Одно желание

Чтобы скоротать время Цзян повернулся к столу, рассматривая чем можно себя занять. Вариантов оказалось не так много, поэтому пришлось достать пазл. Невзрачная коробка говорила, что пазл рассчитан на детей от 9 лет на 1500 деталей. Это не должно быть сложно. На нижней части крышки изображена старая лодка, мирно плывущая по мутному озеру, а где-то далеко взгромоздились серые горы, покрытые снегом. Больше всего выделялся маленький бело-голубой домик на далеком берегу озера, а рядом с ним красовалась жакаранда — фиалковое дерево, получившее своё название благодаря сиренево-фиолетовым оттенкам цветков и нежному медовому аромату. Кусочки пазла медленно стали образовывать что-то похожее на изображенную картину, но пока удалось сформировать только несколько углов. Хотя торопиться Цзян Чэну было особо и некуда. Он кинул короткий взгляд на свою постель и невольно улыбнулся. Как удивительно, что такой всегда спокойный и улыбчивый человек, вечно принимающий вид искусно выточенной статуи, сейчас ворочался нервным сном на подушках, забавно поджимая губы и морща лоб. Зачесанная назад челка окончательно вылезла из прически, создавая неряшливый вид. Надо же, оказывается во сне и совершенные люди далеко не идеальны. Хотя кому тут говорить об идеальности? У кого-то просто волосы растрепались из-за сладкого сна, а кто-то ходит страшнее Усяня, потому что не может даже нормально расчесаться. Он честно пытался перед утренним выходом хоть как-то исправить это гнездо, но вырвав несколько прядок волос грубым расчёсыванием, просто забросил эту идею, пряча длинные волосы в обычный пучок. Цзян Чэн склонился над ещё неготовой из пазла картиной. Прямо сейчас, он бы отдал всё на свете за одно желание — быть всей семьей в таком чарующем месте. Слышать шум озера, чувствовать горный воздух и срывать цветки жакаранды. Хотелось расплакаться, закричать, предаться воспоминаниям, но почему-то на это не было сил. Словно между ним и прошлым возникла крепкая, нерушимая стена, не давая пережить внутри себя всё происходящее. Со знакомым стуком в дверь в комнату вошла Мяньмянь с очередной коробочкой в руках. Цзян Чэн прислонил палец к губам, призывая не шуметь. Он жестом предложил Ло Цинъян присесть на свободное место, а сам закатал рукав руки. Девушка только кивнула, и начала самостоятельно открывать коробочку. Неужели с её последнего приходя уже прошло три часа? Даже удивительно, как такие спокойные занятия могут забирать так много времени. — Как вы себя чувствуете? — очень тихо спросила девушка, на что Цзян Чэн только махнул рукой, жмурясь от неприятных ощущений, — Может, стоит принести обед вам в комнату? Время обеда, господин Лань говорил, что вы так и не ели. Неужели еда такая невкусная? Ваньинь только качнул головой из стороны в сторону. Еда как еда, какая разница вкусная она или нет, просто не хочется. Не будет же он себя заставлять. Когда девушка ушла, юноша повернулся в сторону спящего Сичэня. Становилось очень скучно, когда же закончится этот тихий час? Конечно его никто не держал, он мог прямо сейчас встать и пойти искать брата или прогуляться в чудесном саду. Но что-то ему подсказывало, что если он выйдет сейчас, то альфа проснётся в считанные секунды, и потом ещё долго не сможет нормально выспаться. До чего дурацкая природа. Пришлось снова склониться над пазлом, подбирая детальки и раскладывая их по цветам в разных уголках стола. Углы уже были соединены общей рамкой, где-то расцвёл кусочек гор, снизу шумела вода, оставалось собрать основную «начинку». Но собраться было очень тяжело: в глазах мутило так, что приходилось каждый кусочек преподносить очень близко к глазам. Наверное со стороны он выглядел как самый настоящий старик, который тратил время на какую-то фигню и слепо рассматривал все детали пазла. Со стороны послышался грубый затяжной кашель. Цзян Чэн спешно подошёл к кровати, но мужчина продолжал крепко спать, нарушая тишину редким хрипом. Отлично, он решил помереть во сне, а винить будут все Ваньиня? Спасибо большое. Омега еле коснулся лба, а другую руку приложил к запястью. Как можно было настолько замерзнуть, находясь в таком теплом свитере. Холодное дуновение в спину расставило всё по местам. Он заснул с открытыми окнами, а ветер за окном и так нёс неприятный грозовой фронт. Юноша со своим частым жаром даже не заметил, что что-то не так. Он бы точно не смог достать одеяло из-под спящего, но будить Сичэня не очень хотелось. К счастью в небольшом гостевом шкафу нашлось ещё одно одеяло. Оно было таким тяжелым, что Цзян Чэн чуть просто не кинул его в спящего, лишь бы не тащить этот груз. Попробуй ещё раскрой его нормально, чтобы укрыть мужчину. Но юноша поступил умнее, просто раскатав его на кровати рядом с Сичэнем, а потом обошел с другой стороны и потянул края на себя. Под таким одеялом старший Лань должен был быстро согреться. Уставший от неожиданной нагрузки, омега присел рядом на кровать. Голова кружилась и как-то неприятно замутило — отвратительные ощущения. Ему говорили, что если за сутки ничего критического не произойдёт, то его начнут «травить» и другими средствами, чтобы снять побочные эффекты, но даже сейчас уже было тяжело терпеть. От усталости голова сама упала на свободную подушку. Хотелось просто немного полежать, чтобы стало легче. Глаза тихонько закрывались, в спокойном состоянии тело начало тяжелеть, и Цзян Чэн не заметил, как заснул. Снежные хлопья снова крутились в воздухе, укутывая пушистым одеялом протоптанные дорожки. В спину прилетел грубый толчок, заставляя обернуться. Вэй Ин со смехом готовил новый снежок для атаки, но запнулся об собственную ногу, падая в огромный сугроб. Цзян Чэн подбежал, чтобы нанести ответный удар, но к его удивлению там никого не было. На снегу были только следы самого Цзяна, словно никто тут не стоял ещё секунду назад. Громкий треск прямо над головой не дал даже подготовиться, как тело понесло куда-то под вихрем снежной лавины. Его, как игрушку, бросало в разные стороны: то подкидывало вверх над снежным бедствием, то заглатывало глубоко-глубоко, залепляя мокрым снегом глаза, рот и нос. Всё остановилось на самом краю обрыва, буквально выплевывая Ваньина из снежной суеты вперёд. Стараясь избежать новой ловушки, юноша сделал шаг назад, но очень поздно понял, что летит с огромной высоты прямо вниз в неизвестность. Ноги прижались к мягкому песку морского дна. Сверху сияло яркое солнце, но до него было невозможно добраться. Какая сила держала и не давала всплыть на поверхность. -А-Чэн, что же ты там стоишь? Иди сюда, — знакомый женский голос звонко засмеялся. Ноги подкосились от бессилия и юноша рухнул на колени, поднимая частицы песка в мутной воде. Неясные фигуры приобрели яркий облик: вот пропавший Вэй Ин, которого по-отечески прижимает к себе Цзян Фэнмянь. А рядышком стоит а-Ли, крепко держащая за руку своего мужа. За ними матушка нежно прижимает обоих к себе за плечи. Они выглядят такой счастливой и дружной семьей, прямо как в мечтах. Цзян Чэн готов был рвануть им на встречу, но тут осознал, что ему больше нечем дышать. В панике открывая рот он заглатывал всё больше и больше воды, выпуская последние пузырьки воздуха из рта. Родные фигуры потихоньку растворялись, превращаясь в грязный морской песок, уносимый сильный потоком воды. А-Чэн на последнем издыхании постарался ухватиться за него, но только ещё больше набрал воды в легке. В голове стало так больно, последние силы ушли на громкий крик, разрывающий водную муть. Цзян Чэн резко открыл глаза, стараясь отдышаться. Это был сон, просто сон. Грудь быстро поднималась и опускалась, стараясь вобрать в себя как можно больше кислорода. Всё тело покалывало мерзким липким страхом от пережитого. Легче не стало, начало только больше тошнить. Ваньинь проморгался и с ужасом обнаружил, что он лежит буквально лицом к лицу со спящим Сичэнем. Тихонько пискнув, он тут же скатился с кровати, неприятно ударившись об пол. Придурок, а если бы он проснулся и увидел тебя? Очень доволен, исполнил мечты пубертатного периода, кретин? Мысленно, но очень громко ругая себя, Цзян Чэн поднялся, отряхивая одежду. И как оказалось очень вовремя. В комнату снова зашла Мяньмянь. А что если бы она пришла минуту назад? Чтобы она подумала? Идиот. А теперь он по-идиотски стоит у кровати со спящим альфой. Что, решил вместо занавесок поработать? Но девушка не сказала ни слова, даже взгляда не бросила, который говорил бы, что она сама об этом думает. Только снова присела на стул, жестом приглашая теперь уже Ваньиня присесть к ней. Пока она вскрывала лекарство, Цзян Чэн подумал, что выходит этот двухминутный кошмар длился не менее нескольких часов, но при этом он не чувствует, что выспался хотя бы на одну минутку. Только сам себе настроение испортил. — Господин Куан придёт через час, как и обещано, может вам стоить поесть немного? Омега только покрутил головой, даже за столько времени желание еды так и не появилось. Но мельком обернулся, посмотрев на спящего, и тут же вернулся к девушке. Он поднял руку, показывая в воздухе число два. Цзян не ожидал, но помощница тут же его поняла. — Принести две порции для вас и господина… — она почему-то осеклась и просто улыбнулась, выходя из комнаты. Не стоило привлекать внимание к тому, что нет аппетита, самое главное, что он себя хорошо чувствует. А вот старший Лань точно захочет есть после пробуждения, и что-то внутри подсказывало, что он очень скоро проснется. Вряд ли этот альфа умел питаться только собственным святым духом, и силы, потраченные на долгое отсутствие отдыха, надо было как-то восстановить помимо короткого сна. Как только принесли горячие блюда, Цзян Чэн осторожно перелил большую часть содержимого в чужую миску. Тарелки были очень глубокие и по правилам наполнены на половину. Теперь одна чаша была наполнена остатками жидкости, а вторая так прилично сдобрена гущей и больше в полтора раза, чем её принесли изначально. Ну он же альфа в него точно столько влезет. Юноша начал водить ложкой по остаткам супа. Прошло немного времени, как со стороны постели послышался чужой хрип. Сичэнь поднялся с кровати, прижимая ладонь ко лбу. Даже после такого долгого сна он чувствовал себя разбитым, в жизни не практикуя такую вещь как дневной сон. Когда он вообще успел заснуть?! Взгляд нервно пробежался по комнате в поисках, но объект оказался за столом, спокойно сидящим над чашей с чем-то горячим. Увидев, что старший проснулся, Ваньинь только приветственно кивнул, указывая рукой на дымящуюся чашу с супом. Сичэнь себя странно чувствовал. Получается всё это время, пока он безнаказанно спал, Цзян Чэн тихо сидел в комнате. Наручные часы показывали… шесть вечера? Конечно было понятно, что омега небеззащитный ребенок и мог сам о себе позаботиться, но в сердце неприятно, даже стыдливо кольнуло. Это он должен был за ним наблюдать, а не наоборот. Подойдя к столу, Сичэнь безмолвно присел рядом. Его даже обрадовала чужая почти пустая тарелка, пока он не увидел свою. Хитрости этому человеку было не занимать. Он жесток в играх, и в отношении к себе. — Цзян Ваньин, а Вы знаете в чём особенность «Супа с тофу и шампиньонами»? — естественно молодой человек покачал головой, — Помимо полезных ингредиентов, суп имеет четкую рецептуру приготовления, — Сичэнь начал медленно переворачивать гущу в тарелке. — Так вот, особое внимание уделяется количеству ингредиентов. Вряд ли моя память мне изменяет, поэтому могу точно сказать, что в этот суп на одну порцию идёт три кусочка сладкого перца, чтобы достичь того самого вкуса в сочетании с соевым соусом и тофу, — мужчина довольно зачерпнул большую порцию, в которой плавно плавали целых пять кусочков сладкого перца. Это был полный провал. Насколько же этот человек был умным и дотошным, даже забавно. Но Цзян Чэн только сделал вид, что не понимает, о чём идет речь. Мало при приготовлении напутали количество этого дурацкого овоща. Он довольно выдвинул тарелку с бульоном, показывая, что лично ему всё равно: тарелка пуста — человек сыт. Это была победа. Сичэнь рассмеялся с жеста. Неужели этот юноша думал, что сможет перехитрить человека, который с ещё самого глубоко детства занимался своим упрямым младшим братом. Лань зачерпнул большую ложку супа и протянул скривившемуся омеге. — По этикету обед должен начать старший, но я уступаю это право Вам, — Цзян Чэн густо покраснел и отодвинулся подальше, — Если Вы не будете обедать, то я тоже не стану. Не один Ваньинь богат на успешные ходы. Юноша нахмуренно взглянул исподлобья, но протянул руку, чтобы самостоятельно взять ложку из чужих рук. Если Сичэнь постарается его накормить, как маленького, то лучше они оба будут ходить голодными. Они выдвинули тарелку по центру, чтобы было удобнее. Цзян Чэн ожидал, что придется давиться через силу, но в чужой компании всё как-то пошло на лад. Суп был действительно очень вкусным, на мгновение даже стало жалко, что он так бессовестно разрушил рецептуру, перемешав оба блюда в одной тарелке. Со временем чаша опустела, на радость обоих. Как и было обещано, ровно в семь пришёл врач. В этот раз немолодой бета довольно поздоровался с господами. Проводя короткий опрос, он с интересом записывал слова Сичэня в свою потрепанную книжечку. Но перед осмотром, попросил всё-таки выйти из комнаты. — Не следует альфам посматривать за незамужними омегами, идите. Идите, я позову вас, когда мы закончим, — пытался по-доброму убедить Куан, подталкивая мужчину выйти из комнаты. Уже сорок минут старший Лань стоял у порога комнаты. За такое время можно было не только обследовать, но и вывернуть омегу наизнанку. Теряя обладание, мужчина начал нервно постукивать ногой по полу. Тревожно было оставлять своего омегу с этим грубым человеком. Он уже готов был постучаться, но дверь открылась сама. Врач явно был очень доволен своей работой. — Отличные результаты, даже не ожидал, что будет так хорошо, — протянул врач, пропуская альфу в комнату, — Пока переведём на шесть часов, а через двое суток будет достаточно два раза в день. У него очень сильный организм. Помощница Ло принесёт лекарства, которые помогут стабилизировать состояние. Остается только соблюдать режим: прогулки, питание, легкая физическая нагрузка. Особенно питание. Когда глава Не прикажет, я смогу снять его с лекарства, но весь эффект сойдёт на нет, надо будет восстанавливаться заново, а для этого нужны силы, — Сичэнь перевел взгляд на кровать. Цзян Чэн спокойно лежал на кровати, устремив пустой взор в потолок. Он никак не отреагировал на приход Сичэня, только повернулся на бок, отвернувшись от присутсвующих. — Не стоит пока его трогать, господин Лань. Есть некоторые вещи на принятие которых требуется время, — Куан учтиво поклонился, но перед тем как уйти, протянул кусочек бумаги, — Меня просили передать вам это, хорошего вечера. Мужчина с интересом развернул записку. «Просто будь рядом, пока я не усну». Это было очень неожиданно, но в то же время приятно. Означало ли это, что между ними появилась некая связь или это только природа, когда более слабое существо просит покровительства для своей защиты? Внимание привлекла ещё одна бумажка, закинутая под кровать. Пришлось встать на колено, чтобы умудриться её достать. «Если я узнаю, что ты вы не спал всю ночь, я сломаю тебе вам ногу, чтоб тебя одели в такие же дурацкие одежды» — гласила агрессивно смятая записка. Сичэнь с теплой улыбкой осторожно сложил оба послания и убрал в карман брюк. Конечно же он останется здесь. Эта ночь прошла как никогда спокойно. Ваньинь снова гулял по заснеженным лесам, но на этот раз он никого не встретил. Всюду цвели фиалковые деревья, контрастируя с кристально-белым пейзажем. В воздухе повисли уже забытые пряные нотки мёда, разносившиеся сильными порывами ветра по всей округе.