и развернул лицом к себе. Возмущения, готовые сорваться с пухлых губ, так и остались невысказанными. В течение нескольких секунд его голубые глаза изучали ее, но она не могла разобрать их выражение. Он был слишком близко. Ее нервы были на пределе. Она запретила себе думать о том, что его рука все еще касается запястья, что его дыхание ощущается на щеке, что волнение распространяется по телу.       — Девушка, этот человек вам мешает?       Молодые люди одновременно повернулись на звук чужого голоса. Его обладателем был какой-то паренек лет двадцати с сигаретой в зубах, в фиолетовой спортивной куртке и связкой ключей в руках. Из-за спины выглядывал такой же парень, но в красной куртке. И что-то подсказывало Насте, что вежливым разговором их встреча не закончится.