Одно желание

      Сердце бешено билось в груди. Сбежал, позорно как трус. Испугался омеги. Рассмеялся и ушёл. А Цзян Чэн остался один, он сам и лечь нормально не сможет, сидит и просто ждёт, когда кто-нибудь придёт. Надо взять себя в руки.       Направляясь на кухню, Сичэнь краем глаза глянул в сторону столовой, где молчаливо сидели супруги. Младший брат, сложив руки перед собой, наблюдал, как Вэй Ин мучил тарелку с кашей. Он возил ложкой в разные стороны, размазывая содержимое по всей тарелке, словно от этого каши станет меньше. Они так и не разговаривали друг с другом с тех пор, как вернулись с ночной вылазки. Не желая встревать в не семейную ссору, альфа прошел на кухню и оставил поднос с посудой. Надо как можно быстрее вернуться к Цзян Чэну, пока ничего не случилось.       Но прежде чем вернуться, Сичэнь зашёл в собственную комнату, где до этого спали омеги. Он не просто так изначально решил устроить здесь спасенного омегу. Ему казалось, что Ваньиню лучше будет восстанавливаться в уже обжитой зоне, чтобы не чувствовать себя брошенным в пустом помещении. Сам же мужчина был готов жить в соседней гостевой.       К удивлению комната была уже готова: проветрено, кровать застелена свежим бельем, в помещении веяло запахов чистящих средств для пола. Несмотря на семейные проблемы, его брат нашёл время и силы помочь старшему. Это было очень приятно и заботливо. Надо поблагодарить брата за помощь.       Альфа тихонько постучал в дверь, где он оставил Цзян Чэна, и со спокойный видом зашел. Юноша, с очень злобным выражением лица, сидел в неизменной позе на кровати. Сичэнь хотел что-то сказать, но подойдя поближе, увидел упавший на пол стакан-непроливайку. Лань специально его достал, чтобы омега в любой момент мог выпить воды без чужой помощи, не разлив на себя содержимое, даже если стакан упадёт. Мужчина поднял стакан и присел рядом с юношей, поправив свисающее одеяло. Скорее всего оно сползло, когда Цзян Чэн старался достать упавший стакан. — Я не хотел смеяться, это просто было… Было неожиданно. За последние несколько суток я слышал шипения, рычания, а такой звук был просто неожиданный. Это очень мило, — Сичэнь решил говорить правду, какой бы глупой она не была. — До обеда у нас ещё полтора часа, есть время либо отдохнуть, либо позаниматься, пока комната проветривается, -Цзян Чэн поднял глаза и кивнул. Они вместе всего полтора дня, но альфа уже прекрасно понимал все знаки. Альфа улыбнулся. — Давай начнём с простой разминки. Сначала быстрый неглубокий вдох, затем продолжительный выдох, пять раз, — омега немного поколебался, но начал выполнять упражнение под чутким наблюдением Сичэня.       «Вдыхай носом, а выдыхай ртом», «вдыхай ртом, выдыхай носом», «вдыхай носом, выдыхай носом задерживая дыхание» — от мужчины последовал целый комплекс дыхательных упражнений. Юноша беспрекословно занимался, делая перерывы между новыми упражнениями. — А теперь надо надуть щёки, — но что Цзян Чэн завертел головой, — Давай, это не глупо, тебе же будет легче, — как бы Сичэнь не старался быть серьезным, он не смог сдержать улыбки, когда омега со всеми силами надул впалые щёки. Но Ваньинь не повелся на провокацию, продолжая выполнять упражнение. — Умничка, пока это всё, а перед обедом мы сделаем ещё упражнения. Откинь, пожалуйста, голову и расслабься, — Сичэнь осторожно охватил гортань с одной стороны большим пальцем, с другой — остальными пальцами, смещая ее справа налево. Плавно перейдя на боковую поверхности шеи, альфа стал массировать сначала одну сторону, потом другую, проводя движения сверху вниз. От удовольствия Цзян Чэн прикрыл глаза, нежась под теплыми руками мужчины. Сичэнь незаметно перешёл на заднюю часть шеи, направляя юношу лечь головой на своё плечо. Кругообразными движениями, мужчина с нежностью очерчивал каждый напряженный позвонок, расслабляя забившееся мышцы. Где-то через пять минут послышалось мирное сопение на плече.       Альфа дотянулся до подготовленного платка, чтобы завязать его на шее для сохранения тепла. Чэн даже отреагировал на движения, уже удобно устроившись на чужом плече. Хуань мягко положил уснувшего на подушку, с трудом оторвав чужие руки от собственной талии. Сичэнь даже не заметил, как попался в ловушку, но больше его волновали холодные запястья Цзяна. Стоило померить давление, но не хотелось будить спящего омегу. Мужчина попытался убрать руки под одеяло, но спящий мертвой хваткой вцепился в рукав Ланя. — Х-хол-но, — прохрипел во сне Цзян Чэн. Не веря происходящему, Сичэнь улыбнулся. Их занятия уже давали результаты. Но он всё ещё был в мышеловке из рук омеги. Ничего не оставалось делать, как залезть к спящему под одеяло. Ваньинь немного поворочался, и найдя источник тепла, крепко прижался к горячему альфе. Сичэнь осторожно приобнял юношу, чтобы тот скорее согрелся.

***

      В дверь тихо постучали. Когда Сичэнь не пришёл на обед, младший Лань не стал волноваться, хотя они всегда чтили режим. Но он не забрал приготовленный обед для Цзян Чэна, которому требовался жесткий режим, чтобы скорее восстановиться. Не услышав пригласительного ответа, Лань Чжань все-таки зашёл. Но в комнате никого не было. Оставив поднос на столе, молодой человек прошёл к другой комнате, где также никто не ответил.       Воцарившаяся картина заставила Чжаня остановиться. На постели свернувшись клубочком, молодой наследник Цзян тесно прижимался к старшему брату. Тот в свою очередь обхватил омегу рукой, заботливая поглаживая волосы спящего. Младший Нефрит собирался уже уходить, но Сичэнь резко открыл глаза, сталкиваясь взглядом с братом. Он осторожно убрал с руку омеги и приподнялся, не вставая с постели. — Сколько времени? , — шепотом, чтобы не разбудить спящего, спросил помятый альфа. — Три часа, ты не пришёл, я подумал, что что-то случилось, прости, — парень поклонился, собираясь уйти, но Хуань поднял свободную руку в знаке остановиться. Цзян Чэн немного поёжился и снова вцепился в чужое тёплое тело. — Не хотел его будить, надо было понаблюдать, — Хуань безуспешно попытался выбраться, но успокоившись, обратно положил руку на голову юноши, — Его надо показать специалисту. За полтора дня я даже не смогу диагноз поставить, не то что восстановить навыки для встречи с Не Минцзюэ. — по приглашению Лань Чжань присел на стул напротив Сичэня, чтобы лучше слышать его шепот. — Я ставлю на психогенную афонию. Непрямая ларингоскопия показала, что повреждений нет. Он может издавать звуки, которые не требуют работы голосовых связок. Шипение, рычание. Но при этом он может говорить, но я даже не понимаю когда. То ли в бессознательном состоянии, то ли в состоянии острой нужды. За полтора дня — полтора слова. Без анализов и специалистов всё пойдёт на самотёк, — Сичэнь как-то разочарованно посмотрел на омегу. — Ты сам говорил, что нельзя, может быть позвонить дяде? , — это было единственное решение, но старший только покрутил головой. — Не будем его впутывать. Он сейчас далеко и надеюсь, что к его возвращению я сам разберусь со всем происходящим, — альфа предпринял попытку подняться, от чего Чэн ещё больше начал ворочаться. — Ладно, я его разбужу и приду за обедом, а после начнем продолжать занятия. Глава Не ожидает, что Цзян Ваньинь будет в полной готовности после их разговора, для нанесения обратного ответа «Цишань Вэнь». И тогда эта война наконец-то закончится. — Мгм, — младший Лань кивнул и устранился из комнаты, но ещё раз вернулся с подносом и голубым контейнером с лекарствами, но перед самым уходом, Сичэнь, негромко, но эмоционально ответил: — Спасибо. Спасибо, что остался, хотя была возможность уйти. — Надлежит уважать старших и наставников, — процитировал Ванцзи свод правил, которым так гордился их дядя, и покинул помещение. — Кажется на последней странице было вписано, что Вэй Ину в этом доме не надлежит появляться, — ухмыльнулся старший Лань, говоря в никуда.       Альфа нехотя начал будить омегу легкими толчками, но тот лишь с кряхтением отвернулся, продолжая свой сон. Сичэнь хитро улыбнулся, и наклонившись поближе к омеге, тихо прошептал: — Ты проснёшься только если я снова начну тебя раздевать, — и вон она, та самая реакция не позволила себя долго ждать. Омега открыл глаза и начал угрожающе рычать, но старший Лань только продолжил, — Знаешь, совсем не понимаю тебя, это значит да? Даже высшее образование не даёт мне понимать язык животных, — Цзян Чэн резко успокоился и скривился. Сичэнь задел его за живое. — Я не… Я не это имел в виду, прости. Мы решим этот вопрос, как только ты поешь, — но омега только повыше накинул одеяло, не желая продолжать беседу. От теплых чувств во время сна не осталось ни следа. Сичэнь уже думал пойди за Вэй Усянем, чтобы тот развеселил старшего брата. Но Цзян Чэн резко скинул с себя одеяло и кое-как постарался подняться сам. Альфа сразу ринулся помогать, но юноша шлёпнул по чужой руке, не давая себе помочь. Облокотившись на спину, он с трудом перевёл дыхание, словно после трудных физических упражнений. Дотянуться до стакана с соком оказалось не проще, но юный Цзян всё-таки обхватил стакан и притянул к себе, пальцами выбив ложку на прикроватный столик. Жидкость показывала, как сильно трясётся рука под весом стакана, но Цзян Чэн горделиво смотрел в глаза Сичэню, чтобы тот даже не смел помогать. Одним залпом он начал опустошать содержимое стакана. Один глоток, второй, третий — в этой битве сил омега победил. Но с четвертым глотком жидкость застряла в горле, не давая вздохнуть, отчего Чэн закашлялся, начал хвататься за горло, стараясь сделать хотя бы глоток воздуха. Стакан выпал из свободной руки прямо на кровать, расплескивая остатки сока по всему одеялу. Цзян Чэн начал жутко хрипеть, глаза в ужасе расширились, одной рукой держась за горло, а второй вцепившись в одеяло, омега запрокинул голову, чтобы сделать вздох.       Довольно грубым движением, голову насильно наклонили вперёд, заставляя нагнуться всем туловищем. Чужие руки сцепились в замок где-то чуть выше области живота, несколько болезненных толчков и жидкость сама начала вытекать изо рта. Цзян Чэн, не разгибаясь, продолжал откашливаться жадно хватая ртом воздух. Только успокоив дыхание, он почувствовал, как его отпустили. После такого испуга, омега бессильно упал на кровать, стараясь отдышаться за время, проведенное без кислорода. Грубым хватом за лицо, юноше вытерли остатки сока. Пока омега приходил в себя он не видел лица Сичэня, только слышал звуки, как убирают стакан на поднос, как что-то щелкает, скрип вытираемого стола и тканей. После пятиминутной передышки, его осторожно подняли на руки, и не говоря ни слова, перенесли в комнату, где он изначально находился.Теперь же юноша был совсем один в закрытой комнате и не мог услышать, чем занимается альфа.       В комнату с голубым контейнером в руках зашёл младший брат Сичэня. На лице не читалось никаких эмоций. Ванцзи молча открыл контейнер, доставая предварительно подготовленный шприц с содержимым ярко-оранжевого цвета. Укол в плечо был болезненным. Вот Сичэнь всегда делал всё незаметно, несмотря на отсутствие постоянной практики. Юный Цзян только зашипел и притянул руку к себе поближе. Ему осмотрели горло, неприятно прощупав открытые места, и поставили уже готовую капельницу, снова болезненно протыкая кожу. Вряд ли Вэй Ин близко подпускал к себе такого грубого медика со своей боязнью иголок. После того как капельница была зафиксирована, муж Ина просто вышел из комнаты, снова оставляя Чэна в одиночестве. Это было его наказание за излишнюю надменность и уверенность в своих силах.