Говорю люблю тебя, колхозник

Утро после дня рождения началось довольно необычно. И Чонгук, и Хосок проснулись от оглушающего грохота. Подскочили оба на кровати, непонимающе смотря туда, где милая Берта только что устроила погром: зацепила стоящую на подоконнике вазу с цветами, которые неизвестно откуда там взялись. Белые хризантемы раскидались по всему полу среди осколков стекла и воды, а рядом валялся почти неприметный небольшой клочок бумаги. Хосок поднялся с кровати, ступая осторожно, чтобы не порезать ноги, и взял записку в руки, сощуриваясь в попытке прочитать размытый от воды текст. — Самому прекрасному парню — Чон... — приблизил бумажку к лицу, отодвинул вновь, но имя, как назло, было совершено нечитабельно. — Тебе или мне? — нетерпеливо уточнил Чонгук, ёрзая на постели. Несмотря на то, что уснул он вчера достаточно поздно, прокручивая в голове тот момент в душе на повторе, а потому почти не выспался, сейчас сон как рукой сняло: ему уж слишком интересно, кому и кем был оставлен этот букет, которого ещё ночью здесь уж точно не было. — Имя вообще размылось, — дёрнул уголком губ Хосок, присаживаясь на корточки, чтобы собрать рассыпавшиеся цветы с пола. — Но как же мы тогда узнаем, кому букет? — немного огорчённо поинтересовался, сжимая ткань одеяла в своих пальцах. — Я думаю, что это Мину мне отправил, — расплылся в улыбке Хосок, прижимая хризантемы к себе. На непонимающий взгляд младшего поспешил пояснить: — Ну сам посуди: ты у нас одинокий, ни с кем из Кимов отношений так и не завел. А у меня парень есть. Я ж ему говорил, что поеду сюда, даже адрес дал. Вот стопудняк решил меня порадовать, отправив букет. — Думаю, ты прав, — слабо улыбнулся Чонгук, тихо вздыхая. Нет, он конечно рад за друга, у которого наконец-то завязались такие крепкие и романтичные отношения, но... Ему все равно грустно от того факта, что эти цветы оставлены не ему каким-нибудь тайным поклонником, или, ещё лучше, Тэхеном. Да и к тому же цветы его любимые... Он ведь совсем недавно упоминал при Тэхене, что они ему безумно нравятся. И если бы старший после его слов оставил ему такой букет, Чонгук был бы самым счастливым человеком на свете. Вот только цветы оставлены Хосоку его любимым парнем. И Чонгуку совсем не грустно. После того, как цветы были поставлены в новую вазу, раздобытую у бабушки, Хосок предложил всем парням посидеть в беседке — попить чаю да поболтать. Чимин и Юнги, заночевавшие у них после дня рождения, с радостью согласились, да и братья Ким были не против, решив поехать на работу чуть позже (есть свои плюсы быть начальством). А потому, взяв два чайника и несколько упаковок печенья и снеков, всей дружной компанией направились к беседке. Чонгук заметил, что Тэхен, идущий почти наравне с ним, как-то пристально смотрит на его лицо, словно... Старается увидеть там его реакцию? Но вот на что? Они ведь встретились только пять минут назад, ещё даже ничего произойти не успело. Может, все дело во вчерашней ситуации в душе? Щеки от воспоминаний тут же залились румянцем, а кожа на талии, которой касались грубые, но в то же время нежные пальцы Кима, начала пылать огнем. — Чонгук, — тихо позвал его Тэхен, аккуратно останавливая за локоть рукой, чтобы сказать глаза в глаза. — Мне нужно с тобой поговорить. — О чем? — на грани слышимости уточняет. — Узнаешь вечером, — и, коротко глянув на друзей и братьев, что уже расположились в беседке, добавляет: — Не при всех будет сказано. Вот те на. Чонгук хлопнул ресницами несколько раз, кивая как-то заторможенно. В голове тут же пчелами начали гудеть сотни мыслей, сменяемые одна за другой. «О чем хочет поговорить? Почему нельзя обсудить это при всех? Это что-то личное? Но что?». Чонгук мотнул головой, стараясь выкинуть все лишнее из головы. Что ж, остаётся только ждать вечера и не откинуться от волнения, что затопило каждую клетку его тела. Ну это так, по возможности. На улице только половина седьмого, а потому достаточно прохладно. Им бы в доме посидеть, в теплой гостиной, но Хосоку почему-то приспичило выпереться именно во двор. Чонгук садится рядом с ним и чуть ёжится, наблюдая, как Сокджин разливает чай. Хочется поскорее согреться изнутри или же банально погреть холодные ладони о чашку, ведь он всегда был жутким мерзляком. Стоит только вспомнить его недавние купания в речке, после которых вся чета Ким выхаживали его ещё целую неделю. Тэхен неожиданно поднимается со скамейки и подходит к Чонгуку, что переводит на него округленные глаза, а после, сняв с себя теплую кофту, накидывает ее на плечи младшего, поправляя. У Гука от такого простого действия в районе сердца щемит, а форма зрачков меняется с круглой на сердечко. — Спасибо, — плотнее укутываясь в теплую ткань, что пахнет им, благодарит Чон, получая в ответ мягкую улыбку и какой-то странный(?) взгляд, что задерживается на нем чуть дольше положенного. — Не мёрзни, принцесса, — добавляет ласково, прежде чем сесть обратно на свое место. Все ребята тут же принимаются улюлюкать и пищать от умиления, что заставляет Чонгука смутиться ещё больше. Настроение просто прекрасное с самого раннего утра, а это значит, что и остаток дня пройдет в таком же духе. Как день начнёшь, так его и проведешь, так ведь говорят? И все бы хорошо, если бы (как непредсказуемо) не одно «но»: в груди что-то противно скребётся, словно вот-вот что-то произойдет. Что-то нехорошее, из-за чего ему будет неприятно или больно, что-то... — Тэхенни! — раздается громкий писк, будто свинью тупым ножом режут, и все парни синхронно оборачиваются в сторону калитки, где стоит какая-то особь женского пола. — Соль Джу! — вскидывает брови Тэхен, а после поднимается с лавки, чтобы поприветствовать. Вот только деваха вместо объятий или рукопожатия налетает на того с разбега, обвивая своими длиннющими ногами его поясницу, коалой повисая на чужом теле. — Это чё за шалашовка виснет на твоём будущем парне? — непонимающе шепчет Хосок на чонгуково ухо, пока тот растерянно пожимает плечами, кажется, даже не вдумываясь в смысл слов. Ему и самому интересно, если честно. А самый главный вопрос: какого черта Тэхен ее не отталкивает?! Почему вместо возмущений или отстранения её тела от своего Чонгук видит, как старший лишь приветливо той улыбается, кружа на месте?! В районе сердца неприятно колет от увиденного. Вот оно. То самое чувство, что скребло в душе минутами ранее. Чонгук поджимает губы, глядя на то, как Тэхен аккуратно опускает девушку на землю и продолжает приветливо ей улыбаться, пока Намджун и Сокджин с ней здороваются. Можно было бы предположить, что Соль — сестра Кимов, но этот вариант Чонгук отмел практически сразу: будь она и правда сестрой, не стала бы с одним братом обниматься, будто целый век не виделись, при этом запрыгнув на него, а других просто сухо поприветствовать, полуобняв за плечо. Чонгук повернулся к Чимину и Юнги, замечая, что те не слишком рады появлению этой клуши. Их лица выражали что-то граничащее между холодом и неприязнью, что ещё больше ввело Чона в ступор. Кто она такая?.. — Это бывшая Тэхена, — тихо отвечает Юнги, когда Хосок все же задаёт мучающий младшего вопрос. Пока Кимы болтают с девушкой, парни садятся чуть поближе друг к другу, начиная шепотом переговариваться. — Бывшая? — хмурится Хосок, а у Чонгука от этих слов все холодеет... Он переводит взгляд в сторону, наблюдая, как Тэхен миленько улыбается этой барышне, что-то спрашивая, а та, в свою очередь, очень недвусмысленно жмется к нему ближе. Ещё и смотрит таким взглядом, при этом игриво наматывая прядку каштановых волос на палец... Чонгук снова чувствует неприятный укол в районе сердца, прекрасно понимая, что ревнует. Он не имеет на это права, ведь они с Тэхеном друг другу никто, но... Ему казалось, что все их общение ведёт именно к отношениям. Старший ведь так поменялся с момента его приезда, да и между ними было много моментов и произнесенных слов, совсем не свойственных друзьям или сожителям. Чонгук уверен, что ещё немного — и они бы непременно стали парой, вот только появление бывшей, как снег в июне, вовсе не входило в его планы. Кто знает, может Тэхен все ещё испытывает к ней что-то? Да, с момента их расставания прошло немало времени, но Соль это, кажется, отнюдь не смущает. — Ну да, — кивает Чимин на вопрос Хосока, ухмыляясь. — Ты ведь не думал, что Тэхену двадцать семь, а он ещё ни с кем не встречался? — А кто его знает, — фыркает Хо, пожимая плечами. — С таким-то характером... Юнги вдруг поджимает губы, коротко переглядываясь со своим парнем, словно безмолвно советуясь, стоит ли рассказывать. И когда старший коротко кивает, вновь наклоняется чуть пониже, начиная тихо: — Характер у него может быть и не сладкий, но не спроста ведь: потерял отца в раннем возрасте, затем и мать, что уехала на заработки. Намджун и Сокджин хотя бы чуть постарше, а Тэхен-то ещё подростком был... — тихо вздыхает Юнги, замечая, как с каждым его словом брови Чонгука всё больше и больше сдвигаются друг к другу, создавая небольшие морщинки. — Соль с Кимами с самого детства дружит, каждое лето приезжает к своей бабушке — госпоже Пан. И как раз когда мать их уехала, она предложила Тэхену встречаться. Не знаю, на кой черт он согласился... Может, поддержки ему не хватало или любви, вот и стал встречаться с подругой детства. А она ему наобещала, мол «ни за что не брошу, с концами переберусь в деревню, люблю тебя». И угадайте чё? — невесело усмехается Юнги. — Завели отношения в конце мая, а уже в августе она заявила, что уезжает учиться в другой город. Мол, чувства чувствами, но грех упускать такую возможность. — Вот мымра, — презрительно сощурил глаза Хосок, глядя на вышеупомянутую. — Ага, — подтвердил Чимин. — После этого Тэ вообще окончательно закрылся. Не верил никому, много времени работе уделял. Да и с отношениями как-то не особо складывалось: с деревенскими встречался пару месяцев и бросал, кто знает причину, а на городских даже не смотрел. Наверное, думал, что снова те наобещают всякого, а потом уедут. Чонгук округлил глаза, переводя взгляд на Тэхена. В момент стала ясна причина его озлобленного поведения в самом начале, когда Гук только стал у них жить. Вот только... Чимин сказал, что на городских Тэ не смотрел, опасаясь, что полюбит, но ему снова разобьют сердце. Неужели Тэхен боялся в него влюбиться, думая, что Чонгук обязательно сделает ему больно?..

***

Чонгук со скоростью улитки водит широкой кисточкой по доскам забора, окрашивая тот в темно-зеленый, то и дело кидая взгляды в чужой двор. Как оказалось, бывшая Тэхена живёт прямо по соседству, и Чон не то чтобы сильно этой новости обрадовался. Теперь он, крася забор по просьбе деда вместе с другом, вынужден наблюдать за бегающей по двору девушкой, занимающейся своими делами. Настроение у него ниже плинтуса: они разошлись уже как несколько часов назад, а он все никак не может выбросить из головы улыбку Тэхена, адресованную Соль, когда та только приехала. Чимин и Юнги сказали, что та бросила его, уехав в город, так почему они в таких хороших отношениях? Чонгуку этого не понять, ведь со своими бывшими он пересекаться не хочет, не говоря уже о совместных посиделках. А ведь Соль предложила им вечером собраться на барбекю! Мол, не виделись давно, есть, что обсудить, да и хочет познакомиться с новыми лицами в виде Чонгука и Хосока. А он вот не хочет! Но кто бы его спрашивал, ага. Кимы с удовольствием согласились, решив, что сидеть будут у них во дворе. Даже с работы обещали пораньше приехать... Чонгуку противно от одной лишь мысли, что вечером Соль снова будет липнуть к Тэхену. А тот, судя по утренней встрече, и не против... Хосок поджимает губы, глядя на удрученный вид своего друга, явно находящегося где-то глубоко в своих мыслях. Чонгук даже не слышал две последние его реплики, механически двигая рукой вверх-вниз и периодически бросая хмурые взгляды на Соль, что иногда попадает в поле зрения. А Хосок ведь обещал помочь им сойтись... Что ж, стоит начать действовать, пока младший окончательно не утонул в своих самокопаниях. — Я в туалет, — коротко оповещает Хосок, получая в ответ что? Правильно, полный игнор. Гук его даже не услышал, а потому Чон, коротко махнув ладонью, направился в дом. Ещё с утра он заметил, что Тэхен забыл свой телефон дома на кухонном столе. А потому он, оглядываясь по сторонам, словно вор какой-то, пробирается в столовую за нужной ему вещью. С кухни доносится громкий голос Михо, что болтает со своей подругой, — бабушкой той самой Соль Джу, — и Хосок, пользуясь так удачно сложившейся ситуацией, быстро и бесшумно забирает телефон со стола, убегая в их с Гуком комнату на второй этаж. Он садится на кровать и открывает контакты, принимаясь искать необходимый ему. Не факт конечно, что Тэхен сохранил номер той спустя столько лет, но... Удача сегодня на его стороне. Спустя пару минут среди сотни контактов (кто вообще все эти люди!?) Хосок находит «Соль Джу», коротко хмыкая. Что ж, сухо и без смайликов — пока что вполне неплохой показатель. Переходит в «Отправить сообщение», и... Зависает. А что, собственно, стоит написать? Хосок этот план с сообщением придумал за секунды, как и вчера с душем, вот только детали не продумал от слова совсем. Нужно что-то не слишком подозрительное, но в то же время ясно дающее понять, что любые поползновения в его сторону будут бессмысленны и неуместны. «Соль Джу, сегодня мне показалось, что ты все ещё испытываешь ко мне чувства, но я вынужден сообщить...» Хосок мотает головой, стирая всю строку. Звучит слишком слащаво, да и Тэхен не стал бы так расписывать сообщение с отказом в возможных чувствах. Нужно написать что-то коротко, но по смыслу. «Кстати, забыл тебе рассказать, что встретил свою любовь!» Брови сводятся к переносице. С чего бы Тэхену ставить бывшую в известность о делах сердечных? Переписка у них почти пустая, а тут на тебе — влюбился. Не годится. «Пошла нахуй» Хосок пишет это просто по фану, размышляя, что такой вариант точно бы дал понять, что отношения между ними не возможны. Но он не дурак, чтобы отправлять такое сообщение. Надо придумать что-то другое. Тянется пальцем, чтобы стереть, но взвизгивает, когда промахивается. Секундная пауза. Осознание собственной ошибки. Громкий вскрик. — Блять! — Хосок зажимает рот ладонью, подскакивая на кровати. Он пытается удалить это сообщение, и у него это даже получается, но... Но только у Тэхена. Удалить сообщение и у Соль можно только с ее телефона. Это ж надо было так проебаться! — Ебать меня семеро в жопу! Что делать... Чонгук меня прибьет! Хосок подрывается с кровати, бегом спускаясь по ступенькам. Оставляет телефон на диване, прежде чем вылететь во двор к другу, что как раз закончил с покраской. Выглядит тот все таким же задумчивым и хмурым, но Хосок отчего-то уверен, что своей новостью сможет переключить внимание Чонгука с размышлений о бывшей Тэхена на ее телефон с очень странным сообщением. Он неловко топчется на пороге, не зная, как бы так начать, чтобы Чонгук его не прибил с самых первых слов. — Что случилось? — хмурится младший, замечая метания хёна. Он закручивает бутылку с водой, из которой только что пил, и подходит ближе. — Хо? — Гуки, я... Я помочь хотел... Отличное начало. Многообещающее. — Помочь с чем? — не понимает Чонгук, и, когда молчание затягивается, оглядывается на окрашенный забор, мягко улыбаясь. — А, ты про забор. Ты пока отходил, я уже сам докрасил. Хосок поджимает губы, коротко мотая головой в отрицании. — Не, я про другое. Ты ведь переживаешь, что между Соль и Тэхеном может снова что-то завязаться? — Чонгук на вопрос друга снова сводит брови к переносице, но все же кивает. — Я и хотел с этим помочь. Там Тэхен телефон свой забыл, и я... Думал написать сообщение Соль, чтобы та даже и не думала к нему лезть, но... — Твою за ногу, — на глазах бледнеет Чонгук, кажется, начиная понимать, к чему все ведёт. — Что ты ей написал? — Оно само вышло... — опускает голову старший, и тихо, почти под нос, мямлит: — Пошла нахуй... — Что? — не расслышав, переспрашивает. — Пошла нахуй, — уже достаточно громко повторяет, а Чонгук вскидывает брови. — Не понял? — дует губы, а потом комично округляет глаза до размеров Вселенной. — Хосок, нет... Скажи, что нет. — Да... — Ебаный рот, Хосок! — вскрикивает Чонгук, а после понижает голос, оборачиваясь в сторону соседского двора. — Блять, что нам делать? А если она уже прочитала?! Господи, это фиаско. Тэхен нас обоих прикончит... Мы теперь точно не будем вместе... Подумает, что я какой-то глупый ревнивый ребенок... — Так, ща все исправим! — примирительно вскидывает ладони Хосок, натыкаясь на вздёрнутую бровь и недоверчивый взгляд. — Знаю ход твоих мыслей, но я правда случайно! Щас мы все удалим! — Каким макаром? — скрестив руки на груди, мученически стонет. Нет, вот зачем дед позвал Хосока в деревню! Чонгук его любит, правда, но тот вместо обещанной помощи только и делает, что ставит его в неловкое положение! — Все просто! — восклицает, энергично хлопнув в ладоши. — Госпожа Пан сейчас у нас дома, Соль — во дворе лазает с самого утра. Сейчас мы просто проберемся в чужой дом, и... — И получим срок, — перебивает Чонгук. — Да. То есть нет. Так, не отвлекай меня! — фыркает Хосок, поглядывая в чужой двор. — Просто проберемся и удалим сообщение, это же ничего такого! Мы ведь не собираемся что-то воровать, — убеждает, а после закидывает руку на чонгуково плечо, хитро прищуриваясь, словно герой какого-то боевика. — Незаметно зайдём, сделаем дело, и так же незаметно скроемся. — Ты придурок, Хосок, — вздыхая, мотает головой. — Это значит да? — Ну конечно да! Не оставлять же то сообщение!

***

Чонгук нервно кусает губу, стоя на «шухере», пока Хосок рыскает в чужом доме в поисках телефона. Их небольшой план заключается в том, что старший должен по-тихому удалить то идиотское сообщение, а Чонгук — отвлечь Соль каким-нибудь разговором и увести подальше, если та неожиданно решит вернуться с огорода в дом. Ситуация до ужасного абсурдная, и он обязательно треснет своего хёна за такую «помощь», но все это будет позже. Сейчас главное не попасться. И всё идёт хорошо ровно до того момента, пока из дому не слышится громкий звон. Звон битого стекла. Чонгук округляет глаза, оборачиваясь на дверь. Первым порывом было, конечно же, зайти и глянуть, но... Что, если Соль вдруг зайдет в дом и увидит их?! Как они объяснят свое присутствие на чужой территории?! В голове за долю секунды промелькнули сотни всевозможных сценариев дальнейшего развития событий, и Чонгук, решив все же глянуть, что там разбил его непутёвый друг, забежал внутрь. Хосок сидит на полу у шкафа на корточках, а у его ног — разбитая ваза и непонятная пыль вокруг. Что за?.. — Чонгук... — заломил брови Хосок, кидая на друга беспомощный взгляд. — Твою за ногу, хён! — чуть ли не хныча, Чонгук подбегает ближе, присаживаясь рядом. — Как так вышло? — Я сообщение удалил, но случайно задел эту дебильную вазу локтем, — поясняет, начиная оглядываться вокруг. Ох не нравится младшему этот взгляд. От Хосока всегда стоит ожидать чего угодно, но сегодня он особенно удивляет Чонгука своим умением вляпываться в неприятности. — Так, надо это убрать и унести улики с собой. — А если это что-то важное?! Ты думаешь, не заметят пропажу... Что это вообще? — опускает взгляд вниз, рассматривая битые осколки на полу, и вдруг замечает небольшую табличку с именем и... Датой? — Твою мать, — Чонгук поднимает на не понимающего друга испуганный взгляд. — Это прах. — Что? — Хосок, кажется, и сам удивлен тому, что именно ему удалось зацепить. — Блять. Мы будем гореть за это в аду.

***

К четырем вечера все вновь собрались одной дружной компанией. Чимин и Юнги притащили алкоголь и запивон, Соль — мясо для барбекю, а с Кимов была сама барбекюшница, овощи и прочая закуска. Чонгук и Хосок тоже внесли свою небольшую лепту, собрав эти овощи с огорода и сбегав в магазин за всем необходимым к мясу. Одна лишь Сонхи пришла с пустыми руками, но ей можно: поначалу девушка хотела притащить из дому арбуз к столу, но Намджун строго-настрого запретил ей носить всякие тяжести, так что та просто помогала с готовкой. Приготовление пищи шло полным ходом, но Чонгук, которому поручили нарезку овощей на гриль, все никак не мог собраться с мыслями: его практически трусило при одном лишь взгляде на девушку, в доме которой они сегодня побывали. И из дома которой унесли прах ее прабабки (?) в полиэтиленовом пакете вместе с осколками. Но Соль либо пропажи не заметила, либо делала вид, что ничего не произошло, ведь вела она себя как обычно. Все так же крутилась около Тэхена, который готовил мясо, миленько ему улыбалась и постоянно что-то спрашивала. Чонгук, глядя на них, метался между «как же она меня бесит» и «надеюсь, она ничего не заметила». — Ты точно все спрятал? — склоняясь к уху Хосока, что сидел рядом с ним, нарезая баклажаны, тихо поинтересовался Чонгук. Друг перевел на него взгляд, коротко кивая. — Но мы все равно должны вернуть... это обратно, — серьезно заявил Чонгук, поджав губы. — Бесчеловечно как-то, всё-таки, она часть их семьи. — Обязательно вернём, но не сегодня, — кивнул Хосок, а после вернулся к нарезке овощей, давая понять, что не стоит обсуждать это при посторонних, пускай никто их и не слышал. Чонгук опустил взгляд на разделочную доску, коротко вздыхая. Он был против, чтобы они уносили «улики» с собой, настаивал, чтобы они оставили все как есть — мало ли, что могло произойти, из-за чего ваза упала. Но Хосок, находясь в состоянии паники, его не послушал и сделал все по-своему. — Ты чего такой грустный? — Чонгук поднял взгляд, натыкаясь на мягкую улыбку Тэхена, который уже через пару секунд присел рядом с ним на раскладной стул. Хосок же ушел, оставив их наедине под предлогом того, что последит за мясом. — Да так, — метнув недовольный взгляд на друга, отмахнулся Чонгук. — С Хосоком произошли некоторые разногласия. — Расскажешь? — склонил голову к плечу старший, получая в ответ молчание и полный растерянности взгляд. Чонгук неуверенно мотнул головой в отрицании, решив, что эта информация последнее, чем он хочет поделиться с Тэхеном. Вот только тот сделал выводы сам, и, ухмыльнувшись, поинтересовался: — Из-за той ситуации в душе, что ли? Чонгук практически физически почувствовал, как собственные щеки предательски запылали огнем, а низ живота сладко потянуло от воспоминаний о вчерашнем вечере. Зачем он напоминает ему об этом?! Тэхен неожиданно начал медленно приближаться своим лицом к чонгукову, не разрывая зрительного контакта. В глазах младшего всего за несколько секунд промелькнули и непонимание, и испуг, и смущение, и даже желание (?), что заставило Кима растянуть уголки губ в ещё большей ухмылке. Чонгук милый. Чертовски милый. Когда младший уже подумал, что вот он, долгожданный, пускай и в не совсем подходящей обстановке, поцелуй, Тэхен вдруг сменил траекторию, приближаясь губами к его уху. И тихо прошептал: — Волнуешься, что я из-за твоего друга увидел тебя голым? — Я... Я... — заикаясь, Чонгук мог лишь беспомощно хватать воздух ртом. — Ничего я не волнуюсь! — И правильно, — вдруг улыбнулся Тэхен, и, схватив с доски кусок помидора, отправил его в рот, добавляя: — Зачем волноваться, когда у тебя такое прекрасное тело. Тут гордиться надо. — Ты сейчас назвал меня красивым? — вскинул брови Чонгук, не понимая, что нашло на Кима. Тот впервые делает ему комплименты в открытую, ещё и ведёт себя достаточно странно?.. Если раньше поведение Тэхена по отношению к нему вызывало у Чонгука вопросы, нравится ли он ему или нет, то сейчас это выглядит как открытый флирт. И Чонгук знает Тэхена достаточно долго, чтобы утверждать, что старший не стал бы флиртовать со всеми направо и налево. Значит ли это, что он к нему что-то испытывает? — А тебя удивляет это? — Меня удивляет не тот факт, что я красивый, а то, что это сказал ты, — и, видя непонимающий взгляд, продолжает. — Ты никогда раньше мне этого не говорил, — вспоминая все сказанное ранее, произнес Чон. Тэхен хвалил его внешний вид, делал комплименты выбору в одежде, но прежде ничего не говорил о его красоте. Тэхен в ответ на его слова кивает и отводит взгляд в сторону, задумываясь о чем-то своем. А Чонгук глаз не может отвести от его красивого профиля, любуясь чуть нахмуренными бровями и незамысловатыми покусываниями нижней губы. Обычное и всеми привычное действие, но он откровенно на него залипает, совершенно упуская из внимания момент, когда Тэхен поворачивает голову к нему, вновь устанавливая зрительный контакт. — Ты прав, не говорил. Но знаешь, — растягивает уголки губ в лёгкой улыбке и плавно скользит глазами по лицу напротив, задерживая взгляд на его губах, из-за чего сердце младшего замедляет свой темп биения. — За последние недели много чего изменилось, и я... Много что осознал. Чонгук задерживает дыхание, волнительно поджимая пальцы на ногах. Он не знает, что именно скажет сейчас Тэхен: даже если этот разговор не внесёт никакой ясности о его чувствах по отношению к нему, свои Чонгук утаивать больше не станет. Он и так слишком долго думал, сомневался и боялся быть отвергнутым тем человеком, к которому он впервые в жизни испытывает настолько сильное притяжение. И речь сейчас даже не о физическом влечении, — хотя и оно, конечно, присутствует (вы вообще видели Тэхена, как его можно не хотеть?!), — а о чем-то большем, на духовном уровне. Тэхен привлекает его своим внутренним стержнем, сильным характером, но в то же время доброй душой, которую он поначалу не разглядел. С таким мужчиной — хоть в огонь, хоть в воду, хоть всю жизнь в деревне прожить. И Чонгук просто умрет, если упустит свой шанс быть с ним из-за каких-то дурацких сомнений. Хосок ведь был абсолютно прав, когда сказал ему, что лучше признаться и получить отказ, чем не признаться совсем, а потом жалеть об этом. Особенно, когда Чонгук впервые почувствовал угрозу потерять Кима. Все же стоит сказать Соль спасибо, что она своим появлением дала ему своеобразный пинок под зад. — Я хотел сказать тебе, что... — начинает было Тэхен, но его прерывает звук открывающейся калитки. Во двор заходит участковый в форме, громко здороваясь. Все присутствующие тут же переводят на него взгляды. Все, кроме Чонгука. Он прикрывает глаза, медленно и тяжело вздыхая. Ну почему?! Почему он вошёл именно в эту самую секунду, когда они с Тэхеном наконец-то решились поговорить о них?! И что он вообще тут забыл?! Осознание приходит к нему неожиданно. Неужели?.. — Пан Соль Джу здесь проживает? — у Чонгука от этого вопроса скручивает все внутренности. — Не здесь, но я сейчас здесь, — улыбается девушка, поднимая руку. Участковый кивает, и, под непонимающе взгляды всех присутствующих, проходит к беседке, садясь на лавочку. — Что-то случилось? — склоняясь к уху Соль, тихо интересуется Джин, на что та лишь кивает. — Вы звонили и сообщили, что вас обокрали, — произносит участковый, открывая свой блокнот и доставая ручку. — Что было украдено? — Прах моей прабабушки. Повисает гробовая тишина. Чонгук и Хосок незаметно переглядываются, Сонхи вскидывает брови, переставая жевать арбуз, посыпанный солью (?), а все остальные просто смотрят с удивлением, включая и самого участкового. Мужчина зависает на несколько секунд, явно не понимая, шутка это или правда, но после, прочистив горло, коротко кивает, чиркая что-то в блокнот. По выражению его лица так и читается, что ранее на такие странные вызовы ему уж точно не доводилось приезжать. Весь процесс сбора информации проходит достаточно быстро: тот задаёт девушке ещё несколько вопросов, а после, кинув короткое и обнадеживающее «сделаем всё, что в наших силах», уходит. Стоит только калитке за ним закрыться, как с губ Чонгука слетает вздох облегчения. Он, пускай и не виноват, что ваза разбилась, а после была удачно спизжена фиг знает зачем, все равно чувствует себя последним г... Очень плохим человеком, короче. Закончить начатый разговор с Тэхеном так и не удается: все ребята тут же принимаются мусолить только что произошедшее и заваливать Соль вопросами, а через сорок минут все собираются вокруг «стола», садясь в один большой круг. Удивительно, но былая атмосфера сходит на «нет». Стоило только открыть первую бутылку алкоголя и начать есть, как все стали обсуждать какие-то более приземлённые темы, много шутя и смеясь. Чонгук, огорченный и фактом своего участия в заварушке, устроенной Хосоком, и тем, что так и не успел признаться Тэхену в чувствах, снова сидел с постной миной, вяло ковыряясь в собственной тарелке вилкой. Ещё и ревность опять бурлит внутри мощным фонтаном. Соль снова проявляет к Тэхену, сидящему рядом с ней, излишнее внимание: то руку на его бедро положит, пока что-то рассказывает, то игриво глазки сощурит, проявляя открытый флирт. Чонгук, кажется, уже прожёг в ней дыру, что не осталось незамеченным Хосоком. Старший решил немного разбавить обстановку, а потому предложил всем ребятам сыграть в «Правда или действие». — Нам что, по пятнадцать? — беззлобно усмехнулся Чимин, получая лёгкий толчок локтем в бок от своего парня. — Да клёвая игра, хули выпендриваешься? — засмеялся Юнги, игриво склоняя голову к плечу. — Или ты забыл, что именно во время нее и произошел наш первый поцелуй, после которого мы стали встречаться? — Я тоже за, — пожал плечами Сокджин. Пускай некоторые и не горели особым желанием играть, но, все же, согласились. Разлили алкоголь по бокалам, чтобы повысить градус веселья и провокационных заданий или вопросов, и начали по кругу. Решили, что выбирать, кому задавать вопрос будут не они, а бутылочка, и Сокджин крутил ее первым. Та указала на Сонхи. — Действие, — уверенно ответила девушка, и все тут же протянули «о», удивляясь смелости девушки. Сокджин душа добрая, не станет загадывать девушке своего брата, ещё и беременной, какую-то чепуху по типу «оближи ножку стола» или «поймай и поцелуй петуха в зад». Вместо этого он лишь загадал оставить засос на шее Намджуна, чему никто из них не был против. Сонхи следующей крутит бутылочку, и та останавливается на Соль, которая выбирает правду. Старшая склоняет голову к плечу и задумывается на несколько секунд, прежде чем спросить: — Ты бы хотела возобновить отношения с Тэхеном? Чонгук мгновенно поднял взгляд, с замиранием сердца следя за эмоциями Тэхена, который, в свою очередь, выжидающе смотрел на бывшую. Девушка смущённо улыбнулась, и, повернувшись к тому, выдала уверенное «да». Такой ответ никого из присутствующих, в принципе, не удивил: только слепой мог не заметить, как та проявляет знаки внимания к Киму. Вот только Чонгуку непонятно, нравятся ли они тому и испытывает ли он к Соль какие-то чувства. С одной стороны, Тэхен ответно ей улыбается, позволяет касаться себя, с другой же — флиртует с самим Чонгуком, и это заводит его в тупик. Тэхен — самая сложная загадка, которую не каждому дано отгадать. Чимин выбирает действие, имитируя пять животных на выбор, Сокджин рассказывает анекдот, с которого сам же угарает (остальные угарают с его смеха), Хосок делает селфи в сарае для кур, которое он должен будет выставить в Инстаграм, как только будет доступ к интернету. А дальше бутылка указывает на Тэхена, который выбирает правду, так как до него было выполнено три действия подряд. Но Хосоку это только на руку. — Тэхен, тебе нравится кто-то из присутствующих? — краем глаза Хосок замечает, как Чонгук замирает, волнительно смотря на Кима. — Да, — даже не задумываясь, говорит правду, от чего все присутствующие удивлённо протягивают букву «о». — И скажу даже больше. Я в этого человека влюблен. Соль тут же опускает взгляд, растягивая свою улыбку чуть ли не до ушей, а Чонгук... Он в полном смятении. Да, у них с Тэхеном за эти две недели было столько всего, но он вовсе не уверен, что старший в него влюбился. Пускай тот и вел себя достаточно необычно по сравнению со своим поведением в первые дни их знакомства, но все же ни разу не заикался о чувствах. А вот Соль он знает уже достаточно долго. Пускай они и расстались из-за того, что та уехала в город, но из рассказов Чимина и Юнги он в курсе, что они все равно поддерживали общение на протяжении всех этих лет. — Правда или действие? — спрашивает Тэхен, когда бутылочка указывает на Юнги. Друг выбирает правду. — В каком самом необычном месте у тебя был секс? — Дай-ка вспомнить, — задумывается Мин, ведь за все время своих отношений с Чимином они устроили из деревни настоящий траходром: у них было и на сене, и в реке ночью, и даже дома у Кимов, о чем им лучше не знать. — Наверное, в коровнике, — спустя минуту все же отвечает Юнги, заставляя всех скривиться и слыша от девушек и Чонгука протяжное «фу». — Погоди, — вскидывает ладошку Чимин, непонимающе хмуря брови. — Мы, конечно, много где трахались, но я уверен, что коровника в нашем списке нет. — Так это до тебя было, — невинно пожимает плечами, с полным пофигизмом на лице отпивая глоток самодельного мохито из своего стакана. — Не понял, — практически рычит Чимин, вскидывая брови. Он тянет парня за локоть, заставляя развернуться к себе лицом, и спрашивает с неприкрытой ревностью. — С кем? Юнги на его вопрос лишь хитро улыбается и молчит, любуясь его недовольным выражением лица. А после неожиданно обхватывает пухлые щеки Чимина обеими ладонями, отчего его губы смешно выпячивают. — Ты такой милашка, когда злишься, — звонкий чмок в губы. — Шучу я, не было у меня никого. Тем более в коровнике, — тихо смеётся Юнги, пожимая плечами. Чимин закатывает глаза, беззлобно усмехаясь. Всё-таки, он безумно любит этого сучёныша. — А самый необычный секс у нас был на лодке. Чимин тогда так активно двигался во мне, что мы несколько раз чуть не перевернулись. — На лодке? — удивлённо переспрашивает Намджун, получая в ответ два кивка. — Ну вы и чокнутые. Спустя ещё пятнадцать минут игры в бутылочку крутит Соль. Та указывает на Тэхена. — Поцелуй того, кто сидит справа от тебя, — произносит девушка, а после делано всплескивает руками. — Ах да, справа же я! Соль глупо хихикает, пока все остальные ребята сидят с каменными лицами. Чонгук давно заметил, что почти все из компании ее недолюбливают, но он — больше всех. Ибо какого лешего. Внутри все неприятно скручивает от одной лишь мысли о том, что человек, в которого он влюблен, должен сейчас поцеловать другую. Однако вместо выполнения своего задания Тэхен вдруг поворачивается к Чонгуку, ловя его взгляд. Младший смотрит в его темные омуты, в которых он давно утонул, и понимает, что у него нет ни малейшего желания на это смотреть. Особенно, когда Соль подсаживается чуть ближе, поворачивая лицо Тэхена к себе ладонью. — Я... Отойду, — коротко оповещает Чонгук, прежде чем встать, стремительно удаляясь в сторону огорода. Он проходит несколько метров вперёд, останавливаясь под деревом яблони и делая глубокий вздох. Ревность заполонила все его лёгкие, и Чонгук ненавидит себя за то, что ее чувствует. Ведь сейчас на месте Соль мог быть он. Чонгук мог бы почувствовать давно желанные губы на своих, сливаясь в нежном поцелуе, но он опоздал. Пока он терзался никому не нужными сомнениями и боялся получить отказ, нашлась та, кто решила действовать. Позади слышатся чьи-то тяжёлые шаги, и Чонгук оборачивается, удивленно вскидывая брови, когда замечает Тэхена, идущего прямо к нему. — Что-то ты быстро, — вырывается само по себе в порыве эмоций. Чонгук ловит взгляд напротив и смотрит с обидой, складывая руки под грудью. — Или клуша плохо целуется, что не понравилось? Тэхен почему-то растягивает уголки губ в короткой улыбке, склоняя голову к плечу и складывая ладони за спиной. Выглядит он расслабленно, чего совсем не скажешь о Чонгуке. — Ну начнем с того, что она не клуша, — деловито произносит Тэхен, заставляя Чонгука тихо фыркнуть. — А во-вторых, ты что, ревнуешь? Чонгук открывает рот, собираясь возмутиться, но слов не находит. Нет, ну обнаглевший! Сначала флиртует с ним, вводя в заблуждение своим поведением, потом целуется с этой девкой противной, и сразу после приходит к нему, спрашивая, ревнует ли он?! — Да хоть в койку ее можешь затащить, мне вообще плевать, — не пойми зачем выплёвывает Чонгук, мгновенно осознавая, что сморозил. — Не годится, — отрицательно кивает головой Тэхен, глядя на него без какой-либо злобы в глазах. Он делает один шаг вперёд, но его хватает, чтобы сократить расстояние между ними до минимума. Сердце начинает биться чаще. — В свою койку я хочу только тебя. Щеки младшего тут же вспыхивают огнем от столь откровенного признания, которое уж точно нельзя понять как-то не так. В животе от слов старшего приятно тянет, но он старается не обращать на это никакого внимания. — С той поцеловался, в койке я тебе нужен, — опускает взгляд вниз, бурча себе под нос: — Определись уже. Тэхен хмыкает, подцепляя подбородок Чонгука своими пальцами, чтобы тот взглянул на него. И глаза в глаза произносит: — Не целовал я никого, успокойся, — сильные руки предельно нежно обхватывают его лицо, пока Чонгук стоит, не двигаясь. — Не целовал? — шепотом переспрашивает, получая в ответ отрицательный кивок головой и лёгкие поглаживания больших пальцев по своим щекам. — Я и не собирался, принцесса, — у Чонгука от этого обращения всегда бабочки в животе порхали, но сейчас оно звучит особенно приятно. — Хотел сделать это в более романтичной обстановке, но плевать на место и время, — вызывайте скорую, пока у парня двадцати одного года не остановилось сердце. — Я влюблен в тебя, Чонгук. Поздно. Тут уже никакие лекари не помогут. Диагноз: любовь. И Чонгук добровольно отказывается от лечения. — Влю... Влюблен? — переспрашивает, попросту не веря. Он так много раз представлял себе эти слова, произнесенные тэхеновыми устами, что происходящее сейчас кажется каким-то сном. — Ущипни меня. Тэхен хмыкает, довольно ощутимо щипая его за задницу. — Айщ! — чуть подпрыгивает Чонгук. — Ты и правда это сделал! — Сам попросил, — пожимает плечами Тэхен. — Потому что я не верю, что все это и правда происходит, — со смущением в голосе. — А если я скажу, что ты понравился мне в самые первые дни, ты поверишь? — склоняет голову к плечу, обвивая тонкую талию, прикрытую лишь лёгкой тканью рубашки, и любуется глазами-бусинками, что расширились до космических размеров. — Это правда. Внешностью ты понравился мне ещё с первой встречи, что удивительно, ведь я никогда не питал интереса к парням. А потом, когда ты стал жить у нас... — Тэхен мягко улыбается, пока младший на эту улыбку откровенно залипает, внимательно слушая каждое слово. — Поначалу ты раздражал меня своим поведением, но после я понял, что человек ты добрый, искренний. Я стал постепенно влюбляться в тебя, но старался эти чувства подавлять и вел себя отталкивающе, опасаясь влюбиться. Сам знаешь причину, — знает. Все дело в этой Соль, что когда-то точно так же приехала, предложила отношения, а после свалила в далёкую даль. — Я не хотел снова ступать на те же самые грабли, но когда узнал тебя получше, то решился сделать этот шаг. И если ты готов сейчас взять меня за руку и продолжить путь вместе, то я стану самым счастливым человеком на свете. Чонгук очень рад, что Тэхен сейчас придерживает его за талию, иначе он бы попросту упал. Все сказанное просто не укладывается в голове. Как?! Как они целый месяц могли не замечать чувств друг друга?! Чонгук обязательно себя поругает за невнимательность, но все это будет чуть позже. Он тут, вообще-то, нашел свою истинную любовь, и та все ещё ждёт его ответа. — Я тоже влюблен в тебя, Тэ, — короткое прозвище само слетает с губ. Чонгук нежно, даже немного боязно прикасается кончиками пальцев к тэхеновым мягким, но в то же время чуть колючим щекам, смотрит с любовью, и, что самое важное, на него так же смотрят в ответ. Их губы соприкасаются в медленном, чувственном поцелуе всего на несколько секунд, после чего Чонгук отстраняется и, растягивая губы в счастливой кроличьей улыбке, отвечает: — И конечно же я хочу быть с тобой. В городе, в деревне, хоть на луне. Главное, что с тобой. В голове невольно всплывают слова гадалки. «Сама судьба укажет тебе путь. Следуй ей, и ты встретишь свое истинное счастье. И поверь мне, оно того стоит. Этот человек тебя и от зверя страшного спасет, и заботлив будет, но самое главное — сможет подарить то, о чем ты так долго мечтал. Крепкую любовь». Чонгук последовал за картами и нашел того, о ком всю жизнь мечтал.