Вижу я сон

Беспомощность. Вот, что было хуже всего. Шэнь Цинцю лежал неподвижно, пока Му Цинфан осматривал повреждения и устранял их при помощи мазей, игл или воздействий собственной энергией. Сопротивление только отняло бы время, которого и без того могло оказаться недостаточно. Он изучал технику, с помощью которой Линьгуан-цзюнь покинул школу. Пусть никогда прежде не пробовал ей воспрепятствовать, но хотел попытаться. Только прежде, чем он успел предпринять хоть что-то, одним небрежным движением демон впечатал его в стену, обеспечив некоторое количество внутренних повреждений и временную недееспособность. Годы совершенствования не прошли зря, приятно было знать. Временное бездействие позволило Шэнь Цинцю поразмыслить и над словами Мэнмо, подбросить дровишек в костер самоуничижения. Столько возможностей вникнуть, вмешаться в ход событий, предотвратить беду. В его руках было невероятной ценности сокровище, которое он так легко упустил. Нельзя было забывать о бдительности, нельзя было, расслабившись, полагаться всецело на неуязвимость Ло Бинхэ. Как он посмел игнорировать истину: в его жизни все не могло быть хорошо просто так. За хотя бы относительно нормальную жизнь надо было бороться. Изо всех сил цепляться за каждый отвоеванный у окружающего мира кусочек счастья и покоя, остерегаясь всех возможных опасностей. Ло Бинхэ показал ему, как можно верить в другого, как получать помощь, когда не можешь справиться сам. Ответить ему тем же Шэнь Цинцю не сумел. Пока. Проигранный бой не означал проигранную войну. Шэнь Цинцю не мог позволить себе потерять Ло Бинхэ, а значит необходимо было найти выход. Ненависть к себе заставляла его быть лучше, потому что он не хотел снова пережить горечь унизительного поражения. Любовь помогала сохранять контроль над собой. Он не мог позволить себе провалиться из-за нестабильности внутренней энергетики. Не мог позволить Ло Бинхэ столкнуться с переживаемой им самим болью беспомощности и утраты, а значит не мог умереть. Ум его оставался холодным и собранным, несмотря на степень хреновости ситуации. Беспощадно он заставлял себя вновь и вновь прокручивать в голове варианты действий, знакомые лица и имена. Куда идти в первую очередь? Кому можно доверять? В момент, когда Му Цинфан, наконец, отпустит его, Шэнь Цинцю должен был приступить к действию. Можно было бы вновь уснуть, попытаться войти в контакт с Мэнмо, но Шэнь Цинцю не был уверен, что это было бы так уж полезно. Или, что он так уж сильно ему доверяет. К тому же была опасность, что Му Цинфан, усыпив его, решит позволить ему поспать подольше, чего сейчас допускать было нельзя. - Я могу поговорить с ним? - спросил вошедший Юэ Цинъюань. - Да, конечно. Пока ему нельзя вставать, впрочем, - предупредил Му Цинфан, - И, пока не закончу оказывать ему помощь, я не уйду. Так что оставить наедине вас пока не могу. - В том нет нужды, - отозвался Юэ Цинъюань, - Нет ничего такого, что я хотел бы скрыть от тебя. Что бы шиди Шэнь ни хотел мне сообщить, ты тоже можешь это услышать. - Ваше доверие льстит, глава Юэ, однако... - Заткнитесь - проскрипел Шэнь Цинцю, - Если собираетесь тратить мое время и дальше - проваливайте оба! Вняли. Заткнулись. Юэ Цинъюань с серьезным видом присел рядом с кроватью. - Шэнь Цинцю, - начал он как всегда проникновенно, - Прежде, чем что-либо решить, я должен понять, что происходит. Если ты утаил что-то прежде или солгал в чем-то, сейчас самое время для искренности. Расскажи мне, кто такой Ло Бинхэ? Зачем он демону такой силы и влияния? И как ты замешан во всей этой истории? Сколько сложных вопросов за раз. Однако, чтобы заручиться поддержкой школы Цанцюн, стоило для начала добиться понимания от Юэ Цинъюаня, а значит он должен был знать всю картину. - Ло Бинхэ - новый император мира демонов, - произнес Шэнь Цинцю. Очередная игла отчётливо прошла мимо акупунктурной точки. Подавив желание вырвать ее, Шэнь Цинцю устремил на целителя тяжёлый взгляд. Поспешно извинившись, Му Цинфан принялся исправлять ситуацию. - Это неожиданно, - признал Юэ Цинъюань спокойно, - Вероятно, благодаря этому, некоторые демоны в последнее время изменили узор поведения, стараются избегать сражения и оказывать помощь простым людям. Я верно понимаю? - Да, - сказал Шэнь Цинцю. Он был немного удивлен готовностью Юэ Цинъюаня принимать подобные непростые известия. - Через некоторое время после твоего исчезновения школа Цанцюн получила множество донесений о странном поведении демонов. Проводились даже собрания по этому поводу... Теперь я понимаю, должно быть, ты, вступив в контакт с молодым императором, стремился изменить его способ мысли во благо обычных людей. Это смелое и мудрое решение. Му Цинфан смерил главу школы взглядом, но промолчал. Шэнь Цинцю ощутил себя неловко. - Вроде того, да, - осторожно сказал он. Доля истины в этом была. Где-то посреди всего происшедшего у него были подобные устремления Но назвать свои действия "смелыми и мудрыми" ему не пришло бы в голову и в бреду. - Если бы у нас была возможность попытаться наладить дипломатические отношения хотя бы с частью мира демонов, это было бы невероятной удачей и, несомненно, положило бы начало новой эре процветания и милосердия, - заключил Юэ Цинъюань. Что ж, по крайней мере с Ло Бинхэ они нашли бы общий язык. Тот тоже обожал молоть пафосную чушь, воздвигая воздушные замки на пустом месте. - Что ты думаешь делать дальше? - спросил глава школы. - Старый глава дворца Хуаньхуа может что-то знать, - поделился своим лучшим заключением Шэнь Цинцю, - Думаю, стоит начать с него. Посмотрю, что он может рассказать о своих отношениях с демоном, побывавшим здесь. - На данный момент, я не могу предоставить тебе поддержку школы в этом деле, - произнес Юэ Цинъюань, - Объяснение всего случившегося займет долгое время, и я не хочу посылать братьев и сестер в опасную ситуацию вслепую. Да и к тому же, я верю тебе, но не убежден в том, что ты не был обманут или введен в заблуждение. Прости. Иного Шэнь Цинцю и не ждал. Он молча кивнул, принимая логику позиции. - Поэтому, - продолжил глава школы, - я передам руководство Вэй Цинвэю и пойду с тобой сам. В случае, если со мной что-то случится, или мои действия окажутся в конечном итоге неподобающими моему статусу, он сможет сказать, что я проявил самовольство и покинул пост главы без чьего-либо ведома. Будет скандал, но школа сумеет защитить свое доброе имя. - Нет, - сказал Шэнь Цинцю, - Даже не обсуждается. - Со всем уважением, глава, - одновременно с ним произнес Му Цинфан. - Что за дурацкая мысль. Ты с ума сошел? - Прошу, обдумайте все, как следует, прежде чем переходить к действию. А Юэ Цинъюань не спорил, просто сидел и смотрел на них со своей обычной светлой улыбкой. В глазах Му Цинфана Шэнь Цинцю увидел отражение своего понимания. Им не удастся разубедить этого упрямого идиота, не стоит и пытаться. - Если сдохнешь там, - мрачно сказал Шэнь Цинцю, - лучше тебе не встречаться со мной в посмертии. - Не беспокойся, шиди. Мне нет нужды вынимать из ножен Сюаньсу, пока демонический император не захочет меня убить. А раз Ло Бинхэ не угроза, то и волноваться не о чем. - Раз вы твердо решили, у меня нет возможности вас остановить, - вздохнул Му Цинфан, смешивая лекарственные порошки, - В таком случае, скромному лекарю остаётся лишь отправиться с вами и убедиться, что вы вернётесь живыми. - Да чтоб вас всех!.. - начал было Шэнь Цинцю. - Шисюн Шэнь, вы уверены, что сейчас хотели бы со мной спорить? Одним движением я могу отправить вас в долгий сон, что было бы очень полезно для вашего здоровья. Жуть какая. Шэнь Цинцю знал, что у него есть эта мрачная сторона ещё с той давней игры в вэйци. - Ты уверен? - спросил Юэ Цинъюань, - Что бы там ни было, вряд ли это будет лёгкая прогулка. - Именно поэтому я не могу остаться в стороне, - целитель мягко улыбнулся ему в ответ. - Займитесь уже делом тогда, - потребовал Шэнь Цинцю, - И, Юэ Цинъюань! - Да? - Даже не думай идти к Вэй Цинвэю без меня! Шэнь Цинцю должен был видеть его лицо, когда тот узнает последние новости.